129049 (593271), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Е.В.Зинченко выявила из опроса студентов, что их отношение ко лжи и возможность её прощения определяется двумя факторами: характером ложной информации и степенью значимости партнера по общению. Предательство не смогли бы простить 18 % респондентов; измену – 10 %. Ложь любимого человека не простят 18 % опрошенных, а ложь близких - 13%. В то же время более половины респондентов выразили согласие с утверждением, что горькая правда, лучше сладкой лжи. Они полагают, что рано или поздно правда обнаружится, и потому лучше вовсе не обманывать[23].
Разные виды лжи вызывают разную реакцию у юношей и девушек. Наиболее снисходительно юноши и девушки относятся к тем видам лжи в своем и чужом поведении, которые не приводят к моральному ущербу обманываемого человека (этикетная ложь, умолчание, ложь во благо). Негативное отношение наблюдается ко лжи-сплетне, так как она приводит к самым негативным последствиям [65].
В социальном аспекте обращается внимание на такие модусы обмана, как тактичность, вежливость, создание имиджа и т.д. В контексте межличностного и социального взаимодействия умение скрывать эмоции, чувства и настроения поощряется и служит отличием цивилизованного человека от дикаря. В рамках этического аспекта можно выделить признаки лжи и обмана, данные в оппозиции: допустимость/недопустимость, безобидность/вред, корысть/альтруизм. Обман и ложь с позиций жесткой этики квалифицируются как ненормативные и оцениваются отрицательно. Но мотивируемые альтруистическими соображениями, обман во благо и святая ложь (white lie) не противоречат общечеловеческим ценностям и интерпретируются как совпадение интересов агента и реципиента обманного действия [39,50,70]. Люди, которых в детстве научили скрывать свои истинные чувства под маской вежливости, демонстрируют значительно больший контроль над реактивным поведением и, соответственно, достигают в жизни гораздо больших высот. В ходе исследования группа американских ученых установила, что такая вынужденная ложь помогает детям лучше усваивать неписаные правила этикета, а также развивает в них более ровный темперамент [62]. Но существует и другая точка зрения, что нравственность превращает человека внешне в существо неуклюжее, механическое, постоянно спотыкающееся [47].
П. Экман говорит о точке зрения, когда "этому парню ложь вредна, так как лишает его ценной информации, хотя и неприятной, но необходимой для того, чтобы улучшить свои деловые качества" [70]. Далеко не все разделяют добродетельность лжи во благо. С. Гроф считает, что современная медицинская помощь, которая часто пытается скрыть от пациента истинное положение дел, обольщая больного несбыточными надеждами - еще больше усиливает чувство изоляции и отчаяния, испытываемые умирающими, многие из которых инстинктивно ощущают окружающую их ложь" (С. Гроф, Д. Хэлифакс,"Человек перед лицом смерти") [58].
С возрастом понимание лжи, как социально опасного явления, увеличивается [49]. Анализ возрастных различий в отношении ко лжи показывает, что положительное или оправдательное отношение ко лжи наблюдается у детей пубертатного периода, так как в этом возрасте развивается способность к интроспекции – умение различать противоречия между мыслями, словами и поступками. Подростки отрицательно относятся ко лжи, что может объясняться максимализмом, свойственным этому возрасту [16]. Снижение частоты использования обмана более старшими детьми сопровождается ростом представлений о возможной неуспешности обманного поведения. Эти данные свидетельствуют о том, что развивающаяся с возрастом модель психического лежит в основе понимания, что другие люди могут ошибаться, иметь представления, отличающиеся от действительности, и соответственно могут быть обмануты. Появления других способов совладения с трудностями приводит к тому, что значимость и актуальность обмана снижается, замещаясь другими формами поведения[3].
Половая принадлежность влияет на отношение ко лжи: лица женского пола считают ложь социально опасной в большей степени, чем лица мужского пола [16,49]. Юноши выражают свое отношение ко лжи в зависимости от ситуации, в которой человек солгал. Отношение ко лжи девушек более личностно. Мальчики склонны к более суровым мерам наказания. Способ словесного воздействия на лгунов предпочитают девочки независимо от возраста и вида лжи [16]. В.В. Знаков выявил, что женщины более вредным в общении считают ложь, а мужчины — обман. Это потому, что женщины соотносят ложь с межличностными отношениями. Обман же связан с материальной сферой: мошенничеством, нарушением торговых соглашений и т.п. [27].
Е.А. Душина считает, что некоторые личностные особенности подростков также оказывают влияние на их отношение к определенным видам лжи. Тревожность, неуверенность в себе, эмоциональная неустойчивость, импульсивность предполагают более оправдательное отношение ко лжи. Это свидетельствует о том, что подростки с этими свойствами могут использовать ложь, как психологическую защиту. Ответственные, дисциплинированные негативно относятся ко лжи в защиту себя и лжи-умолчанию. Подростки с этой выраженной чертой чувствуют себя уверенно среди окружающих и не нуждаются в защите от них с помощью лжи такого типа [16]. Человек с нормальным уровнем интеллекта, трезво относящийся к жизни, не будет сильно страдать от того, что ему лгут. А инфантильный, конечно, распереживается.[7].
Влияние на восприятие лжи оказывает религиозность человека: глубоко верующие подростки более сдержаны в оценках лжи, склонны в большей степени оправдывать чужую ложь, предполагают высокую правдивость людей и сами придерживаются правдивой линии поведения. Отношение ко лжи может быть детерминировано и социальной средой, в которой проживает человек, так подростки из неполных семей стремятся оправдать ложь в защиту себя от наказания и эгоистическую ложь [16].
Таким образом, отношение ко лжи - динамично. Оно меняется в зависимости от эпохи, условий проживания; целей, мотивов, последствий лжи; от разновидности искажения информации; от демографических и личностных особенностей человека.
1.5 Личностные детерминанты склонности ко лжи
Способности человека к обману сугубо индивидуальны и простираются широким диапазоном от патологической правдивости ("он совершенно не умеет врать!") до столь же патологической лживости ("ни одному его слову верить нельзя!") [41]. Они зависят от воспитания и жизненного опыта, влияния родителей, школы, ближайшего окружения и случайных знакомых. Однако, существуют и общие тенденции, связанные с возрастом, полом и психологическими установками [70].
Лжи подвержены почти все слои общества, независимо от социального положения и статуса. Ложь распространена в политике, экономике, искусстве, иногда даже в науке, в межгрупповых и межличностных отношениях. Людей, которые редко врут, очень мало. В отличие от других качеств человека, которые возникают, формируются у личности посредством соответствующего воспитания и обучения, лживость люди могут осваивать совершенно самостоятельно[6].
Ребенок в начале формирования сознания и личности не умеет лгать. Психология ребенка просто не воспринимает лжи. Поэтому, при правильном воспитании ребенка, из него легко можно сделать исключительно правдивого человека [16,35,38,41,62,72]. Врунишка обычно страдает от недостатка внимания или любви со стороны родителей, он испытывает трудности в общении со сверстниками, у него низкая самооценка. Часто лгущий ребенок очень озлоблен. Он начинает лгать, чтобы дать выход своей враждебности, а не из страха наказания [57].
Появившаяся в раннем детстве, порочная черта личности сначала не проявляется без особой необходимости, но постепенно индивид привыкает применять ее в экстренных случаях [16]. Склонность ко лжи может появиться в подростковом периоде и связана с особенностями психики подростка - обостренным стремлением к самостоятельности, сложными мечтаниями, критическим отношением к близким. Но одновременно с лживостью в ребенке воспитывается цинизм, подозрительность, неуважение к людям и т.п. Из таких детей нередко вырастают духовно опустошенные, расчетливые, несчастливые люди [41]. Происходит деформация всей личности, результатом чего становится асоциальное поведение [57].
Сторонники биологизаторского направления отстаивают идею изначальной предопределенности нравственности. Согласно их позиции, такие качества, как правдивость и лживость могут быть врожденными. А если и признается влияние среды, то как фактор замедляющий или ускоряющий развитие качеств, которые даны ребенку от рождения: ложь как творчество и фантазирование, ложь как способность к одновременному фантазированию и искажению истины, ложь как искажение истины с корыстной целью. Напротив, есть и другая точка зрения, что ложь – это явление не только психофизиологическое, но и психосоциальное. Моральное развитие ребенка является процессом его адаптации к требованиям социальной среды, в результате которого происходит формирование лживого поведения [16]. Чтобы успешно лгать, кроме опыта нужна некоторая психологическая «предрасположенность» к ней [6].
Природные лжецы знают о своих способностях, так же как и те, кто с ним хорошо знаком. Они лгут с детства, надувая своих родителей, учителей и друзей, когда захочется. Они не испытывают боязни разоблачения вообще. Скорее наоборот – они уверены в своем умении обманывать. Такие лжецы - самонадеянны и у них отсутствует боязнь разоблачения - это признаками психопатической личности [35,41,46,70]. Они испытывают «восторг надувательства» [31]. У прирожденных лжецов отсутствует недальновидность; они способны учиться на собственном опыте. Они умеют чрезвычайно ловко обманывать и вполне осознанно применяют свой талант [36,70]. Но, в отличие от психопатических личностей, прирожденные лжецы способны учиться на собственном опыте, могут испытывать муки совести за свой обман, не обладают патологической эгоцентричностью. Психопатические личности часто, самозабвенно и с наслаждением лгут и при этом не испытывают раскаяния или стыда. Разоблачения не избавляет их от этого порока. Ложь, неискренность, обман, лицемерие, сплетни и тихое злорадство сопровождают их контакт с окружающими на протяжении всей жизни [36].
Наиболее известные обманщики были индивидуалистами, стремящимися, во что бы то ни стало добиться успеха; такие люди, как правило, не годятся для коллективной работы, они предпочитают работать в одиночку. Они часто убеждены в превосходстве собственного мнения. Таких людей иногда, благодаря их эксцентричности и замкнутости, принимают за представителей богемы. Однако их искусство совершенно другого рода (это такие великие практики обмана, как Черчель, Гитлер и др.). Такие «великие практики» должны обладать двумя совершенно различными способностями: способностью планировать стратегию обмана и способностью вводить оппонента в заблуждение при личных встречах [70]. Известно также, что искусные лжецы сами плохо распознают, когда лгут им [28].
Среди социальных форм обмана и самообмана особую роль играет конформизм - способность индивида подстраиваться под желания социальной группы, проявляющаяся в изменении его поведения и установок в соответствии с первоначально не разделявшейся им позицией большинства[68].
Поверхностное самораскрытие приходится на лиц тревожных, беспокоящихся, депрессивных, неуверенных в себе, у которых интересы обращены на себя [48]. Ф. Зимбардо указывает на то, что застенчивость удерживает человека от того, чтобы выражать свое мнение и отстаивать свои права. Застенчивому человеку приходится подавлять множество мыслей, чувств и побуждений, постоянно грозящих проявиться. Застенчивость обеспечивает человеку анонимность, она выступает как бы маской, за которой не виден человек [20]. Лгать и изворачиваться люди с сенситивными чертами характера не умеют. Основные особенности сенситивного типа личности – чрезмерная впечатлительность и выраженное чувство собственной неполноценности. Они предъявляют высокие моральные требования к себе, но требуют того же и от окружающих. Всякое столкновение с ложью, грубостью, цинизмом глубоко ранит их и надолго выводит из равновесия. Самооценка у лиц с сенситивными чертами, как правило, занижена. Чтобы как-то скрыть чувство собственной неполноценности и легкую ранимость, они склонны надевать на себя маску развязности, грубости, веселости [30].
М.Стензак-Курес установил связь степени открытости с характером самооценки. У лиц с высокой степенью открытости наблюдается адекватная самооценка, у лиц с низкой открытостью - заниженная [48]. Дефицит доверительных, близких отношений приводит к тяжелому чувству потери связи с людьми, к психологическому одиночеству. Этому способствует низкое самоуважение, тревожность, недоверие к людям, внутренняя скованность, коммуникативная неумелость. Имея неадекватную самооценку, одинокие люди или пренебрегают тем, как их воспринимают и оценивают окружающие (при завышенной самооценке), или непременно стараются им понравиться (при заниженной самооценке). Общаясь с другими людьми, одинокие больше говорят о самих себе и чаще, чем другие меняют тему разговора. Они мало доверяют людям, скрывают свое мнение, нередко лицемерны [36]. Важнейшими психологическими механизмами порождения неправды, лжи и обмана являются защитные механизмы личности - рационализация и отрицание. Примером могут служить случаи защиты своего "Я", состоящие в искажении или отрицании самого факта высказывания лжи или обмана. Такое поведение защищает личность от понижения самооценки, "потери лица" [27,67]. Ю.Щербатых отмечает, что с одной стороны, психологическая защита способствует адаптации человека к своему миру, а с другой - ухудшает приспособление к внешней, в том числе социальной, среде [68].
Патологические обманщики знают, что лгут, но не могут контролировать свое поведение [70]. К. Леонгард к патологическим лгунам относит демонстративный тип акцентуированной личности. Он считает, что в беседе с такими людьми очень легко «попасться на удочку». Получаемым ответам в большинстве случаев нельзя доверять: демонстрант рисует себя не таким, каким является на самом деле. Свою истерическую сущность такие люди выдают всем своим поведением: все у них преувеличено – выражение чувств, мимика, жесты и тон. Но патологические мошенники могут прятать назойливые манеры демонстративной личности, так как хорошо знают, что с помощью спокойного поведения можно снискать доверия. Они в любое мгновение могут вытеснить из своей психики знания о каком-либо событии, а при необходимости вспомнить о нем. Не исключено, что эти личности могут забыть то, что они длительное время вытесняли из своей психики [40]. Недаром еще Монтень говорил, что самая большая опасность для лжеца, опасающегося разоблачения, - иметь плохую память [27].
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
