117978 (618089), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Таким образом, правосознание общества и человека находится под влиянием «блип-», «контр-» и «транс-факторов» информационного общества. Государству – путем принятия новых программ и концепций – принадлежит ведущая роль в формировании информационного общества. Эффективное использование информационных и телекоммуникационных технологий приведёт к повышению общей эффективности деятельности государственного механизма, формирования демократического, открытого общества, становлению новых и трансформации старых правовых институтов.
Вместе с тем, глобализация в современном мире – это отнюдь не линейный и идущий равномерно процесс. В феномене современной глобализации обнаруживается множество неоднозначных, в том числе и негативных моментов. Чтобы объективно и комплексно рассмотреть этот процесс, я считаю необходимым проанализировать его противоречия и конфликты.
Глава IV
Глобализация по сути своей оказалась отнюдь не такой «глобальной» (охватывающей с одной стороны все страны и регионы, а с другой – все области: экономику, социальные отношения, культуру и т.д.), не столь «универсальной» (имеющей единые, прежде всего европейские и американские, нормы и стандарты, ценности) и не столь «прямолинейной» (развивающейся только в одном направлении и не допускающей «зигзагов» и регрессов), как представлялось в 1960-х годах.
В свете необратимых технологических реалий возникает необходимость, чтобы государства трансформировали свою роль. Важно определить, как государства, институты и корпорации должны приспосабливаться к спектру вызовов, порожденных глобализацией, включая появление все более быстрых и потенциально взрывоопасных финансовых потоков, зарождающегося транснационализма, а также усиление неравенства между богатыми и бедными как на внутригосударственном, так и на внегосударственном уровне.
Главный вопрос при анализе глобализации, на мой взгляд, звучит так - какой порядок на общемировом уровне закрепляет глобализация и каковы основания для этого.
Мы живем сегодня на очередном витке обычного исторического развития мирового сообщества, состоящего из разных, но взаимосвязанных групп стран. Обычного – в смысле конфликтного характера этих взаимосвязей – ведь мир всегда развивается конфликтно. Можно согласиться с мнением в журнале «Экономист», что мир становится «взрывоопасно разделенным». Но в то же время этот гетерогенный мир представляет собой динамичное и постоянно изменяющееся сцепление более двухсот национально-государственных образований. Его развитие протекает неравномерно, и потому взаимосвязи и взаимозависимость между составными его частями асимметричны. Разные группы стран втянуты в мировые интеграционные процессы в неодинаковой степени и практически не на равных.
Это наглядно проявляется в следующем. Глобализация в ее современной форме, охватившая уже примерно 30 % стран мира (данные 2005 года, журнал «МЭиМО», 2005, №10), не решает проблемы периферии: догоняющие так и остаются в своей неопределенной позиции, хотя иногда и наблюдается процесс интеграции глобального и локального – глокализация, а разрыв между лидерами и аутсайдерами только растет. Такой разрыв Г. Ритцер именует «гробализация» (Ritzer G. The Globalization of nothing. L., N.Y., 2004).
В широком теоретическом, формационно-цивилизационном плане дихотомное деление мира на Запад и Незапад представляется целесообразным и обоснованным. С формальной точки зрения Запад – как цивилизационная общность, прошел последовательно, естественнно-исторически через все фазы общественно-экономического развития. Его сегодняшнее состояние и достигнутый формационный уровень являются завершающим результатом этого исторического процесса. Незапад развивается по принципиально иной – догоняющей – модели, для которой характерны «ужатость» отдельных фаз, неполное развитие и «наложение» их друг на друга, а теперь еще и наложение на все это развертывающихся процессов глобализации. Уже одно это отличие размывает почву под претензией западной модели общественно-исторического развития на универсальность. Инициируемая и возглавляемая сегодня Западом глобализация также не может помочь Западу «втащить» Незапад в русло его модели развития. Ведь ясно, что для реализации целей догоняющего развития набор и «инструментов», и механизмов должен быть иным, и даже некоторые сходные институты и механизмы должны функционально играть принципиально иную роль.
Этот конфликт можно рассматривать как противоречие между богатыми и бедными странами. Извечная коллизия, породившая массу культурных сюжетов, переместилась сегодня на межгосударственный и межнациональный уровень, что придает ей особый драматизм и немалую потенциальную опасность.
Даже если допустить, что западный вариант глобализации одержит верх над Незападом (что, однако, отнюдь не гарантировано; весь прошлый исторический опыт свидетельствует, что лидерство в мировом прогрессе всегда перемещалось из ареала в ареал, от государства к государству, да и современная практика показывает нам, что группа стран АТР уже бросает вызов Западу, претендуя по крайней мере на равное участие в процессах глобализации), то и тогда это не означало бы полной универсализации миро-хозяйственных взаимосвязей и стирания граней между Западом и Незападом.
Дело в том, что во главе процесса глобализации в том виде, в каком он происходит сейчас, стоят ТНК и ТНБ, которые не в коей мере не заинтересованы и отнюдь не ставят целью свободное и полное распространение своих технологий и научно-технических достижений на всю экономику Незападной части мира. Их цель намного скромнее: создание в странах Незапада «стыковочных узлов» или островков бизнеса в качестве канала, через которые можно получать необходимые им материальные и финансовые ресурсы. То есть современный тип глобализации означает втягивание Незапада в международное разделение труда, но только в неоколониальном его варианте ( каким бы «цивилизованным» оно ни было).
Очевиден ответ на вопрос - для кого выгодна или скажем так наиболее прибыльна глобализация. Фактически основную часть преимуществ получают богатые страны или индивиды. Некоторые оппоненты говорят о возможности глобальной конвергенции доходов, аргументируя это тем, что экономика бедных государств развивается более высокими темпами, чем богатых. На самом же деле быстрый рост характерен лишь для небольшой группы стран Юго-Восточной Азии ("азиатских тигров"), тогда как наименее развитые в экономическом отношении страны отличаются гораздо более низкими темпами роста, чем богатые государства. Их выгоды от глобализации минимальны.
Какие же проблемы характерны для политики, и есть ли вообще опасность для политики той или иной группы стран в глобализации экономики?
С уверенностью можно отметить что есть и конечно же опять ситуация складывается не на пользу бедных стран, так как при глобализации экономики контроль над экономикой отдельных стран может перейти от суверенных правительств к наиболее сильным государствам, многонациональным или глобальным корпорациям и международным организациям. По данной причине глобализация может вызвать у национальных лидеров чувство беспомощности перед ее силами, а у электората - антипатию к ней. То есть возможно ограничение суверенитета бедных государств которые не в силе противостоять процессам глобализации.
Но это лишь одна проблема связанная с возможностью частичного ограничения или утраты суверенитета бедными странами, но по сути при согласии бедных стран на такое развитие событий (хотя это только гипотеза) процессы глобализации будут контролироваться богатыми странами. И в отличие от предшествующих ей глобальных процессов (например, индустриализации), проходит осознанно, вернее, общество осознает, что имеет дело с неким процессом. Из этого осознания вытекает иллюзия того, что им можно как-то управлять. С этой иллюзией связаны, на мой взгляд, самые негативные последствия глобализации - попытки бедных стран заставить богатых "делиться" и неспособность богатых стран предпринять что-нибудь, что могло бы удовлетворить бедных. Упреки правительств бедных стран адресованы правительствам богатых, но последние отнюдь не контролируют процесс. Не контролируют процесс и ТНК. Тот же "Майкрософт", пострадавший от американского суда, - наглядный тому пример. О проблеме глобализации пытаются говорить на старом "доглобализированном" (межгосударственном) уровне, в то время как она требует других подходов. То есть процесс глобализации не подвластен ни бедным и не богатым странам. Возникает вопрос, а кому же она подвластна, так как некоторые аспекты глобализации действительно кажутся представляющими угрозу ценностям, которые сделали саму глобализацию возможной. Те же ТНК давно являются кошмаром футуристов. По экономической мощи крупнейшие ТНК вполне могут соперничать с национальными государствами. Так, по объему производимой продукции японская корпорация "Мицубиси" уступает только двадцати одной стране в мире, а в число сорока крупнейших производителей наряду с тридцатью государствами входят десять ТНК. Поскольку в отличие от развитых стран, в ТНК существует жесткая, иерархическая структура управления, они могут свободно распоряжаться огромными ресурсами и, следовательно, на коротких промежутках времени и для решения локальных задач быть гораздо более эффективными, чем государства.
Отдельную проблему представляет и сложившаяся сегодня система международных отношений. Не существует авторитета - персонифицированного (организации) либо деперсонифицированного (закона), признаваемого всеми участниками процесса. Международное право только называется правом, а является скорее нормативами, легко игнорируемыми эгоистичными государствами. Чтобы реально требовать чего-то от развитых стран, правительства бедных стран должны согласиться с относительностью принципа суверенитета. Но этого как раз и не происходит, потому что все знают, что источником бедности этих стран на 90% являются их правительства, и борьба с бедностью, если заниматься ею всерьез, должна начаться с отстранения их от власти. Даже наднациональные (или межнациональные) структуры, которые могут быть созданы вместо ООН, немедленно будут объявлены агентами богатых стран.
С другой стороны, субъектами международных отношений являются правительства - организации более чем эгоистические, в то время как проблема, которую они пытаются освоить, имеет надгосударственный характер. Эффекты глобализации не удастся смягчить путем международной кооперации именно в силу эгоизма всех без исключения правительств.
Если вся политика глобализации действует позитивно только для богатых стран, в том числе в какой-то мере ограничивая суверенитет бедных государств, то мне все больше кажется что это как бы новых подвид колонизации бедных стран богатыми с целью всевозможного использования последними бедных государств.
В этом и состоит сегодня главная суть противоборства между Западом и Незападом. Незапад, то есть страны догоняющего развития, не хочет интегрироваться на второстепенных и подчиненных ролях, и в этом противоборстве он использует свое главное оружие – национальное государство. Именно оно противоборствует сегодня западному варианту глобализации и универсализации, и именно оно может помочь Незападу равноправно интегрироваться в мировое хозяйство, полноценно участвовать в процессе глобализации, но не сразу и не прямо, а через переходный период, в течение которого оно будет регулировать взаимосвязи с Западом и сдерживать негативные тенденции западного варианта глобализации.
Очевидно, Запад не хочет реализации Незападом модели догоняющего развития. Он навязывает свою модель потому, что она не подходит для местных условий и для успешных попыток «догнать», для достижения экономического равенства (не идентичности, а именно равенства при сохранении национальной специфики), так как в рамках западной модели Запад всегда будет сохранять свое преимущество. И как раз на это фактически направлены все основные рекомендации МБРР и МВФ, выдвижение ими на первый план не структурной перестройки всего общественно-производственного организма в странах Незапада, а макроэкономической стабилизации, структурной (финансовой) адаптации, максимальной открытости экономики.
Эти рекомендации фактически блокируют догоняющее развитие стран Незапада и способствуют сохранению их в рамках асимметричной интеграции. С завершением биполярного противостояния «двух систем» и развалом СССР арсенал международных финансовых организаций пополнился еще одним оружием – увязкой официальной помощи развитию с переходом стран к демократии. И вопреки очевидной, бьющей в глаза неготовности абсолютного большинства развивающихся стран к демократии. Но энтузиазм по поводу всеобщего перехода к демократии был кратковременным. Практически во всех африканских странах, которых буквально вынудили «ввести» демократические формы правления, вскоре последовала дестабилизация политической ситуации и резко ухудшилось экономическое положение, усилилась тенденция их маргинализации.
Рассмотрев и проанализировав лишь некоторые факты, свидетельствующие о неоднозначности и противоречивости глобализации (существует и множество иных проблем, не упомянутых выше), можно сделать следующий вывод. Конечно, на данный момент модель современного однополюсного мира свидетельствует о том, что Запад в лице Америки предстал перед миром в облике несомненного лидера во всех областях – экономике, технологиях, военной мощи и прочих, а также как своего рода проектант формируемой мировой политики. Можно констатировать, что в настоящий момент действительно нет ни одной страны или сложившейся группировки государств – «центров силы», которые были бы хоть в какой-то мере сопоставимы с нынешним мегаполюсом. Вследствие этого в мире закрепилось очевидное неравенство, которое в свою очередь порождает стремление преодолеть это неравенство со стороны «ущемленных». Как проявляется это стремление?
Адепты постмодернистской перспективы и глобализационного подхода подчеркивают, что вслед за описанным выравниванием по внешним характеристикам на первый план выступает собственно социокультурная дифференциация. И вот здесь проявляется новое значение локальности. Противопоставляя локальность как местность - глобальности как повсеместности, под первым подразумевают этнокультуру: традиции, язык, религию, - которые действительно противостоят тенденциям унификации
Именно регионализация создает необходимую среду для социальных субъектов международных отношений через локализацию необходимых социально-культурных ресурсов (все же другие ресурсы принципиально досягаемые). Этот тезис подтверждает тот факт, что, невзирая на всемирное распространение достижений цивилизации, которая словно нефтяное пятно растеклась по земному шару, производственная, управленческая, образовательная культуры, способы и принципы деятельности остались различными, что и определяет фактическое неравенство.
Возможно, данный вывод кажется довольно, но он имеет прямой выход на практику тех же международных отношений, так же как и отношений социальной структуры. Перенимая уже распространенные в мире тенденции, молодое государство только постоянно догоняет, дотягивается к уже поставленной планке - данная стратегия обрекает ее быть вечным аутсайдером. Вступление же в международное содружество равноправным субъектом предусматривает способность управлять глобальными проблемами. Для того, чтобы заявить себя именно таким образом, социальному субъекту (необязательно это государственное или политическое образование, тем более что сегодня все чаще им становятся транснациональные компании) следует определить свою исключительность, уникальность, новизну в подходе к данному классу проблем и из-за этого уже позиционировать себя среди других. Управлять глобальными проблемами цивилизации возможно только, поместив их в "более глобальный" смысловой контекст, когда она приобретает новую ясность, новый горизонт видения. Таким образом, превращение в субъект мировых отношений будет зависеть не столько от геополитического расположения, характеристик территории, которую занимает государство, сколько от той значимости в мировом контексте, которой может приобрести общество, от его символического статуса.
Глава V
В силу существования множества негативных последствий глобализации, некоторые из которых перечислены выше, в мире образовалось движение антиглобалистов. Одни из них выступают вообще против глобализации, как таковой, считая государство – важнейшей силой в обществе, другие говорят о несогласии с американскими условиями, с пропагандой американского образа жизни, американской массовой культуры.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
