Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 7)

Лицо, причинившее вред, освобождается от его возме­щения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Между тем материалы дела свидетельствуют о том, что причинная связь между действиями коммерческого банка «Пермь-Аверс» и наступившим вредом, а также размеры причиненного вреда, не установлены.

В связи с изложенным Президиум Высшего Арбитраж­ного Суда Российской Федерации отменил решение ар­битражного суда, удовлетворившего исковые требования и направил дело на новое рассмотрение³⁰.

Убытки потерпевшему собственнику возмещаются в полном объеме. Законодатель в статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации поясняет, что понимается под убытками:

• расходы, которые лицо, чье право нару­шено, произвело или должно будет произвести для вос­становления нарушенного права;

• утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб);

• неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Кроме того, если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытка­ми упущенной выгоды в размере, не меньшем, чем такие доходы.

Также необходимо помнить три условия, заложенные в современную теорию гражданско-правовой ответствен­ности:

• предположение о виновности причинителя вреда, если не представлено доказательств о вине третьих лиц;

• причинивший вред освобождается от его возмеще­ния, если докажет, что вред причинен не по его вине;

• в случаях, предусмотренных законом, возмещению подлежит и вред, причиненный правомерными действия­ми.

Возмещение убытков, как правило, имеет место при невозможности восстановления нарушенного права собственности в натуре по различным причинам (отсутствие подобной вещи, невозможность исправления поврежденной вещи и т.п.) Поэтому убытки возмещаются в денежной форме. Однако и здесь основанием возмещения служит факт нарушения права собственности, а денежная сумма, составляющая возмещаемые убытки, поступает в собственность потерпевшего.

Иски и возврате неосновательно полученного или сбережённого имущества. Гражданским законодательством предусмотрено, что если лицо, которое без достаточных оснований, установ­ленных законом, иными правовыми актами или сделкой, приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, оно обязано возвратить последнему неосновательно при­обретенное или сбереженное имущество (ч.1 ст.1102 ГК РФ). Ус­тановленное правило характеризуется универсальностью для защиты интересов собственника как при утрате им владения имуществом и незаконном владении имуществом третьими лицами, так и при требованиях стороны в обя­зательстве к другой стороне о возврате исполненного в связи с обязательством, при реституции, вызванной по­следствиями недействительности сделки и при возмеще­нии вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица. В каждой из перечисленных ситуаций собственник защищает свои интересы путём предъявления соответствующего иска: виндикационного, иска о возврате вещей, предоставленных в пользо­вание по договору, о применении последствий недействи­тельности сделки либо о возмещении причиненного вре­да. Однако практика знает ситуации, когда утрата соб­ственности произошла не в результате обстоятельств, пе­речисленных выше, а как следствие недоразумения или ошибки. При этом действия приобретателя имущества не характеризуются с точки зрения правомерности или не­правомерности. Как правило, приобретатель в этих случа­ях не совершает вообще никаких действий. Наиболее ти­пичным примером тому может быть приобретение денеж­ных средств в результате ошибки при банковском пере­числении денег. Банк совершает ошибку при перечисле­нии и деньги переводятся на счет лица, которое не имеет отношения к плательщику. При этом не имеет значения, то ли ошибочное перечисление произошло по вине работ­ников банка, то ли в результате ошибки того лица, кото­рое перечисляет деньги. Важен результат: зачисление денег третьему лицу, которое в результате этого обога­щается за счет третьего лица без достаточного юридичес­кого основания. В этом случае возмещение убытков по­терпевшего собственника возможно путем предъявления иска о возврате неосновательного обогащения.

В практике работы Высшего Арбитражного Суда Рос­сийской Федерации было дело, которое можно назвать характерным для данного рода исков.

Новомосковский родильный дом обратился в арбитраж­ный суд с иском о взыскании с СП «Ауто-Съюче-Инструменте» или коммерческого банка «Менатеп» 8 миллионов рублей, которые истец ошибочно перечислил на расчет­ный счет совместного предприятия. Решением арбитражного суда г.Москвы в иске к банку «Менатеп» отказано, а в отношении совместного предпри­ятия производство по делу было прекращено (дело № 5100/95).

По протесту заместителя Председателя Высшего Ар­битражного Суда Российской Федерации Президиум Выс­шего Арбитражного Суда Российской Федерации реше­ние арбитражного суда отменил, а дело направил на но­вое рассмотрение в связи со следующим.

В соответствии со статьей 133 Основ гражданского за­конодательства лицо, которое без установленных законо­дательством или сделкой оснований приобрело имущество за счет другого, обязано возвратить последнему неосно­вательно полученное имущество. В исковом заявлении истец указал, что счет совместного предприятия №345224 закрыт в банке «Менатеп» 27.04.94, а само предприятие реорганизовано. Учитывая сообщение банка о зачислении денежных средств на счет совместного предприятия 28.06.94 и 14.07.94, истец считает, что счет был закрыт раньше, чем на него зачислялись денежные средства. По­этому нельзя исключить, что эти средства остались на корреспондентском счете КБ «Менатеп» и неоснователь­но удерживаются им.

Банк ни в ответе на претензию, ни в отзыве на иск утверждение истца не опроверг, однако не объяснил при­чину зачисления спорной суммы на закрытый счет кли­ента. Суд первой инстанции эти обстоятельства не проверил и, таким образом, вынес решение об отказе в иске к банку по недостаточно исследованным материалам дела. При новом рассмотрении дела суду необходимо затребовать от банка документы о времени и основаниях закрытия счета совместного предприятия, а также, учитывая, что в настоящее время арбитражному суду подведомственны споры с участием организации с иностранными инвести­циями, проверить доводы истца о ликвидации совместно­го предприятия «Ауто-Съюче-Инструменте» ³¹.

Подчеркивая необходимость проверки доводов истца о неосновательном удержании его денег банком, Президи­ум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации исходит из того, что в случае подтверждения этого факта возникнет необходимость защиты прав собственника, по­терпевшего ущерб и требующего его возмещения в форме возврата неосновательно полученного имущества.

Закон предусматривает как возвращение неоснователь­ного обогащения в натуре, так и возмещение стоимости неосновательного обогащения. По общему правилу иму­щество, составляющее неосновательное обогащение при­обретателя, должно быть возвращено потерпевшему в натуре (ч.1 ст.1104 ГК РФ). В том случае, если невозможно воз­вратить в натуре неосновательно полученное или сбере­жённое имущество приобретатель должен возместить по­терпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения (ч.1 ст.1105 ГК РФ).

Иные гражданско-правовые способы защиты права собственности.

Самозащита гражданских прав.

С 1 января 1995 г. введена в действие часть первая Гражданского кодекса Российской Федерации. Самозащита граж­данских прав - совершенно новая правовая норма, предусматривает защиту прав без обращения в суд (ст.14 ГК РФ).

Под самозащитой гражданских прав понимается совер­шение управомоченным лицом не запрещенных законом действий фактического порядка, направленных на охрану его личных или имущественных прав и интересов³².

Рассмотрение ее возможно лишь после усвоения неко­торых основополагающих принципов гражданского законодательства. Так, ст.13 ГК РФ перечисляет пути, по которым можно защищать гражданские права, и одним из таких способов названа самозащита. Самозащита права логически вытекает из принципа диспозитивности, провозглашенного в ст.9 ГК РФ, в п.1 которой сказано: «Граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права».

Законодатель определяет право на самозащиту в общих чертах, не пытаясь его детализировать. «Способы самозащиты должны быть соразмерны нарушению и не выходить за пределы действий, необходимых для его пресечения» (ст.14 ГК РФ). Тем са­мым, самозащита гражданских прав может осуществляться разными путями, начиная с простого удержания вещи и кончая активными действиями вплоть до применения насилия. Перечислить и классифицировать все способы вряд ли возможно. Да в этом и нет необходимости. Главное - наличие юридического состава, т.е. совокупности юридических фактов, как порождающих право на осуществление самозащиты, так и определяющих ее соразмерность. Однако этот вопрос нельзя рассматривать, опираясь только на положения ст.14 ГК РФ, в отрыве от некоторых других норм гражданского и иного законодательства.

Одним из главных условий для применения самозащиты является нарушение конкретного гражданского права, предусмотренного ст.8 ГК РФ. Во-вторых, необходимость пресечь это нарушение. Третье условие - соразмерность принятых мер характеру нарушения; они не должны выходить за пределы действий, необходимых для пресечения нарушений права. Как основания для осуществления самозащиты, так и ее пределы нельзя ставить в зависимость только от злонамеренной воли нарушителя права. Так, ст.10 ГК РФ, определяя пределы осуществления гражданских прав, формулирует общее правило этой злонамеренности, указы­вая, что не допускаются действия граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в любых формах. В частности, недопустимо использование таких мер охраны имущества, которые опасны для жизни и здоровья окружающих. Известен случай, когда собственник дачи огородил свой участок колючей проволо­кой, пропустив через ограду электрический ток. В другом слу­чае владелец автомобиля так пристроил в гараже ружье, что вор при открывании двери должен был получить выстрел в ноги, причем первым пострадавшим оказался сам автор такого «изобретения» ³³.

Недопустимость подобного рода «охранных» средств очевидна, так как они направлены не только на охрану имущества, но и на причинение вреда лицу, которое может вступить в контакт с такого рода сооружениями даже по неосторожности. Из этого следует, что управомоченный субъект вправе использовать лишь такие меры самозащиты, которые не ущемляют прав и законных интересов других лиц. Это означает, что любое пося­гательство на право, совершенное умышленно, безусловно, порождает право на применение только соразмерных способов самозащиты.

Правоохранительным органам приходится все чаще встречаться с осуществлением самозащиты, что требует нового уровня правового мышления для правильной юридической оценки многообразия возникающих ситуаций.

Так, гражданка обратилась в прокуратуру с жалобой на якобы самоуправные действия, выразившиеся в ее принудительном выселении из квартиры. При проверке оказалось, что имелось вступившее в законную силу решение суда по гражданскому делу о выселении заявительницы из квартиры, которое она не спешила исполнить. Тогда истица в отсутствие ответчи­цы вынесла ее вещи в безопасное место. При этом какого-либо имущественного ущерба причинено не было. Действия истицы, отчаявшейся в ожидании исполнения судебного решения, были правомерны и соответствовали требованиям ст.14 ГК РФ³⁴. В другом случае гражданин получил ордер на квартиру, но еще не вселился, жилое помещение было занято посторонним лицом. Гражданин осуществил принудительное выселение самовольщика. В данной ситуации также была осуществлена самозащита имевшегося и нарушенного права на жилище. Следующий пример: безрезультатно, в течение двух лет К. ожидал от С. исполнения вступившего в законную силу судебного решения, в соответствии с которым ответчик обязан был передвинуть изгородь и устранить препят­ствия в пользовании земельным участком. Тогда К. с помощью знакомых принудительно перенес изгородь. Действия его право­мерны. Еще один случай: разведенные супруги живут порознь, жена удерживает в квартире, оставшейся за ней, имущество суп­ругов. В отсутствие жены муж проникает в квартиру и забирает в счет своей доли часть имущества. Безусловно, в возбуждении уголовного дола отказано, поскольку действия мужа не выходят за пределы самозащиты.

Нетрудно заметить, что в аспекте самозащиты гражданских прав во многом теряет свой первоначальный смысл ны­нешняя редакция ст.200 УК РФ, предусматривающая уголовную ответственность за самоуправство. Согласно диспозиции этой статьи, уголовно наказуемым самоуправством является самоволь­ное, с нарушением установленного законом порядка, осуществле­ние своего действительного или предполагаемого права, причи­нившее существенный вред гражданам либо государственным или общественным организациям. Очевидно, что из законодательного определения этого состава выпадает такое важнейшее звено, как дефиниция самого самоуправства, предполагающая осуществление своего действительного права с нарушением установленного законом порядка, ибо теперь в условиях существования права на самозащиту такого твердо установленного порядка больше не существует. На этом основании рассматривать другие признаки данного состава преступления не имеет смысла. Представляется, что и вопрос о возмещении материального ущерба при осуществлении самозащиты должен решаться в порядке граж­данского судопроизводства. Думается, что наступление уголов­ной ответственности за самоуправство полезно в новом уголов­ном законодательстве увязывать с заведомо незаконным наруше­нием чужого права, если это повлекло причинение значительного ущерба гражданам и юридическим лицам. Конечно, это один из общих признаков самоуправства, и он может применяться в слу­чаях отсутствия специальной нормы, предусматривающей правовой запрет. Вторым признаком самоуправства может стать такая самозащита, когда действия явно выходят за пределы необходимых для пресечения нарушения права, если это причинило значительный ущерб. Наконец, третий немаловажный признак - это способы самозащиты. Они не только не должны быть порочными с точки зрения действующего законодательства, основной критерий - со­размерность действий. Явная несоразмер­ность способов самозащиты, повлекшая причинение значитель­ного вреда, может быть отнесена к самоуправству. На практи­ке чаще стали встречаться ситуации, когда неправомерные дей­ствия одних обуславливают еще более неправомерные действия других. Например, различного рода «выколачивание» действительных долгов с применением силы. Подобные действия весьма распространены, и всегда встает вопрос об их отграничении от вымогательства. Там, где они сопряжены с незаконным лишением свободы, похищением человека, захватом заложников, сомнений в правомерности привлечения к уголовной ответственности виновных не наступает. Бывают же случаи, когда отдельные и весьма общественно опасные действия виновных не получают должной и всесторонней юридической оценки при квалификации по этим составам, например, требование возвращение долга под угрозой применения насилия. Эти действия далеко не безобидны.

Думается, что состав уголовно-наказуемого самоуправства тре­бует дальнейшего развития уголовного законодательства путем введения в него квалифицированных составов, таких как применение или угроза применения насилия, кроме указанных в ст.ст.13, 14 УК РФ. Логическим завершением такого развития было бы введение особо квалифицированного состава самоуправства, обязательным признаком которого могло стать наступление тяж­ких последствий.

Характеристики

Список файлов ВКР