34444 (587688), страница 8
Текст из файла (страница 8)
Хотя рассматриваемое преступление может быть совершено любым из перечисленных в этом параграфе действий, уяснение и правильное определение конкретных действий, в которых нашла свое выражение его объективная сторона, является необходимым условием правильной квалификации содеянного, установления характера и степени его общественной опасности.
Важным моментом в квалификации преступления является определения границ окончательного преступления. Так, как по своей конструкции преступление имеет формальный состав, то при совершении незаконного приобретения, передачи, сбыта, хранения, перевозки или ношении оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств не имеет значения, наступят ли общественно–опасные последствия или нет. Перечисленные незаконные действия совершенные лицом уже являются оконченным преступлением.
3.2 Характеристика субъективной стороны преступления
Субъективная сторона конкретного преступления представляет собой психическое отношение лица к совершенному им общественно-опасному деянию и к его общественно опасным последствиям, которое характеризуется виной, мотивом, целью.
Важное значение для выявления субъективной стороны имеет установление мотива и цели. Это касается и рассматриваемого преступления: «При оценке степени общественной опасности содеянного и определении меры наказания необходимо учитывать цели и мотивы действий виновного.....».
Под мотивом преступления следует понимать то побуждение, которым руководствовалось лицо при совершении преступного деяния. Установление мотива и цели конкретного преступления имеет значение не только для его квалификации, но и для характеристики степени общественной опасности совершенного деяния, назначения соразмерного и справедливого наказания.
Субъективная сторона незаконного приобретения, передачи, сбыта, хранения, перевозки или ношения оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств предполагает наличие у виновного прямого умысла. При этом сознанием виновного должно охватываться, что предметы которые он приобретает, предает, сбывает, хранит, перевозит, или носит, представляют собой оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества или взрывные устройства и он совершает перечисленные выше действия не имея на то разрешения. При этом умыслом виновного должно также охватываться то, что соответствующие предметы находятся в исправном состоянии, пригодны к применению или могут быть легко приведены в пригодное для применения состояние. Практическую важность, на наш взгляд, представляет вопрос о влияние на ответственность виновного о заблуждении относительно характера предметов, которые хранит, носит и т.д. и относительно их правового режима.
В ходе проведенного Стукановым А. анкетирования осужденных, многие в своих ответах писали: «Я не знал, что малокалиберная винтовка считается оружием », «Даже не знал, что этот нож относится к разряду холодного оружия», «не предполагал, что этот предмет является холодным оружием» и т.п.
Исключает ли такое незнание, уголовную ответственность по ст.251 УК РК? В судебной практике этот вопрос, как правило, решается отрицательно, т.е. не в пользу виновного, а порой вообще не исследуется.
Разумеется, то обстоятельство, что лицо не осознает противоправность своих действий, не исключает уголовную ответственность за их совершение. Юридическая ошибка на форму вины и ответственности не влияет. Однако, ситуация, о которой идет речь не однозначна.
В одних случаях лицо не осознает фактические обстоятельства, являющиеся неотъемлемым элементом субъективной стороны преступления, не осознает, что данный предмет, является оружием или относится к боеприпасам. С такой ошибкой приходиться сталкиваться когда лицо, заблуждаясь, полагало, что например данный нож является хозяйственным и может быть отнесен к холодному оружию, либо, что предметы, которыми он владеет, не пригодны к использованию в качестве оружия. Здесь ошибка в фактических обстоятельствах, должна исключать уголовную ответственность.
Ошибка может касаться пригодности оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств к применению. Так, субъект может владеть оружием, боеприпасами, взрывчатыми веществами и взрывными устройствами, непригодными к использованию в соответствии с их целевыми назначениями, добросовестно заблуждаясь на свой счет. Такие действия должны квалифицироваться как оконченное покушение на преступление предусмотренное ст.251 УК РК. Так, А. был правильно осужден по ст.15 и ст.202 ч.1 УК РК КАЗ.ССР (соответственно ст.24 и 251 ч.1 УК РК) за незаконное хранение взрывчатого вещества (тротила). Между тем, как это было установлено экспертизой, взрывчатое вещество, обнаруженное в его квартире, которое он хранил, якобы для рыбной ловли, утратило свои боевые качества и не могло быть использовано по назначению [34] .
В литературе высказано единодушное мнение, согласно которому цель и мотив рассматриваемого преступления не имеет значения для его квалификации. Для рассматриваемого преступления не характерно многообразия целей и мотивов. Ближайшая цель, например: при приобретении оружия, которую ставит перед собой виновный – это стремление иметь оружие, а при сбыте – реализовать его. Сбыт оружия или взрывчатых веществ, боеприпасов и взрывных устройств может быть совершен как из корыстных побуждений, так и без таковых, безвозмездно, например, в виде подарка. Наличие корыстного мотива должно учитываться при назначении наказания в соответствии с ст.54 УК РК. Особое рассмотрение заслуживает вопрос о квалификации предусмотренных в ст. 251 УК РК действий, когда они совершены с целью использовать (применить) оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества и взрывные устройства для совершения другого преступления. Такие действия должны квалифицироваться по ст.251 УК РК и как приготовление (ст.24 УК РК) к соответствующему преступлению, а если оно было совершено – как оконченное преступление. В этой связи спорной представляется точка зрения Романова А.П., согласно, которой действия виновных, дополнительной квалификации, по совокупности по ст.218 УК РСФСР не требуют, поскольку применение оружия является неотъемлемым признаком вооруженного разбоя. Аналогичная точка зрения высказывалась применительно к особо злостному хулиганству [41] .
Нам представляется правильным, что незаконное владение оружием, боеприпасами, взрывчатыми веществами и взрывными устройствами до использования их в разбойном нападении или при совершении хулиганства является оконченным преступлением, т.к. «хранение или ношение оружия уже является самостоятельным преступлением, которое имеет место, как правило, до совершения разбойного нападения или хулиганства.
К моменту применения оружия при разбойном нападении виновный уже является лицом, совершившим преступление, предусмотренное ст.218 УК РСФСР. Поэтому изготовление, хранение или ношение оружия должно получить самостоятельную квалификацию ».
Аналогично решает этот вопрос применительно к особо злостному хулиганству – Калмыков В.Т. Только в преступлениях, в которых наличие, а не применение оружия является необходимым элементом состава преступления, действия виновных не должны квалифицироваться по совокупности по ст.251 УК РК. Например: таким составом в действующем уголовном законодательстве является бандитизм (ст.237 УК РК).
При рассмотрении вопроса о взаимоотношениях состава и стадий совершения преступлений необходимо отметить своеобразные случаи, когда оконченный состав одного из преступлений может вместе с тем явиться приготовительной стадией к другому преступлению. Так, например, хищение оружия может при наличии соответствующих данных явится также и приготовлением к террористическому акту [42] .
Также этот вопрос решает и Пленум Верховного Суда РК, который указал, что «В случаях хищения огнестрельного оружия, боевых припасов, вооружения или взрывчатых веществ, а также их ношение, хранение, приобретение и изготовление с целью совершения другого преступления, содеянное должно квалифицироваться, как совокупность приготовления к совершения иного преступления и оконченного хищения огнестрельного оружия, боевых припасов, вооружения и взрывчатых веществ либо незаконного их ношения, хранения, приобретения или изготовления ».
Рассмотрев субъективную сторону незаконного приобретения, передачи, сбыта, хранения, перевозки или ношения оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, мы пришли к выводу, что выяснение психического отношения лица к совершаемому деянию имеет важное значение при квалификации преступления. Так, например, одно и тоже действие, если в одном случае совершенное с прямым умыслом, то оно признается преступлением, а в другом с косвенным – тогда это, действие не влечет за собой уголовной ответственности.
В уголовно-правовой литературе понятие субъекта преступления определяется, как вменяемое физическое лицо, совершившее общественно опасное деяние и способное в соответствии с законом понести за него уголовную ответственность, достигшее к моменту совершения преступления как правило с – 16-летнего возраста, а по некоторым видам преступлений – с 14 лет.
Первым обязательным признаком, которым должен обладать субъект преступления, является вменяемость.
Вменяемость – это есть способность лица отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими и связанная с нею способность быть ответственным за совершенные общественно-опасные действия. Понятие невменяемости «определяет совокупность условий, исключающих уголовную ответственность лица, вследствие нарушений его психической деятельности, вызванных болезнью» [43] .
Здесь нельзя не отметить, что психическая болезнь лица и обусловленная его невменяемость не исключает целенаправленной деятельности, и поэтому вполне возможны случаи, когда такие лица, одержимые какой-то навязчивой идеей, стремятся к обладанию оружием, то они разумеется, не могут нести уголовную ответственность, поводом для назначения судебно-психиатрической экспертизы в таких случаях может быть никчемность или несуразность целей, для достижения которых лицо завладевает оружием, объективная невозможность их осуществления, а также наличие данных о психических заболеваниях лица в прошлом и т.п.
Способность сознавать общественно-опасный характер своих действий и руководить ими является предпосылкой признания лица способным нести уголовную ответственность за совершение им общественно опасного действия. С учетом этих обстоятельств и определен в ст.15 УК РК возраст, с которого лицо может быть привлечено к уголовной ответственности.
Субъектом незаконного приобретения передачи, сбыта, хранения, перевозки или ношения оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, могут быть лица, достигшее к моменту совершения преступления 16-летнего возраста. Как, правило, в этом возрасте лицо уже способно сознавать общественную опасность и противоправность соответствующих действий.
Особую тревогу вызывает, что к уголовной ответственности стало больше привлекаться несовершеннолетних. Так, ранее судимый за совершение кражи, несовершеннолетний С. Изготовил из железа двуручный меч, который в ходе предварительного расследования, актом криминалистической экспертизы был признан холодным оружием, самодельного изготовления, колюще-рубящего действия. За обещанное вознаграждение, он в костюме «нинзя» пришел в квартиру своего приятеля, где в ходе совершения злостного хулиганства, нанес троим квартиросъемщикам резаные раны. Его действия судом были квалифицированы по ст.202 ч.3 и ст.200 ч.2 УК Каз. ССР (ст.251 ч.4 и ст.257 ч.3 УК РК соответственно) за изготовление холодного оружия и совершения злостного хулиганства с применением оружия и причинением телесного повреждения средней тяжести.
Однако, изучение судебной практики в целом по республике показало, что если ранее за незаконное хранение и ношение оружия привлекалось значительное число несовершеннолетних, действия которых объяснились озорством, то в последнее время к совершению этих преступлений более подвержены лица в возрасте от 20 до 40 лет, что свидетельствует о зрелости намерений и о сознательности виновных лиц. Каждый третий из них имел судимость, не работал и не учился [44] .
Необходимо отметить, что приобретение, сбыт, хранение, передача, перевозка и ношение оружия является исключительно мужским «занятием ».
Так, проведенное Стукановым А., изучение уголовных дел о незаконном обращении с оружием, показало, что из числа осужденных 72% – мужчины в возрасте до 35 лет. Отмечается и такая закономерность: чем выше образовательный уровень у человека, тем меньше желания ходить по улице с ножом в кармане; 37% из осужденных составляют лица нигде не работающие; осужденные «кооператоры» составили 22%. Каждый пятый - иногородний, среди них наибольшее число – «гости» с Кавказа, приехавшие торговать на рынок.
Наибольшую опасность представляют пьяные, имеющие в руках оружие. Среди задержанных их 21%. Ранее судимы – 21% Таким образом, основной контингент осужденных по ст.251 УК РК, составили лица мужского пола молодого и зрелого возраста, ранее судимые, имеющие не высокий образовательный уровень, ведущие паразитический образ жизни. Узость кругозора, примитивизм интересов таких лиц способствует их концентрации на стремлении доминировать среди окружающих с помощью силы, а нередко и с помощью оружия и других предметов указанных в ст.251 УК РК.
Также важно заметить, что законом предусмотрены условия освобождения от уголовной ответственности лиц, незаконно владевшим оружием.
Так, Указ Президиума Верховного Совета СССР от 11 февраля 1974 года «Об ответственности за незаконное ношение, хранение, приобретение, изготовление и сбыт огнестрельного оружия, боевых припасов и взрывчатых веществ» установил, что «лицо, добровольно сдавшее огнестрельное оружие, боевые припасы или взрывчатые вещества, хранившие у него без соответствующего разрешения, освобождается от уголовной ответственности ».(ст.1 ч.2 Указа) [45] .
Указ был издан, как отмечалось в его преамбуле, в целях повышения эффективности борьбы с преступлениями, связанными с применением огнестрельного оружия, боевых припасов и взрывчатых веществ. Его отражение нашло в примечании ст.251 УК РК, с указанием также на взрывные устройства.
В соответствии с примечанием ст.251 УК РК, лицо освобождается от уголовной ответственности при наличии следующих обязательных условий: лицо, сдающее оружие, не использовало его для совершения иного преступления; должно быть сдано все незаконно хранившиеся у лица огнестрельное оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества и взрывные устройства; незаконно хранимые предметы должны быть сданы добровольно, по воле лица, хранившего их без соответствующего разрешения, без каких-либо требований со стороны органов внутренних дел и до его обнаружения ими. В связи с этим нам нельзя согласиться с точкой зрения, в соответствии с которой считается сдача оружия добровольной «если она последовала в следствии предложения представителей власти или иных должностных лиц» [7] .
Если к конкретному лицу предъявлено требование о сдаче определенного оружия, то выдача его не является добровольной. Но если такое требование обращено к группе лиц или представляет собой своеобразную рекомендацию, предупреждение, и лицо, реагируя на него, сдает оружие, то такая сдача должна признаваться добровольной.
Так, Постановлением Президента Республики Казахстан от 17 марта 2007г. «О неотложных мерах по борьбе с преступностью и укреплению правопорядка» [46] .
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
