29790 (587086), страница 5

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 5)

Но при любой степени маскировки, и это подтверждено опытом, групповой уровень функционирования информации не исключает индивидуальных интерпретаций фактов. В результате появляется опосредованная информация, которая из «эпицентров» групповой деятельности может прорываться в смежные сферы. Например:

сфера интимных связей лидеров, организаторов и вообще осведомленных об организованной преступной деятельности лиц;

сфера семейно-бытовых, родственных отношений любого из членов преступной организации;

сфера проведения любых видов досуга, в том числе в компаниях заранее подобранных и проверенных людей;

дачного строительства, переоборудования и ремонта квартир, обслуживания личного автотранспорта, приобретения ценных вещей, драгоценностей, дефицитного продовольствия, медицинской помощи.

Таким образом, первым тактическим правилом является детальное изучение всех без исключения сфер общения выявляемых фигурантов независимо оттого, постоянно, длительно или кратковременно их существование.

Каждый из этих вариантов имеет свои преимущества и недостатки. Постоянное общение предполагает замкнутость среды, сложность проникновения в нее. Однако представители этой среды бывают хорошо осведомлены и сами могут стать объектами оперативного интереса. Информация, полученная от них, будет иметь качества, свойственные второму (а может быть, и третьему) уровню опосредования. И это также имеет положительные стороны: чем более удален источник информации от активной преступной деятельности, тем легче маскировать оперативный интерес к преступникам, конспирировать сам источник, проводить оперативные комбинации по вводу новых агентов или оперативных работников в преступные организации,

Кроме того, общение бывает временным, например на отдыхе, в зарубежной поездке. Оно чаще всего не возникает спонтанно: есть время для включения в окружение оперативно проведенного надежного источника информации с перспективой развития временного общения в постоянное или для наблюдения за естественно складывающимися отношениями с целью определения предпочтений проверяемого в ходе новых контактов для последующей работы с ними.

Кратковременные общения могут быть также заранее организованными, если, например, становится известно о потребности фигуранта в том или ином специалисте. И кратковременное общение с заранее подобранным источником позволяет устанавливать весьма интересные факты в потоке обыденной информации. Например, кто в ком, в каких специалистах заинтересован в ближайшее время, какие у него заботы в семье, быту и т.д. Любой факт может иметь локальное, тактическое значение для углубления контактов, но может стать и определенной вехой в познании организованной преступной деятельности.

Многообразие контактов, обусловленное ситуациями жизнедеятельности лиц, составляющих среду организованной преступности, существенно возрастает в условиях гигантских городских агломераций. В теории информации используется такое понятие, как «социальное эхо». Это могут быть отголоски внутригрупповых и межгрупповых конфликтов, особенно столкновений враждующих преступных групп и организаций. Так возникает еще одно тактическое направление: не только улавливание «отголосков», но и их изучение с помощью архивных и текущих оперативно-розыскных материалов. «Отголоски» могут содержать и ценную информацию, и дезинформацию. И то и другое полезно. В частности, дезинформация, исходящая от преступников, — это результат их активности. Любая же активность порождает новые факты, создает условия для достижения новых этапов оперативной осведомленности. Более того, если активности нет, целесообразно применить тактику ее стимулирования. Она не однозначна для разных ситуаций.

Так, в ходе оперативного поиска вначале выделяют местные зоны криминальной активности и зоны вероятного прорыва информации.

А. Среда, где черпаются резервы организованной преступности: неформальные объединения с антиобщественной направленностью; автотранспортные предприятия и предприятия автосервиса; места концентрации ранее судимых, условно освобожденных и условно осужденных.

Б. Среда, где проявляют себя, действуют участники организованных преступных формирований, сообществ: «черный рынок» ценностей, валюты, предметов старины; «черный рынок» автомашин, видеомагнитофонной и компьютерной техники; подпольные игорные заведения; рестораны, кафе, казино, иные увеселительные заведения; магазины с престижными дефицитными товарами.

В. Среда, «обслуживающая» преступников: проститутки; работники и завсегдатаи легальных азартных игр (биллиардные, бега); работники бань, бассейнов, спорткомплексов, кемпингов, пансионатов, охотоугодьев, яхтклубов, гостиниц, туристических организаций, сферы обслуживания авиапассажиров, врачи и другие медработники, работники торговли товарных баз.

Стимулирование активности фигурантов достигается организацией посещения таких мест, формированием интересных компаний и выбором тематики для разговоров.

В ситуации, когда достаточно четко обозначена среда поиска информации, целесообразна тактика пробуждения интереса к личности, идеям, советам, знаниям негласных сотрудников, «полезным» для преступных формирований.

В названных местах фиксируются образ жизни, траты денег, подарки, особенности взаимоотношений, интерес к объектам (разведка), интерес к сотрудникам правоохранительных органов (контрразведка), интерес к конкретным людям (вербовка в организованные преступные формирований).

Пассивное ожидание «потока» полезной информации — антипод оперативно-розыскной тактики. В каждом акте общения заключены информативные, эмоционально-действенные и регулятивные элементы. Регулятивные действия призваны вызвать интерес к общению.

Возьмем привлекательность личности, например информированность. Подобная привлекательность для среды, где может быть получена ценная информация, выявлены ее источники, формируется заранее. В борьбе с организованной преступностью нельзя каждый раз уповать на случай, благодаря которому «вдруг» возникают важные сведения. Необходимо заранее прогнозировать возникновение, продолжение и углубление контактов. Ввод негласного сотрудника в преступную среду — это глубоко продуманная тактическая операция, в которой само знакомство представителей среды, представляющей оперативный интерес, с негласным сотрудником должно оцениваться как их удача, с перспективой получения пользы для преступной группы.

Не исключено стимулирование активности представителей ОПФ с помощью тревожных для них сообщений, которые передаются по разным каналам, в том числе с использованием тактико-психологического анализа внутренних и внешних отношений. Так определяются каналы и источники информации, пользующиеся доверием.

Чем выше для лидеров, активных деятелей преступной организации субъективная значимость тревожной ситуации, тем больше вероятность осознания ее опасности и тем более активны защитные действия. Следует стремиться к наибольшему вкладу «тревожной ситуации» в актуализацию программ активного поведения, которое создает благоприятные условия для перехвата телефонных переговоров, фиксации перемещения денег, ценностей, оружия, сбыта автомашин, выезда из данной местности, иногда физической или юридической ликвидации предприятий. Здесь действует такого рода зависимость: от содержания тревожной информации зависит программа активного поведения, то есть выбор «защитных» вариантов, а в итоге оперативно-тактические возможности документирования, а то и реализации материалов оперативной проверки. Весь процесс получения информации об организованной преступной деятельности включает фиксацию фактов и событий, которые могут: непосредственно указывать на организаторско-преступную деятельность и в этой связи использоваться в доказывании преступной деятельности лидеров;

способствовать тактико-психологическому анализу взаимоотношений в среде лиц, связанных между собой совместной преступной деятельностью, что необходимо для решения многих оперативно-тактических задач;

указывать на латентные преступления, а следовательно, на ранее неизвестных потерпевших, очевидцев и непосредственных исполнителей преступлений.

Заметим, что в борьбе с организованной преступностью получение сведений о ранее неизвестных преступлениях — весьма значимый фактор для решения типичных задач, в которых известны участники организованной преступной деятельности, известно, что они располагают подчас значительными средствами, известно, что они совершают «какие-то преступления», но не известны сами эти преступления.

Часто именно обнаружение фактов совершения преступлений конкретными лицами, состоящими в преступных формированиях, дает ключ к конкретизации оперативных проверок.

В оперативно-розыскной тактике борьбы с организованной преступностью обостряются проблемы наступательности, полноты, объективности сбора информации и особенно конспирации, т.е. реализации важнейших принципов оперативно-розыскной деятельности.

Если традиционные тактические рекомендации чаще всего строятся на основе исследования механизма развития преступного поведения, способов совершения преступлений, типологии преступников, то в борьбе с организованной преступностью учитываются иные факторы: дислокация основных позиций, занятых лицами, входящими в преступные формирования, их социальное положение, деловые, служебные, политизированные связи на разных уровнях, в различных ведомствах. Моделируются не типичные ситуации совершения преступлений (эти проблемы тактики достаточно полно решены), а вероятные ситуации противоборства, прогнозируются возможные «ходы» представителей преступных формирований, их покровителей. Эти модели и прогнозы приводят к выводам о необходимости, образно говоря, «двойной» конспирации для достаточно длительной зашифровки оперативного интереса не только к лидерам, но и к второстепенным деятелям преступных формирований.

Естественно, такие условия оператизно-розыскной деятельности требуют новых тактических решений при работе в сфере преступных формирований в окружении входящих в них лиц.

Принцип полноты информации в борьбе с организованной преступностью реализуется путем широкого охвата всех возможных видов документов, в которых отражены события, казалось бы, непосредственно не относящиеся к преступной деятельности. Поэтому необходимо иное отношение к учетам как средству оперативно-розыскной деятельности. Имеется в виду не только выход за временные и территориальные параметры, то есть обращение к архивам, учетам других служб и органов внутренних дел, но и выход за ведомственные рамки. В этом отношении поучителен опыт ФБР США, где активно используются сведения на граждан, сосредоточенные в канцеляриях концернов и фирм, страховых компаниях, совместных с иностранцами предприятиях, делах о разделе имущества и оспариванни наследства.

По мере углубления экономических преобразований в России появляются новые варианты документального отражения многих событий, знание которых может быть полезным в документировании, изучении биографий проверяемых лиц, получении их личностных характеристик. Традиционными источниками такой информации являются материалы кадровых аппаратов предприятий, учреждений и учебных заведений, военкоматов, данные учета оружия, охотников, автомотосредств, регистрации нотариальных контор, адвокатур, судебных коллегий по гражданским делам и т.д. Появляются новые документы: регистрации малых и совместных предприятий, фондов, акционерных обществ, финансовых компаний, оформления арендных отношений и др. Все это должно включаться в объекты изучения информации.

Особое внимание должно быть уделено учету информации о правонарушениях тех участников организованной преступности, квалификация действий которых (например имеющиеся признаки подстрекательства) встречает затруднения. В архивных, уголовных и оперативных делах, «отказных материалах», в материалах об административных правонарушениях как раз и могут быть обнаружены факты подстрекательства, укрывательства недоносительства, которые в свое время не получили должной юридической оценки, так как исследовались изолированно, не в контексте вскрытой позже организованной преступной деятельности.

Аналогичный «поворот» могут получить ранее зафиксированные и оставленные без реагирования угрозы убийства, изнасилования (покушения), побои, истязания, причинение телесных повреждений, хранение и изготовление оружия, боеприпасов, наркотиков и другие «побочные» преступления. Насильственные действия могут оказаться элементами устрашения, расправы за нарушение правил преступной среды, принуждения «непослушных» к совершению преступлений. Подделка и подлог документов могут быть элементами реализации более опасных преступных планов или входить в технологию крупного мошенничества, хищений, легализации преступников, действующих под чужим именем.

Как уже отмечено, полнота сбора информации об организованной преступности достигается применением средств оперативной техники для негласной аудио- и видеозаписи по возможности во всех местах, где может возникнуть информация, представляющая оперативный интерес. Причем в оперативно-розыскной деятельности с таким противоборствующим «противником», как участники организованной преступной деятельности, трудно заранее предположить, каково содержание вероятно ценной информации.

Полезными для тактики и последующего доказывания могут оказаться любые факты: встречи с ранее известными и ранее неизвестными лицами (досуговые, деловые, интимные), приобретение ценностей, оружия, валюты, передача документов, денег, посылок, посещение притонов разной окраски и поведение в них и т.д.

Характеристики

Список файлов ВКР