153195 (594737), страница 5
Текст из файла (страница 5)
Важно, чтобы в социокультурном развитии страны на специфическом отраслевом уровне были в полной мере учтены те преимущества локализации, которые связаны с самоорганизационными процессами в культуре на местах. Среди тех приоритетов, которые можно назвать важнейшими приоритетами локализма для России, видится: сохранение культурного наследия как важнейшего фактора национальной идентичности; развитие тех локальных компонентов сферы культуры, на основе которых обеспечивается функционирование трансграничных культурных потоков, удовлетворение массовой потребности в продукции, изготовленной на стыке культурной и информационной областей; поддержка творческого воображения, новаторства и изобретательности, плюрализма и самобытности как важнейших характеристик гражданского общества: достижение эффективного управления социокультурной сферой на основе современных технологий и профессионализации кадров.
Названные направления могут быть реализованы, будучи подкреплены эффективными мерами в процессе преодоления традиционной управленческой парадигмы, связанной с государственной монополией и переходом к новой парадигме, важнейшими характеристиками которой являются ее общественно-государственный характер, новые субъекты, участвующие в регулировании социальных процессов, направленность на достижение высокой социальной эффективности и стимулирование рационального использования всех имеющихся средств для наиболее полного удовлетворения культурных потребностей людей.
Новая парадигма развития социокультурной сферы - это использование преимуществ самоорганизационных процессов, "самодостраивания" культуры, которым исследователи в целом придают значение защитной и одновременно проектной реакции на глобализацию, видя неэффективность принципов жесткой административной вертикали, их неспособность оперативно реагировать на быстрые изменения.
Общественно-государственная парадигма развития сферы культуры отражает идеи консолидации всех общественных сил и ресурсов для достижения устойчивой социокультурной ситуации, выработки и осуществления конкретных мер по реализации принципов федерализма в каждом из регионов с учетом их особенностей, а также участия в культурной жизни новых субъектов и достижения высокой социальной эффективности культурной политики.
Первое десятилетие XXI века будет сложным для развития российской культуры. В контексте системных изменений мироустройства, целей развития и смысла жизнедеятельности человека ей предстоит значительно организоваться изнутри, перестроив свою социокультурную систему. четче определив контуры новой культурной политики, чтобы соответствовать характеру и масштабу глобальных перемен2.
2 Туризм и межкультурные коммуникации – характер взаимодействия
2.1 Влияние туризма на развитие вербального и невербального общения
Многоаспектность и неоднозначность воздействия социально-экономических туристских практик, эндогенных и экзогенных факторов развития туризма, культурных аспектов развития туризма, а также глубокая смысловая наполненность концепта «путешествие» обусловили становление теоретико-методологической базы исследования туризма в рамках социально-философского, антропологического, культурологического, социологического, психологического и других подходов.
Одними из первых попытку научного осмысления феномена туризма предприняли представители западной социологической науки. Социологический подход к изучению туризма как социокультурного феномена раскрывает его сущностные характеристики в терминах поиска аутентичного опыта. Впервые проблема аутентичности туристского опыта в рамках социологического подхода была поднята в 60-е гг. ХХ века. Д. Дж. Бурстином, охарактеризовавшим туризм как «псевдособытие», бесконечную систему иллюзий», частично опережая концепцию симулякра Ж. Бодрийяра. Д. Маккенел рассматривал туризм как новую теорию досугового класса, полагая туриста моделью современного человека «вообще», типичного представителя среднего класса. (modern-man-in-general). Одним из важнейших факторов формирования туристского опыта Д. Маккенел считал специфику восприятия жителя мегаполиса, обусловленную быстрой сменой образов, информационной насыщенностью. Он также высказал предположение, развиваемое позднее Ж. Бодрийяром и Дж. Урри, о том, что коммерческая природа туризма инициирует создание туристского пространства, состоящего из туристских достопримечательностей-«кривых зеркал», которые отражают внешнее содержание, но не являются подлинными достопримечательностями. Дж. Куллер полагал, что познавательная деятельность туристов конструируется с помощью знаков, природа туризма представляет собой коллекцию знаков, символов. Знаки, символы феномена туризма конструируются на основе бинарного разделения повседневного и экстраординарного. Туристский объект привлекателен не сам по себе, а как знак особенности, таким образом, «маркер становится отличительной особенностью» туристского объекта.
Дж. Урри, придавая феномену туризма огромное значение как социальной практике, как современному пути познания мира, рассматривал туризм в качестве досуговой активности, противопоставленной практике повседневной жизни. Дж. Урри ввел в методологию изучения туризма термин-метафору «туристский пристальный взгляд» (tourist gaze), подразумевающий всю совокупность познавательной деятельности туристов, а также ее отличительные особенности. По мнению Дж. Урри, туристский взгляд фокусируется на объектах, отличных от повседневной жизни, (пейзаж, ландшафт), но с другой стороны, объекты туристского внимания включают в себя «различные формы социальной стереотипизации». К. Роджек представил концепцию индексации представлений туристов. Он доказывал, что в структуру туристского восприятия включены визуальные, текстовые и символические представления, содержащиеся в СМИ. Созданные техникой образы чрезвычайно мощны в формировании восприятия места, и турист принимает эту версию реальности.
З. Бауман, анализируя фигуры паломника, бродяги, игрока, фланера, туриста в философско-исторической перспективе, отмечал, что они выполняют роль ярких парадигмальных образцов культурного пространства идентичности. З.Бауман отмечает, что «туризм некогда населял обочину собственно социального действия (но если бродяга был маргиналом, то туризм был маргинальной деятельностью), но теперь переместился в центр (как типаж и как деятельность)» 3.
Психологическая интерпретация феномена туризма раскрывает мотивационную основу совершения путешествий, подталкивающих индивидуума совершить путешествие в силу его личных желаний, образа жизни, ценностных ориентаций, мировоззрения (С.Плог, Ф.Пирс).
По мнению Д. Кэмпбелла, путешествия олицетворяют ритуал инициации воспроизводят разнообразные формы обрядов перехода, соответствуют пограничному состоянию перехода сознания личности, в процессе которого совершается формирование новой идентичности личности.
В отечественной философской и культурологической науке концептуализация феномена путешествия и туризма осуществляется преимущественно в рамках теоретико-методологического аппарата социальной философии, философской антропологии, геокультурологии, эпистемологии, философии культуры. В отечественной науке тенденции исследования путешествия и туризма имеют другие приоритетные направления, нежели за рубежом. Несмотря на многогранность аспектов изучения концепта путешествия и туризма, следует обозначить пространственный аспект в качестве ключевого акцента теоретических взглядов отечественных ученых на проблему путешествий и туризма. На наш взгляд, изучение туризма с позиций социального пространства и многообразия его уровней позволяет обнаружить в ходе исследования ряд сущностных характеристик и фундаментальных закономерностей развития и феномена туризма.
Д.Н. Замятин представляет путешествие как социальную практику в качестве географического метаобраза; как форму физического и умственного освоения человеком пространства; как частный случай миграции. Центральное место в теории Д.Н. Замятина отведено анализу категории пространства, в результате которого события, жизнь понимаются как выстраивание, взаимодействие и развитие многообразных пространственных контекстов, уникальных пространств. Д.Н.Замятин подчеркивает исключительное значение путешествий как индикатора радикальных перемен в сфере социальных практик: скорости перемещения, масс мигрантов, "сжатия пространства", а также как контрагента воздействия на общество. Социальные практики путешествий выступают в роли образно-географических «точечных вспышек», приводящих к развалу попыток продуцировать единые картины мира.
В.Л. Каганский анализирует понятие культурный ландшафт на стыке теоретической географии и культурологии. В. Л. Каганский рассматривает путешествие как форму взаимодействия с культурным пространством в модусе его разнообразия, подчеркивая познавательно-деятельностное содержание путешествия, анализируя феномен путешествия сквозь призму его связи с пространственной активностью, границей и рефлексией. Путешествие наполняет смыслом и проблематизирует то пространство, в котором оно осуществляется, репрезентируя и актуализируя мир границ, соотнося границы между собой. По его мнению, путешествие важнейшая форма пространственного постижения мира для осознания самоидентификации человека.
К.С. Пигров тематизирует путешествие сквозь призму динамики развития мировой цивилизации. Принципиальную архитектонику социального пространства К. С. Пигров обозначает с помощью конструктов, которые лежат на грани образа, метафоры, с одной стороны, и понятия, с другой, и анализирует этапы становления человеческой цивилизации с учетом конкретного наполнения ее архетипической структуры: «Дом – Остров – Океан». Предложенную модель К. С. Пигров применяет для анализа экстенсивного и интенсивного характера освоения пространства человеком, значимого для исследования в качестве предпосылок становления феномена туризма в его современном виде.
Архетипическая структура Дома и Пути положена в основу методологии исследования Е..Л. Разовой путешествия как центральной мифологемы европейской культуры. Е.Л. Разова полагает концепты Дома и Путешествия смыслообразующими идеями европейской культуры.
Концептуализируя понятие миграции, И. Касавин вводит термин «новая онтология» познания – экосистему сознания, описывающую бытийственные условия обретения знания человеком как обязательное условие путешествия. Согласно И. Касавину, путешествие сопровождается определенной работой сознания по гештальт-переключению с одного способа видения на другой, оказываясь внутренне связанным с приключением, вырывающимся из повседневного круга событием, что позволяет рассматривать предельный опыт своего рода подлинным путешествием, переходом из одной реальности в другую. Путешествие для И.Т. Касавина – неотъемлемое сопровождение развития человеческой цивилизации, обладающее как глубокой мифологической подоплекой, так и конкретным воплощением в истории освоения человеком пространства.
Т.П. Фокина исследует феномен туризма на основе принципа пространственного развития, что объясняется все большим значением восприятия людьми пространства как условия культурно-антропологической, этнической, психологической идентичности. Именно пространственное развитие предполагает, по мнению автора, осознание и сохранение своей идентичности, являющейся «структурами и процессами, обеспечивающих восприятие, переживание и понимание отождествляемой реальности как жизненного мира, дома бытия, где человек чувствует себя естественно и свободно, где он примирен с жизнью как суверенное, духовно оседлое существо». В целом, Т.П. Фокина рассматривает туризм как своеобразный катализатор самопознания и осознания индивидом идентичности в измерении пространственного развития.
Б.В. Марков рассматривает туризм и путешествия как стратегию колонизации, и все же «путешествие – более аутентичная форма признания другого». Б.В. Марков видит подлинные цели путешествия в изменении самого себя путем столкновения с Другим, однако сегодня в эпоху глобализации на смену путешествиям пришел туризм, который собственно и есть форма глобализации. По мере того, как туристический бизнес набирал обороты, он принимал формы квазипутешествия, при этом изменились не только цели, но и последствия. По мысли Б.В. Маркова, истинные цели туризма на ограничиваются способом собственного времяпрепровождения, способом восполнения собственной нехватки и заполнения пустоты собственной жизни, а главное – получением удовольствия.
С.П. Гурин определяет туризм с позиций философской антропологии – это попытка человека выступить из своей замкнутости в открытость, на встречу новому и неизвестному. С.П. Гурин полагает, что путешествие инициируется стремлением к Другому, которое может быть представлено и в образах незнакомой культуры и в вечном поиске идеальной природы человека.
Проведенный анализ литературы не исчерпывает всей полноты и многосторонности содержания феномена туризма, однако позволяет выделить подходы: антропологический, семиотический, коммуникативный, деятельностный, пространственный.
Антропологический подход к анализу социальных практик туризма предполагает обращение к проблеме трансформации социокультурной идентичности личности. В этом отношении содержатся актуальные возможности развертывания жизненного пространства личности. Семиотический подход к исследованию феномена туризма тесно вязан с семиотическо-языковыми средствами выражения глобальной культуры современности. Визуальные аспекты туристского пространства, коды иных культур слагаются в единую картину мира, постигаемую путешественниками в процессе туристской поездки. Кроме того, само путешествие наполняет смыслом и проблематизирует то пространство, в котором оно осуществляется, репрезентируя и актуализируя мир образов культуры, соотнося их границы между собой. Важен коммуникативный подход к изучению феномена туризма, особенно в условиях современного общества, когда межкультурные коммуникации приобретают исключительное значение как источник информации об инаковом социокультурном пространстве. Феномен туризма как область практической реализации путешествий, прикладной деятельности участников и организаторов туризма исследуется с позиций деятельностного подхода.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
