29792 (587087), страница 7
Текст из файла (страница 7)
- заключениях различных предприятий, учреждений, организаций, а также должностных лиц;
- материалах фото-, кино-, звуко- и видеозаписях, произведенных в процессе оперативно-розыскных мероприятий;
- различных материальных предметах, полученных гласно и негласно при осуществлении оперативно-розыскных мероприятий оперативными подразделениями таможенных органов о наличии или отсутствии общественно опасного деяния, виновности лица, совершившего это деяние и иных обстоятельствах, имеющих значение для правильного разрешения дела.
Следует отметить, что до настоящего времени не выработана единая терминология, которая бы рационально обозначала процессы, возникающие в ходе реализации результатов оперативно-розыскной деятельности.
Наиболее полно и точно отвечает всем предъявляемым требованиям термин «уголовно-процессуальная интерпретация результатов оперативно-розыскной деятельности», которая заключается в истолковании полученных оперативно-розыскным путем результатов в отношении, как их содержания, так и формы с позиции их возможности и целесообразности использования при расследовании уголовных дел.
Одним из основных отличий оперативно-розыскной деятельности от других видов государственной деятельности является ее осуществление не только в гласной, но и в негласной форме.
Сочетание гласных и негласных методов и средств является одним из основных принципов оперативно-розыскной деятельности (ст. 3 Закона РК «Об оперативно-розыскной деятельности»). Поэтому необходимо определиться относительно отраслевой принадлежности оперативно-розыскных мероприятий, которые могут использоваться в уголовно-процессуальном доказывании.
Оперативно-розыскная деятельность наиболее приближена к фактам совершения преступления, и во многих случаях только благодаря применению технических средств записи в ходе оперативных мероприятий до суда возможно «довести» и сговор соучастников, и вымогательство, и шантаж, а также действия организатора преступления, который нередко остается за «кадром».
Но, с другой стороны, оперативные сведения, полученные вне процессуальных условий и гарантий, не обладают достоверностью, которая обеспечивает доказательствам уголовно-процессуальный порядок их получения. И в этом смысле дискуссионным является вопрос о нормативном закреплении оперативной информации в системе фактических данных по уголовному делу.
Материалы, полученные в результате использования современных научно-технических средств фиксации информации, могут выступать в уголовном процессе как документы, как вещественные доказательства и как самостоятельный источник доказательств в зависимости от совокупности характерных признаков. Эти материалы вполне могут считаться документами в том смысле, в котором о них говорит закон (ст.123 УПК РК).
Указанные объекты могут выступать в роли самостоятельного источника доказательств. Это относится к случаям, когда такие материалы получены при производстве дознания, предварительного следствия или оперативно-розыскных мероприятий. Они не являются вещественными доказательствами поскольку интересуют нас с точки зрения своего содержания. Их доказательственное значение связано как с особым способом получения, так и особой процессуальной формой, в которую они должны быть обличены.
Представляет интерес, законспирированный характер преступной деятельности организованных криминальных формирований, который представляет борьбу с ними с использованием соответствующих негласных методов. Лишь в этом случае можно достичь желаемого «равенства в оружии». Среди таких негласных методов, имеющих реальную перспективу быть использованными в процессе доказывания, является получение сведений от информатора.
В большинстве правовых государств Запада допустимость такого рода сведений в качестве доказательства признана законом как объективная необходимость. Это относится прежде всего к «беловоротничковой» и организованной преступности, представляющей особую опасность для общества и государства.
Если исходить из зарубежных источников, то под информатором понимается физическое лицо, согласившееся на конфиденциальной основе оказывать содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, от которого как указанные, так и следственные органы могут получить сведения для использования их в качестве доказательств по делу. Что касается последнего положения, то существуют два пути преобразования этой оперативной информации в доказательственную. Первый – это допрос сотрудника таможенного органа о том, что ему сообщил информатор. И второй – допрос самого осведомителя в качестве свидетеля.
Вопрос об использовании предметов и документов, полученных до возбуждения уголовного дела оперативно-розыскным путем, в том числе и в первую очередь фотографий, кинолент, аудио- и видеозаписей, приобретает особую актуальность в условиях борьбы с организованной преступностью.
Успех борьбы немыслим без технического оперативно-розыскного проникновения в преступную среду и обеспечения уже на этой стадии возможности собирания доказательств по уголовному делу. Именно в результате оперативно-розыскных мероприятий, которые на завершающей стадии пресечения преступления все чаще носят характер боевых операций, в руках таможенных органов в подобной обстановке оказываются без надлежащего процессуального оформления оружие, крупные суммы денег, ценности, наркотические средства, различного рода документы и другие материальные объекты, которые являются носителями важной информации вне связи с оперативно-розыскной деятельностью. Они лишь обнаружены и изъяты в процессе этой деятельности, а также аудио- и видеозаписи вместе с документами, составленными работниками таможенных органов по случаю применения соответствующей оперативной техники, например, фиксирующей наблюдение.
Но особую сложность представляет вопрос о возможности использования в уголовно-процессуальном доказывании предметов и документов, полученных в результате проведения негласных, законспирированных оперативно-розыскных мероприятий с использованием конфиденциального сотрудничества и специальной техники, фиксирующей негласное визуальное и аудиовизуальное наблюдение, и связанное с вторжением в область охраняемых Конституцией РК гражданских прав.
Одной из проблем реализации оперативно-розыскной деятельности на практике непосредственно является несовершенство законодательства об оперативно-розыскной деятельности.
Реформирование оперативно-розыскного законодательства необходимо начать с Закона РК «Об оперативно-розыскной деятельности», как нормативно-правового акта, определяющего содержание оперативно-розыскной деятельности.
Следует отдельно остановиться на 3 разделе Закона РК «ОБ оперативно-розыскной деятельности»: Проведение оперативно-розыскных мероприятий. Так в ст. 11 приводится определение и перечень общих и специальных оперативно-розыскных мероприятий. Очень трудно согласиться с законодателем в некоторых аспектах. Так, например, такое мероприятие как внедрение сотрудника таможенного органа в преступную среду не возможно представить без применения этим сотрудником модели поведения, имитирующей преступную деятельность, так как если внедрение не будет сопровождаться имитацией преступной деятельности оно, как правило, будет неэффективным, то есть с его помощью трудно будет получить информацию представляющую оперативный интерес. Следует объединить эти два мероприятия под следующим названием: внедрение сотрудников в преступную среду, с применением модели имитирующей преступную деятельность. Кроме того, данное оперативно-розыскное мероприятие следует отнести к специальным. То же самое касается таких мероприятий, как создание конспиративных предприятий и организаций, обнаружение, негласная фиксация и изъятие следов противоправных деяний, их предварительное обследование. Их также следует отнести к специальных оперативно-розыскным мероприятиям.
Что касается таких оперативно-розыскных мероприятий, как: осуществление оперативного контроля поставок и контрольные закупки, то здесь законодателю, видимо, следует определиться, как более точно назвать эти мероприятия, так как в Законе РК «О наркотических средствах, психотропных веществах, прекурсорах и мерах противодействия их незаконному обороту и злоупотреблению ими» от 10.07.98 эти мероприятия фигурируют, как – Контролируемая поставка (ст. 28 Закона) и Оперативная закупка (ст. 29 Закона).
Рассматривая специальные оперативно-розыскные мероприятия, можно обнаружить, что законодатель предусмотрел два почти идентичных мероприятия: снятие информации с технических каналов связи и снятия информации с технических каналов связи, компьютерных систем и иных технических средств. Хотя второе мероприятие полностью охватывает первое.
При рассмотрении оперативно-розыскных мероприятий нельзя не затронуть условия проведения оперативно-розыскных мероприятий. Поэтому в пункт 4 ст. 12 следует внести изменения: кроме того, что специальные оперативно-розыскные мероприятия осуществляются с санкции прокурора, следует добавить, что данные мероприятия должны проводиться с уведомления суда. Данное изменение позволит улучшить работу по использованию результатов оперативно-розыскных мероприятий в качестве судебных доказательств, поскольку, уведомив суд о проведении специальных оперативно-розыскных мероприятий, можно рассчитывать, что данный суд примет результаты, полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий в качестве доказательств.
Внесенные изменения в Уголовно-процессуальный кодекс РК коснулись ст. 130 «Использование результатов оперативно-розыскной деятельности». Принятые изменения значительно облегчают возможности использования результатов оперативно-розыскной деятельности в уголовном судопроизводстве, однако данная редакция требует уточнения.
Так в пункте 2 ст. 130 указывается, что «фактические данные, непосредственно воспринятые лицом, оказывающим на конфиденциальной основе содействие органом, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, могут быть использованы в качестве доказательств после допроса указанного лица в качестве свидетеля, потерпевшего, подозреваемого (обвиняемого)», это в принципе возможно, но данный пункт необходимо дополнить словами: «только при наличии их письменного согласия». Данное дополнение необходимо, так как в случае допроса лица, сотрудничающего с таможенным органом, возникает возможность, а может быть и необходимость расшифровки конфиденциального сотрудничества, а это в свою очередь возможно при письменном согласии данного лица.
Подводя итоги, следует отметить, что использование результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам, расследуемым таможенными органами, имеет важное значение в борьбе с такими преступлениями как контрабанда, уклонение от уплаты таможенных платежей, незаконное изготовление, приобретение, хранение, перевозка наркотических средств, которые характеризуются серьезной, продуманной работой, а также плановой деятельностью, связанной с уничтожением и сокрытием следов преступления.
Многолетний опыт государств, столкнувшихся с различными формами организованной преступности, говорит о том, что в борьбе с такого рода преступлениями вместе с процессуальными средствами (допросы и другие следственные действия), составляющими основу содержания предварительного расследования, действенными являются оперативно-розыскные мероприятия.
Например, при расследовании преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, информации о преступлении не следует ожидать в виде официального обращения, поскольку нет потерпевших в обычном смысле этого слова. Информация может быть получена из ограниченного круга источников, отличаясь большей или меньшей степенью неполноты сведений об элементах состава преступления. Данные преступления относятся к категории неочевидных, совершаемых в условиях повышенной конспирации, и поэтому необходимую часть расследования составляют оперативно-розыскные мероприятия, такие, как наблюдение, прослушивание телефонных переговоров, контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, оперативное внедрение в преступные группировки, использование при этом необходимых технических средств.
Использование оперативно-розыскной деятельности в расследовании преступлений, относящихся к компетенции таможенных органов, обосновывается еще тем, что при выявлении исполнителей процессуальными средствами, за пределами расследуемого события остаются заказчики преступления; по этой же причине не удается получить информацию об организаторах и руководителях преступной группы.
Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам, расследуемым таможенными органами, может реально помочь полному и объективному установлению фактических обстоятельств преступления, а также обнаружению совершивших его лиц, способствуя усилению борьбы с наиболее опасными преступлениями, связанными с организованной преступностью.
3.2 Пути совершенствования борьбы таможенных органов с контрабандой и правонарушениями в сфере таможенного дела
За совершение правонарушений в сфере таможенного дела законодательством предусмотрены различные виды ответственности: уголовная, административная, дисциплинарная, материальная. В зависимости от степени общественной опасности они отнесены либо к преступлениям, либо проступкам. Таможенные преступления наказываются в соответствии с уголовным законодательством РК, административные проступки – в соответствии с Кодексом об административных правонарушениях. В отличие от преступлений все проступки объединены единым понятием – «нарушение таможенных правил».
Таможенное преступление – это предусмотренное уголовным законом, запрещенное под угрозой применения уголовного наказания общественно опасное виновное противоправное деяние (действие или бездействие), совершенное в сфере таможенного дела, производство дознания, по которому отнесено к компетенции таможенных органов РК.
Уголовный и таможенные кодексы РК предусматривают следующие виды таможенных преступлений:
-
контрабанда;
-
незаконный экспорт технологий, научно-технической информации и услуг, используемых при создании оружия массового уничтожения, вооружения и военной техники;
-
невозвращение на территорию РК предметов художественного, исторического и археологического достояния народов РК и зарубежных стран;
-
уклонение от уплаты таможенных платежей;
невозвращение из-за границы средств в иностранной валюте и другие незаконные валютные операции, и иные деяния с валютными ценностями. 39
Перечисленные составы преступлений, посягая на таможенное дело, в конечном результате наносят ущерб экономической безопасности страны и поэтому меры, применяемые таможенными службами должны как можно больше ликвидировать появление таких правонарушений. Например, для улучшения осуществления таможенного контроля должны применяться технические средства таможенного контроля (ТСТК), т.к. они позволяют обнаруживать в предметы, которые тяжело, например, заметить визуально или же определять радиационный фон груза. ТСТК, используемые в таможенном деле, являются мощным инструментом для оперативной проверки законности перемещаемых через таможенную границу РК товаров, транспортные средства, таможенных документов и оперативного обнаружения тайников, незаконно перевозимых предметов как юридическими, так и физическими лицами. Для лучшей борьбы с контрабандой, правонарушениями в сфере таможенного дела необходимо дать правильное определение этим понятиям. Контрабанда (в редакции УК с изменениями на 1995 г.) имела следующую новую редакцию: «контрабанда, т.е. незаконное перемещение товаров или иных ценностей через государственную или таможенную границу РК помимо или сокрытием от таможенного контроля, либо с обманным использованием таможенных или иных документов». 3
Из приведенных выше формулировок видно, что понятие контрабанды несколько изменилось в сторону защиты экономической сферы, о чем говорят и соответствующий раздел УК «Преступления в сфере экономической деятельности» в отношении экономической контрабанды, и раздел «Преступления против общественной безопасности и общественного порядка» в отношении статьи о контрабанде.
Задача таможенных органов будет зависеть от взаимодействия с теми правоохранительными органами, которые также причастны к расследованию данной категории дел.















