179207 (596349), страница 7
Текст из файла (страница 7)
Данная льгота, предоставляемая должнику, позволяет использовать суммы, предназначенные для исполнения денежных обязательств, на проведение соответствующих организационных и экономических мероприятий, направленных на улучшение финансового состояния должника.
Конкурсное производство является конечной стадией в процессе несостоятельности (банкротства). В результате проведения конкурсного производства прекращается существование юридического лица или прекращается предпринимательская деятельность гражданина. Данная процедура в деле о признании должника банкротом не является новой для российского законодательства о несостоятельности. Еще Закон о банкротстве 1992 г. содержал положения, которые регулировали порядок принудительной ликвидации предприятия-должника по решению арбитражного суда. По мнению О.А. Никитиной, «конкурсное производство представляет собой специальную форму ликвидации, используемую в случаях признания должника несостоятельным (банкротом), цели которой состоят в соразмерном удовлетворении требований кредиторов, а также в охране интересов сторон от неправомерных действий в отношении друг друга52 ». Стоит заметить, что подобная позиция отражена и в Законе о банкротстве 2002 г.
Эта процедура имеет целью за счет реализации имущества должника распределить полученные средства в определенной законом очередности. Одновременно конкурсное производство охраняет имущественные интересы участников процесса банкротства от неправомерных действий в отношении друг друга. Таким образом, конкурсное производство представляет собой процедуру, которая применяется к должнику, уже признанному банкротом, и направлена на соразмерное удовлетворение требований кредиторов.
Основанием открытия конкурсного производства является признание должника банкротом по решению арбитражного суда. Переход к конкурсному производству возможен не только после внешнего управления (ситуация, при которой должник поступательно переходит из одной процедуры в другую и все-таки признается банкротом), но и после наблюдения либо финансового оздоровления.
Срок конкурсного производства не может превышать один год, арбитражный суд вправе продлить этот срок еще на шесть месяцев (п. 2 ст. 124 Закона о банкротстве 2002 г.). При необходимости в исключительных случаях, например при возврате имущества и денежных средств должника, находящихся за границей, представляется логичным, что арбитражный суд вправе продлить срок конкурсного производства сверх 18 месяцев. Таким образом, Закон о банкротстве 2002 г. хотя и вводит определенные сроки проведения конкурсного производства, в то же время не фиксирует предельно допустимой продолжительности данной процедуры. Между тем это может привести к значительным проблемам на практике. В частности, прежде всего возникает вопрос о порядке действий в ситуации, когда срок конкурсного производства заканчивается, но, к примеру, не все денежные средства распределены между кредиторами. Из буквального толкования норм п. 2 ст. 124 Закона о банкротстве 2002 г. следует, что необходимо прекращать конкурсное производство и распределять оставшееся имущество в соответствии с нормами ст. 148 Закона о банкротстве 2002 г. Не внесло ясности и Постановление Пленума ВАС РФ от 8 апреля 2003 г. №453. Пункт 16 данного Постановления определяет, что «по смыслу пункта 2 статьи 124 Закона о банкротстве по истечении установленного годичного срока конкурсное производство может быть продлено судом в исключительных случаях с целью завершения конкурсного производства по мотивированному ходатайству конкурсного управляющего». Заметим, что ранее в информационном письме Президиума ВАС РФ от 14 июня 2001 г. №64 «О некоторых вопросах применения в судебной практике Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)54 »было указано, что продолжительность конкурсного производства определяется исходя из обстоятельств дела и с учетом соответствующих требований Закона о банкротстве 2002 г.
Как показывает судебно-арбитражная практика, чаще всего основанием продления срока конкурсного производства является принятие мер к поиску и возврату имущества должника.
Мировое соглашение состоит в заключении должником и кредиторами на любой стадии рассмотрения арбитражным судом дела о банкротстве добровольного соглашения об улаживании имущественного спора на определенных ими условиях.
Заключение мирового соглашения, предусматривающего отсрочку или рассрочку исполнения обязательств, уступку прав требования должника, исполнение обязательств должника третьими лицами, скидку с долгов и т.п., является, безусловно, наиболее желательным для должника способом окончания дела о банкротстве.
Другая задача мирового соглашения в процедурах несостоятельности (банкротства) – это продажа бизнеса и распределение полученных в ее результате средств.
По своей юридической природе мировое соглашение является сделкой, с которой законодатель связывает определенные правовые последствия. Вместе с тем мировое соглашение является одним из способов прекращения производства по делу о банкротстве.
Иногда мировое соглашение расценивают как «соглашение должника с конкурсными кредиторами о прекращении дела о банкротстве на основе взаимных уступок55 ».
Еще в начале XX столетия российские цивилисты высказывали точку зрения, согласно которой мировое соглашение имеет исключительно внепроцессуальное, гражданско-правовое значение56. Согласно данной позиции оно представляет собой гражданско-правовой договор, прекращающий существующее обязательство между сторонами, по поводу которого возник спор.
По Закону о банкротстве 2002 г. мировое соглашение может быть заключено на любой стадии рассмотрения арбитражным судом дела о банкротстве (п. 1 ст. 150).
Сторонами мирового соглашения являются должник, конкурсные кредиторы и уполномоченные органы.
Закон о банкротстве 2002 г., так же как и Закон о банкротстве 1998 г., допускает участие в мировом соглашении третьих лиц. Речь идет о лицах, принимающих на себя часть обязательств должника либо обеспечивающих исполнение этих обязательств. После вступления мирового соглашения в силу такие лица становятся стороной мирового соглашения как гражданско-правового договора57.
Глава 3. Сравнительный анализ английского и российского законодательства о несостоятельности
В российском законодательстве термины «несостоятельность» и «банкротство» употребляются как синонимы. Это положение отражает российскую специфику и не полностью отвечает мировой практике, поскольку в законодательстве ряда других стран термин «банкротство» имеет более узкое значение, подразумевающее совершение должником уголовно наказуемого деяния, наносящего ущерб кредиторам. Термин же «несостоятельность» имеет более широкое значение и обозначает удостоверенную решением соответствующего судебного органа неспособность лица погасить свои долговые обязательства58.
Вплоть до 1960 г. слово «банкротство» в российском праве (как и в праве других стран континентальной Европы) использовалось для обозначения только преступления. Однако с 1992 г. в результате англосаксонского влияния (в Англии банкротством называют несостоятельность физического лица) термин этот используется в законе в качестве синонима несостоятельности.
«Российский закон, - как отмечает М. Хоуман, - существенно отличается от английского в том, что в Англии выбор наиболее подходящей процедуры несостоятельности осуществляется по рекомендации эксперта сразу после возбуждения дела. К примеру, если представляется, что нет шансов на осуществление реструктуризации через мировое соглашение и невозможно продолжить деятельность предприятия на срок, достаточный для его продажи, то компания попадет сразу в конкурсное производство59 ».
Основным способом урегулирования несостоятельности в Англии является создание правового механизма по отчуждению всего предприятия с целью сохранения его технологической целостности и сохранения рабочих мест. Более того, выбор наиболее подходящей процедуры несостоятельности осуществляется по рекомендации эксперта сразу после возбуждения дела. Так, если представляется, что у предприятия нет шансов на осуществление реструктуризации через мировое соглашение и невозможно продолжить его деятельность на срок, достаточный для его продажи, то компания сразу попадает в конкурсное производство.
Анализ зарубежного законодательства позволяет утверждать, что процедуру мирового соглашения можно разделить на два основных типа: первое предусматривает договоренность между должником, кредиторами, а иногда и заинтересованными сторонами, направленную на восстановление платежеспособности должника. Второе предусматривает процедуру распределения средств от продажи имущества должника, отличную от применимой в конкурсном производстве60.
Мировое соглашение первого типа в некоторых странах (в частности, в Англии) применяется крайне редко, поскольку восстановление платежеспособности не является основной целью мирового соглашения (существуют другие отработанные процедуры, такие как «Лондонский подход», направленные на спасение компаний до начала формальных процедур несостоятельности).
По законодательству ряда стран процедура, эквивалентная внешнему управлению, не предусматривает порядка выплат кредиторам. Внешний управляющий может продать бизнес, но задача погашения требований кредиторов возлагается на конкурсного управляющего в последующих ликвидационных процедурах. Поэтому, чтобы избежать необходимости начала конкурсного производства, в таких случаях часто используют эквивалент мирового соглашения.
Одним из примеров, когда мировое соглашение может быть предпочтительнее конкурсного производства, является ситуация, когда должник находится в процедурах банкротства по законодательству сразу нескольких стран.
Английское законодательство о несостоятельности и банкротстве представляет интерес для российского правоведения ввиду значительного влияния его на развитие отечественных правовых институтов. Даже при поверхностном знакомстве бросается в глаза не свойственное для континентального права (в т.ч. и для правоведения Российской империи) использование термина «банкротство» для обозначения несостоятельности; освобождение должника от долгов как последствие окончания конкурса, многовариантность оздоровительных процедур – особенности эти характеризуют как современное российское право, так и право английское. Чувствуется английское влияние и на формирование норм о преступлениях, связанных с банкротством.
Современные английские нормы о преступлениях, связанных с банкротством и несостоятельностью, содержатся преимущественно в Законе о несостоятельности (Insolvency Act 1986), куда они без существенных изменений были перенесены из Закона о банкротстве 1914 г. и из законодательства о компаниях. Возможно применение к банкротам и норм о мошенничестве (уклонение от исполнения обязательств путем обмана), предусмотренных Законами о краже (Theft Act 1968, 1978 и 1996). Английское право изначально отличалось значительным формализмом, отсутствием широких догматических обобщений при определении соответствующих составов преступлений, что отмечалось и британскими исследователями, говорившими о «материальных отличиях» понятия банкротства в Англии и Уэльсе от понятия его в континентальных правовых системах61. Тем не менее можно отметить, что при всем различии юридической техники имеет место значительное сходство как в круге реально наказуемых деяний, так и в наказуемости их.
Термином «банкротство» в английском праве обозначается несостоятельность физических лиц. Закон 1986 г. предусматривает ответственность за чаще всего умышленные действия несостоятельного должника до и после начала производства по делу о несостоятельности и за сходные действия директоров и служащих компаний в связи с ликвидацией компаний. Наряду с тяжкими (наказуемыми обычно лишением свободы на срок до семи лет) банкротскими злоупотреблениями в законе предусмотрено множество норм о менее значительных нарушениях, наказуемых обычно штрафом (несообщение в деловой переписке того обстоятельства, что компания управляется внешним управляющим; нерегистрация актов и фактов, имеющих значение для управления компанией и конкурсного производства; ложные заявления и невыполнение требований к отчетам в конкурсном производстве; нарушения ограниченной правоспособности; несоблюдение требований к организации и проведению собраний акционеров и кредиторов; неправомерное использование наименования ликвидированной несостоятельной компании и др. – субъектами этих нарушений являются как должники и служащие компаний, так и лица, которым доверено проведение оздоровительных мероприятий или ликвидация компании).
Нормы о тяжких злоупотреблениях, непосредственно примыкающих к банкротству в континентальном его понимании, сформулированы в законе отдельно применительно к злоупотреблениям директоров компаний и к злоупотреблениям банкротов, однако они в существенных признаках повторяют друг друга. Английское право не использует понятия «кризис», аналогичного понятию германскому. Исходными пунктами в определении наказуемости банкротских и т.п. злоупотреблений являются гражданско-процессуальные акты: решение суда о ликвидации компании, решение о добровольной ликвидации, судебное подтверждение требования (не в конкурсном производстве) в отношении имущества должника, петиция, содержащая ходатайство признать несостоятельность лица, решение о признании банкротом, об освобождении банкрота от долгов и др. Применительно к моментам издания этих актов устанавливается простое или ретроспективное течение сроков, в которые могут быть совершены те или иные преступления. Предпосылкой ответственности также является издание определенных процессуальных актов (решения суда о несостоятельности - аннулирование этого решения не влечет прекращения уголовного преследования, но преследование не может быть возбуждено, когда решение аннулировано; судебного решения о ликвидации или решения о добровольной ликвидации и др.).
Уголовным наказанием обложен широкий круг деяний. Sec. 206 (1) устанавливает наказание (до семи лет лишения свободы) лица, выполнявшего управленческие функции в компании в течение 12 месяцев, предваряющих решение о ликвидации, в случае, если оно: (a) скроет любую часть имущества компании или долг, право на который или обязанность уплатить который имеет компания, или (b) мошеннически переместит любую часть имущества компании, или (c) скроет, повредит, изменит или фальсифицирует любую книгу или документ относительно дел или имущества компании, или (d) внесет любую ложную запись в любую книгу или документ относительно дел или имущества компании, или (е) мошеннически изымет часть, изменит или сделает упущение в любом документе относительно дел или имущества компании, или (f) заложит или разместит (определенным образом) любое имущество компании, приобретенное в кредит и неоплаченное. Sec. 206 (2) предусматривает то же наказание за те же действия, не совершенные соответствующим управленцем, но допущенные им, а равно совершенные после принятия решения о ликвидации. По существу деяние, запрещенное sec. 206 (1) и 206 (2), в континентальной Европе может рассматриваться в качестве типичного злостного банкротства. При совершении действий, предусмотренных п. (a) и (f), лицо не подлежит ответственности, если докажет, что не имело намерения причинить ущерб, а при совершении действий, предусмотренных в п. (c) и (d), - если докажет, что не имело намерения скрыть состояние дел компании или совершить правонарушение. Sec. 206 (5) устанавливает ответственность третьего лица за участие в деяниях, предусмотренных sec. 206.
Sec. 207 (1) (a) предусматривает ответственность лица, сделавшего или обусловившего любые подарки, перемещения или обременения имущества компании или обусловившего или попустительствовавшего получению кем-либо имущества компании после принятия решения о ликвидации; sec. 207 (1) (b) – за сокрытие или перемещение любой части имущества компании в течение двух месяцев перед или после подтверждения судом (не в конкурсном производстве) неудовлетворенного требования в отношении имущества компании. Sec. 208 устанавливает ответственность лица, во время ликвидации компании (судебной или добровольной) не лучшим образом в соответствии со своими знаниями или предположениями полно и честно (does not to the best of his knowledge and belief fully and truly) открывшего ликвидатору все имущество компании и то, как, кому, почему и когда компания передала любую часть своего имущества, не передавшего этого имущества либо документов бухгалтерского учета и др. ликвидатору по его требованию, не сообщившего (так скоро, как это возможно) о том, что мнимый долг доказывается в конкурсном производстве, создавшего препятствие документированию в процессе ликвидации, пытавшегося отчитаться за любую часть имущества путем фиктивных потерь и расходов (в т.ч. и на собрании кредиторов в течение 12 месяцев до ликвидации). Ответственность за эти деяния наступает, если лицо не докажет отсутствия намерения причинить ущерб или в некоторых случаях намерения скрыть состояние дел или совершить правонарушение. Максимальное наказание в sec. 207 и 208 ограничено семью годами лишения свободы.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
