30798 (587192), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Удовлетворение требований заявителя возможно, если потерпевшим будет доказано, что сведения являлись порочащими, относились к потерпевшему и были распространены.
Необходимо отметить, что в соответствии с процессуальными нормами английского судопроизводства при рассмотрении дела судом присяжных в компетенцию судьи входит решение вопросов материального права. Применительно к искам, вытекающим из диффамации, судья должен решить вопрос о том, является ли высказывание (публикация) в принципе порочащим. В случае отрицательного вывода судья дело прекращает. В противном случае он передает дело присяжным заседателям, которые будут решать вопрос юридического факта, т.е. имело ли высказывание (публикация) порочащий характер в конкретном деле. При этом потерпевшему нет необходимости доказывать, что третьи лица, получившие соответствующие сведения, восприняли их как порочащие. Понятие "факт диффамации" относится к порочащему значению высказывания (публикации), а не к последствиям в отношении репутации потерпевшего. Иными словами, не имеет правового значения то обстоятельство, доверяют распространенным сведениям получившие порочащую информацию третьи лица или нет.
Основанием ответственности за диффамацию является относимость распространенных порочащих сведений к потерпевшему. Как отмечалось, по общему правилу ответственность за диффамацию в соответствии с принципом общего права Великобритании наступает независимо от вины распространителя порочащих сведений. В то же время с принятием в 1952 г. Закона о диффамации введено понятие "невиновная диффамация", ответственность за которую не наступает, если причинитель вреда делает предложение потерпевшему об опровержении распространенных порочащих сведений. Такое предложение должно быть сделано надлежащим образом в приемлемой для потерпевшего форме опровержения (в частности, с извинениями) и без необоснованной задержки. Если предложение потерпевшим принято, то судебное разбирательство прекращается.
Диффамация считается невиновной при одновременном наличии следующих обстоятельств:
отсутствие у причинителя вреда умысла на предмет распространения порочащих потерпевшего сведений и неосведомленность об обстоятельствах, что распространенные сведения относятся к нему;
неосведомленность распространителя сведений об обстоятельствах, в связи с которыми эти сведения могут быть восприняты потерпевшим как порочащие;
соблюдение лицом, распространившим порочащие сведения, мер достаточной предосторожности при осуществлении своего деяния.
Под распространением сведений как английское, так и российское право понимают их сообщение хотя бы одному лицу, не считая потерпевшего. В случае распространения сведений в отношении определенного социального класса, организации или определенной категории лиц судья руководствуется правилом о том, что распространенные сведения касаются и данного конкретного лица, являющегося истцом по делу. Между тем каждое повторное распространение порочащих сведений рассматривается как новый факт диффамации, что создает самостоятельное основание для иска и, разумеется, может повлечь ответственность распространителя таких сведений.
Сведения признаются соответствующими действительности, если распространитель порочащих сведений докажет их истинность в основном. Иногда порочащее сообщение может содержать несколько утверждений. Недоказанность соответствия действительности одного из взаимосвязанных между собой утверждений сама по себе не может служить основанием для ответственности, если в сочетании с другими утверждениями оно не причиняет существенного ущерба репутации истца. Вопрос об этом решается присяжными заседателями как вопрос об установлении факта диффамации.
Отметим также, что в английском праве обозначены иные подходы к порочащим сообщениям, если в их содержании высказывается (выражается) мнение того или иного лица (в отличие от утверждения факта). При этом добросовестный комментарий об общественной значимости ставших известными ответчику порочащих сведений не влечет ответственности за диффамацию. Он в этом случае обязан доказать, что в сообщении выражал свое мнение, а не утверждал наличие порочащего факта. Разумеется, как для ответчика, так и для суда отграничение мнения от утверждения о факте представляет собой далеко не всегда простую задачу.
Мнение или комментарий может считаться (признаваться) добросовестным, если ответчик считал его верным и не имел умысла причинить вред потерпевшему. При этом необходимым условием исключения ответственности за комментарий (мнение) является его "общественная значимость". Последнему английские суды дают достаточно широкое толкование: все случаи, когда происходящее интересует многих людей и может произойти с ними или с другими людьми, считаются обстоятельством общественной значимости. Вполне очевидно, что такое толкование обусловливает несложность доказывания общественной значимости добросовестного комментария.
Вместе с тем из смысла содержания ст. 6 Закона о диффамации усматривается, что в случае иска в связи с клеветническим сообщением (простым и квалифицированным), содержащим как утверждение о фактах, так и выражение мнения, малейшая неточность в фактах исключает предположение о добросовестности комментария со всеми вытекающими отсюда правовыми последствиями.
Английским законодательством определены соответствующие сообщения, которые пользуются иммунитетом от предъявления исков, связанных с диффамацией. Различаются сообщения, пользующиеся абсолютным и относительным иммунитетом. К числу первых относятся, например, сообщения, в связи с которыми иск не может быть предъявлен: сообщения, сделанные в любой из палат парламента; отчеты о заседаниях парламента, опубликованные по распоряжению любой из его палат, а также их вторичная публикация в полном объеме; сообщения, связанные с судопроизводством; сообщения, сделанные одним государственным должностным лицом другому в ходе исполнения служебных обязанностей; точные и беспристрастные газетные, а также радио- и телесообщения о судебных процессах на территории Великобритании и др.
Ограниченный иммунитет в отношении распространенных сведений может иметь место при одновременном наличии следующих условий: во-первых, когда у одной из сторон существует правовая, нравственная или общественная потребность и обязанность сделать определенное сообщение, а во-вторых, когда у другой стороны имеется соответствующий интерес в получении такого сообщения. При соблюдении этих условий ограниченным иммунитетом пользуются, в частности, следующие сообщения: о парламентских заседаниях, судебных процессах и работе государственных комиссий; о содержании информации в ходе общения адвоката и его клиента по поводу поручения последнего; в защиту себя и своего имущества. Заметим, что ограниченный иммунитет не предоставляется в тех случаях, когда сообщение было сделано со "злым умыслом", под которым, в частности, понимается использование привилегий для ненадлежащих целей.
Правовыми способами защиты чести, достоинства и деловой репутации являются судебный запрет и компенсация морального вреда. К первому суд может прибегнуть в случае, если порочащие сведения не получили распространения, но существует реальная угроза их распространения.
Компенсация морального вреда по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации в связи с исками, вытекающими из диффамации, может быть номинальной (символической), "презрительной" (компенсация в виде порицания истца) и штрафной. Номинальная компенсация в качестве ответственности за диффамацию наступает тогда, когда, по мнению и решению суда, потерпевший претерпел значительные страдания. "Презрительная" компенсация может иметь место при формальном решении судебного дела в пользу истца, но само предъявление иска считают нарушением нравственных принципов. В остальных случаях судьи взыскивают по рассматриваемой категории дел штрафные компенсации.
По мнению английских юристов, размеры штрафных компенсаций, определяемые присяжными по искам из диффамации, во многих случаях оказываются несоизмеримо высокими по отношению к содеянному, особенно по сравнению с исками о возмещении психического вреда, причиненного здоровью. Правда, суды апелляционной инстанции вправе изменить размер компенсации, если сочтут такой размер, установленный судом первой инстанции, чрезмерным или неадекватным.
В последнее время английские ученые-юристы и правоведы-практики, занимающиеся вопросами, связанными с защитой чести, достоинства и деловой репутации, озадачены решением двух проблем: различием в подходах к психическому (моральному) вреду, связанному и не связанному с телесными повреждениями, и определением критериев ограничения ответственности правонарушителя в случаях наступления нервного шока, когда психический вред причинен по неосторожности.
В США существуют некоторые особенности компенсации морального (психического) вреда. Несмотря на общность правовых систем США и Великобритании, в каждом американском штате имеется собственная правовая система. Тем не менее, американское право выделяет определенную группу возможных деликтов, к которым относят: нарушение уединения или права на одиночество; вмешательство в частные дела истца; публичное оглашение (опубликование) сведений, которые могут быть достоянием только истца или узкого круга лиц; использование имени и внешности истца в целях получения выгоды; распространение порочащих истца сведений. В указанных случаях душевные страдания компенсируются в чистом виде, т.е. без соединения в исковом требовании с физическими страданиями или материальным убытком.
Кроме того, американское право предусматривает денежное возмещение (компенсацию морального вреда) за намеренное или неосторожное причинение сильного эмоционального беспокойства другому лицу. Если моральный вред причинен по неосторожности и сопряжен с тяжелыми повреждениями, он подлежит компенсации. Однако, если противоправное неосторожное поведение причиняет потерпевшему только нравственные страдания, моральный вред по общему правилу не подлежит компенсации.
Общее правило обусловлено судебной практикой в силу ряда причин, в частности: сложностью доказывания факта нравственных страданий и трудностью оценки размера компенсации; затруднительностью опровержения факта нравственных страданий; необходимостью отграничения возможных мошеннических исков, обусловленных легкостью симуляции нравственных страданий; отсутствием предвидения возможности причинения нравственных страданий; нежеланием подвергать неосторожного ответчика потенциальной угрозе несения ответственности за пределами его вины и др.
В тех случаях, когда потерпевший претерпевает нравственные страдания в силу своей особой впечатлительности, компенсация морального вреда обычно допускается лишь при наличии умысла или грубой неосторожности в действиях правонарушителя. При этом суды уделяют внимание осведомленности причинителя вреда о наличии таких особенностей, за исключением случаев, когда моральный вред сопряжен с причинением физического вреда. При таких обстоятельствах суды применяют презумпцию осведомленности в отношении причинителя вреда об особенностях потерпевшего.
Вопрос в отношении компенсации морального вреда, причиненного умышленно или по причине грубой неосторожности, решается несколько по-иному: помимо требований о защите нарушенного права, предусматривается компенсация морального вреда за эмоциональное беспокойство вследствие такого правонарушения. К ним могут быть отнесены: нарушение неприкосновенности частной жизни; клевета; присвоение имущества и нарушение владения; нападение, выразившееся в нанесении побоев; дискриминация по мотивам пола, расы, возраста, семейного положения и незаконные действия государственных служащих; оскорбительное поведение (преднамеренное нарушение эмоционального равновесия) и др.
В законодательстве США допускается компенсация морального вреда по причине нарушения договорных обязательств, когда его возникновение было "естественным и предвидимым". Так, § 353 Свода норм контрактного права Соединенных Штатов Америки предусматривает компенсацию морального вреда за "эмоциональное беспокойство", которая допускается в случаях, когда беспокойство вызвано телесным повреждением и когда последствия нарушения договора-контракта являются его наиболее вероятным результатом.
В тех случаях, когда имеют место договорные отношения между сторонами, моральный вред, причиненный вследствие ненадлежащего выполнения договорных обязательств, не подлежит компенсации, если его причинение не было преднамеренным либо отсутствовали обстоятельства, свидетельствующие о том, что нравственные страдания являются естественным и вероятным последствием ненадлежащего исполнения договора. Компенсация предусмотрена в тех случаях, когда условия договора направлены на оказание личных услуг либо когда договорные обязательства прямо связаны с обеспечением личного благополучия одной из сторон и их нарушение, разумеется, влечет за собой нравственные страдания.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
