132671 (593785), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Психическая саморегуляция в качестве собственно регуляторного процесса является преодолением субъектом информационной неопределенности в каждом отдельном звене, при их информационном согласовании. Реализация субъектом регуляторного процесса есть самостоятельное принятие человеком ряда взаимосвязанных решений, осуществление последовательности согласованных между собой выборов как преодоление самых разных сторон (содержание, субъективное значение, личностная ценность и др.) субъективной информационной неопределенности при построении и управлении своею активностью, начиная с принятия цели и кончая оценкой достигнутых результатов. Психологические средства преодоления, снятия субъектом информационной неопределенности весьма разнообразны. Это весь арсенал процессов активного отражения, внутреннего моделирования и преобразования отраженной действительности, целенаправленно используемых субъектом в зависимости от конкретного вида активности и условий ее осуществления. Селекция, оценка используемой для регуляции (в конечном счете - для построения и осуществления активности) информации, презентированной сознанию субъекта в форме психических феноменов (от конкретных чувственных образов до терминальных личностных ценностей), осуществляется субъектом на основе принятых им самим критериев [15].
Процесс саморегуляции как система функциональных звеньев обеспечивает создание и динамическое существование в сознании субъекта целостной модели его деятельности, предвосхищающей (как до начала действий, как и в ходе их реализации) его исполнительскую активность.
Кратко обозначенная, модель функционального строения процессов саморегуляции является "частно-научным" вариантом реализации общего положения о том, что "структура процесса, рассматриваемая обособленно от субстрата, сводится к "внутреннему механизму" процесса, к тому, как процесс происходит, к абстрактному понятию "формы процесса" или способа преобразования содержания. Причем формальная сторона процесса совпадает с понятием функциональной структуры. Названная модель отражает структурно-функциональный аспект формы процессов психической саморегуляции. Эта форма, выделенная в чистом виде, и отражает наиболее устойчивое, инвариантное в процессах регуляции деятельности относительно разнообразия ее собственно психологических, содержательных и операционально-исполнительских моментов (к числу переменных относится и нелинейная этапно-временная "развертка" формирования, сопоставления и уточнения субъектом отдельных функциональных звеньев и их согласования в рамках целостного регуляторного процесса) [11].
Рассмотренный аспект функциональной структуры процессов саморегуляции является базисным для реализации второго необходимого содержательно-психологического аспекта анализа этих процессов. Содержательно-психологический аспект предполагает анализ информационного обеспечения саморегуляции средствами конкретных психических процессов, явлений, продуктов психической активности и т.д. Лишь реализуя этот аспект, можно представить процесс саморегуляции как живой, пристрастный процесс собственно психической активности субъекта со всеми особенностями его детерминации, содержательным и личностным смыслом целей, отношением человека к способу их достижения, условиями деятельности, палитрой индивидуальных особенностей субъекта и многими другими факторами. Конкретный процесс саморегуляции как собственно психический процесс существует лишь в единстве обоих аспектов. Однако реализовать содержательно-психологический аспект процессов саморегуляции, не потеряв их собственно регуляторную суть, можно лишь в органической соотнесённости с уже получившим определенное решение аспектом их функциональной структуры.
Модель функциональной структуры процессов саморегуляции позволяет анализировать реальную обеспеченность отдельных функциональных звеньев и процесса в целом необходимыми психическими средствами; рассматривать любой вовлеченный в целенаправленную активность психический феномен в его соотнесенности с конкретным регуляторным звеном, оценивать его причастность к обеспечению определенной функции, т.е. выявлять его конкретное место и роль в целостном регуляторном процессе, в режимном механизме саморегуляции. Это, в свою очередь, позволяет оценивать согласованность данного психического феномена по различным параметрам (например, по его информационному содержанию, учитывая как семантический, так и аксиологический аспект) с другими, реализующими процесс саморегуляции психическими средствами, предвидеть и оценивать режимную вовлеченность (или отторжение) данного фактора в реализацию данного регуляторного процесса. Благодаря этому преодолевается характерное для ряда исследователей, использующих термин "саморегуляция", прямое соотнесение разного рода и уровня психических феноменов с особенностями деятельности или поведения, минуя учет самого процесса, опосредствующего и определяющего режимное влияние исследуемых факторов.
Таким образом, определяя значение нормативной модели психической саморегуляции как концептуального инструмента психологических исследований, следует отметить, что она открывает существенные дополнительные возможности в решении широкого круга многообразных (в том числе традиционных) задач, связанных с общей проблемой исследования человека как субъекта произвольной целенаправленной активности, с развитием, формированием субъектных качеств, с их проявлением в разных сферах жизнедеятельности человека, с анализом основных форм произвольной целенаправленной активности и др. Так, например, становится возможным анализ собственно регуляторных особенностей, присущих отдельным видам деятельности и связанных с этим специфических трудностей в их осуществлении; появляется дополнительный подход к оптимальному информационному обеспечению конкретных видов профессионального труда; возможно использование при профотборе и профориентации принципа совместимости индивидуальных особенностей произвольной регуляторики человека и соответствующих требований данного вида труда; обнаруживается необходимость специальной диагностики развития полноценной структуры регуляторных процессов, как существенной линии психического субъектного развития; проблема индивидуального стиля конкретной деятельности расширяется и углубляется до рамок проблемы индивидуального стиля саморегуляции произвольной активности; возникают собственно "регуляторные" аспекты исследования таких деятельностных личностных характеристик, как инициативность, продуктивная самостоятельность и др.
1.4 Стилевые особенности саморегуляции
Стилевыми особенностями саморегуляции являются типичные для человека и наиболее существенные индивидуальные особенности самоорганизации и управления внешней и внутренней целенаправленной активностью, устойчиво проявляющейся в различных ее видах [42].
В отечественной психологии стиль чаще описывают через устойчивые индивидуальные особенности выполнения деятельности, детерминированные свойствами индивидуальности самых различных уровней и спецификой деятельности, в которой стиль формируется. В.И. Моросанова, Е.М. Коноз развивают новое направление в изучении проявлений особенностей стиля человека – исследования индивидуального стиля саморегуляции произвольной активности человека.
Феномен стиля саморегуляции проявляется в том, каким образом человек планирует и программирует достижение жизненных целей, учитывает значимые внешние и внутренние условия, оценивает результаты и корректирует свою активность для достижения субъективно приемлемых результатов, в том, в какой мере процессы самоорганизации развиты и осознанны.
Индивидуальный стиль саморегуляции характеризуется комплексом стилевых особенностей регуляторики. К этим комплексам относятся типичные для данного человека особенности регуляторных процессов реализующие основные звенья системы саморегуляции (планирование, программирование, моделирование, оценивание результата), а также регуляторно-личностные свойства или инструментальные свойства личности, такие как самостоятельность, надежность, гибкость и т.д.
В силу универсальности функциональной структуры регуляции для самых разных видов психической активности и деятельности стиле саморегуляции проявляется общая регуляторная основа индивидуальности, которая является предпосылкой формирования конкретных стилей деятельности в различных ее видах [42].
Под индивидуально-стилевыми особенностями саморегуляции понимаются типичные для человека особенности системы психического саморегулирования, которые устойчиво проявляются в различных видах его деятельности и поведения.
К индивидуально-стилевым особенностям саморегуляции относим, во-первых, индивидуальные особенности регуляторных процессов, реализующих основные звенья системы саморегулирования, такие, как планирование, программирование, оценка результатов и т. д. Для их изучения мы используем разработанную О.А. Конопкиным принципиальную модель системы осознанного саморегулирования, которая позволяет осуществить унифицированный подход и сравнивать индивидуальные особенности основных регуляторных процессов в самых разных видах деятельности относительно независимо от их внешней исполнительской структуры и от состава реализующих ее психических средств и благодаря этому выявлять не только индивидуальные, но и типические стилевые особенности регуляции.
Во-вторых, существуют стилевые особенности, которые характеризуют функционирование всех звеньев системы саморегулирования и являются одновременно субъектно-личностными свойствами (например, самостоятельность).
Изучение индивидуально-стилевых особенностей регуляторики студентов необходимо для решения задач индивидуального подхода при обучении, успешной адаптации студентов к условиям высшей школы.
Проходя различные этапы развития, саморегуляция подростков приобретает характерные черты, которые будут рассмотрены в данном параграфе.
После относительно спокойного младшего школьного возраста, подростковый кажется бурным и сложным. Недаром Стэнли Холл назвал его периодом «бури и натиска».
Развитие на этом этапе действительно идёт быстрыми темпами, особенно многь изменений наблюдается в плане формирования личности. И пожалуй главная особенность подростков – личностная нестабильность. Противоположные черты, стремления, тенденции существуют и борются друг с другом, определяя противоречивость характера и поведения взрослеющего ребёнка. Среди многих личностных особенностей, присущих подростку, особо выделяют формирующееся у него чувство взрослости. Когда говорят, что ребёнок взрослеет, имеют ввиду становление его готовности к жизни в обществе взрослых людей, причём как равноправного участника этой жизни. Конечно, подростку ещё далеко до истинной взрослости и физически, и психологически, он объективно не может включаться во взрослую жизнь, но стремится и претендует на равные со взрослыми права. Новая позиция проявляется в разных сферах, чаще всего во внешнем облике, манерах. Внешний вид подростков часто становится источником постоянных недоразумений и даже конфликтов в семье. Подросток, считая себя уникальной личностью, стремится внешне ни чем не отличаться от сверстников. Желание слиться с группой, ни чем не выделяться, отвечающие потребности безопасности называется социальной мимикрией.
Одновременно с внешними, объективными проявлениями взрослости возникает и чувство взрослости – отношение к себе как к взрослому, представление ощущение себя в какой-то мере взрослым человеком. Это субъективная сторона взрослости считается центральным новообразованием в подростковом возрасте. Чувство взрослости проявляется прежде всего, в желании, чтобы все взрослые, и сверстники относились к нему ни как к маленькому, а как к взрослому. Он претендует на равноправие в отношениях со старшими и идёт на конфликты, отстаивая свою «взрослую» позицию. Чувство взрослости проявляется и в стремлении к самостоятельности, желание оградить какие-то стороны своей жизни от вмешательства родителей. Это касается вопросов внешности, отношений с ровесниками, учёбы.
Чувство взрослости – особая форма самосознания подростков. Становление самосознания и устойчивого образа «Я» - являются следующими важнейшими характеристиками личности подростков. Уровень самосознания и устойчивости образа «Я» тесно связан с развитием психических функций, характерным для психических функций в подростковом возрасте становится участие в личности в каждом отдельном акте. Ребёнок должен был бы говорить «Мне думается», «Мне запоминается» - безлично, а подросток – «Я думаю», «Я запоминаю».
Развитие абстрактно-логического мышления, означает появление не только нового интеллектуального качества, но и новой потребности. У подростков появляется непреодолимое тяготение к абстракции, теоретизирование становится насущной психологической проблемой. Подросток, абстрагируясь от конкретного, рассуждает в чисто словесном плане. На основе общих посылов он строит гипотезы и проверяет их, т.е. рассуждает гипотетико-директивно. Вся история психического развития в подростковом возрасте состоит из перехода функций в верх и образования самостоятельно высших синтезов. В этом смысле психического развития подростков господствует строгая иерархия. Различные функции (внимание, память, восприятие, воля, мышление) не развиваются рядом друг с другом, как пучок веток, поставленных в один сосуд. В процессе развития, все эти функции образуют сложную иерархическую систему, где центральной или ведущей функцией является мышление. Все остальные функции вступают в сложный синтез с этим новым образованием, они интеллектуализируются, перестраиваются на основе мышления в понятия.
Становление личности включает в себя также становление относительно устойчивого образа «Я»; т.е. целостного представления о самом себе. Образ «Я» не просто отражение каких-то объективных данных не зависящих от степени осознанности свойств, а социальная установка, отношение личности к самой себе, включающее три взаимосвязанные компонента. Познавательный – знание себя, представление о своих качествах и свойствах.; эмоциональный - оценка этих качеств и связанное с ней самолюбие, самоуважение и тому подобные чувства и поведенческие – т.е. практическое отношение к себе производное от первых двух компонентов.
Образы «Я», которые создаёт в своём сознании подросток, разнообразны – они отражают всё богатство его жизни. Физическое «Я», т.е. представление о собственной внешности, представление о своём уме, способностях в различных областях, о силе характера и других качествах, соединяясь, образуют большой пласт Я-концепции.
Познание себя, своих различных качеств приводит к формированию когнитивного компонента Я-концепции. С ними связано ещё два – оценочный и поведенческий. Для ребёнка важно не только знать какой он есть на самом деле, но и насколько значимы его индивидуальные особенности. Оценка своих качеств зависит от системы ценностей, сложившихся благодаря влиянию семьи и сверстников.
Подросток ещё не цельная зрелая личность. Помимо реального «Я», Я-концепции включает в себя «Я-идеальное». При высоком уровне притязаний и недостаточном осознании своих возможностей «идеальное Я может сильно отличаться от реального». Тогда переживаемый подростком разрыв между идеальным образом и действительно своим положением приводит к неуверенности в себе, что внешне может выражаться в обидчивости, упрямстве, агрессивности. Когда идеальный образ представляется достижимым, он побуждает самовоспитание. Подростки мечтают не только о том, какими они будет, но и стремятся развить в себе желательные качества.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
