31007 (587212), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Встречающиеся в литературе определения исковой давности допустимо разделить на следующие группы.
Во - первых, определения, не опирающиеся в качестве своей основы па теорию регулятивных и охранительных прав. Например, исковая давность определяется как. 1) «срок, в течение которою лицо, право которого нарушено, может требовать принудительною осуществления или защиты своего права - срок защиты гражданских нрав - исковая давность» 20; 2) «время, с истечением которого погашается возможность принудительного осуществления нарушенного гражданского права при помощи гражданского иска» 21; 3) «срок, который влечет прекращение права па иск вследствие не предъявления иска в течение срока, указанного в законе» 22; 4) «...определенный срок, в течение которого допускается принудительное осуществление, в том числе путем использования права на иск» 23.
С нашей точки зрения, неприемлемость такого рода определений обусловлена изначальным дефектом методологической базы, построенной на недифферинцированном отношении к регулятивным и охранительным правам.
Во - вторых, определения, не раскрывающие субъектную проблематику исковой давности. Так, «исковой давностью называется срок для существования права на судебную защиту нарушенною гражданского права, а также возможности реализации охраняемых законом интересов» 24. Вместе с тем, правильное представление о субъектах правоотношений по поводу действия исковой давности имеет важное значение, поскольку позволяется установить, от чьих и каких действий зависит итоговая актуализация погашающего действия исковой давности.
В - третьих, определения, чрезмерно расширяющие предмет защиты. Однако очевидно, что включение в дефиницию того или иного признака подразумевает его раскрытие и объяснение. В чатности, «исковой давностью признается установленный законом срок реализации нрава на защиту нарушенного субъективного материального гражданского права, охраняемою законом интереса или свободы по иску уполномоченного лица» 25.
Однако представляется, что суждения, согласно которым исковая давность распространяется па порядок защита свобод, которым не дается даже определения, позволяющего отграничить их от прав и охраняемых законом интересов, не вносят определенности. в представления о сущности исковой давности.
В - четвертых, определения, не затрагивающие вопросы основания исковой давности. Например, исковой давностью признается «срок для защиты права или охраняемого законом интереса, по иску заинтересованного лица» 26 или «время, в пределах которого допускается принудительное осуществление притязания с помощью юрисдикционного органа» 27.
Обращение к этому элементу исковой давности обусловлено необходимостью преодоления ошибочного отождествления понятия «нарушение права» с одним из его проявлений - «правонарушением». Последнее ведет к необоснованному сужению предметной области действия исковой давности.
В - пятых, определения, ограничивающие сферу применения исковой давности исключительно областью судебной деятельности. Например, исковой давностного признается 1) «срок, по истечении которого погашается право па судебную защиту» 28;
срок, определяющий границу осуществления права на защиту в исковом порядке29,
«срок, с истечением которого, если иск не предъявлен, погашается вызванное гражданским правонарушением гражданское право лица на удовлетворение иска - право на «щиту по иску - право на иск» 30.
Между тем, допущение законодательном защиты, осуществляемой в ином, чем судебный, юрисдикционном порядке, а также признание множественности юрисдикционных (процедурных) форм защиты убедительно доказывают необходимость расширения сферы применения исковой давности.
С учетом указанных замечаний, а также проведенного исследования понятия исковой давности считаем возможным сформулировать следующее определение исковой давности.
Исковой давностью (давностью частных притязаний) признается установленный законом срок дня возможное принудительного осуществления охранительного права требования заинтересованною лица по отношению к субъекту материальной правовой обязанности с целью защиты нарушенных регулятивных прав и охраняемых законом интересов, с истечением которого, при условии заявления об этом субъектом материальной обязанности в надлежащем порядке, повышается способность охранительного нрава требования к осуществлению в рамках юрисдикционной формы защиты.
В связи с предложенным определением исковой давности предлагается внести следующие изменения в ГК РФ.
Ст. 195 Г К РФ изложить в следующей редакции: «Исковой давностью признается срок для принудительного осуществления обращенного к субъекту обязанности (должнику) охранительного нрава требования (права на защиту) заинтересованного лица (кредитора) с целью защиты нарушенных регулятивных прав и охраняемых законом интересов с помощью акта юрисдикционного органа».
Во всех статьях ГК РФ слова «суд» и «иск», а также производные от них заменить соответственно словами «юрисдикционным орган» и «требование».
Абзац I п. 2 ст. 199 ГК РФ дополнить следующим предложением: «В целях настоящей статьи под стороной в споре понимается исключительно участник спорного материального правоотношения, на котором лежит обязанность (должник)».
Дополнить статью 206 ГК РФ абзацем первым следующего содержания: «Истечение исковой давности прекращает способность охранительного права требования к осуществлению в рамках юрисдикционной формы защиты и не затрачивает возможности осуществления права требования вне юрисдикционной формы защиты, а так же не затрачивает существования охранительных прав на совершение односторонних действий (например, абз. I п. 1 ст. 359, ст. 397, абз. 1 п. 3 ст. 503, п. 2 ст. 896 ГК РФ и другие) и нарушенных регулятивных прав и охраняемых законом интересов».
ГЛАВА 2. РЕАЛИЗАЦИЯ ИСКОВОЙ ДАВНОСТИ
2.1 Основание применения исковой давности
При исследовании понятия исковой давности важное значение тлеет уяснение действительного смысла традиционного словосочетания «право, которого нарушено» в легальной дефиниции (ст. 195 ГК РФ).
На первый взгляд, необходимость установления действительного смысла словосочетания « право которого нарушено» в легальной дефиниции исковой давности может показаться банальным переливанием из пустого в порожнее. Лишним подтверждением этому, вроде бы, служит анализ научной литературы. Практически во всех серьезных исследованиях вопрос о «нарушении права» в качестве основания исковой давности либо обходится стороной, либо не получает специального рассмотрения как не вызывающий каких-либо сомнений31.
Однако даже на фоне такого, казалось бы, «беспроблемного подхода» к одной из составляющих института исковой давности недоумение вызывает то, с какой лёгкостью большинство большинство при характеристике исковой давности подменяют одни понятия другими. Практически во всех работах содержание исковой давности раскрывается не через «нарушение права», а через «правонарушение», или же указанные понятия используются как взаимозаменяющие32.
Толкование Е.А. Крашенинниковым «нарушения права» в связи с понятием исковой давности не может быть принято ввиду следующих причин.
Во- первых, для отождествления «правонарушения» и «нарушения права» нет оснований. Доводы в пользу обратного, выдвинутые Е.А. Крашенинниковым и присоединившимся к нему А.В Вошатко, при внимательном рассмотрении не выдерживают критической проверки ввиду внутренней противоречивости Следовательно, если исходный тезис ошибочен, то не имеет нрава на существование сделанный на его основе вывод, будто объективного противоправные деяния, правомерные действия и события не охватываются «нарушением права».
Во - вторых, в этой связи нет никаких видимых или скрытых препятствий к признанию того, что упомянутое «нарушение нрава» охватывает но своему действительному смыслу и объективно противоправные деяния, и правомерные действия, и события, поскольку состояние «нарушенности» нрава может быть как результатом «правонарушения», так и результатом иных перечисленных выше юридических фактов.
В - третьих, в такой же мере неудачна и, но сути своей неверна попытка квалифицировать в качестве охранительного право страхователя требовать выплаты страхового возмещения в результате наступления страхового случая и, соответственно, обязанность страховщика эту выплату произвести. Признание за нравом и обязанностью, основанием возникновения которых является обязательство - договор имущественного страхования, охранительного характера в смысле теории регулятивных и охранительных прав противоречит сущности, как самой теории, так и получившему в последнее время признание учению об соотносительных правоотношениях, в соответствии с которым обязательственные и охранительные отношения (а равно нрава и обязанности) считаются самостоятельными разновидностями.
В лучшем случае, можно было бы говорил, об охранительном характере договора страхования, но только в значении, отличном от того смысла, который вкладывается в охранительные нрава согласно теории регулятивных и охранительных нрав. Однако в подобной ситуации говорить о притязательной (охранительной, правотребовательной) природе нрава страхователя на выплату страхового возмещения и соответствующей обязанности страховщика уже не приходится.
По даже если отвлечься от невероятности и необоснованности признания, указанных права и обязанности в качестве охранительных в свете теории регулятивных и охранительных нрав и, следовательно, признать сам договор имущественного страхования охранительным, это не меняет существа вопроса. В лучшем случае, подобное допущение может претендовать лишь на роль исключения. Однако общеизвестно, что исключения. В - четвертых, не меньше возражений вызывает и характеристика страхового случая, особенно в его связи с нравом страхователя на выплату страхового возмещение, посредством процессуальной категории - повода к иску. Страховое обязательство не мыслимо без страхового риска и страхового случая. Однако еще ни у кого материальность того обязательства и вытекающих из него прав и обязанностей не вызывала сомнения. Нельзя не добавить что, как именно используется в концепции ярославской школы процессуальная категория, не только не соответствует ее истинному содержанию, но противоречит теории процесса, законодательству и правоприменительной практике.
Иногда истец, обращаясь в арбитражный суд, ссылается на конкретную дату, когда он узнал о нарушении своего права, в то время как по смыслу статьи 200 ГК РФ эта дата имеет значение лишь при отсутствии у него возможности узнать о таком нарушении ранее. Вопрос о начале течения срока исковой давности применительно к вышесказанному исследовался судом при рассмотрении следующего дела.
Управление Пенсионного фонда района (далее - Управление), ссылаясь на Федеральный закон от 17.12.2001 г. № 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации"33, обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании с предпринимателя ущерба, причиненного в результате излишне выплаченной работнику пенсии за период с 11.09.2003 по 31.12.04. Решением суда, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, в удовлетворении заявленного требования отказано в связи с истечением трехлетнего срока исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком. По мнению Управления, срок исковой давности должен исчисляться с 25.07.05 (момента проверки), а не с 2004 г., когда Управлению в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 27.09.2000 № 1709 "О мерах по совершенствованию управления государственным пенсионным обеспечением в Российской Федерации"34 были переданы полномочия по назначению и выплате пенсий. Кассационная инстанция не согласилась с мнением Управления, указав на то, что срок исковой давности должен течь с момента, когда Управление должно было узнать о переплате пенсии, что в данном случае произошло гораздо ранее проведения проверки35.
В Постановлении ФАС Поволжского округа от 12.01.2007 г. № А55-10775/06 указано следующее. Вывод суда о том, что для предъявления требования о взыскании неосновательного обогащения за период с октября 2002 по июнь 2003 г. истец (КУГИ) пропустил срок исковой давности, о применении которого заявил ответчик, соответствует статьям 196, 199, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации. О том, что ответчик не оплачивает пользование земельным участком, КУГИ как органу, осуществляющему контроль за использованием государственного имущества, должно было быть известно непосредственно в течение периода, когда такое пользование имело место36.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
