31952 (587357), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Религиозный аспект:
Библейское "не убий" неразрывно связано с отрицательным отношением христианства к самоубийству. Церковь говорит от обреченности самоубийцы на вечную гибель, отказывает им в погребении по христианскому обряду. Жесткость христианского отношения к самоубийству вообще, и к эвтаназии в частности, связана с жизнеобеспечивающими основаниями социального бытия человека. Отметим, что Русская Православная Церковь (РПЦ) в лице Церковно-общественного совета по биомедицинской этике недвусмысленно выразила свое отношении к этому явлению. В заявлении совета "О современных тенденциях легализации эвтаназии" говорится: "Православные священнослужители, ученые, врачи считают недопустимым реализацию любых попыток эвтаназии, как действия по намеренному умерщвлению безнадежно больных людей". В социальной доктрине РПЦ, принятой в августе 2000 г., эвтаназия определяется исключительно как особая форма убийства или самоубийства, либо сочетание того и другого. Таким образом, неоднозначность понятия эвтаназии закономерно содержит комплекс взаимосвязанных аспектов (этический, медицинский, правовой, религиозный), которые невозможно рассматривать по отдельности. Каждый из аспектов наполнен полярными мнениями. Возможно, все это и сказывается на невозможности принять однозначное решение по вопросу эвтаназии.
Обобщив информацию в первой главе, можно сделать следующие выводы. Понятие эвтаназии носит крайне противоречивый характер. С точки зрения права, эвтаназия – это умышленное причинение смерти неизлечимому больному, осуществленное по его просьбе медицинским работником, а также иным лицом по мотиву сострадания к больному и с целью избавления его от невыносимых физических страданий. Следует различать пассивную и активную эвтаназии. В истории можно выделить три этапа развития политико-правовой мысли в отношении эвтаназии. Для Древнего Мира эвтаназия – благо, ибо человек не самоценность; Средневековье характеризуется непринятием эвтаназии вследствие господства религиозных взглядов; в Новое время эвтаназия – это скорее личный выбор каждого. Неоднозначность понятия эвтаназии закономерно содержит комплекс взаимосвязанных аспектов (этический, медицинский, правовой, религиозный), которые невозможно рассматривать по отдельности. Каждый из аспектов наполнен полярными мнениями. Возможно, все это и сказывается на невозможности принять однозначное решение по вопросу эвтаназии.
2. Правовое регулирование эвтаназии в России и в странах СНГ
2.1 Правовое регулирование проблемы эвтаназии в России
Международный пакт о гражданских и политических правах (1966 г.) рассматривает право на жизнь как неотъемлемое право каждого человека. В российском законодательстве право на жизнь впервые провозглашено в 1991 году в Декларации прав и свобод человека и гражданина. Жизнь человека заняла особое место и в числе объектов уголовно-правовой охраны. В ст. 20 Конституции РФ сказано, что «каждый имеет право на жизнь». Но признание права человека на жизнь логически означает и признание его права на смерть.0
2.1.1 Путаница в законодательстве
Вопрос разрешения эвтаназия в России обсуждается последние 15-20 лет. Он вызывает жаркие споры философов, медиков и юристов. Зато явно невнимателен к данному вопросу законодатель. Российское законодательство всегда отличалось непредсказуемостью и непостижимостью, как знаменитая русская душа. В отношении эвтаназии ситуация сложилась самая что ни на есть парадоксальная.
В УК РФ нет специальной нормы об ответственности за совершение эвтаназии. Уголовный закон рассматривает ее как обычное убийство, по ст.105 УК РФ. Вряд ли это можно признать правильным.
Таким образом, в Российской Федерации эвтаназия, в какой бы форме она не осуществлялась, кажется, запрещена законом. В ст. 45 «Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан» говорится о том, что медицинскому персоналу запрещается осуществление эвтаназии – удовлетворение просьбы больного об ускорении его смерти какими-либо действиями или средствами, в том числе прекращением искусственных мер по поддержанию жизни. Названная статья предусматривает, что лицо, которое сознательно побуждает больного к эвтаназии и (или) осуществляет эвтаназию, «несёт уголовную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации».
Вроде бы все ясно и понятно - дано четкое определение, деяние запрещено и наказуемо. Однако, обратимся к статье 33 «Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан», которая называется «Отказ от медицинского вмешательства»: «Гражданин или его законный представитель имеет право отказаться от медицинского вмешательства или потребовать его прекращения, за исключением случаев, предусмотренных статьей 34 настоящих Основ. При отказе от медицинского вмешательства гражданину или его законному представителю в доступной для него форме должны быть разъяснены возможные последствия. Отказ от медицинского вмешательства с указанием возможных последствий оформляется записью в медицинской документации и подписывается гражданином либо его законным представителем, а также медицинским работником. При отказе родителей или иных законных представителей лица, не достигшего возраста 15 лет, либо законных представителей лица, признанного в установленном законом порядке недееспособным, от медицинской помощи, необходимой для спасения жизни указанных лиц, больничное учреждение имеет право обратиться в суд для защиты интересов этих лиц». При прочтении текста статьи возникает стойкое ощущение дежа-вю. А после повторного изучения определения пассивной эвтаназии становится понятным, откуда это самое ощущение берется. В российском законодательстве прописана процедура самой настоящей пассивной эвтаназии, когда «врач сам не вмешивается в жизнь пациента с целью ускорения его смерти, но и не оказывает по просьбе больного, необходимую помощь для продления жизни».
Но может быть в следующей, 34 статье в перечне исключений мы встретим эвтаназию? Ничего подобного. Там государство заботится об общественном здоровье: «оказание медицинской помощи […] без согласия граждан или их законных представителей допускается в отношении лиц, страдающих заболеваниями, представляющими опасность для окружающих, лиц, страдающих тяжелыми психическими расстройствами, или лиц, совершивших общественно опасные деяния, на основании и в порядке, установленных законодательством Россйской Федерации».
Итак, в одном и том же документе, с разницей в несколько статей и запрещается, и разрешается эвтаназия. Получается следующее, по закону карается только эвтаназия активная, которая идентифицируется со ст.УК «умышленное убийство», за которое определяется соответствующее наказание сроком лишения свободы от 5 и более лет. А за пассивную эвтаназию, когда медработник просто не оказывает помощь больному, пусть даже по его собственному желанию, не подпадает ни под какую статью.
Предположим, что в стационар поступает больной с каким-либо неизлечимым заболеванием в терминальной стадии. Он письменно отказывается от реанимационных мероприятий и врачи, обязанные блюсти интересы пациента, просто не мешают ему спокойно уйти. Довольны противники эвтаназии - ведь нигде не прозвучало этого ''страшного'' слова. Довольны сторонники - ведь фактически это она самая и была.
Крайними остались, как всегда, врачи и пациенты. Врачи - потому что вынуждены разрываться между своим профессиональным долгом - спасать людей - и требованием строго соблюдать закон. Пациенты - потому что оказались незащищенными от возможных нарушений и злоупотреблений в этой непростой области взаимоотношений больницы и больного. Политика ''двойных стандартов'' никогда не приносила ничего хорошего, а уж тем более в нашей стране. России как никогда нужно разностороннее и четкое законодательство об эвтаназии. Мы не говорим здесь о необходимости легализовать активную эвтаназию - это предмет дискуссий еще не на один десяток лет. Но фактически существующую пассивную ''хорошую смерть'' просто жизненно необходимо оформить юридически.
2.1.2 Необходимость выделения эвтаназии в самостоятельный состав менее опасного вида убийства
В науке уголовного права России и зарубежных государств проблема эвтаназии нередко рассматривается с уже упомянутой позиции более широкого понятия – согласия потерпевшего на причинение вреда. Российское уголовное право исходит из того, что такое согласие, по общему правилу, не должно рассматриваться в качестве обстоятельства, исключающего преступность деяния. Поэтому позиция действующего уголовного законодательства России относительно эвтаназии однозначна: это убийство – умышленное, неправомерное лишение жизни другого человека. Мотив сострадания, указанный в перечне привилегированных обстоятельств, предусмотренных в статье 61 УК Российской федерации, может быть учтён лишь при назначении наказания виновному лицу, но не при квалификации деяния. Убийство по мотиву сострадания квалифицируется по ч.1 ст. 105 УК РФ, т. е. как простое убийство. Что касается склонения к эвтаназии (и вообще к убийству), то наш УК не предусматривает ответственности за таковое деяние, в УК РФ предусматривается лишь состав доведения до самоубийства (ст. 110), предполагающего определённый способ совершения: применение угроз, жёсткое обращение или систематическое унижение человеческого достоинства потерпевшего. Под склонением больного к эвтаназии, на наш взгляд, следует понимать возбуждение в нём решимости уйти из жизни и обратиться с просьбой об эвтаназии к медицинскому работнику. Подобные действия нельзя рассматривать с позиции института соучастия или какого-либо другого уголовно-правового института. Даже если признать акт эвтаназии формой самоубийства при помощи врача, то и в этом случае нельзя наказать лицо, склонившего больного к эвтаназии.
Важно понимать, что эвтаназия как юридический факт представляет собой не «реализацию права на жизнь», а преступление. Очевидно, что по ряду признаков эвтаназия тождественна убийству. Вместе с тем, существующие особенности эвтаназии не позволяют это деяние полностью отождествить с убийством, квалифицируемым по ст.105 УК РФ. Поскольку тем самым нарушается один из основополагающих принципов уголовного права, а именно принцип справедливости, требующий чтобы наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, соответствовали характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. Это обусловливает необходимость выделения эвтаназии в самостоятельный состав менее опасного вида убийства со смягчающими обстоятельствами и дополнения УК специальной статьей (носящей привилегированный характер), в которой законодатель, помимо установления ответственности за эвтаназию, дифференцировал бы ее (ответственность) в зависимости от формы осуществления. Представляется, что такая норма об эвтаназии поможет избежать двух опасных крайностей: декриминализации эвтаназии и отождествлении ее с убийством. Мы считаем, что отвергая право на смерть, наше государство обрекает неизлечимо больного человека на невыносимые физические и нравственные страдания.
Право на жизнь, несомненно, должно включать в себя и право на смерть. Важно отметить, что поддержание жизни в то время, как она наполнена физическими и нравственными страданиями умирающего человека, было бы негуманно. Как правило, действия врача направлены исключительно на благо пациента. Но если процесс мучительного умирания затягивается на месяцы и даже годы, то деятельность врача по поддержанию жизни не просто не гуманна, а бесчеловечна.
Сегодня возможность появления эвтаназии в России поддерживают только организации по защите прав пациентов, другие же эксперты считают, что общество не готово к принятию подобного закона. Но есть и конкретные предложения о введении отдельной статьи в Уголовный кодекс, которая установит ответственность за эвтаназию, поскольку, как мы уже говорили, существующий законодательный подход квалификации эвтаназии в части 1 статьи 105 Уголовного кодекса РФ (убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку) не способен обеспечить соответствие уголовно-правовой оценки эвтаназии объективным свойствам этого деяния, а назначение наказания - характеру содеянного и личности виновного. Отличие эвтаназии от простого убийства заключается в объекте преступления. Объектом простого убийства является жизнь человека, объектом эвтаназии является жизнь неизлечимо больного человека.
В 2006 году депутаты Мосгордумы выступили с инициативой отвести эвтаназии отдельное место в Уголовном кодексе РФ. Если предложение депутатов стало бы законом, то смерть по собственному желанию была бы вписана статьей в УК, а наказание за помощь в ее совершении стала бы значительно мягче. Законопроект, предложенный депутатами Мосгордумы, предлагал достаточно мягкое наказание за "убийство из сострадания". За причастность к эвтаназии медицинского работника установить ответственность в виде ограничения свободы до 2 лет с лишением права занимать должность до 2 лет. За причастность к эвтаназии иных лиц предлагается ограничение свободы до 3 лет или лишение свободы от 3 до 7 лет. В апреле 2007 года Совет Федерации вновь обсуждал проблему эвтаназии. Инициатор обсуждения - председатель Комитета СФ по социальной политике Валентина Петренко - предлагала применять эту меру в исключительных случаях и только если об этом попросит сам тяжелобольной человек. При этом больной должен заявить о своем решении уйти из жизни лечащему врачу, написать на его имя заявление и заверить его у нотариуса. Далее, по мнению сенатора Петренко, заявление будет рассматривать медицинский консилиум, который должен подтвердить диагноз. Следующая инстанция – специальный совет по эвтаназии при местном органе исполнительной власти, куда должны входить медики, прокуроры, адвокаты и общественные деятели. Совет в течение двух месяцев будет изучать историю болезни заявителя и проверять, не принято ли его решение под чьим-то влиянием. Если все окажется чисто, больному будет введена повышенная доза обезболивающего, в результате чего отключится мозг и... наступит смерть.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
