114708 (591679), страница 2
Текст из файла (страница 2)
М.А. Некрасова считает, что орнаментальные образы выражают своеобразное суждение о Вселенной. По ее определению, в орнаментальном искусстве образ — это одновременно и материальная функционально - целесообразная вещь, и модель отношения человека с миром [23; 78]. Простейшими примерами отражения представлений человека о мироздании и отношения к нему являются расписная прялка, дымковская игрушка, любая матрешка, ансамблевый комплекс национального костюма с небесным, земным и подземным мирами; 2 типа крестьянского жилища: изба с чертами башнеобразного сооружения и изба усложненного объема с галереями, крыльцами, фигурными столбами и резными балконами, — сформированные язычеством и христианством. Взаимоотношение человека с миром как бы выражалось сквозь призму той функции, для которой была предназначена вещь. Понятие о ее назначении органично вплеталось в образ [6; 104].
Таким образом, творения народных мастеров несут в себе образ мира, в них закреплены представления о вечном порядке и гармонии мироздания, а отсюда — их космологически образный строй (Герчук Ю.Я., Романова Н.В.).
Произведения декоративно-прикладного искусства как форма художественного познания мира имеют и такую существенную особенность, как украшение в виде орнамента. Это связано с тем, что форма вещи как наиболее ее консервативная часть не успевает за развитием представлений о мире. Недаром художественный критик В.В. Стасов восторгался совершенством орнаментов, называл их «уцелевшим осколком древнего мира» [18; 13]. Орнамент не существует вне предмета, а поэтому и не может рассматриваться в отрыве от него [ 6; 105]. Он включается в общее образное решение предмета, а в древности был образом самой вещи, графическим изображением модели мира и выражением концептуальных, космологических, философских представлений народа (Ш.М. Герман, Л.Н. Коган, О.В. Лармин, И.А. Масеев, Г.Н. Поспелов, Г.В. Плеханов, Б.В. Сафронов, В.К. Скатерщиков, Л.Н. Столович и др.). По определению В. Я. Береснева орнамент заключает в себе в организованной форме трехмерный мир с его ярусами и носит характер разомкнутого, плоского (реже объемного) зрительного образа [7; 250]. Значит, орнамент и его компоненты имеют образную содержательность (В.Я Береснева, Анри де Моран, И.Л. Богуславская и др.).
Как форма познания мира художественный образ является следствием творческого обобщения реального мира. Выделяя эту особенность, философы и искусствоведы (Каган М.О, Береснева В.Л., Яглом И.М, Салтыкова А.А., Бадяева Т.А. и др.) указывают на то, что "обобщение" и "условность" являются важнейшими средствами образности произведений искусства, позволяют раскрыть существенное и закономерное в действительности[7; 256]. По мнению Ю.И. Романова, в художественном отражении возникает "художественная условность или условность второго порядка, которая в то же время включает в себя и "условность первого порядка", начального его уровня, когда зафиксирована целостность характерных признаков объекта, чтобы "опознать" его [26; 28]. Мера обобщения в каждом художественном образе различна. Она связана с личностным аспектом образного воспроизведения мира, зависит от вида искусства, материала, в котором образ воплощается [15; 6].
В зависимости от степени обобщения философы и искусствоведы выделяют два типа образов: образы в прямом смысле слова(в форме самой жизни) и образы в переносном смысле (условные, аллегорические и т. п.) или чувственно-наглядные и рациональные(понятийные) образы или сходные образы, тогда в них просматривается первообраз, и несходные в виде знаков и символов (Ю.Я. Герчук, В.В. Спасов, Н.Т. Климова). Первые типы образов выступают как образы восприятия и представления, а вторые отражают наиболее общие и существенные стороны мира, недоступные органам чувств. В орнаментальном искусстве обобщение проявляется в наиболее острой форме, реалистические образы имеют большую обобщенность и целостность [ 15, 49]. В обобщенный знак, по мнению Ю. Герчук, их превращает многократное повторение одинаковых мотивов, имеющих свое внутреннее пространство [15;47]. В большинстве случаев обобщенные, условные образы орнамента не совпадают с видимыми формами действительности, не являются точным воспроизведением натуры, т. е. принцип приближения к реальности неприменим к декоративному искусству. Но, как подчеркивает Н.Л. Лейзеров, отсутствие прямого жизнеподобия не означает отсутствия образности орнамента, она обнаруживается в ритмическом чередовании линейных мотивов, воплощающих определенные природные формы и ритмические движения, являющиеся неотъемлемым признаком труда [22; 43].
Одну из ярких форм художественного обобщения составляет геометрический орнамент, созданный на основе, казалось бы, абстрактных, пространственных форм действительности (Комарова Т.С., Некрасова М.А., Романова Н.В. и др.). Он широко представлен в архаической вышивке и узорном ткачестве многих народов, в том числе и в Вологодском кружевном промысле (Климова Н.Т., Комарова Т.С. и др.). Происхождение геометрического орнамента многие авторы связывают с техникой исполнения, характером переплетения нитей ткани (Некрасова М.А., Семенова Т.С., Фаворский В.А. и др). В связи с этим в сложном комплексе архаической геометрической орнаментики преобладают различные ромбы /простой, лучистый, с продленными сторонами, крючками/, иногда их заменяет квадрат, поставленный на угол. Другой очень устойчивый геометрический элемент — крестообразная фигура разных вариантов (Герчук Ю.Я., Семенова Т.С. и др.). Для нас является важным то, что геометрический орнамент обладает образным содержанием. Он отражает космогонические представления древних людей, а также идею плодородия почвы (Фаворский В.А., Герчук Ю.А., Богатеева З.А. и др.).
1.1.1 Природа орнаментального искусства
Орнамент со времен своего возникновения и поныне остается одним из осиновых средств художественного оформления произведений декоративно-прикладного искусства: изделий из глины, стекла, дерева и металла, разнообразных текстильных изделий.
Характерная черта всякого орнамента – неразрывная связь с материалом, с общими тенденциями развития искусства на соответствующем отрезке времени. Специфика ее проявляется не только в органической связи рисунка с оформляемым изделием, назначением последнего – она находит свое выражение в композиционном построении орнамента. Говоря о принципах орнаментации тех или иных изделий декоративного искусства, мы прежде всего обращаем внимание на эстетическую сторону рисунка, на особенности его композиционного решения.
Орнамент представляет собой относительно устойчивый элемент художественной культуры, сохраняющий свою инвариантность на протяжении многих столетий и даже тысячелетий (С.В. Иванов, 1952, 1961, 1963; А де Моран, 1982). Вместе с тем он является тем эстетическим «микромиром», который способен уместить в себе образ Вселенной, как он представлен в сознании традиционной этнической общности. Этот образ подобен магическому кристаллу с бесконечным числом смысловых граней и потому "не закрыт" для новой интерпретации, преобразования, достраивания (при инвариантности художественной логики самого орнамента).
Для обозначения различных феноменов и аспектов орнаментального искусства используется ряд понятий (терминов): орнамент – декоративный узор, образуемый путем ритмического чередования геометрических (точки, линии, круги, и т.д.) и изобразительных (зооморфных, антропоморфных и пр.) элементов; орнаментальный - имеющий характер орнамента или относящийся к нему (например, орнаментальное искусство); орнаментика – совокупность элементов орнамента в том или ином промышленно-художественном изделии, произведении искусства, художественном стиле и т.д. (например, орнаментика жилища, одежды, посуды); орнаментация – украшение орнаментом (фигурирует и как синоним орнаментики).
С одной стороны, выделение орнаментального искусства в самостоятельный вид прикладного отчасти условно. Орнаментация - это способ декора (украшения) изделий, архитектурных сооружений и т.д.: одежды, домашней утвари, орудий труда, боевых оружий, зданий и пр., каждое из которых создается как некоторое целое. Орнаментика придает этим вещам художественно-эстетические характеристики, которые не только несут особую смысловую нагрузку, но и становятся смыслообразующими (формообразующими) свойствами предмета в целом. Эти характеристики не просто относятся к числу прочих эстетических параметров изделия наряду или даже в связи с его функциональными и конструктивными параметрами (говоря языком технической эстетики). Они позволят по-новому раскрыть значение и ценность всего состава функций и свойств предмета, который приобретает новое качество.
Орнаментация способствует его превращению из утилитарной, многократно тиражируемой в нуждах повседневной практики вещи, в уникальное творение, произведение. В нем народный мастер-художник - прежде всего при помощи орнамента - воплощает значимые для данной общности людей (профессиональной, конфессиональной, этнической и др.) грани конкретно-исторического Образа Мира. Благодаря этому предмет перестает существовать лишь как фрагмент быта, теперь уже символически (идеально – в смысле Э.В. Ильенкова) представляя в себе широкий круг явлений Бытия. Земное "вздымается" к горнему, а горнее нисходит к земному, и в этом "встречном движении" возникает художественная реальность (М. Хайдеггер). Орнаментация бытовой вещи – своего рода "сакрализация профанного", ее преобразование в инструмент постижения и порождения человеком более высоких и глубоких жизненных смыслов, чем те, которые приоткрывает ему повседневность. Очевидно, что подобные трансформации отражали существенные исторические метаморфозы в образе жизни общества, менталитете и ментальности людей.
С другой стороны (и это вытекает из сказанного выше), известная "автономизация" орнаментального искусства представляется правомерной. Оно не только опирается на специфические художественные традиции и каноны, обладает арсеналом собственных выразительных средств и т.п., но и выходит за пределы сугубо декоративно-прикладных ремесел в более широкие эстетические и иные культурные пространства. По-видимому, допустимо говорить даже о существовании особой орнаментальной "культуры" по аналогии с танцевальной, вокальной или изустно-повествовательной "культурой".
О "языке" орнамента можно говорить не только в переносном, но и прямом смысле. Есть основания полагать, что орнаментальная культура развивалась в тесной связи с письменной и шире рече-языковой, в целом коммуникативной культурой человечества. С одной стороны, исторической предтечей орнамента могло служить "предписьмо" - пиктограмма (которая также отражала смысловую линию развития событий), "свернутая" и утратившая в нем свой непосредственно чувственный изобразительный ряд (в отличие от пиктограммы орнамент представляет собой сплав чувственного и "сверхчувственного"). С другой стороны, орнаментальные элементы проступают в таких видах письма, как иероглифы и вязь. Не случайно, что их возникновение совпало с расцветом орнаментальной культуры на Востоке. Здесь мы сталкиваемся не только с совпадениями по форме. Содержательная общность орнамента и письменной речи была обусловлена его исходной направленностью на обеспечение планирующей функции сознания, ориентации сознательного действия на сферу возможного будущего, которые являются предпосылками воображения. Однако подлинным источником развития творческого воображения орнаментальное искусство стало благодаря своей включенности в культово-мистические (магические) и религиозные практики. Следует отметить, что не только сами магические ритуалы, но и религиозные обряды, соответствующая атрибутика и т.д. во многом организованы по "логике орнамента". Таковы, к примеру, буддистские мантры, христианские молитвы, акустические и семантические характеристики которых тщательным образом согласованы на основе ритмического принципа. Благодаря этому орнаментальная культура органично вплеталась в пространство магических и религиозных практик, где орнамент приобретал сакральную функцию носителя образа мироздания. Очевидно, что этот эстетический образ постоянно обогащался опытом повседневной хозяйственно-трудовой деятельности и в полном отрыве от нее мог бы возникнуть и развиваться. (Оппозиционные гипотезы о культовом и трудовом происхождении искусства в целом не противоречат, а дополняют друг друга.) Тем не менее именно магические и религиозные практики укоренили в орнаменте совокупный мировоззренческий смысл, связующий воедино картину действительности. Ее формообразующим звеном выступает не стихия, а активное, творящее, разумное, антропоморфное (пусть и не человеческое) начало. Этот смысл неявно подводит к пониманию истинного предназначения человека, как ни парадоксально, ценой мистификации этого предназначения. Он не может быть непосредственно передан через технику изготовления орнамента. Он может быть лишь заново построен в плане воображения.
"Язык орнамента" - язык воображения, которое нацелено на поиск более высокого смысла, нежели обыденный, на превращение этого смысла в общезначимый и его передачу другим. Поэтому произведения орнаментального искусства, процесс орнаментального творчества становится поводом для живого общения людей, принадлежащих к разным социальным группам и, что для нас особо важно, к разным возрастным категориям. Это и наблюдается в традиционных культурах, где изготовление орнаментов протекает в форме разновозрастного общения взрослых и детей - содержательного, конструктивного и равноправного.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
