113717 (616934), страница 4

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 4)

Волшебной свежестью стихов,

Живит поклонников Корана;

Близ вас поют певцы Ирана,

Гафиз и Сади — соловьи!

Но вы, упорствуя, молчите:

Так в наказание примите

Цветы замерзшие мои.

Эти сведения, сообщенные учителем, помогут учащимся представить литературную, культурную среду начала XIX века и, в частности, оренбургское культурное пространство. Ученикам же предлагается подготовить в форме монтажа отрывки из переписки двух подруг, отражающей отношение к Пушкину его современников, мнение о нем оренбуржцев накануне его приезда в Оренбург. Для монтажа ученики выбирают отрывки из писем, касающиеся в основном творчества поэта:

Софья Дельвиг — Александре Карелиной (июль ): «Я очень забавляюсь всю эту неделю чтением писем Пушкина к Антоше, у которого постоянная с ним переписка, я хотела бы тебе дать почитать эти письма, которые сверкают умом. Пушкин очарователен во всех видах, и в прозе так же, как и в стихах».

Софья Дельвиг — Александре Карелиной (): «Я передала Ольге и г-ну Плетневу все, что ты поручила сказать им, последний мил, как никогда; каждый раз, что я его вижу, я люблю его все больше... Он принес мне несколько отрывков из новой поэмы, которой занят в настоящий момент Пушкин, и настоятельно просит меня послать их тебе, что я и делаю. Сохрани их, — это драгоценность, так как это руки самого Пушкина; он прислал эти отрывки Дельвигу, который отдал их Плетневу, и только мы четверо знаем эти стихи... Очень прошу тебя, милый друг, сказать мне твое мнение об этих стихах. Что касается меня, то я нахожу их очаровательными, в особенности, начиная от этого места: «Он пел любовь любви послушный. Весь этот кусок очень красив, не правда ли?».

Из письма Софьи Дельвиг Александре Карелиной (): «Ты ошибаешься, думая, что мне захочется побить тебя за твое суждение о Пушкине: я вовсе не так пристрастна, как ты воображаешь, а если бы так было, то это значило бы, что я нетерпима. Я согласна, что в последних песнях «Онегина» есть слабые места, но в них и столько красот, которые их окупают. Одно, чего я не понимаю, это то, что ты не заметила Сна Татьяны. Разве ты не находишь, что он изумителен?».

Эти письма, привлеченные на уроках основного курса, могут быть использованы или в ходе анализа творчества поэта, или для дискуссии по проблеме: «Восприятие «Евгения Онегина» Пушкина его современниками и читателями наших дней».

По приведенным письмам с учащимися можно рассматривать вопросы:

1. Как относились современники Пушкина к его произведениям и к нему самому?

2. Согласны ли Вы с оценкой, данной Софьей Дельвиг отдельным страницам «Евгения Онегина»?

3. Почему, на Ваш взгляд, Софья Дельвиг обращает внимание А. Карелиной на Сон Татьяны?

4. В какой степени оренбуржцы знали творчество Пушкина перед его приездом в Оренбург?

Каково отношение к творчеству Пушкина современных оренбуржцев?

Такие вопросы могут стать частью работы учителя по выяснению восприятия учениками пушкинского текста. Ученикам интересно сопоставлять свое восприятие «Евгения Онегина» с восприятием романа современниками Пушкина.

Другой вариант привлечения краеведческих региональных сведений при изучении творчества А.С. Пушкина — обращение к воспоминаниям и письмам В.И. Даля. Безусловно, та часть воспоминаний Даля (оренбургского чиновника, бывшего по служебным делам в Петербурге в дни кончины великою поэта), которая касается последних дней и часов жизни Пушкина, должна прозвучать на уроках основного курса. Форма привлечения этих воспоминаний может быть разная: чтение отрывков самим учителем, выразительное чтение заранее подготовленных школьников, сопутствие чтению иллюстраций и портретов. Вторая проблема, которую можно предложить учащимся по воспоминаниям и письмам Даля В.Ф. Одоевскому из Оренбурга, — это творческий процесс, создание писателем художественных произведений. Идти к этой проблеме удобнее от истории, занимательной для учащихся своей таинственностью, особыми деталями, — о пушкинском перстне-талисмане, якобы влиявшем на вдохновение, полученном после смерти поэта Далем на память о Пушкине и привезенном в Оренбург вместе с пушкинским сюртуком, простреленным во время дуэли.

Учащиеся знакомятся с письмом В. Даля В. Одоевскому ( апреля г.), в котором Даль пишет о талисмане и своих творческих планах: «...Вам я это могу сказать. Вы меня поймете, как гляну на него, так и пробежит по мне искорка с ног до головы, и хочется приняться за что-нибудь порядочное. У меня давно на уме уральский роман, быт и жизнь этого народа.. цветиста, ярка, обильна незнакомыми картинами и жизнью самородною; это заветный уголок, который должен быть свят каждому русскому...».

Проблема творчества важна и для основного курса, на региональном же уровне может идти анализ произведений Даля об Оренбурге («Домик на Водяной улице»), о быте и нравах казаков, жителей разных национальностей, населяющих Урал, («Уральский казак», «Бикей и Мауяяна», «Майна»), о творческих замыслах писателя.

Учащимся необходимо сообщить (это делает учитель, или сообщение поручается ученику) некоторые сведения о В.Ф. Одоевском, помощнике Пушкина в издании журнала «Современник», авторе некролога после гибели поэта «Солнце русской поэзии закатилось».

Таким образом, воспоминания В. Даля, ценимые за достоверность и детальность, письма, отправлявшиеся им друзьям из Оренбурга в -е годы, могут помочь учителю полнее раскрыть для учащихся Пушкина как человека и писателя, пушкинское окружение.

Письма писателя, его дневниковые записи, воспоминания о нем его друзей могут стать для учителя основой в решении такой важной задачи, как проведение урока, посвященного личности писателя. Такой урок, требующий отбора определенного материала, дающего представление о философских, эстетических взглядах писателя, его нравственном облике, возможен на региональной основе, но результат его будет значим и для основного краеведческого компонента, особенно если писатель входит в программу литературного курса.

Например, письма А.А. Григорьева, чьи критические статьи теперь изучаются в школе, Н.Н. Страхову и М.П. Погодину из Оренбурга могут помочь учащимся увидеть многие стороны личности поэта и критика. Из писем можно узнать об отношении А. Григорьева к странствиям («Знаешь, когда я лучше всего себя чувствовал? В дороге. Право, если бы я был богат, я бы постоянно странствовал. В дороге как-то чувствуешь, что ты в руках божьих, а не в руках человеческих»)', о причине отъезда из Петербурга («Зачем я ехал в Оренбург... Мне надоело, опротивело нищаться, должать безысходно...»), о творческих планах поэта («Провинциальная жизнь, которую, наконец, я стал понимать, внушит мне, кажется книгу вроде Путешествий Гейне под названием «Глушь». Подожду только до весны, чтобы пережить годовой цикл этой жизни. Сюда войдут и заграничные мои странствия, и первое странствие по России, и жажда старых городов, и Волга, как она мне рисовалась, и Петербург издали, и любовь-ненависть к Москве, подавившей собою вольное развитие местностей..., — вся моя нравственная жизнь, может быть...». По письмам можно представить педагогические взгляды Григорьева («Там я большей частью ненужный человек. Здесь, в Оренбурге, уча русскому языку, честно и ревностно стараясь будить любовь к народности, к преданию, к церкви, к изящному, я, по крайней мере, не бесполезный рабочий...»), его вкусы, понимание русского города («...С Казанью кончаются города и начинаются сочиненные (правительственные) притоны, вроде Самары, Бузулука и Оренбурга... Мне собор нужен, — старые образа в складках с сумрачными ликами, — следы истории нужны, — нравы нужны, хоть пожалуй, и «жестокие», да типичные...».

Учителю следует обеспечить активное участие десятиклассников в проведении такого урока. Это может быть чтение и комментирование определенного письма каждым участником монтажа при ведущей роли учителя. Более интересна для учащихся не редко применяемая оренбургскими словесниками промежуточная форма между уроком и внеклассным мероприятием — литературная гостиная (проводится как ролевая игра с нарядами в духе XIX века, с привлечением музыки, допустим, романсов на слова А. Григорьева).

На региональном уровне возможно продолжение такого урока в форме диспута по краеведческим проблемам, затронутым в письмах А. Григорьева:

1. Идеал русского города в представлении А. Григорьева и наших современников.

2. Москва и провинция.

3. Путешествия в жизни человека (с привлечением литературного материала).

4. Оренбургский кадетский корпус во времена А. Григорьева и в наше время.

Таким образом, контекстный путь взаимосвязи основного и регионального компонентов краеведения (при условии параллельного изучения писателей, входящих и в основной и региональный курсы) помогает учащимся:

1. полнее представить определенную историческую эпоху, в которую жил писатель и его герои, при этом краеведение позволяет увидеть специфику не только исторического времени, но и пространства (географического и культурного);

2. понять личность писателя, его творческие искания, писательское окружение (биографическое пространство);

3. познакомиться с историей культуры родного края, соотнести ее с культурой страны;

4) разобраться в своих культурных потребностях.

Учителю контекстный путь, во-первых, дает материал для организации исследовательской, творческой деятельности учащихся, во-вторых, создает возможность для использования различных учебных форм и видов заданий на уроке и во внеклассной работе, в-третьих, облегчает создание благоприятных условий для восприятия и анализа художественных текстов.

Третий путь взаимосвязи основного и регионального компонентов — это путь обращения к сквозным темам, мотивам, образам-мотивам*. Этот путь важен учителю возможностью уйти от линейного рассмотрения писателей, обратиться к историко-функциональному подходу в изучении литературы, понимая ее не только как совокупность текстов, а как коммуникативный процесс, в котором активная роль принадлежит читателю, его умению видеть произведения, литературные образы в разных социокультурных контекстах, в различных прочтениях и сопоставлениях (т.е. этот путь продолжает перные два).

Посмотрим на каких темах, проходящих через творчество многих русских писателей, может остановиться, допустим, оренбургский учитель. Прежде всего, это тема пугачевского восстания в русской литературе, дающая возможность проанализировать проблемы русской истории, русского характера. Эту тему оренбургский учитель, как и учитель любой школы в России, обязан рассмотреть на классическом произведении, издавна входящем в школьную программу, — «Капитанской дочке» А. С. Пушкина (VIII класс). В XI классе следует обратиться к поэме С. Есенина «Пугачев». В региональный курс оренбургских школ может войти еще целый ряд произведений, одни из которых можно привлечь, как уже говорилось, для сопоставления с пушкинским произведением («Рассказ моей бабушки» А. Крюкова), другие посмотреть на региональном уровне: в IX классе — «Рассказ Верхолонцева о Пугачеве» В. Даля, «Сокрушитель Пугачева илецкий казак Иван» П. Кудряшева; в XI классе — «Пугачевская легенда на Урале» В. Короленко, цикл стихов Л. Исакова «Пугачевщина», «Сказание о сотнике Тимофее Подурове» В. Пистоленко.

Учитывая возраст учащихся, учитель в каждом классе будет выбирать разные подходы к теме, но не обойдется без выяснения причин обращения к пугачевской теме и в первой половине XIX века, и в первой половине XX в.

В IX классе, когда у учащихся идет выработка эстетического вкуса, они получат возможность сравнить произведение Пушкина с произведениями его современников на одну и ту же тему по художественному уровню.

В XI классе в основном курсе тема Пугачева будет затронута в связи с поэзией Есенина, региональный же материал позволит познакомиться с оценкой, данной Короленко тем, кто писал о Пугачеве, и с выводом о том, что все последователи Пушкина не смогли превзойти великого поэта в изображении Пугачева. Произведения же Л. Исакова, В. Пистоленко будут интересны прежде всего оренбургским школьникам, ибо это произведения писателей-оренбуржцев, хорошо знавших свой край и сумевших запечатлеть разные ситуации и детали пугачевского восстания, трогающие читателей-оренбуржцев именно этими близкими им подробностями.

Работа над пугачевской темой от класса к классу должна усложняться. В VIII классе проводится посильное для учащихся текстуальное сопоставление произведений Пушкина и Крюкова, делаются наблюдения над сюжетами, композицией произведений, образами, историей создания произведений и воплощением писателями замыслов. В IX классе учащиеся оценивают художественную значимость произведений, определяют принадлежность автора к тому или иному литературному направлению.

В XI классе прослеживаются особенности раскрытия пугачевской темы в русской литературе в разные эпохи. Сделать это можно на уроке, проведенном в форме читательской конференции или диспута, особое внимание уделив произведениям Пушкина, Есенина, Короленко. Предлагаемые вопросы для такого урока:

1. Что привлекало писателей в Пугачеве и Пугачевском восстании?

2. С какой целью В. Г. Короленко проехал по тем же местам Оренбургской губернии, что и А. С. Пушкин?

3. Как вы объясните, почему мнение оренбуржцев о Пугачеве и в году, как выяснил Короленко, осталось таким же, каким было при Пушкине?

4. Почему Пугачевское восстание произошло в Оренбургском крае? Есть ли какие-то размышления об этом у писателей?

5. Какова оценка русского бунта, данная Пушкиным и другими писателями?

6. Как решают писатели проблемы «человек и история», «человек и власть», «человек и свобода»?

7. Какие художественные достоинства вы можете отметить в произведениях писателей, писавших о Пугачеве и Пугачевском восстании?

Одной из сквозных тем в русской литературе, вызывающих живейший интерес у учащихся, к сожалению, ставшей злободневной в наше время, является тема пленника («Кавказский пленник» Л. Толстого с увлечением читается учениками еще младших классов). Возможность рассмотреть взаимоотношения людей разных национальностей, сложные пути поисков взаимопонимания друг друга дают произведения на эту тему.

В региональный компонент оренбургских школ включается лирика поэтов пушкинской поры — П.М. Кудряшева, А.П. Крюкова, О.П. Крюковой. У каждого из этих поэтов есть произведения, рисующие жизнь в неволе, страдания пленников, похищенных из родных оренбургских мест кир-гиз-кайсаками. П. Кудряшев в стихотворении «Сетование киргиз-кайсацкого пленника» передает тоску и печаль пленника, надежду на освобождение из неволи казаками:

Характеристики

Список файлов курсовой работы