57592 (610608), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Сведения о системе сикып, имеющиеся в древних письменных источниках, отрывочны, по ним невозможно узнать ее подробное содержание. Из «Исторических записей трех государств» («Самкук саги») нам известно, что сикып давался только полководцам за большие военные заслуги, то есть ограниченному кругу лиц.
В случае смерт лица, получившего сикып, государство отбирало его. Оставлялось лишь несколько дворов при могиле умершегоув качестве сумёно (рабы, охраняющие могилу).
Ремесло в целом развивалось довольно быстрыми темпами, однако это развитие в условиях существования натурального хозяйства аристократии носило весьма ограниченный характер. В то же время при сохранении пережитков общинных отношений, когда ремесло было тесно связано с земледелием, оно носило характер домашней промышленности и не могло выйти за рамки удовлетворения собственных потребностей и, следовательно, не могло открыть путь к оживленному развитию обмена. Это было связано с тем, что/ широкие массы трудового населения образовали вчерашние общинники, перешедшие к ведению мелкого крестьянского хозяйства. Маркс указывал, что «как мелкое крестьянское хозяйство, гак и независимое ремесленное производство... представляют экономическую основу классического общества в наиболее цветущую пору его существования, после того как первоначальная восточная общинная собственность уже разложилась, а рабство еще не успело овладеть производством в сколько-нибудь значительной степени». Это положение Маркса, видимо, можно применить и к государству Когурё, основой которого являлась община.
В Когурё хозяйства основных производителей можно разделить на два типа: к первому относились мелкие хозяйства свободных крестьян-землевладельцев, являвшихся полноправными членами общин, а ко второму — хозяйства порабощенного и зависимого населения, всей общиной ставшего объектом эксплуатации со стороны завоевателей.
Правители Когурё подвергли обложению и хозяйства свободных крестьян. Размер налога с каждого двора в зависимости от имущественного положения определялся в 1 сок, 7 ту или 5 ту [сок равен 10 ту] («История Суйской династии» («Суйшу»), кн. 81, «Лечжуань», ч. 46, «Восточные варвары» («Когурё»). Это обложение носило форму сборов, которые издавна делались каждой семьей общины «на общие нужды» (на самом же деле это была эксплуатация, осуществляемая племенной аристократией).7
В процессе развития классового общества лишь крайне незначительная часть свободного населения становилась богатой и вливалась в ряды господствующего класса; подавляющая же масса свободного населения попадала в положение обедневших малоземельных крестьян. Причем положение свободных малоземельных крестьян особенно ухудшалось вследствие частых мобилизаций их на войну.
В то же время богатые тэга путем выдачи ростовщических ссуд захватывали земельные наделы мелких крестьян, а их детей обращали в рабов (ноби). Описывая положение, сложившееся в конце II века, «Исторические записи трех государств» («Самкук саги», кн. 16, Летописи Когурё, ч. 4, 16-й год правления вана Когук-чхон, десятый месяц) повествуют о том, что свободные крестьяне, лишившиеся своей земли и сделавшиеся батраками, в неурожайные, голодные годы не могли даже найти работы по найму и становились бродягами.
Правители Когурё под предлогом оказания помощи разоряющимся мелким свободным крестьянам расширяли сферу действия системы чиндэ (система выдачи населению зерновой ссуды из государственных складов во время неурожаев). Система чиндэ являлась по существу государственным ростовщичеством и, конечно, не могла улучшить положения мелкого крестьянства. Все большее число мелких крестьян выбывало из сферы непосредственной производственной деятельности. Но даже это вытесненное из сферы производства население облагалось налогами; оно должно было раз в три года сдавать государству один кусок материи («История Суйской династии» («Суйшу»), кн. 81, «Биографии и описания», 46, «Восточные варвары» («Когурё»).
Население покоренных областей подвергалось еще более жестокой эксплуатации. У них сохранилась общинная форма организации, и община выплачивала государству дань продуктами, специфичными для данной местности. Согласно «Истории государства Чжоу» («Чжоушу», кн. 49, «Биографии и описания», 41, «Описание восточных варваров»), количество поставляемых общиной продуктов для различных районов было неодинаковым, а из «Истории Суйской династии» («Суйшу», цитированный раздел) мы узнаем, что обложению подвергалось все работоспособное население и размер его составлял пять кусков ткани и пять сок зерна с человека. Мы также узнаем, что дань, собиравшаяся при посредничестве вождей зависимых племен, все более увеличивается и становится узаконенным и регулярным побором.
«Исторические записи трех государств» («Самкук саги», кн. 14, «Летописи Когурё», 2, 15-й год правления вана Тэмусина, третий месяц) повествуют о том, что в середине I века когурёская аристократия, осуществлявшая власть над сельскими общинами на захваченных территориях, требовала от жителей общин поставлять крупный рогатый скот, лошадей и другое имущество, а в случае отказа пускала в ход бичи. Жителей попавших в зависимость от Когурё общин иногда даже заставляли отдавать своих детей в рабство к аристократам. Их дочери были наложницами у аристократов, а с ними самими обращались как с рабами.
Проблеме увеличения числа рабов постоянно уделяла внимание вся когурёская аристократия и сам ван, являвшийся выразителем ее интересов. И это определялось политико-экономическими требованиями развивающегося рабовладельческого хозяйства. Рабами становились не только пленные. Порабощено было и немалое число жителей покоренных территорий. Положение об обращении свободных людей в рабов являлось одним из основных в государственном законодательстве того времени. В рабство обращался не только тот, кто совершил преступление, но и его семья, рабами становились также дети лиц, которые не могли уплатить долги государству или частному лицу. Так, человек, убивший корову или лошадь, должен стать рабом хозяина убитого животного («Старая история Танской династии» («Цзютаншу»), кн. 199, «.Биографии и описания», т. 149, «Восточные варвары» («Когурё»). Это свидетельствует о том, что раб, считавшийся в тот период рабочим скотом, по цене был приравнен к крупному рогатому скоту или лошади.
У нас нет подробных сведений о купле-продаже рабов в государстве Когурё, однако такой факт, как покупка и продажа немалого числа людей на рынках Северного Китая («История государства Цзинь» («Цзиньшу»), кн. 97, «Биографии и описания», 67,«Восточные варвары», «Государство Пуё), или то,-что в середине II века, когда речь зашла о выкупе пленных ханьцев, каждый взрослый был оценен в 40 кусков шелковой материи, а дети — в 20 кусков («История поздней династии Хань» — «Хоухонылу», кн. 85, «Биографии и описания», 75, «Восточные варвары», «Когурё»), дает некоторое представление о существовавшей в то время работорговле и ценах на рабов.
С III века нашей эры происходит быстрое усиление государства Когурё. Дважды страна оказывалась в чрезвычайно тяжелом положении — дважды, в 246 и 342 году, она подвергалась нашествию внешних врагов — государства Вэй и племен сяньби. И несмотря на то, что даже столица государства — Хвандосон — была разрушена врагами до основания, народ Когурё, развернув повсеместно партизанскую войну, сумел изгнать врагов из страны. Изгнав врагов и укрепив свои северо-западные границы, государство Когурё перешло к наступательным действиям. К этому времени относится отражение последней атаки государства Цзинь на округ Акнан (Лолан), который со времен Ханьской династии служил опорным пунктом для завоевательных устремлений на Корею.
Продвижение на юг и колонизация южных земель представляли важный аспект деятельности государства Когурё, соответствовавший его социально-экономическому развитию в тот период.
При освоении плодородных земель к югу от реки Чхончхонган широко применялся труд государственных рабов. В середине III века ван Когурё издал закон, строго запрещающий при похоронах совершать обряд принесения в жертву рабов. Именно в этот период господствующий класс государства Когурё ведет много войн с целью захвата рабов. В 280 году на востоке было совершено нападение на племя суксин, в результате которого было захвачено в качестве военной добычи 600 семей (дворов); много пленных было захвачено во время походов против крепости Хёнтхосон и округа Акнан, находившихся под властью государства Вэй. О том, что пленные использовались главным образом для освоения южных районов, свидетельствует, например, такой факт: в 302 году ван Когурё напал с 30-ты-с.ячным войском на крепость Хёнтхосон, а захваченных в бою более 8 тысяч пленных угнал в окрестности Пхеньяна. Много пленных захватывали и в дальнейшем; например, в округе Акнан было захвачено в плен более 2 тысяч мужчин и женщин.
В своем продвижении на юг государство Когурё неизбежно должно было столкнуться с государством Пэкче, расширявшим свои владения в северном направлении. Ван Когурё в 369 году начал войну против Пэкче, но потерпел поражение, а в 371 году более чем 30-тысячная армия Пэкче осадила крепость Пхеньян.
В 391 году на когурёский престол, вступил молодой ван Квангэтхо («расширитель земель»). В высеченной им стеле (сохранившейся до настоящего времени в уезде Цзиань, Северо-Восточный Китай) следующим образом описываются его подвиги в завоевательных войнах: «За 20 лет своего правления завоевал 64 крепости и 1400 деревень; перейдя на северо-западе реку Ляохэ, занял земли Ляоси (земли к западу от Ляохэ), на севере окончательно присоединил оставшиеся деревни пуё; и на самом полуострове, напав на государство Пэкче, заставил уплатить дань — тысячу рабов и тысячу кусков материи; захватил земли Пэкче к северу от реки Хан-ган; на юго-востоке, оказав сильное давление на Силла, взял в заложники сына правителя и принудил уплатить дань; разбил и прогнал японцев, вторгшихся во владения племени кая, обитавшего по нижнему течению реки Нактонган» 8.
В результате этих захватнических войн государство Когурё не только расширяет свою территорию — победители захватывают также большие трофеи, различное имущество, стада крупного рогатого скота, овец, лошадей, а также десятки тысяч пленных.
Сын Квангэтхо, ван Чансу, в 427 году сделал столицей государства крепость Пхеньян. Поставив целью объединение трех государств, он повел войну против Силла и Пэкче. Основные силы ван Чансу направил против государства Пэкче. Одновременно ом нападает на пограничные районы Силла. В этот период сближаются два южных государства — Силла и Пэкче, между ними устанавливаются союзные отношения для борьбы против государства Когурё, продвигавшегося на юг.
Так, в 475 году ван Чансу, перейдя с 30-тысячной армией реку Ханган, захватил и разрушил столицу государства Пэкче Хансон (совр, Кванчжу), убил вана государства Пэкче и захватил более 8 тысяч пленных. Ван Чансу рассчитывал одним ударом разбить государство Пэкче. Однако это ему не удалось, так как сын пэкческого вана, Мунчу, которому удалось бежать в Унчжин (совр. Кончжу), сумел преодолеть политические и военные затруднения и вернуть себе престол. Кроме того, как только о захвате столицы Пэкче стало известно в союзном государстве Силла, последнее направило на помощь Пэкче более чем 10-тысячную армию. В результате ван Когурё Чансу был вынужден отказаться от завоевания Пзкче. Однако в ходе этой войны Когурё сумело оттеснить Пэкче и расширить свои владения за счет территории к югу от реки Ханган. В дальнейшем военные стычки между Когурё и Пэкче происходили в пограничных районах по течению реки Ханган.
2.2 Создание и развитие государства Пэкче
Объединение различных родоплеменных групп махана было осуществлено под главенством племени пэкче. Столичная область государства Пэкче была расположена в современном уезде Кванчжу провинции Кёнгидо, где находился центр первоначального расселения племени пэкче. Столица государства Пэкче, крепость Хансон, была расположена в плодородном районе по нижнему течению реки Ханган.
Сравнительно мягкий климат и плодородные земли благоприятствовали развитию сельского хозяйства. Здесь очень рано развилось поливное земледелие, и уже во II-—III веках широко развернулись работы по освоению и орошению полей на Хонамской равнине. В связи с этим одним из важных аспектов государственной деятельности правителей Пэкче были строительство и ремонт оросительных сооружений на реках Ханган и Кымган.
Государство Пэкче, как и государство Когурё, представляло собой грубую форму деспотии, основой которой являлась община. В середине III века происходит совершенствование и укрепление политического аппарата государства Пэкче, чиновничество подразделяется на 16 рангов, и вырабатываются уставы их внутренней организации. Согласно этим установлениям, чиновник, получивший взятку или присвоивший государственное имущество, должен был возместить нанесенный ущерб в трехкратном размере, после чего подвергался пожизненному тюремному заключению. Центральный правительственный аппарат возглавляли министр двора (нэсин чвапхён), министр финансов (нэду чвапхён), министр обрядов (нэпоп чвапхён), начальник гвардии (виса чвапхён), министр внутренних дел (чочон чвапхён), военный министр (пёнкван чвапхён). Согласно «Истории государства Лян» («Ляншу», кн. 54, «Биографии и описания», 48, «Варвары», «Пэкче»), правитель государства «разделил страну на 22 части (куёк) и роздал их в управление своим родственникам», вероятно, подобно тому, как в государстве Когурё сельские общины отдавали под управление аристократам (тэга). Смена министров и местных управителей осуществлялась один раз в три года («История Суйской династии» («Суйшу»), кн. 81, «Биографии и описания», 46, «Восточные варвары», «Пэкче»).
Государство Пэкче собирало налог тканями, шелковыми коконами, коноплей и зерновыми культурами, причем количество продуктов устанавливалось в зависимости от урожая в данном году («История государства Чжоу» («Чжоушу»), кн. 49, «Биографии и описания», 41, «Описание чужих земель», «Пэкче»).
И здесь в Пэкче массы мелких свободных крестьян не выдерживали тяжести непомерных государственных повинностей: налогов и военной службы, и разорялись, в связи с чем росло число людей, выброшенных из сферы производственной деятельности. Такие меры, как выдача государством обнищавшим, не имеющим возможности прокормить себя людям продуктов (зерна) в размере 2—3 сок на душу или отпуск государственного зерна тем, кто, попав в бедственное положение, продавал в рабство своих детей, не могли улучшить положения разорившихся крестьян. В начале VI века, ввиду резкого увеличения числа лиц, вытесненных из сферы производства, правители страны стали изыскивать способы возвращения их к сельскохозяйственному труду («Исторические записи трех государств» («Самкук саги»), кн. 26, «Летописи Пэкче» 4, 10-й год правления вана Мурена, первый месяц).
О положении в покоренных Пэкче землях мы имеем крайне отрывочные сведения (см. «Исторические записи трех государств» — «Самкук саги», кн. 26, «Летописи Пэкче» 1, 26—27-й годы «основателя»). Мы знаем, например, что, когда в начале новой эры было подавлено восстание против Пэкче в двух южных сельских общинах—Вонсан и Кымхён, — все их жители были угнаны на север, к крепости Хансон. Хотя это было сделано в связи с потребностью в рабочей силе для освоения земель в районе расположенного по течению реки Хан-ган стольного города (Сеул), где велись строительные работы, этот факт вместе с тем характеризует отношение правящего класса государства Пэкче к населению покоренных земель.
О рабовладении в государстве Пэкче можно узнать по следующим, хотя и отрывочным, сообщениям. Прежде захваченные на войне пленные распределялись между старейшинами и знатью племен, затем их стали раздавать от имени короля военачальникам и воинам. Более 5 тысяч пленных, захваченных во время войны с государством Когурё в середине IV века, роздали военачальникам.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
