Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Календарное время проявляется в правовой системе и в форме длительности (временной календарной протяженности), которая широко используется при определении разнообразных юридических сроков и при фиксации времени действия нормативного правового акта. Институт сроков в отраслевых правовых исследованиях чаще всего характеризуется по давно сложившейся схеме: понятие - виды - определение сроков - их исчисление (начало и окончание течения) - пропуск сроков и последствия этого (приостановление течения, восстановление и продление). Однако в настоящее время стало заметно отсутствие теоретико-правовых исследований этой формы проявления в правовой системе свойств календарного времени, а при отсутствии единства понимания природы, сущности и основных подходов к нормативному закреплению сроков (в том числе феномена давности) каждый срок в пределах одной отрасли права рассматривается и анализируется по-разному: как нечто обособленное, обусловленное лишь спецификой конкретных общественных отношений. Соответственно, подход к нормативному закреплению срока основывается исключительно на его видовых признаках.

При анализе проявлений такой формы времени, как социальное время, в правовой системе важно учитывать, что ее основными характеристиками являются: дление, делимость, неоднородность и необратимость, поэтому различные разновидности темпорально-правового регулирования социального регулирования осуществимы нетождественными способами. То есть социальное время проявляется в правовой системе в таких основных взаимосвязанных формах, как фиксация временного момента, повторяемость, одновременность, своевременность, последовательность.

Без фиксации момента времени нет социальной правовой нормы, так как пропадает исходная точка общественных координат положения субъекта права. Сама идея установления социального правила поведения связана с необходимостью зафиксировать положение субъекта во времени, четко определить начало и конец ситуации, подлежащей правовому регулированию. Поэтому каждая норма права, как социальная норма, в своей гипотезе воплощает момент социального времени, фиксируя юридический факт как предпосылку начала правовых отношений.

Однако необходимо обратить внимание, что социальное время как самостоятельная форма времени использует собственные единицы измерения, поскольку размерные величины изменения времени в различных формах различны. Социальное время измеряется с помощью идеальных инструментов - человеческой памяти, ощущений и др. Социальное время - это интуитивное ощущение течения социальной жизни, переживаемое современниками. Это ощущение зависит от интенсивности социальных изменений. Если в обществе изменений мало, социальное время течет медленно; если изменений много, время ускоряет свой ход¹⁹. То есть социальное время в правовой системе измеряется значимыми для субъекта правовыми событиями, а движение его создается чередой сменяющих друг друга социально наполненных ситуаций.

Повторяемость как форма проявления социального времени прослеживается в нормах различных отраслей права. Повторяемость юридических действий и событий в конституционном праве - это установленная действующим законодательством повторяемость выборов депутатов органов законодательной власти Российской Федерации и субъектов Российской Федерации как неотъемлемая характеристика правового статуса этих органов. В административном, финансовом и налоговом праве - это сроки составления перспективных и текущих планов развития субъектов Российской Федерации, ежегодное составление проектов бюджетов и их утверждение, а также утверждение отчетов об исполнении государственных и местных бюджетов, сроки представления финансовой отчетности, сроки исчисления и взимания налогов, сборов и т.д. Повторяемости в планировании соответствует повторяемость в учете (бухгалтерском и статистическом).

Социальное время проявляет себя как дление, в том числе и в правовой системе. Внутри правовой системы происходят процессы, которые не могут происходить ни с бесконечной скоростью, ни с разнообразными скоростями, а только с вполне формально закрепленными скоростями. Процессы в правовой системе сопряжены по срокам, наступают упорядоченно относительно друг друга. Определенные деяния накапливаются, структурные элементы собираются, выстраиваются, подбирается определенное количество юридических фактов и документов, их фиксирующих, а затем возникает новое юридическое качество - новый статус субъекта права, юридический результат осуществления субъективных юридических прав и обязанностей и т.д.

Связность прошлого, настоящего и будущего всех составных частей правовой системы есть отражение ее ритмики. Для субъекта права своевременность юридически значимых действий осознается, только если есть возможность сравнения - если есть способ сравнить ритм и скорость протекания нормативно урегулированных процессов.

Своевременность есть формально-юридическая форма воздействия на скорость осуществления социальных процессов, которая широко применяется в российском законодательстве. Эта категория весьма широко применяется в российском законодательстве - только действующих федеральных законов, использующих эту категорию как элемент правового регулирования, существует более 360.

Своевременность может рассматриваться как одно из основных, имманентных свойств любой деятельности, урегулированной правом, чаще всего тогда, когда регламентируется деятельность государственных органов и должностных лиц²⁰. Так, своевременность рассматривается как признак такого обстоятельства, исключающего преступность деяния, как необходимая оборона, т.е. необходимая оборона допускается лишь в пределах того времени, которое занимает общественно опасное действие со стороны посягающего. "Оборона признается своевременной, если она осуществлена в период от начала посягательства до его окончания. Нельзя обороняться, если посягательство окончено, если посягающий приведен в такое состояние, при котором он уже не представляет опасности"²¹. Как преждевременная, так и запоздалая оборона теряют свойства правомерности и подлежат квалификации по соответствующим статьям УК Российской Федерации.

Нормативное закрепление своевременности используется и для установления субъективной юридической обязанности в норме права путем абстрактно сформулированного требования своевременно совершенствовать те или иные действия. Понятно, что при реализации права своевременность используется как оценочно-правовое понятие, поскольку при нормативном закреплении правила возможно лишь охарактеризовать значимость (общесоциальную, групповую, личностную) поступков субъектов права, при этом формально определенные признаки этих поступков невозможно описать в нормативном правовом акте. Одинаковые по своим внешним, эмпирически фиксируемым признакам факты приобретают неодинаковую социальную значимость, и наоборот: различные по формальным показателям действия могут обладать, при определенных условиях, одинаковой социальной значимостью. Поэтому когда в правовом регулировании предстоит воспользоваться понятием "своевременность", то требуется не просто подсчитать количество истекшего календарного времени, а необходимо установить, какие реальные факты, действия в регулируемой правом ситуации действительно обладают (или обладали) той социальной значимостью, которая позволяет их использовать для измерения социального времени.

Характеристика "своевременность" является важной составной частью категории "законность"²² в российской правовой системе. Поскольку категория "своевременность" закреплена в нормативно-правовых актах, то соблюдение ее становится основой соблюдения принципа законности. С одной стороны, это своевременное соблюдение любых предписаний закона, с другой - четкое и правильное соблюдение именно временных параметров, в нем установленных. Чем совершеннее нормативное закрепление своевременности как формы проявления социального времени, тем более четко и целесообразно они проводятся в жизнь, тем выше уровень законности. При этом коллизионность норм имеет важнейшее значение, так как только при наличии законодательства, согласованно описывающего течение ритма юридической жизни, имеет смысл использовать эту форму.

Как один из показателей законности, своевременность правоприменительной (и правореализующей) деятельности также закрепляется в качестве прямой юридической обязанности соответствующих субъектов прав. Правда, при этом своевременность задается уже не как оценочное, а как формально определенное требование, то есть используется датирование как форма проявления календарного времени (дата подачи заявлений, жалоб, представления документов, рассмотрения дела, вынесения решения, заключения договора и др. и длительность (в виде фиксации различных сроков)). Тут, следовательно, приходится иметь дело лишь с объективным календарным временем: за пределами юридически закрепленного и эмпирически фиксируемого интервала у правоприменителя отсутствует возможность темпорального усмотрения, самостоятельного распоряжения временем.

Вместе с тем необходимо отметить, что анализ своевременности при реализации нормы права четко показывает ее роль как связи между различными элементами российской правовой системы. Своевременность есть обратная связь между нормой и ее реализацией, связь между нормой и конкретным социальным отношением, возникающим на ее основе. Для этой связи характерно не только тщательное выполнение и последовательное следование временным зафиксированным моментам, но и гибкость, приспособляемость нормы к конкретным правоотношениям (через нормативное закрепление своевременности как оценочной категории и использование в правоприменении функционального и социологического способов толкования). Наличие этой связи обусловлено такими свойствами социального времени, как дление и необратимость.

В заключение хотелось бы отметить, что исследования форм проявлений календарного и социального времени в правовой системе являются достаточно новым для юридической науки подходом, что, в свою очередь, дает надежду на всестороннее исследование данной проблемы как на теоретическом, так и на отраслевом уровне правовой науки. А поскольку современные естественные и точные науки пришли к выводу, что "источником реальной длительности и реального пространства является человеческая личность, внутреннее движение которой мы и называем временем и в котором мы располагаем все внешние отметины, как референты продолжительности"²³, то и в правовых следованиях необходимо преодолевать представления о времени как о некоей универсальной, всеобщей, равномерно текущей сущности (что, конечно, обусловлено безраздельным господством в умах ученых на протяжении нескольких столетий ньютоновской концепции времени) и о том, что свойства материальной и социальной действительности не имеют отношения к выяснению сущности и свойств времени.

1.2 Правовая природа, понятие и значение гражданско-правового срока

Вопросы определения правовой природы, понятия, порядка исчисления и значения гражданско-правового срока в процессе правового регулирования относятся к числу весьма важных при изучении проблематики, обозначенной в названии дипломной работы.

Исследование сущности и основных свойств времени как философской категории позволяет определить правовую природу и сущность гражданско-правового срока. Механизм установления срока, реализующийся на двух уровнях (уровне выбора системы координат для исчисления времени и уровне произвольного выбора части временного потока), дает основания утверждать, что срок – это сложное понятие, которое следует рассматривать с двух сторон – объективной и субъективной, неразрывно связанных между собой.

С объективной стороны срок является неотделимой частью потока времени, характеризующегося соответствующими свойствами, присущими времени (однонаправленностью, необратимостью, непрерывностью, последовательностью и другими), то есть течение срока происходит по тем же законам, что и течение времени; в этом смысле срок нельзя приостановить, прервать, восстановить, поскольку нельзя остановить и обратить время вспять.

Однако, с другой стороны (и это есть субъективная составляющая срока), срок существует в качестве такового только в силу того, что человек, проявляя свою волю (на уровне законодателя, правоприменителя либо стороны в правоотношении), осуществляет определенные действия, направленные на использование времени, соотнося с произвольно выбранными частями временного потока свою деятельность либо не зависящие от этой деятельности явления окружающей действительности. Таким образом, до тех пор, пока время не подверглось воздействию воли человека, то есть пока часть потока времени не избрана, нельзя говорить о сроке как о существующем явлении. При этом субъективный (волевой) характер гражданско-правового срока не исчерпывается процессом его установления: правила исчисления сроков также имеют субъективную, окрашенную волевым моментом природу. Например, положение закона о том, что при совпадении последнего дня срока с нерабочим днем, днем окончания срока является первый, следующий за ним рабочий день (ст. 193 ГК РФ), относится явно не к объективной стороне срока. С точки зрения объективной природы срока как части потока времени срок все равно истечет в тот день, который совпал с выходным, однако по воле законодателя правовые последствия истечения срока применяются не согласно правилам течения, а согласно правилам исчисления срока, т.е. исходя из возможностей перенесения дня наступления правовых последствий, содержащихся в субъективной составляющей срока.

В исследованиях цивилистов (как русских дореволюционных и советских, так и современных), посвященных гражданско-правовым срокам, четко не разграничиваются понятия "течение" и "исчисление" сроков. Между тем, различие этих понятий определяется двойственной природой сроков и позволяет определить юридическую сущность гражданско-правового срока как правовой категории. Под течением срока следует понимать последовательную длительность (смену фаз, стадий) срока как части временного потока, измеряемого в соответствии с физическими (астрономическими) правилами. Исчислением срока является установление абстрактных координат (дней, месяцев, недель и т.п.), позволяющих осуществлять соотнесение событий объективной реальности с произвольно выбранной частью временного потока с целью реализации тех или иных правовых последствий. Действиями по исчислению срока можно признать определение момента его начала и окончания течения (установление продолжительности, величины срока), оснований и порядка приостановления, перерыва, продления.

В связи с этим представляется некорректным утверждение В.В. Луця о том, что "течение срока подвержено влиянию людей, зависит от их воли и сознания",²⁴ ибо изменить астрономический порядок течения времени по воле человека невозможно, он может лишь корректировать правила исчисления сроков (задавать своего рода "правила игры" на временном поле).

На основании изложенного можно сделать следующий вывод: субъективная сторона срока проявляется в процессе его установления (определения продолжительности срока, указания моментов начала и окончания течения) и дальнейшего исчисления, объективная - в процессе течения надлежащим образом установленного срока. Таким образом, можно определить юридическую природу срока как комплексного объективно-субъективного явления.

Характеристики

Список файлов ВКР