28000 (603762), страница 4

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 4)

Во-первых, он имеет право заявить суду ходатайства по широкому кругу вопросов (например, о прекращении дела, возвращении его для дополнительного расследования, об изменении меры пресечения и др.).

Во-вторых, защитник может быть вызван судьей для объяснений по поводу заявленных ходатайств, некоторые из которых подлежат удовлетворению при любых обстоятельствах. Заявленные ходатайства могут оказать влияние на выбор варианта принимаемого судьей решения.

Защитник вправе рассчитывать на обеспечение его безопасности. Принятие мер безопасности ограждает защитника от противоправного воздействия со стороны других участников уголовного судопроизводства и иных лиц, если имеется реальная угроза его жизни, здоровью, имуществу и возможности осуществления профессиональной деятельности.

Является недопустимым и нарушающим адвокатскую тайну прослушивание телефонных и иных переговоров адвоката, обследование помещений, в которых он оказывает юридическую помощь, досмотр, изъятие материалов и документов, составляющих досье адвоката по уголовным делам в отношении его подзащитных, проведение иных оперативно-розыскных мероприятий.

В соответствии со ст. 18 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре» истребование от адвокатов, а также от работников адвокатских образований, адвокатских палат или Федеральной палаты адвокатов сведений, связанных с оказанием юридической помощи по конкретным делам, не допускается. Аналогичная норма содержится в ст. 56 УПК РФ, в соответствии с которой защитник подозреваемого, обвиняемого не подлежит допросу в качестве свидетеля об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с участием в производстве по уголовному делу.

Решение о возбуждении уголовного дела в отношении адвоката, либо о привлечении его в качестве обвиняемого, если уголовное дело было возбуждено в отношении других лиц или по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления, принимается прокурором (п. 10 ч. 1 ст. 448 УПК). Следствие по возбужденному уголовному делу проводится следователем прокуратуры.³

3. Особенности участия защитника при производстве по уголовным делам в отношении отдельных категорий граждан

Существует круг дел, по которым закон предписывает обязательное участие защитника. Это дополнительная гарантия защиты лиц, которые в силу физических или психических недостатков либо возрастных особенностей, а также по иным причинам не могут сами осуществлять свое право на защиту либо она для них существенно затруднена.

Государство заинтересовано в повышенной охране интересов таких лиц, в результате чего оно избавляет себя от возможных ошибок на следствии и в суде.

Вместе с тем законодатель устанавливает дополнительные требования к обязательности участия защитника по делам, в которых обвиняемые по различным причинам фактически не могут самостоятельно осуществлять свою защиту или имеются иные обстоятельства, требующие обязательного участия в деле защитника. В этих случаях отказ от защитника необязателен для дознавателя, следователя, прокурора, суда (ч. 2 ст. 52 УПК).

Закон устанавливает обязательность участия защитника в уголовном судопроизводстве, если:

1) подозреваемый, обвиняемый не отказался от защитника в установленном законом порядке;

2) подозреваемый, обвиняемый является несовершеннолетним.

По уголовным делам о преступлениях, совершенных несовершеннолетними, законодатель удваивает гарантии защиты, устанавливая обязательное привлечение к участию в деле их законных представителей (п. 2 ч. 1 ст. 51, ст. 426 УПК).

Невыполнение требований статьи 51 УПК РФ влечет обязательно отмену приговора и обращение дела к доследованию. Так, предъявление обвинения несовершеннолетнему без участия защитника признано существенным нарушением уголовно-процессуального закона и является основанием для возвращения дела на дополнительное расследование со стадии назначения судебного заседания.

В судебном заседании законный представитель несовершеннолетнего подсудимого обладает всеми правами стороны. Если законный представитель несовершеннолетнего подсудимого допущен в качестве защитника или гражданского ответчика, то он пользуется правами и несет ответственность за свои действия в порядке, регулируемом ст. 53 и УПК.

В соответствии с ч. 2 ст. 425 УПК при проведении предварительного расследования по уголовным делам в отношении несовершеннолетних в допросе несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого участвует защитник, который вправе задавать вопросы допрашиваемому, а по окончании допроса – знакомиться с протоколом и делать замечания о правильности и полноте записи показаний;

3) подозреваемый, обвиняемый в силу физических или психических недостатков не может самостоятельно осуществлять свое право на защиту.

Способность осуществлять свое право на защиту – это такое состояние высших психических функций (восприятия, понимания, памяти, мышления, эмоционально-волевой сферы), которое обеспечивает правильное отражение действительности и создает предпосылки для полноценной интеллектуальной деятельности.

Способность самостоятельно осуществлять право на защиту относится к числу правовых вопросов, решение которых составляет прерогативу следователя и суда. Для этого они разрешают следующие вопросы: есть ли у обвиняемого психические или физические недостатки, препятствующие полному осуществлению познавательной деятельности, и ограничивают ли они его возможности, связанные с реализацией права на защиту.

Основанием к возникновению сомнений относительно психического состояния обвиняемого может служить не только непосредственное наблюдение следователя или состава суда (судьи), но и характер совершенного преступления, заявление свидетелей, а также документы о перенесенных этим лицом заболеваниях и травмах.

Основанием для обязательного участия защитника служат документы, подтверждающие, что обвиняемый состоял на учете в психоневрологическом диспансере, обучался в школе для умственно отсталых детей либо признавался хроническим алкоголиком.

Как правило, бесспорным основанием является заключение эксперта психиатра о наличии у обвиняемого психических недостатков, в силу которых последний не может самостоятельно осуществить свое право на защиту. Такими основаниями являются также ясно выраженные физические недостатки: ослаблены зрение или слух, дефекты речи, создающие помехи в установлении контактов с окружающими и изложении своих мыслей;

4) подозреваемый, обвиняемый не владеет языком, на котором ведется производство по уголовному делу.

Не владеющими языком судопроизводства признаются лица, не понимающие либо плохо понимающие обычную разговорную речь на языке судопроизводства, не умеющие свободно изъясняться на данном языке, испытывающие затруднения в связи со слабым знанием языка в понимании тех или иных терминов или обстоятельств. О характере противоречий между интересами лиц, если хотя бы одно из них имеет защитника;

5) лицо обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы на срок свыше пятнадцати лет, пожизненное лишение свободы или смертная казнь. Обязательное участие защитника должно быть обеспечено с момента предъявления обвинения;

6) когда обвиняемый заявил ходатайство об особом порядке судебного разбирательства при его согласии с предъявленным обвинением.

Участие защитника также обязательно по всем делам, подлежащим рассмотрению судом с участием присяжных заседателей (п. 1–6 ч. 1 ст. 51 УПК). Этот этап производства в суде присяжных построен на основе состязательности с обеспечением равенства процессуальных прав сторон.

По делам частного обвинения защитник допускается с момента принятия судом дела к своему производству.

В производстве по уголовному делу о применении принудительных мер медицинского характера участие защитника является обязательным с момента вынесения постановления о назначении в отношении лица судебно-психиатрической экспертизы, если защитник ранее не участвовал в уголовном деле (ст. 438 УПК). О прекращении уголовного дела или о направлении его в суд для применения принудительных мер медицинского характера следователь наряду с законным представителем уведомляет и защитника, разъясняя им право знакомиться с материалами уголовного дела (ст. 439 УПК).

Решение Генерального прокурора Российской Федерации или его заместителя о выдаче лица для целей уголовного преследования или для исполнения приговора при международном сотрудничестве в сфере уголовного судопроизводства может быть обжаловано лицом, в отношении которого принято решение о выдаче, или его защитником в течение десяти суток с момента получения уведомления в федеральный суд субъекта Российской Федерации (ч. 1 ст. 463 УПК).⁴

Анализ процессуальных полномочий сторон выявляет особенности осуществления функции защиты, проявляющиеся в некотором ее преимуществе в сравнении с обвинением. Примерами могут служить следующие положения: запрет на кассационное обжалование решения судьи о роспуске коллегии присяжных заседателей при его несогласии с обвинительным вердиктом (ч. 5 ст. 348 УПК РФ), по своей сути являющийся запретом на обжалование стороной обвинения, поскольку указанное решение выносится в интересах защиты; предоставление защите права последней реплики. В некотором смысле ее процессуальное преимущество заключается и в таком элементе состязательности, как поочередное представление сторонами доказательств, при условии права защиты предоставить их после стороны обвинения.

Произошло расширение тактического поля защиты за счет введения института исключения доказательств, полученных с нарушением закона. Как показывает судебная практика, нормы закона, регулирующие основания и порядок решения вопроса о недопустимости доказательств и возлагающие бремя опровержения доводов защиты на прокурора, по содержанию предполагают явное преимущество стороны защиты и активно используются именно ею, а если ходатайство об исключении доказательств заявляет сторона обвинения, то это также в интересах защиты.

Если защите удается спрогнозировать невозможность опровержения стороной обвинения ее доводов о нарушении закона при получении доказательства, то, с точки зрения тактики, ее ходатайство является безупречным средством достижения необходимого ей результата.

Показания подсудимого в условиях состязательного процесса являются доказательством защиты как в случае отрицания, так и при признании им своей вины. Критерием отнесения их к доказательствам защиты выступает порядок его допроса: согласно ч. 1 ст. 275 УПК РФ первыми его допрашивают участники процесса со стороны защиты. Содержание ч. 3 ст. 274 Кодекса позволяет говорить о праве подсудимого давать показания в любой момент судебного следствия.

Следовательно, показания подсудимого возможно представить до предоставления доказательств стороной обвинения. Определение подсудимым времени дачи показаний является еще одним примером процессуального преимущества защиты, которое позволяет влиять на действия стороны обвинения и на формирование оценки доказательств судом.

Особое значение приобретает момент дачи подсудимым показаний в судебном следствии с участием присяжных (имеется в виду стремление защиты максимально воздействовать на их сознание в своих интересах).

4. Судебная практика

Закрепление в ч. 3 ст. 86 УПК РФ такой необычной для россиян новеллы, как право защитника на сбор доказательств «путем получения предметов, документов и иных сведений», а равно «опроса лиц с их согласия», подвигла некоторых теоретиков к спешной разработке стратегии, тактики и методики параллельного адвокатского расследования. Это и неудивительно, поскольку законодатель, признав за адвокатом полноценное право на сбор доказательств в одной статье, забыл урегулировать порядок этого самого сбора в другой статье.

Рассмотрим результаты уголовного дела, возбужденного в одной из северных российских республик против защитника, «увлекшегося» проведением параллельного адвокатского расследования. Нас интересуют формулировки, составившие основу процессуальных документов по уголовному делу. В современных условиях для кого-то они могут иметь прецедентное значение.⁵

Адвокат К., являясь защитником Л., обвиняемого органами предварительного расследования в похищения человека, в рамках проводимого им параллельного адвокатского расследования пришел домой к потерпевшему А. и получил от последнего заявление, из содержания которого следовало, что Л. не только похитил А., но и добровольно потерпевшего отпустил. Иными словами, защитник заполучил документ, который полностью аннулировал все результаты официального следственного расследования, поскольку в силу примечания к ст. 126 УК РФ лица, добровольно освободившие похищенного, от уголовной ответственности освобождаются.

Обвиняемый Л., передав следователю ксерокопию вышеуказанного заявления А., заявил ходатайство о приобщении ее к материалам уголовного дела. Лица, осуществляющие предварительное расследование, усомнившись в достоверности заявления А., допросили его по обстоятельствам отобрания данного документа адвокатом К. Потерпевший показал, что К. данное заявление заполучил от него обманным путем: представился работником прокуратуры, под диктовку заставил написать текст заявления, содержание которого не соответствовало действительности.

За фальсификацию доказательств по уголовному делу об особо тяжком преступлении судом адвокат К. был осужден по ч. 3 ст. 303 УК РФ к 3 годам лишения свободы, в соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года и с лишением права заниматься адвокатской деятельностью на 2 года.

Как видим, суд первой инстанции расценил вышеописанные действия адвоката К. как предусмотренный законом сбор доказательств, которые, однако, при этом были сфальсифицированы.

Считая приговор суда незаконным и необоснованным, осужденный К., его защитники – адвокаты В. и Г. поставили вопрос перед Верховным Судом РФ об его отмене в том числе и по следующим основаниям:

– заявление (следовательно, и любые иные результаты опроса лица) не являются доказательствами по делу;

– ксерокопия – не документ.

Таким образом, утверждая, что результаты параллельного адвокатского расследования нельзя сфальсифицировать, защитники-профессионалы поспешили признать, что содеянное их коллегой в любом случае не может быть расценено как сбор доказательств. Возникает вопрос: если это так и представителями адвокатского корпуса не оспаривается, то какой смысл отбирать у потерпевшего документ, если никакого доказательственного значения по делу он не имеет?

Характеристики

Список файлов курсовой работы