181707 (596536), страница 25

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 25)

Основной идеей его исследования по-прежнему служит предпосылка о том, что образование как разновидность человеческого капитала является автономным, т.е. независимым от живого труда, источником экономического эффекта. Отсюда следует вывод, что странам с низким уровнем реализации человеческих возможностей и низкими доходами особенно важно осуществлять инвестиции в здравоохранение, образование и науку. Количественный анализ значительных массивов статистической информации с использованием экспертных компьютерных систем обеспечил практическую значимость исследований представителей теории человеческого капитала.

По мнению Васильева Ю., Глухова В., Федорова М., можно заключить, что общий подход рассматриваемой теории к оценке инвестиций в человеческий капитал методологически однотипен оценке эффективности инвестиций в другие виды активов, прежде всего в основные производственные фонды.

Вместе с тем, при более подробном исследовании данного вопроса приходится преодолевать определенные методологические затруднения. Они связаны во-первых, с невозможностью однозначного определения номенклатуры затрат, классифицируемых как инвестиции в человеческий капитал; во-вторых, с разнообразием результатов профессиональной деятельности трудовых ресурсов; в-третьих, с наличием продолжительного лага между вложением средств и получением результата; в-четвертых, с трудностью определения, какие результаты соответствуют конкретным вложениям, учитывая, что в масштабе национальной экономики процессы вложения капитала в отрасли социальной сферы и процессы получения отдачи от этих инвестиций непрерывны; в-пятых, с дифференциацией отдачи капитала образования в зависимости от территории, стажа работы и прочих, непосредственно не относящихся к обучению факторов. Нужно также учитывать, что затраты на образование являются производительным капиталом в том случае, если содержание приобретенных человеком знаний соответствует спросу на рынке труда, другими словами, «соблюдается количественное и качественное соответствие между структурными характеристиками совокупной рабочей силы и объективными потребностями общественного производства» [124].

Как бы ни изменялись взгляды на факторы экономического роста, суть проблемы состоит в том, что темпы экономического роста обусловлены затратами ресурсов: живого труда (трудовых ресурсов) и овеществленного труда (средств производства или капитальных благ). Иначе говоря, экономический рост определяется совокупными затратами общественного труда.

Классическая формула факторов производительности труда как система, состоящая из трех элементов: научно-технического прогресса, качественных характеристик рабочей силы, организации труда и производства — дополнялась все большим количеством ее компонентов. Так, после Второй мировой войны в связи с научно-технической революцией и вызванным ею повышением требований к качественным характеристикам рабочей силы стала развиваться теория социального фактора в экономическом росте. Экономистами многих стран обосновывалась необходимость выделения образования в качестве важного фактора экономического роста. При этом предлагалось множество расчетов, чтобы выявить влияние образования на экономический рост.

В литературе высказывается много точек зрения на сущность и содержание экономического роста, его современные особенности. Поэтому, как нам представляется, необходимо рассмотреть основные пункты общего и особенного во взглядах на исследуемую категорию, а также привести в соответствие с современными рыночными реалиями те трактовки, которые носят ограниченный характер.

Все неоклассические модели исходят из:

а) производственной функции, в которой труд и капитал рассматриваются как факторы роста;

б) совершенства механизма конкуренции и способности агентов рынка мгновенно и верно реагировать на любые изменения рыночной конъюнктуры;

в) свободного ценообразования на все товары, услуги, включая факторы производства;

г) свободного замещения одного фактора другим и столь же свободного перелива капиталов из одной сферы в другую.

Опираясь на эти предпосылки, все неоклассические теоретики доказывают одно и то же: капиталистическая экономика по природе своей стабильна и постоянно стремится к состоянию общего равновесия, включая полную занятость на уровне потребностей капитала. Но если даже устойчивость экономики нарушается какими-либо внешними обстоятельствами, беды ожидать не приходится, автоматически начиная действовать механизм восстановления нарушенного равновесия и выходом экономики на траекторию устойчивого роста [125].

Несмотря на повторявшееся через каждые 10-12 лет чередование спадов и подъемов капиталистической экономики, неоклассическая теория в течение более ста лет сохраняла и отстаивала свою незыблемую веру в автоматическое всесилие саморегулирующихся способностей рынка. Эта вера основывалась на знаменитой формуле Сэя, согласно которой предложение товаров рождает спрос на них, а, следовательно, несоответствия между спросом и предложением быть не может.

Однако к началу 1930-х гг. произошли два события, перед лицом которых прежнее единодушие было нарушено. Первое состояло в возникновении альтернативной капитализму плановой экономической системы в СССР, демонстрировавшей самые высокие в мире темпы роста. Тем самым воспеваемые неоклассической теорией достоинства капитализма были поставлены под сомнение.

Второе событие состояло в наступлении Великой депрессии 1929-1933 гг., которая нанесла еще более оглушительный удар по прежнему престижу капитализма. Великая депрессия, поразившая его основные центры с небывалой силой и глубиной, была воспринята многими как доказательство неспособности автоматически действующих сил рынка предотвратить дестабилизирующие последствия противоречий капитализма. В результате козырные карты неоклассической теории относительного соответствия спроса и предложения (по Сэю), стремления имманентных сил рынка к равновесию (по Вальрасу и Маршаллу) и добровольного характера безработицы оказались битыми [126].

Несоответствие между спросом и предложением проявилось в такой драматической форме, что вместо его отрицания Дж. М. Кейнс в «Общей теории...» не только признал саму проблему, но дал ее объяснение. Для устойчивого роста по Кейнсу необходимо такое регулирование инвестиций, чтобы обеспечить либо полную занятость населения, либо поддержание безработицы на уровне крайнего минимума. В таком случае инвестиции как часть совокупного спроса вводят в действие мультипликатор и рост принимает устойчивый характер.

Иначе говоря, инвестиции сопровождаются ростом доходов населения и совокупного спроса, который в кейнсианской концепции рассматривается как основной мотор экономического роста. Важно отметить «основные условия», которые составляют исходные предпосылки кейнсианского анализа экономического роста. Принципиально новый поход, примененный кейнсианскими теоретиками к анализу экономического роста, состоял в том, что они:

а) исходят из решающей роли совокупного спроса как определяющего основные параметры состояния экономики, а тем самым и факторы ее роста;

б) переводят анализ экономики из плоскости вневременных и абстрактных логических постулатов в плоскость реально протекающего исторического времени путем изучения взаимодействия таких переменных, как выпуск, капитальный фонд, инвестиции и труд;

в) предполагают, что сбережения являются постоянной частью национального дохода.

Простейшая производственная функция, исследующая зависимость прироста продукции от двух факторов производства: труда и капитала была выведена еще в 1920-х гг. американским ученым П. Дугласом. На основе статистических данных о производстве пшеницы в США ученый пришел к выводу, что 1% прироста затрат труда увеличивает выпуск в 3 раза больше, чем 1% прироста капитала. Это исследование установило значение труда как фактора производства без привлечения дополнительного капитала. Не случайно и появление методов мотивации трудовой деятельности, повышающих эффективность человеческого фактора.

Именно труд, все более усложняющийся, использующий научные достижения и информацию, сделал ведущим фактором производства научно-технический (технологический) прогресс, на что одним из первых обратил внимание в 1950-х гг. американский ученый Р. Солоу. Он показал, что за 1909-1949 гг. более 80% роста выпуска продукции за 1 час отработанного времени произошло за счет научно-технического прогресса.

Последователь Солоу — Э. Денисон, используя данные за 1929-1982 гг., указал на процесс накопления знаний, обеспечивший 2/3 экономического роста за счет научно-технического прогресса. Оставшаяся 1/3 связана с более эффективным размещением ресурсов и с экономией факторов производства на единицу продукции на основе увеличения масштабов производства, возможность которого давал НТП [127].

Э.Денисон рассматривает образование не в качестве независимого фактора производства, а раскрывает экономическую значимость образования через выявление его влияния на качество рабочей силы. Таким образом, вклад образования в экономический рост анализируется Э.Денисоном прежде всего в связи с улучшением качества живого труда. Он считает, что образование увеличивает эффективность труда в силу следующих обстоятельств: работники, обладающие более высоким образовательно-квалификационным уровнем, лучше и качественнее выполняют свою работу по сравнению с менее образованными, более высокое образование способствует активизации личности работника, его инициативы и предприимчивости, освоению новых методов труда; более образованная рабочая сила вернее ориентируется в информации.

На взгляд Э. Хершберга, эти выводы расставляют новые акценты в отношении к наиболее эффективному фактору производства. В странах, вступивших на постиндустриальный путь развития, наиболее эффективными считаются вложения в человека (его образование, развитие и т.д.), или, по западной терминологии, вложения в человеческий капитал.

Под воздействием глобализации образование превратилось в важней ресурс, отличающий акторов (или страны, регионы или местные образования), обладающих потенциалом процветания, от тех, чей статус становится все более маргинальным. Знание, будь то высокоспециализированное или более общее, отраженное в базовом умении решать проблемы — в способности к обучению и основанное на развитых навыках чтения и счета, — необходимое условие для деятельности по созданию стоимости и быстрого переключения с одного ее вида на другой. Практически во всем эластичность спроса на неквалифицированный труд сегодня выше, когда-либо раньше [128].

В экономике образования существуют различные подходы, объясняющие взаимосвязь образования и экономического роста. Суть одного из них состоит в измерении корреляционной связи между показателями, отражающими общий уровень развития образования, и показателями, характеризующими динамику народного хозяйства.

Американский ученый К.Кон выявил сильную корреляционную связь /коэффициент корреляции - 0,93/ между национальным доходом на душу населения и затратами на образование, приходящимися на одного человека, на примере семнадцати развитых капиталистических стран.

Достоинство корреляционного подхода к изучению связей между образованием и экономическим ростом заключается в его простоте и в полезности получаемой информации. Корреляционный метод измеряет степень функциональной связи между изучаемыми явлениями.

Практика показывает, что динамизм экономического роста выражается не только в темпах роста, но и в изменениях его структурных характеристик. Структурная динамика может быть понята как последовательно развивающаяся способность экономики осуществлять воспроизводство, в существенной степени основываясь на модернизации своих внутренних технологических и организационных основ за счет рекомбинации их компонентов, при изменении качества получающихся при этом хозяйственных структур и их результатов.

Структурная динамика позволяет преодолеть барьер отставания от развитых экономик на основе избирательной тактики реализации собственных возможностей, обеспечения национальной специализации, эффективного включения в международное разделение труда и извлечение выгод взаимодополняемого характера развития. Страны, не осуществляющие необходимых структурных сдвигов на основе инноваций, исповедующие старую идеологию тотальной гонки за лидерами, пытающиеся охватить непосильный круг целей, быстро отстают, теряют ориентиры развития.

Иногда при исследовании экономического роста внимание акцентируется лишь на количественных аспектах данного процесса.

Правильнее было бы, на наш взгляд, рассматривать экономический рост как сложный процесс, содержащий в себе не только количественную сторону, но и свойства, характеризующие его качество. Данный подход основан на диалектическом методе, согласно которому все предметы, явления и процессы обладают свойствами двух типов. Первая группа свойств указывает на их величину и размеры, т.е. на количественную сторону. Вторая группа свойств - на то, чем они являются или на их качество.

Последнее может быть рассмотрено в следующих аспектах: по степени социальной ориентации; по соотношению затрат и результатов; по источникам роста; по финансовой полноценности; по степени экологичности; по структурным сдвигам; по доле конечного продукта в ВВП; по уровню и качеству жизни населения.

Конец XX века привел к кардинальному переосмыслению путей общественного развития. Концепции экономического роста, базирующиеся на оценке количественных показателей увеличения масштабов производства, стали терять свое значение. Они были применимы пока природные ресурсы казались неисчерпаемыми в силу ограниченного воздействия производственной деятельности на природную среду. В настоящее время приходит осознание вывода о том, что проблемы экономического роста надо рассматривать в более широком контексте - с позиций рассмотрения экономической деятельности как составной части общественного развития.

Экономический рост любой страны определяется шестью основными факторами, четыре из которых связаны с фактической способностью экономики к росту:

Характеристики

Список файлов ВКР