60529 (611244), страница 6

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 6)

В феврале 1997 г. в Москве с официальным визитом находился Я. Арафат. В марте того же года был осуществлен официальный визит премьер-министра Израиля Б. Нетаньяху. Встречи и переговоры в Москве были использованы российским коспонсором для того, чтобы вернуть ситуацию на палестино-израильском направлении в переговорное русло. На этих переговорах Израиль изъявил желание видеть в России долговременного стратегического партнера, что привнесло в росссийско-израильские отношения стабильности и перспективного планирования. Также и Арафат был заинтересован в вовлеченность России в урегулирование палестино-израильского конфликта.⁹⁹

На откровенный срыв мирного процесса было направлено принятое в начале марта 1997 г. решение израильского правительства и кнессета о строительстве еврейского квартала в восточной части Иерусалима. Этот шаг был осужден почти повсеместно, хотя США наложили вето на проект резолюции Совета Безопасности, призывавшей правительство Нетаньяху пересмотреть свое решение о строительстве еврейского городка в Восточном Иерусалиме. Однако, чтобы сгладить негативное впечатление, которое вызвало решение израильского правительства, глава израильского кабинета пообещал, что будет разрешено строительство в Иерусалиме трех тысяч домов специально для палестинцев.¹⁰⁰ Естественно, что такая позиция Израиля способствовала увеличению числа сторонников силового разрешения спорных палестино-израильских проблем и весной 1997 г. на территории Израиля были осуществлены крупные теракты. Израильское руководство обратилось руководству ПНА принять решительные меры по пресечению деятельности радикальных группировок. Переговоры на палестино-израильском направлении оказались прерваны. Е. Д. Пырлин в своем исследовании указывает, что «сложилась парадоксальная ситуация: Израиль, если верить официальным заявлениям представителей его руководства, выступал за нормализацию палестино-израильских отношений, а конкретные дела израильского правительства убеждали в обратном».¹⁰¹

Несмотря на напряженное положение на Западном берегу р. Иордан, в конце июля 1997 г. имели место переговоры главы Палестинской национальной автономии Я. Арафата и министра иностранных дел Израиля Д. Леви. Была достигнута принципиальная договоренность о возобновлении работы совместных комиссий по реализации мирного соглашения 1995 г.¹⁰² Однако восстановлению позитивной динамики на переговорах мешали действия экстремистов. В июле 1997 г. в Иерусалиме террористами были осуществлены новые крупные теракты, повлекшие многочисленные жертвы. Правительство Израиля пошло на принятие мер, которые еще больше накалили обстановку – вновь был закрыт въезд в Израиль палестинцев с Западного берега и сектора Газы, приостановилась передислокацию израильских войск.¹⁰³ Также израильтяне прекратили, начавшиеся было переговоры в смешанных палестино-израильских комиссиях. Израильской армии было разрешено действовать на территории, находящейся под палестинским гражданским управлением, но под контролем Израиля, с целью уничтожения инфраструктуры мусульманских экстремистских организаций.

В середине августа 1997 г. при американском посредничестве достигнута палестино-израильская договоренность о сотрудничестве спецслужб Израиля и ПНА по вопросам борьбы с терроризмом и обмена соответствующей информацией. Параллельно американская сторона приостановила финансовую поддержку палестинских учреждений в США, что вызвало бурю негодования палестинцев.¹⁰⁴

7 сентября стало известно, что Израиль ужесточает блокаду в ответ на новые взрывы в центральной части Иерусалима, причем некоторые политические наблюдатели высказывали мнение, что последние террористические антиизраильские акты, приписываемые палестинским экстремистам-исламистам, могли произойти и с ведома израильских спецслужб, руководство которых настроено резко антипалестински, не заинтересовано в нормализации палестино-израильских отношений.¹⁰⁵

Некоторые арабские СМИ подчеркивали, что одна из глубинных причин обострения ситуации – в неспособности администрации Клинтона воздействовать на антиарабские и антипалестинские действия правительтсва Нетаньяху. «Сирия таймс» писала в начале августа 1997 г.: «Госпожа Олбрайт, вне всякого сомнения, является слабейшим руководителем иностранного ведомства Соединенных штатов за последние два десятилетия. Осуществляемая ею линия неэффективна и лишена целенаправленности… Такого рода ситуация создает благодатную почву для расизма и экстремизма в израильском обществе».¹⁰⁶

В этот период времени наблюдалось шумное осуждение израильскими и многими западными СМИ «палестинского экстремизма», которое было призвано отвлечь внимание от аналогичных действий Израиля. Так, в начале октября 1997 г. в столице Иордании Аммане были задержаны два агента израильской разведки «Моссад» при попытке покушения на члена руководства исламской палестинской организации ХАМАС Халеда Машаля. Признание Нетаньяху о том, что ему заранее было известно о покушении и за эту акцию он готов взять ответственность на себя, практически не афишировалось в израильских СМИ; активно подчеркивалась «добрая воля» главы израильского кабинета, по рекомендации которого был выпущен из заключения лидер и основатель ХАМАСа, шейх Ахмед Яссин, тут же депортированный в Иорданию, а также освобождена группа палестинских политических заключенных. 8 октября 1997 г. состоялась встреча Нетаньяху с Арафатом, которая желанных позитивных сдвигов в палестино-израильских отношениях не принесла. ¹⁰⁷

В конце октября 1997 г. состоялась поездка по Ближнему Востоку министра иностранных дел России Е. М. Примакова, в ходе которой он посетил Израиль, Палестинскую автономию, Ливан, Сирию, Иорданию, Египет. Он выдвинул долгосрочную инициативу – «Кодекс мира и безопасности не Ближнем Востоке». Главный смысл этого документа заключался в необходимости выработки коллективными усилиями общих «правил поведения» расположенных в регионе государств, в том числе, в контексте противостояния и борьбы с экстремистскими и террористическими элементами.¹⁰⁸ Также эта поездка Примакова показала, что без Москвы в ближневосточном урегулировании не обойтись.

Следует отметить, что в начале июня 1997 г. состоялась смена руководства партии «Авода» (Партии труда) - 74-летнего ветерана Шимона Переса заменил бывший видный военоначальник Эхуд Барак. Это придало новый импульс усилиям «лейбористов», добивающихся проведения досрочных парламентских выборов и смещения замешанного в коррупции Нетаньяху, действия которого в вопросах ближневосточного урегулирования напоминают, по словам Барака, «действия слепого козла».¹⁰⁹ Один из наиболее действенных аргументов в пользу смещения главы израильского кабинета стал его мешающий достижению палестино-израильского урегулирования, ошибочный и вредный для самого Израиля политический курс.

В конце декабря 1997 г. израильское правительство подробно обсуждало вопрос о ходе мирного процесса, о перспективах палестино-израильских переговоров, о параметрах «окончательного урегулирования». Такое подведение промежуточных итогов было весьма необходимым делом, так как мирный процесс имел явную тенденцию к затуханию. Итоги прошедшего обсуждения дали возможность более четко представить сущность позиции правительства Нетаньяху:

• Израиль не готов согласиться с существованием рядом с ним суверенного палестинского государства;

• Израиль согласен передать палестинцам не более 30 – 40 % Западного берега. Остальная территория будет находиться под полным административным контролем Израиля;

• израильские поселения на палестинских землях должны быть сохранены. Предусматривается возможность их развития «по вертикали», т. е. увеличения числа жителей, строительства новых зданий без расширения площади занимаемой поселением. Безопасность поселений будет обеспечиваться вооруженными силами Израиля;

• Израиль не допустит полного возвращения всех беженцев;

• единый и неделимый Иерусалим останется столицей Израиля. Правительство Израиля гарантирует представителям всех конфессий доступ к святым местам Иерусалима.¹¹⁰

Именно на основе этих позиций правительство Нетаньяху было намерено продолжать переговоры с палестинцами, которые не могли положить указанные принципы в основу переговоров. Американская сторона понимала, что изложенные выше положения вряд ли вызовут энтузиазм палестинцев. Поэтому, чтобы достигнуть прогресса в деле урегулирования, в декабре 1997 г. Б. Клинтон пригласил Б. Нетаньяху и Я. Арафата посетить Вашингтон с отдельными визитами в начале 1998 г. Эти визиты были осуществлены в январе 1998 г. Израильский премьер в ходе переговоров подчеркивал резонность своих предложений в отношении порядка осуществления передислокации израильских войск. Американская администрация предложила на втором этапе вывода израильских войск с Западного берега освободить не 9 % его территории, как предлагали израильтяне, и не 30 %, на чем настаивают палестинцы, а 13 %. Возник так называемый процентный тупик, спор о размерах территории, которую должны были освободить израильтяне.¹¹¹

Раскрывая планы администрации в отношении оживления процесса ближневосточного урегулирования, госсекретарь М. Олбрайт подтвердила в интервью телекомпании Эн-Би-Си в конце января 1998 г., что перед Вашингтоном стоит задача усадить стороны за стол переговоров и вновь привести в движение ближневосточный процесс. Е. Д. Пырлин считает, что «это заявление было откровенной попыткой вашингтонской администрации продемонстрировать свою «равноудаленность» от позиций сторон в конфликте, официально подтвердить свою роль «незаинтересованного посредника» на Ближнем Востоке».¹¹² В явном противоречии с такой позицией США находится позиция тех американских евреев, кто предпочел перебраться на постоянное жительство в Израиль. Их откровенно правоэкстремистские взгляды, резко отрицательное отношение к идее создания палестинского государства подпитывали и подпитывают аналогичные настроения некоторых политических деятелей, в том числе и Нетаньяху. Его заявления ставили под сомнение подлинную цену заявлениям американских официальных представителей о «заинтересованности» Вашингтона в скорейшем достижении палестино-израильского мира.¹¹³ Таким образом, налицо просматривается двойственность политики США в отношении ближневосточных проблем.

В этот сложный период усилились попытки различных стран, в частности европейцев, сыграть свою позитивную роль в поиске выхода из кризиса, сложившегося в палестино-израильских отношениях. В регион часто выезжал спецпредставитель ЕС М. Моратинос ( был назначен на эту должность в декабре 1996 г., до этого – посол Испании в Израиле). В марте1998 – состоялся визит на Ближний Восток английского министра иностранных дел Р. Кука.¹¹⁴ Однако ощутимых результатов достигнуть не удалось.

В мае 1998 г. Франция и Египет выдвинули предположение о созыве новой международной конференции по Ближнему Востоку. Имелось в виду проведение двухэтапной встречи. На первом этапе переговоры должны были вести страны «мадридского контракта» - США, РФ, три европейские страны (например, Франция, Великобритания и Германия) и три арабские страны (предположительно Египет, Саудовская Аравия и Марокко). Участникидолжны были подтвердить основополагающие принципы Мадридской мирной конференции («земля в обмен на мир и безопасность»). Затем, на втором этапе конференции эти страны должны были бы «пригласит» Израиль возобновить переговоры с Сирией, Ливаном и Палестинской автономией под их совместным спонсорством. Однако это предложение не получило достаточной поддержки.¹¹⁵ В целом, в первой половине 1998 г. ряд событий серьезно поколебали позиции премьер-министра Нетаньяху. Неизбежно забрежжила и перспектива досрочных парламентских выборов. На этом фоне стал особенно заметным кризис в палестино-израильских переговорах. Своеобразный «застой» или даже отход назад этих переговоров были видны из заявлений представителей израильского и палестинского руководства. Премьер-министр Нетаньяху после возвращения из США заявил, что еврейские поселения сохраняются на Западном берегу р. Иордан и безопасность находящихся там израильских поселенцев будет гарантирована израильским военным присутствием. Он также повторил тезис о том, что Иерусалим останется «единой и неделимой» столицей Израиля.¹¹⁶

В середине 1998 г. возникло еще одно осложнение на пути мирного процесса на Ближнем Востоке: израильское руководство одобрило план создания «Большого Иерусалима», который должен был поглотить примерно одну десятую часть Западного берега. Израильские планы создания «Большого Иерусалима» способствовали постоянному росту напряженности в палестино-израильских отношениях; в резолюциях ООН четко говорилось о том, что восточный Иерусалим – это часть оккупируемых Израилем арабских территорий.¹¹⁷

Такое развитие событий не могло не привести к расколу в израильском общественном мнении: правое религиозное крыло правительства Нетаньяху выступало против сколько-нибудь существенного расширения палестинской автономии, а более либеральные деятели настаивали на выполнении ранее принятых Израилем обязательств или о публичном признании в неспособности добиться выхода из переговорного тупика и скорейшего объявления даты досрочных парламентских выборов. Президент Израиля Эзер Вейцман публично предупредил Нетаньяху о возможности социального взрыва в стране. Сам Нетаньяху сделал много заявлений о необходимости обеспечения безопасности Израиля, но своей политикой отбросил назад ближневосточное урегулирование и, следовательно, обострил до предела проблему израильской безопасности.¹¹⁸

23 октября 1998 г. Я. Арафат и Б. Нетаньяху подписали в резиденции «Уай Плантейшн», расположенной на реке Уай (штат Мэрилэнд) документ, призванный обеспечить выполнение Временного Соглашения по Западному берегу и сектору Газа от 28 сентября 1995 г. Он получил название по месту подписания «Меморандум Уай-Ривер».¹¹⁹ На торжественную церемонию подписания документа был также приглашен король Иордании Хусейн, как авторитетный деятель много лет посвятивший поискам мира и безопасности в регионе. Он, чтобы присутствовать на церемонии, оставил клинику Майо, где проходил лечение от рака.

Следует отметить, что заключение этого соглашения стала непосредственным результатом политики США как коспонсора мирного процесса и президента Клинтона лично, о чем напрямую заявил король Хусейн: « Я был другом девяти президентов США. Но, если говорить о мире…никогда, при всем уважении к вашим предшественникам, я не сталкивался с человеком, который был бы так же предан делу мира, мыслил так же ясно, действовал так же целеустремленно и решительно… и мы надеемся, что вы и дальше будете работать с нами и мы добьемся еще больших успехов и опможем нашим собратьям построить лучшее будущее».¹²⁰ Однако многие политические наблюдатели указывают, что «миротворчество» американцев – фикция, так как они заинтересованы в сохранении напряженности на Ближнем Востоке и их поведение в ближневосточных переговорах характеризуется следующими чертами: во-первых, Клинтон как и его предшественники пытался сохранить видимость американской «беспристрастности» в переговорном процессе; во-вторых, США «позволяли» участникам мирного процесса определенную самостоятельность и автономность действий; в-третьих, США по-прежнему руководствовались тем, что при любом ходе переговорного процесса Израилю должны были быть обеспечены наиболее благоприятные возможности. Таким образом, в результате американской поддержки ближайший партнер США на Ближнем Востоке продолжал вести переговоры с преимущественных позиций, а нередко и с позиции силы.¹²¹

Подписание соглашения предваряли очень напряженные переговоры, но при непосредственном участии в этих переговорах президента США Б. Клинтона и его команды (А. Гор, С. Бергер, Р. Малли, Б. Райдел, М. Олбрайт, Д. Росс, М. Индик, А. миллер, У. Шерман, Т. Верстандиг) все же удалось достичь консенсуса. Сам Клинтон отмечает, что немаловажное значение сыграло и присутствие короля Иордании Хусейна: « Трудно переоценить то влияние, которое оказало на переговоры присутствие Хусейна. Он очень похудел, после химиотерапии у него выпали волосы, но его разум и сердце остались прежними. Он принес большую пользу, убеждая переговорщиков проявить здравый смысл, и само его присутствие сдерживало стороны, не давая им «вставать в позу» или придираться к мелочам, что часто случается в подобных ситуациях».¹²²

Меморандум определял порядок дальнейшей передислокации израильских войск. Палестинской стороне передавались 13 % зоны С, в том числе 1 % - в зону А и 12 % в зону В. При этом палестинцы соглашались отвести 3 % этих территорий под «зеленые зоны» (заповедники), в которых израильская сторона сохраняла за собой общий контроль за безопасностью с целью защиты израильтян и противостояния угрозам терроризма.¹²³

Палестинцы приняли на себя обязательство осуществить все необходимые шаги для предотвращения актов террора и враждебных действий против израильских граждан и их имущества. Со своей стороны и израильская сторона обязалась предпринимать меры для подобного рода актов против палестинцев. Была достигнута договоренность не допускать подстрекательской деятельности каких-либо организаций или отдельных лиц. Также меморандум предусматривал функционирование на регулярной основе американо-палестино-израильского комитета с целью предотвращения насилия и террора.¹²⁴

Характеристики

Список файлов курсовой работы