57030 (610526), страница 2
Текст из файла (страница 2)
В единой системе партийно-государственных органов работали общественные организации. Профсоюзы, самая массовая из них, объединяла в начале войны свыше 25 млн. человек. Они участвовали в организации социалистического соревнования и других массовых трудовых патриотических движений, коллективного и индивидуального огородничества, в шефстве над воинскими частями и госпиталями. Большую роль в вооруженной борьбе, организации труда, Учебы и быта молодежи сыграл комсомол, объединявший свыше 10 млн. членов. Н.М. Шверник, 1-й секретарь ВЦСПС, и Н.А. Михайлов, 1-й секретарь ЦК ВЛКСМ, входили в состав оргбюро ЦК ВКП(б). Свою лепту в общее дело внесли существовавшие и до войны Осоавиахим, Общество Красного Креста и Красного Полумесяца и др.
С целью установления связей с зарубежной общественностью, распространения информации о борьбе советского народа против фашизма, получения материальной помощи от различных зарубежных организаций был создан ряд антифашистских комитетов (советских женщин, ученых, молодежи, всеславянский, еврейский), вся деятельность которых находилась под жестким контролем ЦК ВКП(б).
Высшим чрезвычайным органом власти в стране стал образованный 30 июня 1941 г. и просуществовавший до 5 сентября 1945 г. Государственный Комитет Обороны во главе с И.В. Сталиным, Государственному Комитету Обороны подчинялись Ставка Верховного Главного командования, Генштаб и Центральный штаб партизанского движения (создан 30.05.1942 г.), более 60 городских Государственных Комитетов Обороны, уполномоченные Государственных Комитетов Обороны. В состав Государственного Комитета Обороны первоначально входило 5 человек (И.В. Сталин, В.М. Молотов, К.Е. Ворошилов, Г.М. Маленков, Л.П. Берия), потом их число увеличилось до 9 (с января 1942 г. – Л.М. Каганович, Н.А. Вознесенский, А.И. Микоян, с 1944 г. – Н.А. Булганин). Каждый из них отвечал за определённый участок работы: Молотов – за производство танков, Микоян – за снабжение фронта, Вознесенский – за пуск эвакуированной промышленности, Маленков – за производство самолетов, Ворошилов – за формирование новых частей и т.д. Всего за годы войны Государственный Комитет Обороны принял более 10 тысяч документов, которые регламентировали экономическую и политическую жизнь страны: определявшие перевод предприятий на выпуск военной продукции, организацию военного производства, подготовку кадров, разработку новых видов военной техники, производство металла, топлива, электроэнергии, работу транспорта. Решением Государственного Комитета Обороны, в частности, осуществлялась депортация населения, в том числе отдельных национальностей: 950 тыс. немцев (среди них 500 тыс. немцев Поволжья), нескольких десятков тысяч финского населения и т.д. Он руководил эвакуацией промышленных предприятий, а затем, в связи с освобождением оккупированных территорий, реэвакуацией и восстановлением экономики. Большое внимание уделялось формированию новых частей и соединений Красной Армии, назначению руководящих кадров в армию и народное хозяйство. Государственный Комитет Обороны увязывал потребности фронта с предельными возможностями экономики, налаживал распределение и перевозки всех видов продукции для фронта. Связующим звеном Государственного Комитета Обороны с отраслями военной экономики и важнейшими предприятиями стали уполномоченные, которые назначались обычно из числа партийных и хозяйственных руководителей.
По мере надобности при Государственном Комитете Обороны создавались различные структурные подразделения: Оперативное бюро, комитеты – транспортный, трофейный, по вопросам использования атомной энергии, по репарациям, Совет по радиолокации, различные постоянные комиссии. Государственный Комитет Обороны не имел собственного аппарата, его решения готовились в соответствующих наркоматах и ведомствах, делопроизводство велось Особым сектором ЦК ВКП(б).
За крайне редкими исключениями постановления Государственного Комитета Обороны не подлежали публикации. На них стоит гриф «Совершенно секретно», дополняемый на отдельных постановлениях грифом «Особой важности».
Документы Государственного Комитета Обороны СССР (1941–1945 гг.), находятся на хранении в Российском государственном архиве социально-политической истории.
С образованием Государственного Комитета Обороны 30 июня была осуществлена полная централизация власти, ликвидировано разграничение функций высших государственных и партийных органов. Его постановления имели силу законов военного времени и были обязательны для всех государственных, партийных, хозяйственных органов и общественных организаций.
Несмотря на определенные успехи, достигнутые в процессе реорганизации системы управления, в первые недели войны эффективность этих мероприятий была относительной. «Трудно было разобрать, где кончается Государственный комитет обороны и где начинается Ставка, и наоборот, – вспоминал позднее Жуков. – На практике получалось так: Сталин – это Ставка и Государственный комитет обороны – тоже Сталин. Он командовал всем, он дирижировал, его слово было окончательным и обжалованию не подлежало».0
Основные документы Государственного Комитета Обороны будут рассмотрены в главе 2.
2. Основные распоряжения Государственного Комитета Обороны
Выступая по радио с обращением к стране 3 июля 1941 года, И.В. Сталин заявил: «Государственный Комитет Обороны приступил к своей работе, и призывает весь народ сплотиться вокруг партии Ленина-Сталина…»
Из важнейших документов Государственного Комитета Обороны периода начала войны можно выделить Постановление по «делу Д.Г. Павлова» – командующего Западным фронтом. Карпов В.В. пишет: «Противник уже 26 июня крупными силами форсировал Западную Двину и захватил Даугавпилс…
30 июня в Генеральный штаб Жукову позвонил Сталин и приказал вызвать Д.Г. Павлова в Москву. В этот день в штаб Павлова прибыл генерал А.И. Еременко с приказом о том, что командующим Западным фронтом назначается он. Сталин …назначил командующим Западным фронтом маршала Тимошенко, а членом Военного совета этого фронта Л.З. Мехлиса. Причем, напутствуя на эту должность, Сталин сказал Мехлису:
– Разберитесь там, на Западном фронте, соберите Военный совет и решите, кто, кроме Павлова, виновен в допущенных серьезных ошибках.
Этой короткой фразы для Мехлиса было достаточно, она прозвучала для него четкой и определенной программой действий. По прибытии в штаб Западного фронта Мехлис, без долгих расследований, оформил предложение Военного совета фронта, согласно которому следует предать суду Военного трибунала все командование Западного фронта.
Однако Государственный Комитет Обороны СССР при принятии решения не ссылается на этот документ Мехлиса, видимо понимая, что его бумага не очень весома для акции, которую затеял Сталин. Поэтому решение ГКО принимается «по представлению главнокомандующих и командующих фронтами и армиями».» 0
Полный текст этого Постановления следующий:
«СОВ. СЕКРЕТНО
ПОСТАНОВЛЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО КОМИТЕТА ОБОРОНЫ СОЮЗА ССР
Главнокомандующим. Военным Советам Фронтов и Армий. Командующим Военными Округами. Командирам Корпусов и Дивизий.
НАСТОЯЩЕЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО КОМИТЕТА ОБОРОНЫ СССР ПРОЧЕСТЬ ВО ВСЕХ РОТАХ, БАТАРЕЯХ, ЭСКАДРОНАХ И АВИАЭСКАДРИЛЬЯХ
Государственный Комитет Обороны устанавливает, что части Красной Армии в боях с германскими захватчиками в большинстве случаев высоко держат Великое Знамя Советской Власти и ведут себя удовлетворительно, а иногда прямо геройски, отстаивая родную землю от фашистских грабителей, однако наряду с этим Государственный Комитет Обороны должен признать, что отдельные командиры и рядовые бойцы проявляют неустойчивость, паникерство, позорную трусость, бросают оружие и, забывая свой долг перед РОДИНОЙ, грубо нарушают присягу, превращаются в стадо баранов, в панике бегущих перед обнаглевшим противником. Воздавая честь и славу отважным бойцам и командирам. Государственный Комитет Обороны считает вместе с тем необходимым, чтобы были приняты строжайшие меры против трусов, паникеров, дезертиров.
Паникер, трус, дезертир хуже врага, ибо он не только подрывает наше дело, но и порочит честь Красной Армии – поэтому расправа с паникерами, трусами и дезертирами и восстановление воинской дисциплины является нашим священным долгом, если мы хотим сохранить незапятнанным Великое Звание Воина Красной Армии, исходя из этого Государственный Комитет Обороны, по представлению Главнокомандующих и Командующих Фронтами и Армиями, арестовал и предал суду Военного Трибунала за позорящую звание командира трусость, бездействие власти, отсутствие распорядительности, развал управления войсками, сдачу оружия противнику без боя и самовольное оставление боевых позиций:
1) бывшего командующего Западным Фронтом Генерала Армии ПАВЛОВА;
2) бывшего начальника штаба Западного Фронта Генерал-майора КЛИМОВСКИХ;
3) бывшего начальника Связи Западного Фронта Генерал-майора ГРИГОРЬЕВА;
4) бывшего командующего 4-й Армией Западного Фронта Генерал-майора КОРОБКОВА;
5) бывшего командира 41 стрелкового корпуса Северо-Западного Фронта Генерал-майора КОСОБУЦКОГО;
6) бывшего командира 60 Горно-стрелковой дивизии Южного Фронта Генерал-майора СЕЛИХОВА;
7) бывшего заместителя командира 60 Горнострелковой дивизии Южного Фронта Полкового Комиссара КУРОЧКИНА;
8) бывшего командира 30 стрелковой дивизии Южного Фронта Генерал-майора ГАЛАКТИОНОВА;
9) бывшего заместителя командира 30 стрелковой дивизии Южного Фронта Полкового Комиссара ЕЛИСЕЕВА.
Воздавая должное славным и отважным бойцам и командирам, покрывшим себя славой в боях с фашистскими захватчиками. Государственный Комитет Обороны ПРЕДУПРЕЖДАЕТ, вместе с тем, что он будет и впредь железной рукой пресекать всякое проявление трусости и неорганизованности в рядах Красной Армии, памятуя, что железная дисциплина в Красной Армии является важнейшим условием победы над врагом.
Государственный Комитет Обороны ТРЕБУЕТ от командиров н политработников всех степеней, чтобы они систематически укрепляли в рядах Красной Армии дух дисциплины и организованности, чтобы они личным примером храбрости и отваги вдохновляли бойцов НА ВЕЛИКИЕ ПОДВИГИ, чтобы они не давали паникерам, трусам и дезорганизаторам порочить великое знамя Красной Армии и расправлялись с ними как с нарушителями присяги и изменниками Родины.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ГОСУДАРСТВЕННОГО КОМИТЕТА ОБОРОНЫ СОЮЗА ССР– И. СТАЛИН
16 июля 1941 г.»
Далее Карпов высказывает мнение, что это решение И.В. Сталина было опрометчивым и Павлов, фактически был назначен «козлом отпущения» за все неудачи Советской Армии в первые дни войны. Он пишет, что «После опустошительных репрессий перед войной, в напряженнейшие дни войны, при огромной нехватке командиров, так беспощадно и нерасчетливо вырываются из рядов армии опытнейшие командиры и комиссары.» 0
События в войне развертывались драматически для Советского Союза. 5-ти миллионная германская армия на основных направлениях в 3–4 раза превосходила советские войска, быстро продвигалась вперед и к сентябрю 1941 года блокировала Ленинград, захватила Киев и вышла на подступы к Москве.
6 сентября 1941 года Гитлер подписал директиву о проведении операции под кодовым названием «Тайфун», цель которой сводилась к тому, чтобы ударами трех мощных танковых группировок окружить в районах Вязьмы и Брянска основные силы Западного и Брянского фронтов, а затем вести наступление на Москву пехотными войсками с запада, а танковыми и моторизованными частями обойти ее с севера и юга. Отдавая такой приказ, Гитлер считал, что с падением Москвы СССР перестанет существовать, советский народ прекратит сопротивление, а война закончится победоносно для фашистской Германии.
30 сентября-2 октября 1941 года немецкие войска обрушили удары огромной силы на советские части и соединения, прикрывавшие Московское направление. Начался первый, оборонительный этап битвы за Москву.
8 сентября 1941 года, Государственный комитет обороны СССР принял постановление о создании нового рода войск – гвардейских минометных частей (ГМЧ). Осенью 1941 года серийное производство уникальных «катюш» начало одно из оборонных предприятий Воронежа. Они особенно эффективно действовали на Калининском, Северо-Западном, Волховском фронтах, в условиях труднопроходимой заболоченной местности.
Войсковые части получали реактивные установки прямо на заводе и, направляясь на самые опасные участки обороны, мощным огнем преграждали врагу путь на Москву. К началу контрнаступления наших войск 5–6 декабря 1941 г. на линии Московской зоны обороны было задействовано 40 дивизионов гвардейских минометов. На их вооружении находилось 415 боевых машин. Их общий залп (условно) по количеству выпущенных снарядов был равен залпу десяти тысяч единиц ствольной артиллерии.
16 июля 1941 года Государственный Комитет обороны принял решение о строительстве оборонительного рубежа на дальних подступах к Москве – Можайской линии обороны протяженностью 230 километров. Она простиралась с севера на юг от Московского моря, западнее Волоколамска и Можайска, до слияния Угры с Окой и должна была включать в себя 3 оборонительные полосы: главную и 2 тыловые, отстоящие одна от другой на 30–60 километров, а также промежуточные и отсечные позиции между ними. Общая глубина оборонительного рубежа должна была составить 120–130 километров. Главная полоса обороны представляла собой систему полевых и долговременных укреплений, в том числе и дзотов, противотанковых и противопехотных заграждений. Она включала Волоколамский, Можайский, Малоярославецкий, а несколько позже и Калужский укрепленные районы. К строительству Можайского оборонительного рубежа широко привлекались трудящиеся Москвы и Московской области, а также сформированные в начале июля дивизии народного ополчения.
12 октября 1941 года Государственный Комитет Обороны принимает решение о создании системы оборонительных рубежей вокруг Москвы, получившей наименование Московской зоны обороны.
Этим решением предусматривалось строительство третьей оборонительной линии (первая – Ржевско-Вяземская, вторая – Можайская), призванной создать прочную оборону на ближних подступах к столице.
Боевая жизнь и деятельность Московской зоны обороны оказала серьезное влияние на ход и результаты Московской битвы. Благодаря усилиям Московской зоны обороны, организующей роли партийных и советских органов, самоотверженному труду населения столицы Москва была превращена в неприступную крепость. Стремясь сделать все возможное, чтобы не допустить вражеские войска в столицу нашей Родины, москвичи, проявляя мужество и стойкость, в трудных погодных условиях построили противотанковые рвы, эскарпы, надолбы, доты, дзоты и другие сооружения, установили противотанковые «ежи», проволочные заграждения. На улицах города были сооружены баррикады, в домах созданы артиллерийские и пулеметные огневые точки. Укреплению подступов к столице способствовали заградительные работы и лесные завалы.
В результате цель была достигнута: немецко-фашистские войска не были допущены к столице. Москва устояла. И в этом огромная заслуга принадлежит Московской зоне обороны, ее войскам.
5 декабря 1941 г. началось успешное контрнаступление советских войск, покончившее с немецкими планами овладения Москвой и знаменующее начало перехода войны в новую фазу стратегического противостояния сторон. Первыми начали наступление части Калининского фронта, освободившие 16 декабря Калинин. 6 декабря 1941 г. в наступление перешли войска Западного фронта, освободившие в ходе недельных боев Елец (9 декабря) и Клин (15 декабря). Юго-Западный фронт открыл военные действия 7 декабря. Параллельно на Волховском фронте (К.А. Мерецков) успешно развивалась Тихвинская наступательная операция (10 ноября-30 декабря 1941 г.). 9 декабря Тихвин был освобожден. Перешли в контрнаступление части РККА и на Керченском направлении. 30 декабря 1941 г. город Керчь стал советским.
Стремясь переломить ситуацию, Гитлер 8 декабря отдает Директиву №39 о переходе к обороне на всех участках фронта, а 19 декабря берет на себя командование сухопутными частями вермахта, сместив Браухича. В декабре-январе были смещены 35 генералов, в том числе Рундштедт, Бок, Лееб, Гудериан и другие известные военачальники. За дезертирство фашистские военно-полевые суды приговорили к различным видам наказаний 62 тыс. солдат и офицеров. Жесткие меры позволили предотвратить катастрофическое развитие событий для немецкой армии и стабилизировать к марту 1941 г. фронт на линии Великие Луки–Брянск–Киров-р. Ока.
Из итогов кампании 1941 г. руководители противостоящих сторон сделали различные выводы. Советское командование, и прежде всего Сталин, итоги Московского сражения положили в основу организации наступления советских войск по всей линии фронта Ленинград–Демянск–Вязьма–Харьков–Крым (Директива 8 апреля 1942 г.). При этом активные действия вермахта предусматривались лишь в направлении Москвы, что стало грубейшим просчетом, так как войска Германии концентрировались на юго-восточном, а не на центральном направлении.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
