176008 (626748), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Такое построение РФ обусловлено тем, что Россия - многонациональное государство. Десятки этнических общностей, исторически проживающих на определенной территории, создали свою национальную государственность в составе России, являясь членами Федерации.

«Реальный федерализм» начала XXI столетия характеризуется соединением некоторых типичных схем организации большинства федеративных государств с рядом уникальных особенностей.

1. статусная асимметрия: налицо шесть различных типов государственных (республики) и «рядовых» субъектов РФ.

2. национальная «окрашенность»: 32 субъекта РФ (около 30%) образованы по национально- этническим признакам.

3. Конструктивная неупорядоченность: несколько самостоятельных субъектов РФ входят в состав других ее самостоятельных субъектов; два субъекта РФ имеют административные центры на территории других субъектов.

4. Аномально высокая несбалансированность потребностей и собственных ресурсов для реализации статусных полномочий органов власти субъектов РФ.

Эти характерные черты российского «реального федерализма» фактически обуславливают всю совокупность проблем нашего государственного устройства, в том числе резко обостряют основной вопрос децентрализации управления – разграничения предметов ведения, полномочий и ресурсов между органами общегосударственной власти и органами госвласти субъектов РФ.

Одной из центральных проблем упорядочения бюджетной системы страны и взаимоотношений Федерации и регионов является проведение в жизнь принципа бюджетного федерализма. Родионова В.М. дает следующую трактовку этого понятия: «Федерализм – это такой способ управления, при котором органично сочетаются интересы всего государства с интересами отдельных его частей, обеспечивая единство и целостность страны при соблюдении самостоятельности территорий в решении вопросов, включенных в их компетенцию».

В мировой практике сущность бюджетного федерализма определяется как нормативно-законодательное установление бюджетных прав и обязанностей двух равноправных сторон – федеральных и региональных уровней власти и управления, правил их взаимодействия на всех стадиях бюджетного процесса, методов частичного перераспределения бюджетных ресурсов между уровнями бюджетной системы.

Бюджетный федерализм – как финансово-правовая категория включает в себя следующие основные признаки:

- представляет собой форму организации правовых отношений;

- субъектный состав правоотношений состоит из: Российской Федерации, субъектов РФ и муниципальных образований, которые вступают в правовые отношения друг с другом через свои представительные и исполнительные органы власти и управления;

- как любой иной федерализм, бюджетный федерализм основывается на принципе централизма и децентрализма, и потому его непременным условием является сочетание общегосударственных, региональных и муниципальных интересов;

- каждый уровень бюджетной системы должен быть самостоятельным;

- цель бюджетного федерализма состоит в обеспечении гарантированного каждому человеку и гражданину страны минимальных социальных услуг и достойного уровня жизни.

2. Бюджетная децентрализация и межбюджетное выравнивание.

Принцип децентрализации пронизывает все элементы «Бюджетного федерализма» - как содержательные (разграничение расходных обязательств и доходных полномочий, критерии межбюджетного выравнивания), так и организационно-процедурные, определяющие параметры бюджетного процесса.

Для централизованной бюджетной системы характерна высокая степень концентрации налоговых и иных поступлений в федеральном бюджете, средства которого в ходе так называемого финансового выравнивания перераспределяются между нижестоящими бюджетами путем предоставления им разнообразных субсидий. Такая система позволяет мобилизовывать и целенаправленно использовать значительные бюджетные средства прежде всего в общегосударственных интересах. Но при этом остается слишком мало возможностей для учета фактических потребностей отдельных территорий (субъектов федерации и муниципальных образований) и обеспечения их заинтересованности в расширении собственных доходов потенциалов.

Децентрализация бюджетной системы, уменьшающая концентрацию бюджетных доходов в «центре», соответственно сокращает объем перераспределяемых средств, но почти никогда не избавляет полностью от необходимости применения механизмов межбюджетного выравнивания. Это обусловлено минимум двумя главными мотивами. Во-первых, пока нигде не удавалось на практике обеспечить полного соответствия величины налоговых и иных бюджетных доходов объему расходных обязательств соответствующих органов власти; недостаток средств, обычно вынужденно компенсируют бюджетными субсидиями. Во-вторых, существует задача воздействия центральной власти на формирование бюджетной и иной политики территориальных органов исходя из общегосударственных приоритетов.

Для ослабления двух видов бюджетных диспропорций (вертикальных и горизонтальных дисбалансов), возникающих на субфедеральных уровнях власти, применяются субсидии.

Несбалансированность бюджетов «по вертикали» определяется тем, что объем функций, возлагаемых на субфедеральные органы власти, как правило, превышает их возможности по финансированию необходимых расходов за счет закрепленных доходных источников.

Эти несоответствия между расходными обязательствами и доходным потенциалом субфедеральных органов власти ликвидируются с помощью субсидий из федерального бюджета, для которого центральные органы власти обеспечивают более широкую доходную базу.

Несбалансированность бюджетов «по горизонтали» связана с неравномерностью экономического развития территорий, соответственно дифференциацией их доходных (налоговых) потенциалов (различия доходных возможностей крупных и малых городов, урбанизированных и сельских районов). Указанные различия возникают в силу не зависящих от самих территорий причин: отсутствия природных ресурсов, неблагоприятной демографической структуры населения.

Поэтому фактически во всех странах используются специальные субсидии для сглаживания горизонтальных диспропорций в уровнях бюджетной обеспеченности территорий. Учитывая, что такие меры для одних территорий выигрышны, а для других – проигрышны, к ним прибегают лишь если территориальная дифференциация выходит за определенные пределы, когда становится реальностью утрата устойчивости социально-экономического развития государства в целом.

Применение механизмов межбюджетного выравнивания чревато снижением заинтересованности субсидируемых органов власти в проявлении собственных «налоговых усилий», т.е. в действиях по реализации и наращиванию собственного налогового потенциала территорий. К тому же субсидии снимают самоограничения территориальных властей в использовании бюджетных средств. Поэтому нерациональная система межбюджетного выравнивания может способствовать закреплению такого положения, при котором территории с большими расходами и недостаточными «налоговыми усилиями» будут получать растущие субсидии. Система межбюджетного выравнивания призвана решать следующие задачи:

- устранять «вертикальные диспропорции» (ликвидировать несоответствия между объемом расходных обязательств субфедеральных органов власти и величиной закрепленных за бюджетами данных уровней доходных поступлений);

- сглаживать «горизонтальные диспропорции» (сближать уровни бюджетных расходов «богатых» и «бедных» территорий);

- стимулировать территориальные «налоговые усилия» (побуждать территориальные органы власти к мобилизации дополнительных бюджетных доходов на основе более полного использования и развития их собственного доходного потенциала;

- ориентировать бюджетную политику территориальных властей на реализацию общегосударственных приоритетов.

Организационно-процедурные параметры бюджетного процесса представляют собой конституционно и законодательно регламентированную деятельность органов государственной власти разных уровней по составлению, рассмотрению, утверждению, исполнению и контролю бюджета. При этом все стадии бюджетного процесса регулируются правовыми предписаниями и имеют одинаково важное значение. Для бюджетного процесса федеративных государств характерно единство бюджетного процесса и его децентрализация. При этом первое определяется общностью принципов и конституционно- законодательной базы, а вторая проявляется в двух измерениях – вертикальном и горизонтальном.

Вертикальная децентрализация состоит в выделении нескольких бюджетных уровней, на каждом из которых бюджетный процесс осуществляется в самостоятельном режиме; атрибуты этой самостоятельности – собственные состав и объем расходов, закрепленные (собственные) источники доходов бюджета, независимость (автономность) в его составлении, рассмотрении, утверждении, исполнении и контроле. Горизонтальная децентрализация является следствием того, что бюджетный процесс на каждом уровне не концентрируется в рамках одной организационной структуры, а строится на взаимодействии между собой многих оргструктур, каждая из которых обладает собственной компетенцией и выполняет свою особую роль в этом процессе.

Российская Федерация – суверенное, целостное, федеративное государство, состоящее из равноправных субъектов. Федеративное устройство РФ предполагает сосуществование трех уровней власти. Одной из центральных проблем упорядочения бюджетной системы страны и взаимоотношений Федерации и регионов является проведение в жизнь принципа бюджетного федерализма. Для бюджетного процесса федеративных государств характерно единство бюджетного процесса и его децентрализация («горизонтальная» и «вертикальная»). Для устранения «горизонтальных» и «вертикальных» диспропорций бюджетного федерализма необходима система межбюджетного выравнивания.

2. Региональные проблемы бюджетной системы РФ.

1. Взаимоотношения федерального и региональных бюджетов.

В настоящее время взаимоотношения федерального и региональных бюджетов не имеют достаточной законодательной базы, непрозрачны, крайне запутаны, во многом произвольны и требуют радикального упорядочения. Помощь регионам из федерального бюджета осуществляется не только посредством прямых транзакций (перечислений) на определенные цели, но и в виде всяких льгот по налогам, которые должны по общему порядку поступать в федеральный бюджет, а также в других формах. Такое положение открывает простор для субъективизма, скрытых дотаций, определяемых не только реальным положением дел в регионах, но и политическими и иными мотивами.

С другой стороны, регионы и особенно отдельные республики регулярно нарушают свои обязательства по перечислению средств в федеральный бюджет, что в свою очередь становится одной из весомых причин недофинансирования государственных расходов. В местных бюджетах велика также доля расходов на не всегда оправданные дотации хозяйствующим субъектам. Несовершенны и формы непосредственной (не скрытой) помощи за счет Федерального фонда финансовой поддержки регионов, образуемого в процентах от сумм налога на добавленную стоимость на товары внутреннего производства.

Средства фонда направляются двум группам регионов: "нуждающимся в поддержке" и "особо нуждающимся в поддержке". Сложившийся порядок имеет немало изъянов. Душевой бюджетный доход не является достаточно надежным критерием различий в экономическом положении регионов, поскольку не учитывает значительной разницы в местных ценах, влияющей на соотношения в уровне жизни и в прожиточном минимуме разных территорий. При этом во внимание принимаются лишь денежные средства региональных бюджетов без учета внебюджетных фондов и других источников, из которых складываются реальные средства, которыми располагает регион.

Главное же состоит в том, что помощь из центра не носит целевого характера, не стимулирует региональные органы управления совершенствовать свою собственную деятельность и полнее использовать внутренние возможности хозяйства соответствующих территорий, более того - поощряет иждивенчество.

В итоге взаимоотношения федерального бюджета с регионами зашли в тупик. Количество регионов-доноров систематически сокращается. Причем эти регионы справедливо возмущены тем, что не имеют никаких преимуществ по сравнению с иждивенцами. Получается, что регионы, которые слабо работают над программами лучшего использования имеющихся у них ресурсов или более того проводят политику торможения реформ, могут жить не хуже других за счет перераспределения средств от более успешно и творчески работающих регионов.

Не случайно с недавних пор идет процесс консолидации субъектов-доноров с целью проведения согласованных действий по отношению к федеральному центру и к регионам-иждивенцам. Тем самым зреют новые конфликты, угрожающие целостности российской государственности и усиливающие процессы неуправляемости в стране.

1. Проблема рентных отношений.

Спецификой Российской Федерации является наличие на ее территории регионов, богатых природными ресурсами федеральной и мировой значимости («сырьевых регионов»). Все эти регионы имеют, как правило, большую протяженность и расположены в северной части страны. Сочетание факторов исключительной ценности и народнохозяйственной значимости добываемых в них ресурсов и сложных условий их добычи и эксплуатации, а также условий жизни населения ставят неординарную задачу государственного регулирования развития сырьевых территорий и формирования адекватной системы недропользования с учетом особенностей федеративного государственного устройства России. А также существует проблема государственной поддержки коренных народов Севера, на территории компактного проживания которых организуется крупномасштабная добыча природных ресурсов.

Наличие в России крупных месторождений полезных ископаемых, с одной стороны, «спровоцировало» здесь кризисные явления в экономике, «посадив страну на иглу нефтедолларов» и сформировав здесь уродливую отраслевую структуру экономики, с другой – позволило все-таки выстоять в исключительно сложных кризисных условиях.

Новые российские сырьевые компании, ориентируясь на мировую конъюнктуру цен, сумели существенно нарастить производство и стать реальными инвесторами, что было уже недостижимо в условиях плановой централизованной экономики. В то же время этот рост сопровождался формированием беспрецедентных финансовых потоков и личного состояния новых российских олигархов, проходящих вне государственной казны, в результате чего российский бюджет в огромной мере стал зависеть от успехов развития сырьевого сектора экономики.

После прихода к власти В.В. Путина произошли серьезные изменения в восстановлении функций государственного регулирования экономики при декларируемом соблюдении интересов и прав частного бизнеса. Эти реформы не могли не затронуть важнейший сегмент Российской Федерации и ее экономики – сырьевой сектор и сырьевые регионы, и имеющиеся здесь изменения были весьма существенны. Эти изменения коснулись как процедур контроля за добычей природных ресурсов, так и четко обозначенных стремлений федерального Центра к централизации сверхприбылей («ренты»), возникающих в нефтегазовом секторе.

До сих пор в соответствие с Конституцией Российской Федерации[2] и с федеральным законодательством в контроле за недрами действовало правило «двойного ключа», когда при выдаче лицензий на разработку полезных ископаемых решение должно быть одобрено как Министерством природных ресурсов Российской Федерации, так и руководством соответствующего субъекта Федерации. Рекомендации Комиссии Д. Козака и очередная редакция нового закона о недрах фактически ликвидируют эту практику и предполагается, что в ближайшее время весь контроль за лицензированием и налогообложением ценных полезных ископаемых целиком перейдет в руки федерального Центра. В ведении регионов останутся лишь природные ресурсы местного значения (песок, щебень и т.д.). Вместо совместного с федеральным Центром пользования и контроля за природными ресурсами, регионам делегируется лишь процедурное право «согласования» фактически принятых решений.

Характеристики

Список файлов курсовой работы