31031 (604691), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Владение как составная часть права собственности также состоит в материальном отношении лица к вещи, но с той разницей, что это материальное отношение представляет собой осуществление права собственности, и все равно - будет ли оно соответствовать условиям юридического владения или нет - оно все-таки остается правом, тогда как владение-факт только в таком случае и обращает на себя внимание науки права, когда представляет собой осуществление права, не принадлежащего владельцу, - только юридическое владение находит себе место в науке о правах. Например, иногда собственник не имеет сознания самостоятельного распоряжения вещью, но тем не менее его фактическое отношение к вещи представляется осуществлением права собственности, его владение - владение-право. Если же лицо владеет вещью не по праву и не имеет сознания самостоятельного распоряжения вещью, то его фактическое отношение к ней чуждо области права.
Для собственника владение получает значение преимущественно через пользование. Но владение имеет и самостоятельное значение: оно есть как бы вестник права собственности, и большей частью посредством владения собственник получает тот вес, который дает ему право собственности, так что право владения имеет значительное влияние на ход дел в юридическом быту, независимо от осуществления других прав, входящих в состав права собственности. Например, обратим внимание на кредит, которым пользуется богатый человек; кредит обусловливается состоятельностью лица, но главным образом - владением, которое рождает предположение о праве собственности лица, владеющего имуществом, и придает ему значение. Кроме того, владение как составная часть права собственности имеет еще то самостоятельное значение, что во многих случаях владением начинается право собственности: по нашему законодательству передача составляет один из важнейших способов перехода права собственности, но передача есть не что иное, как начало владения для собственника. Владение-право может быть осуществляемо самим собственником или другим лицом, в качестве его представителя. Но это владение через представителя не имеет никакого самостоятельного значения, а есть как бы владение самого собственника. Другое дело, если право владения передается стороннему лицу, не имеющему характера представителя: тогда это право владения получает самостоятельное значение, хотя и производится от права собственности [592]. А такая уступка права владения нередко встречается в действительности, например, при отдаче имущества в заклад, при предоставлении пользования вещью стороннему лицу и т.п.
В большей части случаев, однако, право владения, приобретаемое сторонним лицом, бывает только спутником другого права, приобретаемого относительно вещи собственника, ибо для стороннего лица право владения само по себе разве только по исключению может иметь интерес. Так, закладоприниматель приобретает право залога относительно вещи и владеет ею по праву; но не владение составляет главное, существенное содержание права залога. Точно так же лицо, приобретающее право пользования вещью, если приобретает с тем вместе и право владения, то приобретает его лишь потому, и только потому интересуется им, что само пользование вещью во многих случаях обусловливается господством над ней, владением. (Наконец, надо заметить, что право на владение охраняется не только как таковое, но и как факт, и притом как по требованию собственника, осуществляющего это право, так и стороннего лица, которому право владения передано. Только собственник может предъявить иск о собственности, вместе с тем, конечно, требуя признания своего права на владение, но он может предъявить и иск об одном факте владения - о восстановлении его. Точно так же арендатор может предъявить иск о признании переданного ему права на владения, ссылаясь на арендный договор, но он может предъявить иск и об одном факте владения; он может требовать восстановления своего владения как факта, не касаясь вопроса об арендовании им имущества.
Право владения может прекратиться. В особенности обращает на себя внимание случай прекращения его посредством отречения: обыкновенно отречение от права владения находится в связи с отречением от права собственности; но нет надобности, чтобы отречение, касаясь владения, касалось и других частей права собственности, а собственник может отречься только от права владения. И тем легче можно допустить такой случай, что, отрекаясь от права владения, но оставляя за собой право пользования, лицо в силу этого права приобретает право собственности на плоды вещи, а в этом праве собственности на плоды, может быть, и сосредоточивается весь интерес права собственности на вещи.
Право пользования, вторая и самая существенная составная часть права собственности, заключается в употреблении вещи для удовлетворения каких-либо потребностей. Все равно, сама ли вещь непосредственно служит для удовлетворения потребностей, или она дает произведения, которые служат для этой цели, употребление вещи будет осуществлением права пользования. Равным образом - будет ли собственник непосредственно употреблять произведение вещи для удовлетворения своих потребностей, или он распорядится произведениями иначе, в силу своего права собственности на них, все-таки относительно вещи, дающей произведения, это будет правом пользования. Кто сеет хлеб на земле, тот пользуется землей, хотя земля непосредственно и не служит к удовлетворению его потребностей; сам ли хозяин потребит родившийся хлеб, или он продаст его и получит деньги, по отношению к земле это будет осуществлением права пользования.
Однако не каждое употребление вещи для удовлетворения ею потребностей входит в содержание права пользования: иное употребление вещи таково, что она уничтожается; но уничтожение вещи, по нашему определению, составляет содержание права распоряжения, а не права пользования, поэтому только те способы удовлетворения потребностей вещью, которые не соединяются с ее уничтожением, входят в состав права пользования. Собственник сам пользуется вещью или предоставляет пользование стороннему лицу, так что право пользования иногда выделяется из права собственности. При этом-то выделе и получает практическое значение различие между пользованием вещью непосредственным и пользованием посредством употребления ее плодов - различие, не имеющее практического значения, пока право пользования соединено с правом собственности, ибо ipso jure собственнику принадлежат все произведения вещи, ее плоды. Если вещь сама по себе, непосредственно, служит удовлетворению потребностей, то лицо, имеющее право пользования по вещи, только и может употреблять ее сообразно ее назначению, не имея никакого права на произведения вещи, - разве это именно ему предоставлено собственником. Так, лицо, которому предоставлено право пользования лошадью, не имеет права на приплод лошади. Но если пользование вещью только и может состоять в употреблении ее плодов, тогда как непосредственно вещь не служит удовлетворению потребностей, то лицо, имеющее право пользования, вправе пользоваться ее плодами и приобретает над ними право собственности по отделении их от вещи. Лицо, которому предоставлено право пользования фруктовым садом, приобретает право собственности на плоды по снятии их с деревьев [2.3].
Право пользования, выделяемое из права собственности, в большей части случаев соединяется с правом владения, так что, предоставляя стороннему лицу пользование вещью, собственник обыкновенно предоставляет ему владение. Однако право пользования может быть предоставлено и без права владения, в особенности когда пользование вещью состоит в употреблении ее плодов. Но если пользование вещью, по самому существу ее, только и может состоять в непосредственном употреблении вещи, то лицо, приобретшее право пользования, вправе требовать от собственника, чтобы он предоставил ему и владение вещью, вправе требовать ее выдачи.
Право распоряжения заключается в праве прекращения и разъединения права собственности, разъединения навсегда или на известное время [595]. Следовательно, по праву распоряжения, собственник может уничтожить вещь, подвергнуть ее отчуждению, заключить относительно ее ту или другую сделку и т.д. Право распоряжения составляет поэтому как бы венец права собственности: в распоряжении представляется наибольшее напряжение права собственности - напряжение, которое может стоить жизни самому праву собственности, и, конечно, право, предоставляющее лицу возможность уничтожить вещь, сильнее того права, по которому лицо может лишь подчинить вещь своему фактическому господству или употреблять ее на удовлетворение своих потребностей.
Даже тот способ пользования вещью, который предполагает ее уничтожение, мы отнесли уже к праву распоряжения. Однако если сама вещь не уничтожается, а только от употребления изменяется ее вид, то нет распоряжения относительно вещи, а предоставляется пользование, разве превращение вещи, изменение вида ее таково, что она поступает совершенно в другой разряд вещей. Только, разумеется, здесь довольно трудно провести определенную границу между случаями, где проявляется право пользования, и случаями, где проявляется право распоряжения. Более других основательна попытка определить эту границу таким образом: если есть возможность обратить вещь к прежнему виду, то в употреблении вещи проявляется только право пользования, если же нет, и вещь безвозвратно перешла в другой разряд, то проявляется право распоряжения. В практическом отношении иногда очень важно определить, какое именно право проявляется в данном случае - право ли пользования или право распоряжения; в особенности это важно в ограничениях, допускаемых или определяемых для права собственности. Например, у должника описано имущество, но, по снисхождению, кредитор предоставляет должнику или его родственникам пользоваться имуществом, не предоставляя, однако, распоряжения: если должник будет пользоваться имуществом так, что оно не изменит своего вида, по крайней мере невозвратно, то должник не выйдет из своего права; но если он будет распоряжаться вещью, то тем нарушит право верителя и подвергнется ответственности.
Право владения и право пользования, как мы видели, можно выделить из права собственности и предоставить стороннему лицу. Спрашивается, имеет ли место выдел относительно права распоряжения? Нам кажется, следует отринуть возможность такого выдела: право распоряжения вещью так тесно связано с существом права собственности, что без прекращения его самого выдел права распоряжения неудобомыслим. По исключению встречаются, правда, случаи, что право распоряжения выделяется из права собственности и переходит к другому лицу; однако нормальное состояние юридического быта то, что право распоряжения остается за собственником, хотя бы у него не было ни владения, ни пользования. И в самом деле, если из права собственности выделяется право владения или право пользования, то у собственника останется право распоряжения и оно знаменует право собственности. Но если выделить право распоряжения, то выдел его может повлечь за собой и выдел права владения, и выдел права пользования, так что у собственника ничего не останется от его права собственности: стороннее лицо, которому будет предоставлено право распоряжения, в силу своего права, пожалуй, и уничтожит вещь, и подвергнет ее отчуждению - словом, разрушит право собственности.
Законодательство говорит о выделе права распоряжения не в том смысле, что это право предоставляется стороннему лицу, а законодательству представляется выдел права распоряжения там, где, собственно, нет его выдела, именно: законодательство видит выдел права распоряжения в выдаче доверенности на отчуждение вещи; но поверенный есть только представитель доверителя, так что каждое действие поверенного нужно считать действием самого доверителя, и, следовательно, выдачей доверенности никакого выдела из права собственности не делается.
Но это воззрение законодательства объясняется исторически. Известно, что при существовании крепостного права только потомственные дворяне могли приобретать право собственности на населенные имения. Но по выгодам, связанным с правом собственности на населенные имения, естественно, что и для лиц других сословий было искушение приобрести такие имущества. Действительно, в нашем юридическом быту встречались разные попытки обойти запрещение законодательства, а известно, что личный интерес делает людей весьма изобретательными, и практика часто прибегала к такой хитрости: лицо, желавшее пользоваться выгодами права собственности на населенное имение, за известное вознаграждение, равное стоимости имения, получало от собственника доверенность на управление тем имением со всеми вотчинными правами, так что по своему усмотрению могло подвергнуть имение и отчуждению. В то же время лицо обеспечивало себя против уничтожения доверенности со стороны доверителя и, таким образом, получало возможность фактически располагать населенным имением или крепостными людьми как своей собственностью. При таких условиях законодательство, конечно, легко могло дойти до мысли, что выдача доверенности на отчуждение права собственности составляет выдел права распоряжения [2.4].
2. Осуществление права собственности
Всякое право, каким бы емким ни было его содержание, имеет свои границы. При определении границ права собственности граждан, а следовательно, и границ его осуществления надлежит исходить из присущих гражданскому праву принципа дозволительной направленности гражданско-правового регулирования и принципа диспозитивности. Действие первого принципа означает, что гражданину при осуществлении принадлежащих ему прав, в том числе и права собственности, дозволено все, что не запрещено законом. Действие принципа диспозитивности означает, что гражданин по своему усмотрению осуществляет право собственности или не осуществляет его, сам избирает цели осуществления права и средства их достижения.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
