70953-1 (625127), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Среди российских учёных также нет единого мнения о причинах глобального потепления. Тем не менее, Российская академия наук дала отрицательное заключение на ратификацию Киотского протокола в России (23). Позиция академиков по этому вопросу не была постоянной. В 1992 г. на Всемирном саммите по окружающей среде и устойчивому развитию в Рио-де-Жанейро была принята Рамочная конвенция ООН об изменении климата (РКИК). Тогда ни у кого из российских учёных не возникало сомнения относительно необходимости принятия мировым сообществом согласованных мер по предотвращению изменения климата. Благодаря их рекомендациям, руководство страны обладало всей полнотой информации об изменении климата и приняло в 1994 г. положительное решение о ратификации РКИК. Российские учёные активно участвовали в работе Международной группы экспертов по изменению климата (МГЭИК). Достаточно сказать, что академик Юрий Израэль, впоследствии проявивший себя как непримиримый противник Киотского протокола, являлся вице-президентом МГЭИК. А именно на основе рекомендаций этой организации был разработан Киотский протокол. Казалось, ничто не предвещало столь трудную судьбу Киотскому протоколу в нашей стране.
На протяжении последних трёх лет Киотский протокол стал предметом политического торга — позиция России сменилась с позитивной в 2000 г. на резко негативную в 2001–2004 гг. Есть все основания полагать, что до недавнего времени отношение Президента России к Киотскому протоколу было более чем прохладным (21, 23). Вероятно, именно поэтому кардинально изменилась и позиция многих учёных в России по этому вопросу. По предложению В.В. Путина с 29 сентября по 3 октября 2003 г. в Москве состоялась очередная Всемирная конференция по изменению климата (WCCC 2003), на которой предполагалось обсудить проблему изменения климата, роль антропогенных и природных факторов, а также пути уменьшения промышленных выбросов.
Подготовка к научному форуму проходила в обстановке силового навязывания программы конференции Юрием Израэлем, российским председателем оргкомитета. Ряд зарубежных учёных опасались, что скептики Киотского протокола в России используют эту встречу, чтобы обосновать отказ России от его ратификации и серьёзно рассматривали возможность бойкотирования конференции (28). Действительно, по мнению одного из участников, на конференции было много людей отстаивающих не научные факты, а личные и политические амбиции, поэтому принципы научного обсуждения часто и даже систематично нарушались (29). Тем не менее, в выводах конференции записано: «...в результате антропогенных эмиссий парниковых газов и аэрозолей в природе имеют место изменения климата, и это представляет основную угрозу для людей и экосистем» (30).
После конференции Администрация Президента не удовлетворилась её итогами. Российской Академии Наук было поручено разобраться в целесообразности ратификации Киотского протокола. Выполняя это поручение, РАН организовала специальный семинар, пригласив на него отдельных иностранных учёных, являющихся противниками Киотского протокола*. В результате участники семинара пришли к мнению о полном отсутствии научного обоснования Киотского протокола и его практической неэффективности (23, 25). Кто тогда мог предполагать, что спустя несколько месяцев, несмотря на отрицательное заключение РАН, Киотский протокол одобрит Совет Министров, за него почти единогласно проголосует Государственная Дума, и, наконец, Протокол будет подписан Президентом (24)?
Российская наука оказалась в глупом и постыдном положении. Будет неудивительно, если вскоре многие учёные России, бывшие непримиримыми противниками Киотского протокола, вскоре станут не менее непримиримыми его приверженцами. Если совсем недавно на пресс-конференции после специального семинара РАН было заявлено, что повышение уровня Мирового океана — миф (23), то стоило Президенту подписать Киотский договор, как СМИ огорошили весь мир леденящими кровь прогнозами российских учёных о скором затоплении Владивостока, Санкт-Петербурга, Магадана и многих других прибрежных городов мира (9).
История Академии Наук СССР показывает, что она не всегда придерживалась принципов объективности научного знания, часто преобладал принцип партийности, «преданности делу марксизма-ленинизма». Об этом говорит история запрета генетики в сталинские времена, полная «кукурузация» всей биологической науки в хрущёвские, одобрение АН СССР строительства БАМа в брежневские и полное неодобрение в горбачевские. Очень переменчива и непостоянна была позиция АН СССР в отношении проекта поворота сибирских рек.
Приходится констатировать, что нынешняя РАН унаследовала эти пороки, а вновь выстроенная в России вертикаль (диктатура) власти подмяла под себя не только СМИ, Государственную Думу, губернаторов, олигархов, но и науку. Длительная селекция в российской науке привела к тому, что в ней почти не осталось Джордано Бруно, готовых идти на костёр за свои убеждения; к сожалению, в ней властвуют Галилео Галилеи, которые в зависимости от ветров, дующих из Кремля, готовы менять своё мнение на прямо противоположное. Не в этом ли кроется сегодняшняя причина бед российской науки, возникших из-за намерений президентской администрации кардинально сократить число научно-исследовательских институтов? Спрашивается, зачем Президенту нужны 10 000 учёных, если хватит и 100 для «теоретического» обоснования очередной его прихоти? Правда, возникает вопрос, можно ли этих оставшихся «учёных» назвать учёными?
Есть ли причины радоваться глобальному потеплению?
По очень осторожным оценкам к 2020 и 2050 гг. среднегодовая температура в Сибири повысится соответственно на 0,9-1,5 и 2,5-3 оС (4, 6, 31). Среди граждан нашей страны, включая президента, бытует мнение, что это событие приведёт к смягчению сурового резкоконтинентального климата и сделает территорию Сибири более благоприятной для проживания. Действительно, к концу мелового периода среднегодовые температуры на севере Иркутской области составляли 7-13оС, что соответствует современному термическому режиму Крыма (32, 33). Отсюда делается вывод, что если кто-то и пострадает от глобального потепления, то жители России, в частности Сибири, только выиграют. Сократится расход энергии на отопление, не надо тратить деньги на тёплую одежду, на даче можно выращивать бананы, а в Байкале купаться, как в Чёрном море. Поэтому не надо спешить подписывать Киотский протокол, надо просто подождать и посмотреть, что получится. Не останавливаясь на этичности и нравственности этой позиции, заметим, что желающие получить крымский загар в центре Сибири по своей наивности забывают, что повышение средней температуры поверхности планеты на несколько градусов, это не то же самое, что повышение температуры в благоустроенной квартире в зимнее время.
Например, позитивный тон носят имеющиеся сегодня в России сельскохозяйственные прогнозы, в них предсказываются положительные результаты глобального изменения климата для сельского хозяйства. По оценкам повышение средней приземной температуры в течение ближайших нескольких десятков лет приведёт к отступлению тундры на север на 150-200 км (5) или даже 1 000 км (27, 31), а значит, у тундры будут «отвоёваны» дополнительные земли, пригодные для сельскохозяйственного использования. В целом по России процесс потепления климата наиболее заметен в холодное время года. Есть данные, что средняя температура зимы и весны возросла соответственно на 4,7 и 2,9 оС за 100 лет, т.е. улучшились условия перезимования полевых и садовых культур. Продолжительность вегетационного периода стала больше на 18 дней и будет расти дальше со скоростью 3,5 дня в 10 лет. Летние же температуры увеличатся незначительно, зато снизится вероятность осенне-весенних заморозков, отрицательно влияющих на урожаи, поэтому есть шанс, что продуктивность сельского хозяйства России возрастёт (4, 34). Однако эта «ложка мёда» оптимистических прогнозов может раствориться в бочке дёгтя негативных последствий.
За последние 50 лет в России наметилась тенденция к снижению годовых и сезонных сумм осадков (4). Согласно прогнозам, потепление климата на Северном Кавказе и в Поволжье — основных житницах современной России — будет сопровождаться всё более частыми засухами. В результате, степные пространства превратятся в пустыню, что вызовет падение урожайности в этих регионах (34). В выводах Межведомственной комиссии Российской Федерации по проблемам изменения климата сказано: «В целом, для России изменение климатических условий может характеризоваться как “сопровождающееся усилением засушливости”». При такой тенденции климатических изменений можно ожидать уменьшения средней урожайности зерновых культур (5). Если учесть, что почвы в тундре довольно бедны по органическому составу и в этих районах практически нет сельскохозяйственного населения, то суммарный рост продуктивности сельского хозяйства представляется довольно спорным.
Кроме того, обратим внимание на следующие обстоятельства. Более 60% территории России расположено в зоне вечной мерзлоты. Потепление климата приведёт к отступлению вечной мерзлоты на север. Согласно некоторым прогнозам, зона вечной мерзлоты сократися к 2050 г. до одной пятой от её современной площади и будет находиться в соответствии с границей вечной мерзлоты во время последнего межледникового периода 125 тыс. лет назад (27). А ведь на вечной мерзлоте стоят многие города и посёлки Восточной и Западной Сибири и Северо-Востока России, проложены автомобильные и железные дороги, газо- и нефтепроводы, линии электропередачи, мосты. В условиях продолжающегося потепления климата вся эта инфраструктура, на создание которой были затрачены огромные средства, может быть выведена из строя в течение нескольких последующих десятилетий. Львиная доля сооружений построена на свайных фундаментах, использующих многолетнемёрзлый грунт в качестве оснований, и рассчитана на эксплуатацию в определённых температурных условиях. Разрушение фундаментов зданий в результате просадки грунта будет неминуемым следствием деградации вечной мерзлоты. Потребуется снести и, переместив, заново отстроить целые города, такие как Норильск, Анадырь и Якутск, стоящие на вечной мерзлоте*. Многие жилые здания и промышленные объекты уже через 10–20 лет будут находиться в аварийном состоянии. Если эти прогнозы оправдаются, то плата за бездействие будет намного выше, чем затраты на предотвращение кризиса.
И это только часть неприятных последствий деградации вечной мерзлоты. Трудно знать заранее, что нам сулит открытие этого ящика Пандоры. Такие события никогда ранее не происходили в человеческой истории, и никто не знает, чем это может обернуться.
Есть немало загадок в прошлом Земли. Мы, например, не знаем, почему вымерли динозавры или куда исчезли неандертальцы. Возможно, что причиной их исчезновения были смертельные эпидемии, подобно чуме, опустошившей средневековую Европу. Возбудители подобных заболеваний могут исключительно долго сохранять свою жизнеспособность в условиях глубокого замораживания. Отступление ледников в Альпах каждый год обнажает замёрзшие трупы первобытных людей, поэтому не исключено, что некогда смертельный вирус, тысячи лет находившийся в заточении, опять вырвется на свободу**.
Увеличение продолжительности периодов высоких температур приведёт к активизации сельскохозяйственных вредителей. Колорадский жук, освоивший территорию Западной Сибири, усилит своё наступление на Восточную.
В последние годы происходит расширение ареала таёжного клеща и рост числа болезней, вызванных инфекциями, которые они переносят. По всей вероятности, это также связано с изменением климата. Первые случаи заболеваемости клещевым энцефалитом зарегистрированы на территории России в 1939 г. Аномально жаркие года конца XX столетия (1996, 1998) привели к максимальному подъёму заболеваемости. Например, в Иркутской области — 7 случаев на 100 тыс. населения (35).
Аналогичная ситуация наблюдается с небывалым распространением в тайге сибирского шелкопряда. Если в середине 1990-х гг. вспышка численности сибирского шелкопряда в лесах Сибири уничтожила 1 млн га леса, то в начале XXI века этот вредитель съел 8 млн га лесов только в одной Якутии (16).
Повышение средней температуры поверхности Земли происходит неравномерно. Если в северных районах Восточной Сибири потепление идёт со скоростью 0,8-1,0 °С в 10 лет, то в районе экватора менее, чем 0,1 °С за 10 лет (6), т.е. разница температур на полюсах и экваторе становится всё меньше. Между тем, эта разница является тем самым «двигателем», который определяет циркуляцию атмосферных и гидросферных потоков. Снижение температурного потенциала заставит Гольфстрим ослабить своё течение, и это может принести похолодание в страны Западной и Северной Европы. В то же время в результате нарушения перемещения воздушных масс возникнут непредсказуемые изменения в распределении осадков на планете. В одних областях Земли климат может стать более сухим, в других более влажным. Именно застой в воздушном течении может являться причиной того, что периоды засухи станут сменяться периодами проливных дождей. Об этом мы теперь знаем не только из радио- и телепередач, но и на собственном опыте.
Все мы хорошо помним лето 2003 г., когда из-за рекордно низкого количества осадков в мае-июне запылали сибирские леса*, оскудели сибирские реки, перестали работать на полную мощность гидроэлектростанции, прервалось судоходство. Именно поэтому иркутские энергетики, поддерживаемые губернатором, обратились в правительство за разрешением понизить уровень Байкала, и именно на этом основании осенью были подняты тарифы на электроэнергию. Тем же летом, в августе месяце Иркутскую область осадили проливные дожди и сгноили пережившие засуху остатки урожая. Похожую ситуацию, но с меньшим отрицательным результатом, мы наблюдали летом 2002 г. Поэтому существует большая вероятность, что подобные события будут не только повторяться из года в год, но с каждым разом усиливать свою разрушительную силу**.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
