129384 (593354), страница 4
Текст из файла (страница 4)
В юношеском возрасте отмечается большой прогресс в познавательном развитии. Учащиеся способны к длительному сосредоточению внимания (причем показатели устойчивости, переключения и распределения внимания у десятиклассников выше, чем у восьмиклассников), хорошо абстрагируют и обобщают учебный материал, способны организовать его продуктивное произвольное запоминание. В этом возрасте заметно проявляются индивидуальные различия в особенностях учащихся, в частности, память оказывается гораздо более развитой у тех из них, кто систематически работал на предыдущем этапе обучения. Специальные сопоставительные исследования развития иноязычной речи на разных возрастных ступенях показывают, что к X классу увеличивается продуктивность запоминания иноязычного материала любого содержания, при этом возможности опосредованных запоминаний возрастают, а способность к дословному запоминанию снижается. Последнее, конечно, лишает старших школьников тех преимуществ, которые были еще у младших школьников [18].
У старших школьников более развита ситуативная, а не контекстная речь. Интересно, что в IX классе развитие устной ситуативной речи как бы приостанавливается (на графике наблюдается плато), к X классу развитие ускоряется, однако средний уровень владения языком и беглость речи все еще невысоки (Н.Т. Ерчак).
Рост познавательных возможностей, умственных сил школьников закономерно сопровождается расширением их интереса к знаниям, огромной любознательностью. Однако этот интерес к знаниям парадоксально сочетается у них с угасанием интереса к учению как главному источнику знаний – и это несмотря на то, что учащиеся уже овладели комплексом сложных умений, обобщенно называемых «умением учиться», и полностью усвоили социальную роль ученика. Многие старшеклассники, у которых отсутствует мотивация на учёбу, часто скучают на уроках, не проявляют рвения, безразлично относятся к выполнению заданий, используют любой повод прервать занятия. Общее охлаждение старшеклассников к учебе особенно болезненно отражается на уроке иностранного языка.
По отношению к ряду учебных предметов отставание в усвоении не исключает тем не менее ученика из ситуации урока, не снижает его способности адекватно реагировать на все происходящее в классе и понимать новый материал. Отставание в усвоении иноязычного материала приводит к заметным «провалам» в непрерывном процессе понимания происходящего на уроке. В силу того, что старшеклассники еще недостаточно способны к волевой саморегуляции поведения, эта вынужденная «глухота», сопровождающаяся выпадением из разумной целесообразной деятельности приводит в лучшем случае к тому, что вакуум заполняется посторонними мыслями и делами. В худшем случае такое положение вызывает у юношей внутреннее недовольство, раздражение, протест, что, в конце концов, приводит к резкому снижению интереса к иностранному языку, падению самооценки, веры в свои способности, а это все, в свою очередь, чувствительно сказывается на последующем обучении [60].
Одной из причин угасания интереса к учению является несоответствие между общей активностью и подвижностью школьников и выполнением ученических обязанностей. Старшеклассникам приходится мириться с той ролью внимающих и запоминающих, которая отводится им на очень многих уроках. Получается, что процесс обучения ориентируется на абстрактную модель «ученика» с обязательным набором некоторых нормативных качеств (прилежание, добросовестность, старательность и пр.) и не учитывает реальной личности ученика. В самом деле, у старшеклассника исчезают те качества, которые являются неоспоримым достоинством младшего школьника: пластичность, податливость, естественная направленность на усвоение знаний, оценок, норм, диктуемых взрослыми (в первую очередь, родителями и учителями).
Главным показателем вступления ребенка в новый период возрастного развития является смена той деятельности, в ходе которой осуществляется его психическое развитие, появляются психические новообразования («ведущей» деятельности). Ведущей деятельностью младшего школьника было обучение, у старшеклассников – общение, в котором и формируются новообразования этого возраста: усвоение репертуара социальных ролей и отношений мира взрослых. Главным объектом интереса для юношей становятся не академические знания, а сама жизнь – отсюда чрезвычайная широта его интересов и склонностей. Объектом пристального внимания становится другой человек как личность и коллектив сверстников. У школьников фактором их развития становится их собственная активность в различных формах социальных взаимодействий и общения, «направленная на усвоение определенных образцов и ценностей, на построение удовлетворяющих отношений с взрослыми и товарищами». Таким образом, основным содержанием юношеского возраста становится развитие «нравственной формы сознания, на второй план отходят процессы дальнейшего развития мышления, происходящие на основе тех фундаментальных форм, которые возникают в младшем школьном возрасте.
В юношеском возрасте интенсивно развивается самосознание, размышления о себе начинают выделяться в самостоятельную деятельность, усиливается направленность на саморегуляцию, появляются первые попытки самовоспитания. Одновременно с возникновением автономной организации правил, ценностей, самооценок понемногу утверждается воля как регулятор индивидуального поведения старшеклассника [18].
Повышение независимости, автономности ребенка в системе отношений юношеского возраста происходит как бы в два этапа: у школьников возрастает, в противовес влиянию взрослых, влияние коллектива сверстников. Главным мотивом деятельности становится стремление к самоутверждению в коллективе, а степень признания его личности учениками класса становится важнейшим фактором регуляции его поведения.
На следующем этапе дальнейшее развитие самостоятельности школьников приводит к определенной эмансипации их и от влияния коллектива. Исчезает страх не понравиться классу, стремление во что бы то ни стало быть признанным, хорошо выглядеть в глазах сверстников. В IX–XI классах происходит переориентация старшеклассников с оценки взрослых и коллектива сверстников на самооценку, при этом у юношей самооценка, как правило, завышена, а у девушек – занижена (они более объективны и самокритичны).
Нередко юноша противопоставляет себя коллективу. Поиск личной независимости, бравирование самостоятельностью, повышенное проявление чувства собственного достоинства (и связанное с этим отвращение ко всяким поучениям) – все это средства самоутверждения старшеклассника, его стремления обрести свое лицо, выработать собственные ценности и жизненную программу, без чего невозможно становление человеческой личности. Именно здесь появляются первые (сперва эпизодические) попытки профессионального самоопределения, более серьезные размышления о будущем. Описанные нами возрастные особенности личности школьников серьезно усложняют задачу управления их поведением и деятельностью на уроках иностранного языка. Требуются специальные усилия для того, чтобы нейтрализовать нигилистическое отношение к педагогическим воздействиям, желание продемонстрировать свою независимость. Для установления делового и эмоционального контакта учителя со старшеклассником необходимо проявлять заботу об удовлетворении его потребности в самоутверждении [18].
В особой атмосфере урока нуждаются старшеклассники – билингвисты. Исследования А.В. Кучменко показывают, что, независимо от темперамента, старшеклассники эмоционально травмируемы, аффективны, склонны проявлять агрессивно-защитный тип поведения, бравируют недостатками, впадают в амбицию, бросаются запальчивыми фразами, противятся запретам и т.п. Существуют, конечно, индивидуальные различия в уравновешенности, сдержанности школьников. В то же время на сдержанность старших школьников положительно влияют повышенная умственная активность, мотив интереса и мотив последующего контроля в спокойной обстановке. Однако властное обращение учителя и усиление контроля в условиях эмоционального напряжения резко снижают сдержанность неуравновешенных школьников, т.е. создаваемое этими воздействиями напряжение является для них непосильным [18]. А.А. Алхазишвили, анализируя влияние состояния тревожности на усвоение иностранного языка, тоже отмечает, что в качестве стимулов акта учения может быть использована только низкая степень тревожности, тревожность же высокой степени не только не стимулирует акты учения, но и препятствует их осуществлению. В качестве приемов, понижающих тревожность у взрослых учащихся, он рекомендует некоторое понижение требований, осторожность в оценочном подходе, освобождение проблемных ситуаций от элементов напряжения, соревнования, ограничений во времени. Аналогичные приемы могут быть использованы и при работе со старшеклассниками. Огромную побудительную силу в учебной деятельности старшеклассника имеет переживание успеха. Успех в деятельности является главным подкреплением мотивов изучения иностранного языка. Поэтому предметом особой заботы учителя на каждом уроке должно быть обеспечение этого успеха и его соответствующие поощрения. Выходя из класса, он должен оставлять учеников в мажорном настроении, исполненными веры в свои силы и возможности. Описанные здесь особенности личности старших школьников-билингвистов своеобразно влияют на их поведение и учебную деятельность в ходе усвоения иностранного языка. Выше говорилось об общем падении интереса к учению в этом возрасте. Мотивы изучения иностранного языка тоже утрачивают ту силу, напряжение, которые им были свойственны на начальном этапе. Формирование положительной мотивации должно рассматриваться учителем как специальная задача. Особенно необходим такой подход в юношеском возрасте [12].
Старшеклассники – билингвисты довольно критично относятся к содержанию своей иноязычной речи, и ее вынужденная примитивность, ставящая их в смешное положение перед классом, отрицательно сказывается на отношении к предмету. Трудности и неудачи в обучении иностранному языку в старших классах главным образом и обусловлены тем, что часто учебное общение осуществляется в психологически фальшивой ситуации: неминуемое ограничение тематики, ее внешняя регламентация, несовпадение привычного диапазона речи на родном и иностранных языках, слабая ее информативность (чаще всего на уроке говорится о том, что и так всем известно или видно), а главное, отсутствие личностных переживаний, несовпадение содержания речи и действительных намерений и мыслей учащихся, неестественность обмена репликами – все это превращает общение на уроке иностранного языка в определенную игру, которая может разворачиваться более или менее гладко, однако не имеет отношения к настоящему общению [60].
Что касается старшеклассников, то они быстро разочаровываются в такого рода деятельности.
Реалистическая направленность учащихся этого возраста постоянно побуждает их оценивать меру подлинности ситуаций общения на уроке. Зато и все методические находки учителя, а именно: организация общения, связанного с жизнью, ставящего задачи, требующего от учащихся выявления своей жизненной позиции, своих отношений – встречают у школьников большой отклик и часто энтузиазм. Известно, какой большой методический выигрыш сулит использование на уроках иностранного языка всевозможных игр. Юношеский возраст, однако, требует в их применении особой осторожности и изобретательности.
Старшеклассники, с их повышенным чувством собственного достоинства и боязнью выглядеть смешными в глазах класса, в общем отрицательно относятся к попыткам учителей использовать на уроках элементы «детской» игры. Поэтому те типичные игры, которые используются в начальных, а также в IV и частично в VI–VII классах, не встречают отклика в аудитории IX–XI классов [60].
Но, с другой стороны, все старшеклассники – билингвисты обладают живым воображением, чрезвычайно расположены к импровизации, охотно откликаются на такие виды работы, которые нарушают обычный ход урока. В связи с этим желательно использовать игры, в которых, с одной стороны, имеет место творческое использование иноязычного материала, а с другой – происходит эмоциональное и интеллектуальное самоутверждение ребенка. Более всего этим требованиям отвечают всевозможные ролевые игры. Практическая направленность интересов старшеклассника, его жажда реальных дел делают его активным участником внеурочных мероприятий на иностранном языке (подготовка вечеров, переписка на иностранном языке, выпуск стенгазет, особенно сатирических, и пр.). Но обыденная жизнь, которая кипит вне уроков, лишена иноязычного общения. Даже в специализированных школах иноязычная речь учителя часто прекращается вместе со звонком, и все дальнейшее общение, непосредственно связанное с реальными обстоятельствами школьной жизни, все виды контактов между учителем и учащимися происходят на родном языке. Учитель сам как бы проводит четкую демаркационную линию между «ненастоящим», учебным, и «настоящим» общением, в ходе которого обсуждаются животрепещущие проблемы, а нравственная позиция и эмоции учителя выступают во всей их полноте и подлинности.
Ограниченные речевые возможности учащегося психологически тормозят естественное разворачивание речи, и дискомфорт «усеченного» общения глубоко ощущается обеими сторонами [60].
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
