117978 (618089), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Третьим источником глобализации можно считать расширение сферы деятельности организаций, ставшее возможным как в результате технологического прогресса, так и более широких горизонтов управления на основе новых средств коммуникации. Многие компании, ориентировавшиеся раньше только на местные рынки, расширили свои производственные и сбытовые возможности, выйдя на глобальный уровень. В рамках подобных многонациональных корпораций в настоящее время осуществляется почти треть мировой торговли.

С появлением глобальных предприятий международные конфликты в значительной мере переместились с уровня страны на уровень фирмы, и борьба завязывается не между странами за территориальные владения, а между фирмами за долю на мировом рынке. Некоторые усматривают в таких компаниях угрозу власти и автономии государства.

В качестве четвертой причины глобализации можно отметить достижение глобального единомыслия в оценке рыночной экономики и системы свободной торговли. Начало этому было положено объявленной в 1978 г. реформой в Китае, за которой последовали политические и экономические преобразования в государствах Центральной и Восточной Европы и распад СССР.

Пятая причина кроется в особенностях культурного развития. Речь идет о тенденции формирования глобализованных "однородных" средств массовой информации, искусства, поп-культуры, повсеместного использования английского языка в качестве всеобщего средства общения. Частично из-за этого некоторые страны, особенно Франция и ряд других европейских государств, рассматривают глобализацию как попытку США добиться культурной, экономической и политической гегемонии. В сущности, они считают глобализацию новой формой империализма или новой стадией капитализма в век электроники. Другие видят в глобализации новую форму колониализма, при которой роль новой метрополии играют США, а ее колоний — большинство остальных стран, поставляющих туда не только сырье, как это было раньше, но и оборудование, рабочую силу, капитал и другие необходимые для производственного процесса компоненты, будучи одновременно частью глобального рынка сбыта.
Как бы ни относились к глобализации ее противники и сторонники, нужно признать, что она уже явно изменила мировую систему, порождая новые проблемы и открывая новые возможности.

Подводя краткий итог, можно сказать, что глобализация стала порождением ускоренного развития коммуникаций в 1990-е годы («коммуникационного бума») и сама в свою очередь создала принципиально новую общественную атмосферу. Тут я имею ввиду не только создание и распространение новых технических средств коммуникаций, но и повышение интенсивности человеческих коммуникаций как таковых. На мой взгляд, именно этот аспект – наступление новой, информационной, эпохи – является определяющим при толковании понятия глобализации. Исходя из этого, можно дать ей следующее определение:

Глобализация – это процесс формирования и последующего развития единого общемирового финансово-экономического пространства на базе новых, преимущественно компьютерных технологий.

Какова идеологическая основа глобализации? Что происходит на смену прежним концепциям, находящимся в глубоком кризисе из-за несоответствия современным реалиям? На эти вопросы я попытаюсь дать ответ во второй главе своей работы.

Глава II

В современном мире назревает глубокая переоценка положения на планете, пересмотр базовых концептов и предлагавшихся ранее прогнозов и решений. Происходящая глобальная революция имеет свою идеологическую основу. Более того, ее главный двигатель, а также источники многочисленных проблем и срывов находятся именно в области мировоззрения. К концу века стал вполне очевиден переживаемый цивилизацией кризис господствующего мировоззрения: пробуксовка, затухание, причудливые метаморфозы модернизации. Проект Большого Модерна, заложивший основы западной или североатлантической цивилизации, доминирующей ныне на планете – построение универсального сообщества, основанного на постулатах свободы личности, демократии и либерализма, научного и культурного прогресса, повсеместного распространения «священного принципа» частной собственности и рыночной модели индустриальной экономики – частично реализуясь, ныне сталкивается со все более неразрешимыми трудностями. Это связано с фундаментальной культурной неоднородностью мира, резким экономическим неравенством на планете (о противоречиях на мировом уровне я скажу в главе 4). Проект этот достиг каких-то качественных пределов, претерпевая одновременно серьезную трансформацию.

В ходе нарастающей прагматизации общественного сознания плоды глобализации имеют в итоге странный синкретический характер, а порожденные ею конструкции, являясь универсальной инфраструктурой, напоминают мегаломаническую ирригационную систему, чьи каналы обеспечивают растекание по планете уплощенной информации и суррогата новой массовой культуры. В результате распространение идеалов свободы и демократии нередко подменяется экспансией энтропийных, понижающихся стандартов в различных сферах жизни, затрагивая при этом не только культуру, но и социально-экономические реалии.7

Рожденная на финише второго тысячелетия, неравновесная, синклетичная и в значительной степени космополитичная конструкция глобального сообщества есть, таким образом, продукт постмодерна и совместного творчества всех актуальных персонажей современного мира. Произошла фактически плавная замена мирового этоса. Культурно-исторический генотип эпохи Постмодерна утверждает на планете собственный исторический ландшафт, политико-правовые и социально-экономические реалии которого резко отличны от аналогичных институтов общества Модерна. Социальные институты – нации, государства, не столь важны, как важны первичные социальные связи и сети этих связей. Происходит колоссальная фрагментация социального субъекта. И выражается это во вполне явных формах бегства от институтов – в основном от социетальных институтов.8 Это процесс глобальный и в пределах западного мира он не связан с качеством самих институтов, он связан с изменениями, которые происходят в чисто человеческой, личностной сфере общественной действительности. Самое важное измерение в этих изменениях – социально-антропологическое. Самая общая их характеристика – это индивидуализация. Причем наряду с индивидуализацией, отделением индивида от социальных групп, происходит мельчание самих этих социальных групп, формирование их не по принципу заданности социальным статусом, происхождением, а по принципу добровольности, ассоциативности. Все это процессы, которые происходят прежде всего в западном мире, но в силу универсального возрастания неустойчивости, динамизма социально-групповых связей приобретают в той или иной мере глобальный характер.

Несостоявшееся социальное единение планеты на практике замещается ее хозяйственной унификацией. А место мирового правительства, действующего на основе объединения наций (логическая вершина проекта Большого Модерна), фактически занимает безликая (или просто анонимная) экономическая власть. По крайней мере, об этой власти до недавнего времени ничего не было известно, пока некоторое время назад в греческом журнале «Аnekshgito» не было помещено интервью Афанасия СТРИГАСА (Strigas) «МИРОВОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО, ИНТЕРВЬЮ С ИНСАЙДЕРОМ». В анонсе говорится: Стригас - политик, посвящённый в дела, творящиеся за кулисами. Он говорит о том, кто реально вершит судьбы нашей планеты:

«Это может выглядеть преувеличением, но народы в настоящее время управляются ЧЕРЕЗ их политическое и военное руководство согласно распоряжениям двух глобальных центров: Трехсторонней Комиссии (Тtilateral Соmmission) и Бильдербергского Клуба (Bilderberg Club). Это отличает новую эру от того, что было в прошлом. В прошлом мир управлялся идеологиями. Мы знаем, что идеологии использовались, чтобы управлять людьми. Но противоречивые идеологии приводили к войнам. Теперь всё глобализировано. Мир стал глобальной деревней. Поэтому появились производящие глобальное управление центры и возникла планетарная политика XXI столетия. Она маргинализировала национальные правительства, которые теперь зависят от этих международных центров. Сегодня судьбы стран определяет доход. Задача сегодняшних правительств - заботиться о стабильности тех 93% международного богатства, которое контролируют эти два центра… Руководящий Комитет Клуба - протагонисты, обычно из числа американцев и европейцев из развитых стран, - никогда не включает в свои ряды представителей Третьего мира.»9

Итак, сегодня на лоне глобального сообщества происходит вызревание вполне определенного мироустройства – наднационального неоэкономического континуума, объединяющего на основе универсального языка прагматики светские и посттрадиционные культуры разных регионов планеты. Формируется новая система, и все остальные страны уже являются частью этой системы. Как видно из речи Стригаса, эта система основана на неравенстве между странами, закрепленном на много времени вперед.

Какие же качественно новые характеристики приобретает общество в результате столь серьезных трансформаций? Как они влияют на мироощущение отдельного человека? Этот аспект раскрывается в третей главе моей работы.

Глава III

Главная примета нового времени, его содержательная сторона состоит в том, что современный человек создал слишком сложный для себя как отдельно взятой личности, для своих интеллектуальных возможностей мир. В результате он утратил способность сознавать базовые закономерности этого мира и их изменения, предвидеть последствия своих усилий и направление своего собственного развития. Для Постмодерна (как концепции и как эпохи) вообще характерно отсутствие собственной значимой социальной перспективы. Общество Постмодерна – на деле хрупкая социальная конструкция - в силу недостатка внутренней целостности, раздвоенности, многообразия противоречий между частной и публичной жизнью и т.д. Это общество во многом существует за счет исторического наследства, пока не расточит его.

Кроме этого, следует отметить дуалистический характер глобальной цивилизации. В первую очередь, это связано с дуализмом информационных и реальных процессов. Несмотря на объективный характер предмета информации в представлении людей теряется представление о взаимосвязи информации и ее предмета, особенно, учитывая многослойный характер информации. Информация как бы вырывается на свободу, порывает связь со своим предметом. Тем не менее – это лишь иллюзия, и проявление реальности в этой ситуации всегда болезненно. Но реальность всегда проявляется и берет свое, несмотря на пропагандируемый идеал или же, наоборот, фобию победы иллюзии над реальностью. Экономические обвалы, войны, катастрофы современности во многом страшны своей латентностью и затем внезапностью в силу наслоения информационных оболочек над происходящими реальными процессами. Ярким примером современной трагедии цивилизованного общества является 11 сентября.

Новые технологии, единые рынки и системные кризисы в конечном счете остаются не более чем атрибутами нового времени, превращенными в его символы, с помощью которых изнемогающее от переизбытка неструктурированной информации человечество отгораживается от необходимости реального осмысления его содержания. В информационной эре реальность зачастую сначала именно придумывается и лишь потом, возможно, создается. Стереотипы сознания оказываются инструментами построения социальной реальности. Современный мир – это мир образов и идеалов. Представления и иллюзии становятся порой более основательными, чем сама реальность. Роль и место представлений как таковых в развитии человечества качественно возрастает. Информационные технологии решительно меняют характер труда: он приобретает все более творческий и внутренне свободный характер. С их появлением работник носит ключевые средства производства в собственной голове и в памяти личного компьютера, подключенного ко Всемирной паутине.

Интеллектуализация производства и ускорение его развития качественно повысили роль не только интеллекта как токового, но и его знаний, а точнее – информации, которой он оперирует. Сделав информацию ключевым фактором не только управления, но и производства в целом, научно-техническая революция тем самым превратила технологии обработки информации в важнейшее направление развития. Именно это направление породило в конечном счете и современные информационные технологии, и саму информационную революцию. Таким образом, технологии играют в истории человечества ключевую роль: сначала они заставляют его переводить свое развитие в новую плоскость, а затем становятся основным инструментом его развития в этой плоскости.

Формирование, по существу, единого мирового информационного пространства превращается в глобальный фактор развития, определяет основные направления общественного прогресса, а сама информация становится важнейшим стратегическим ресурсом государств.

Характеристики

Список файлов курсовой работы