27192 (586769), страница 10
Текст из файла (страница 10)
В том случае, если собственник выступает в суде как таковой (обычно тогда, когда иные схемы защиты исключены в силу тех или иных причин), а не как владелец или сторона в обязательстве (к примеру, вчинив иск съемщику, не желающему освобождать занимаемую жилплощадь по окончании срока договора жилищного найма), собственник обязан прибегнуть к помощи иска, известного римскому праву как «иск об истребовании вещи». Подобный иск не известен общему праву, использующему исключительно владельческие иски. При этом этот иск является парадигмой абсолютного по своей природе права собственности и общей обязанности всех несобственников воздерживаться от завладения данным имуществом без согласия на то его собственника. Теоретический интерес к этому иску обусловлен не столько практической пользой, сколько именно этой его природой.
Своими корнями данный иск уходит в римское право. Однако в процессе эволюции западного права он вошел в соприкосновение с исками раннегерманского обычного права, охранявшими правомочие владения. Конечно, чем более принятая в германо-франкском праве защита владения приравнивается к праву собственности (как это имеет место во Франции в отношении движимого имущества), тем менее значимым становится «иск об истребовании вещи». Одновременно триумф франкского понятия иска охранявшего правомочие владения объясняет отсутствие вещных исков в мире общего права, равно как и радикальное различие между нормами, регулирующими отношения по поводу движимого и недвижимого имущества в гражданском праве. В следующем разделе мы подробно разберем нормы, касающиеся недвижимости, поскольку движимое имущество уже было нами рассмотрено выше. Из всех действующих кодексов лишь во французском отсутствует отдельная глава, посвященная защите имущественных прав в целом и «иск об истребовании вещи» в частности. Тем не менее юридическая наука и правосудие всегда действовали так, как если бы этот иск был нормативно закреплен, ссылаясь на то, что он-де автоматически следует из самого определения права собственности, но при этом выстраивая его по образцу франкских кутюмов (писаного обычного права Северной Франции). Следствием отсутствия в кодексе этого специфического института является конвергенция французского права и англо-американского общего права в том, что доказывание права собственности превращается в упражнение на выявление наилучшего владельческого титула между участниками конфликта.
Германское гражданское уложение кодифицирует общее правомочие собственника на возвращение имущества от владельца. Современное германское право следует римской традиции и требует абсолютного доказательства права собственности. Оно не удовлетворяет представлением фактов, свидетельствующих о более убедительном правоосновании владения. То же справедливо и в отношении итальянской правовой системы, которая в ст. 948 ИКГ оговаривает необходимость для истца представить всеобъемлющее свидетельство в пользу его права собственности. В отсутствие столь надежного инструмента регистрации поземельных собственников, каким являются в германии ипотечные книги, каждая запись в которых является подтверждением права собственности, бремя доказывания сопряжено с особенными трудностями. Строго говоря, право собственности может быть подтверждено не иначе, как через представление фактов, свидетельствующих о « первоначальности его приобретения. Всякое производное приобретение, т.е. любой титул, полученный в результате передачи права собственности от одного лица другому, недостаточно для доказательства права собственности. Как нам уже известно, возможен вариант, при котором передача права собственности может исходить от несобственника, который неправомочен передавать титул, принадлежащий другому лицу. Вследствие этого всякий, кто намерен представить окончательное свидетельство о своем праве собственности на имущество, обязан проследить всю цепочку передач вплоть до первоначального возникновения права собственности. Конечно же, это не означает возврата ко времени Адама и Евы. Достаточно будет проследить историю перехода прав на протяжении всего периода противопоставленного владения (а это срок, как мы знаем, в различных правовых системах колеблется от двадцати до тридцати лет). В силу тяжкого бремени, налагаемого на истца доказательством данного рода, последнее получило у юристов название «дьявольского».
Общие принципы организации виндикационного производства могут быть сведены к следующему. Если кто-либо пытается подменить собственника в осуществлении физического контроля над имуществом, собственник вправе искать в суде против посягающего на его право на предмет признания за ним права собственности и восстановления во владении. Иными словами, восстановление во владении является лишь побочным следствием юридического признания права собственности, хотя именно этот конечный результат и преследуется всяким истцом. Обременительный механизм не преследует одну только цель наказать истца, и без того имеющего обширную правовую защиту. Абсолютное по своему характеру и автоматически обуславливающее ряд следствий юридическое признание права собственности действительно требует наличия механизма гарантий от того, что третья сторона, не являющаяся ни истцом, ни ответчиком в деле, не окажется истинным собственником имущества. Этого можно достичь несколькими способами (один из которых предусматривает организацию надежной регистрации земельных собственников), а обременительный механизм, в свою очередь, является мерой приватизации издержек одной организационной потребности. Конечно, судебное толкование должно иметь в виду цель столь высокой требовательности к доказательствам права собственности. Даже в Италии, где традиция обременительного механизма довольно равностно соблюдается судами, на практике часто имеет место применение системы наилучшего правооснования, если и истец, и ответчик настаивают на приобретении титула собственника от одного и того же лица. Во всяком случае, когда известно, что собственником является кто-то один из двоих тяжущихся, истец или ответчик, строгое следование обременительного механизма предоставляется излишним педантизмом и расточением властных полномочий со стороны судебной бюрократии.
Иск о защите владельческого титула может применяться собственником против всякого, кто физически обладает его имуществом. Если с принятие иска к производству ответчик прекратил владение имуществом иначе, чем возвратив его собственнику, последний вправе в дальнейшем искать против всякого приобретателя. Очевидно, здесь могут возникнуть две гипотетические ситуации. В первой - вещь передается третьей стороне. Если нормы, призванные урегулировать эту ситуацию в случае движимого имущества (добросовестность действий третьей стороны и т.п.), были нами рассмотрены выше, то действующий в отношении недвижимого имущества принцип, в силу недвижимости земли (и других объектов недвижимости), всего призван избавить истца от необходимости заново инициировать исковое производство против нового владельца его имущества. Технически отличным является другой случай, когда владение не может быть восстановлено, поскольку объект имущественного права уничтожен. Здесь право встает перед альтернативным выбором, причем каждый из вариантов предусматривает меры судебного воздействия по отношению к ответчику: будь то принудительное восстановление собственности или возмещение убытков. Что касается последнего, как способа вещно-правовой защиты, оно будет рассмотрено далее в этой же главе.
Еще одним иском, происходящим из римского права, является негаторное производство, которое инициируется истцом при посягательстве на его имущественные права иначе чем через лишение владения. Негаторный иск также не бы кодифицирован Наполеоном, однако французские комментаторы и правосудие допускают его, не усматривая каких бы то ни было трудностей в данном вопросе. Этот иск можно считать парадигмой сферы суверенной власти, коей право наделяет собственника в отношении его имущества. В наши дни негаторное производство закреплено во всех относительно современных кодексах, включая австрийский, германский и итальянский.
Негаторный иск применяется для защиты не только права собственности, но и других вещных прав, например, сервитута. В действительности, в римском праве негаторный иск назывался, т.е. иск, предоставляемый собственнику для отклонения сервитутного обременения его права собственности. Иными словами, гражданско-правовая традиция с самого начала закрепила представление о том, что всякая деятельность, вступающая в конфликт с осуществлением права собственности, структурно аналогична обременению этого права собственности сервитутом, так что всякий собственник, желающий защитить спокойное осуществление своего субъективного имущественного права должен по суду оспорить существование такого обременения. Для примера возьмем ситуацию, в которой ваш сосед при парковании своего автомобиля в гараж регулярно заезжает на дорожку, ведущую к вашему дому. Его действия нарушают спокойное осуществление вами своего имущественного права, что равнозначно обременению вас сервитутом. В самом деле, признай за ним правосудие подобное право, и он уже не будет нарушать ваше владение, но всего лишь осуществлять свое имущественное право (сервитут проезда). С учетом структурной обратимости можно представить себе развитие этой ситуации по двум сценариям. В одном случае вы можете искать в суде против соседа на предмет отклонения его притязаний на существование сервитута. В другом случае истцом может выступать ваш сосед, требующий признания за ним сервитута (вещного права), управомочивающего его на проезд по вашей территории, с вытекающим из этого запретом на возведение вами ограды в данном месте. В конце концов, негаторный иск распался на два вида негаторного производства: то, которое призвано защитить право собственности, и то, которое имеет целью защиту сервитута. В наиболее четкой форме идея этой обратимости нашла свое выражение в ст.523 Австрийского гражданского кодекса, согласно которой « в отношении сервитутов возможны два иска: один, направленный против собственника в защиту сервитута, и другой, в защиту собственника направленный против всякого, претендующего на сервитут». Германское и Итальянское право фиксируют наличие этих двух разновидностей негаторного иска в отдельных положениях своих кодексов.
Что же до обширной природы негаторного иска, как парадигмы вещной защиты в странах гражданского права, наиболее четкое и простое положение на сей счет может быть найдено в германском гражданском законодательстве. Так, в случае нарушения права собственности, отличного от лишения владения или отказа в реституции, собственник вправе требовать от лица, причиняющего ему помехи в осуществлении права, прекращения нарушения. Если же есть основания ожидать повторного нарушения, собственник вправе требовать установления судебного запрета на совершение подобных действий в будущем». Итальянское право, несмотря на формулировку ст. 949 (и связанной с ней ст. 1079) ИГК, также свидетельствует в пользу активной природы негаторного иска, который обеспечивает эффективную защиту от всякого рода посягательств на субъективное имущественное право индивидов как фактически, так и по закону.
Нижеприведенная типология средств защиты основывается на гражданско-правовом понятии негаторного иска. Во-первых, собственник охраняется не только от фактического вреда, но и от риска причинения такового. Для того, чтобы искать по суду защиты, достаточно уже одного опасения, что субъективное имущественное право может быть нарушено. Такая защита в гражданском праве предоставляется в силу действия ряда нормативных положений, отчасти также берущих свои корни в римском праве. Они заслуживают отдельного рассмотрения. Негаторный же иск может рассматриваться как синтез подобных положений, поскольку защищает субъективное имущественное право от всякого рода юридически значимых рисков, - какой бы ни была их природа - которые оказывают воздействие на ценностный аспект собственности.
В орбиту негаторного производства попадает и деклараторный, или установительный, иск, имеющий целью выяснение мнения суда по данному аспекту того или иного имущественного права. Подобное мнение суда о границах имущественного права призвано быть окончательным, действующим в отношении всех и каждого, направленным к недопущению возможного нарушения права вследствие нечеткого разделения имущественных сфер разных собственников. Собственник может проявить интерес к тому, чтобы заранее, еще до того, как вчинить иск и понести соответствующие судебные издержки, узнать, имеет ли его сосед законное право на то, чтобы заезжать на автомобиле на принадлежащую ему территорию, или нет. Данный иск преследует цель привнесения в имущественное право ясности и определенности, что является одним из ценных его аспектов. И вновь, в различных национально-правовых системах, принадлежащих цивилистической традиции, этой функции негаторного производства сопутствуют разного рода специальные иски, направленные на уточнение физических границ собственности. И опять же ничто не ограничивает деклораторный иск с точки зрения физических пределов имущественного права, и, таким образом, негаторное исковое производство служит парадигмой данного правомочия собственника.
Негаторный иск также включает запретительные меры защиты от длящегося нарушения имущественного права. Подобная защита может быть предоставлена как мера пресечения всякого рода длящихся помех в осуществлении имущественного права. Вам, к примеру, захочется прекратить практику паркования соседом своей машины на проезде, ведущем к вашему дому, или вам захочется вменить ему в обязанность прекратить выбросы дыма в сторону вашего участка. Сосед может пожелать сделать то же самое в отношении вас с учетом лежащего в основе конфликта соперничества за обладание ограниченным ресурсами. Данный аспект свидетельствует о том, что природу данного иска можно постигнуть исключительно в связи с рядом других нормативных положений, наиболее важным из которых являются нормы, призванные урегулировать так называемую зловредность и составляющие исключение из рассматриваемого правила. Тем не менее важно помнить о том, что в отсутствие каких либо особенных причин, ограничивающих предоставление полной защиты субъективному имущественному праву, полная защита, парадигмой которой является негаторное исковое производство, Есть правило, а применение норм юридической ответственности - лишь исключение из него. И конечно же, правовое урегулирование зловредности требует отдельного рассмотрения.
В заключение важно отметить, что негаторный иск сохраняет главенствующее положение так же и в том случае, когда недостаточно только лишь предупредить в будущем действия, затрагивающие субъективное имущественное право. Возмещение убытков и средства защиты, направленные к специфическому восстановлению статус-кво (например, устранение посягательства на границы собственности), также охватываются понятием негаторного искового производства. Как мы уже имели возможность убедиться, их эффективность может быть снижена в силу особенностей той или иной машины правосудия, равно как и по причине, имеющей в большей степени доктринальный характер разноголосицы по поводу возмещения убытков как меры вещно-правовой защиты и как института деликатного права, о чем пойдет ниже.
Практическое применение общего принципа полной защиты субъективного имущественного права, каковую предполагает негаторный иск, требует отдельного рассмотрения.
5.7 Возмещение убытков
Таким образом, подведена чёрта под характеристикой судебной защиты субъективного права собственника. Право собственности требует защиты от возможных рисков (например, в гражданско-правовой традиции — негаторный иск и иные зафиксированные в кодексах ряда стран специальные иски в защиту от возможного риска; в общем праве - иск о нарушении владения и промежуточный приказ суда и т.п.). Право собственности требует защиты от неопределенности (в гражданском праве, к примеру, это будут деклараторные иски, как формально закрепленные кодексами во Франции и Италии, так и предоставляемые германскими судами в силу толкования негаторного или виндикационнрго исков; в общем праве - деклараторное решение. Право собственности требует возврата владения, коль скоро собственник лишился такового (например, виндикационный иск в гражданском праве; иски о восстановлении владения недвижимостью и о присвоении движимого имущества - в общем праве).
Если отбросить в сторону издержки и неудобства, связанные с необходимостью проведения судебного разбирательства в защиту субъективного имущественного права, подобная защита позволяет, по крайней мере в теории, вернуть вещи собственнику в их первозданном виде. Действие фактора риска или притязание на наличие сервитута прекращается. Владение возвращается. Проблема, однако же, состоит в том, что в реальной жизни причиненные неудобства и вред могут быть куда более существенными. Более того могут иметь место такие ситуации, в которых противоправные действия ответчика в силу самых разнообразных причин уже причинили имуществу истца непоправимый вред. К примеру, после того как вы лишились владения своим загородным имением в Тоскане, была разрушена уникальная часовня постройки XVII в., расписанная рукой гениального Караваджо. Или в результате крайне шумной производственной деятельности на соседнем участке в стене вашего дома образовались трещины или начался падеж поголовья ваших кроликов и цыплят. Обручальное кольцо, подаренное вашей матерью, после утраты вами владения им, могло быть продано на открытых торгах добросовестному покупателю, который, таким образом, приобрел право собственности на него; в результате кольцо не может быть возвращено вам.
В каждом из перечисленных случаев единственным выходом для правовой системы станет ретроспективный анализ ситуации с применением средств защиты, который имеет целью восстановление статус-кво, насколько это возможно. В известных случаях, как, например, в тех, что были рассмотрены в предыдущем разделе, можно будет обязать ответчика к исправлению ситуации, возникшей в результате его противоправных действий (например, снести противоправно возведенную им стену или ликвидировать трещины в фундаменте вашего дома). В ряде других случаев восстановление статус-кво либо просто невозможно (например, в случае с фресками Караваджо), либо неподвластно ответчику (право собственности на обручальное кольцо вашей матери принадлежит уже третьей стороне), либо, наконец, чревато столь высокими издержками, что было бы несправедливым по отношению к ответчику и расточительным для всего общества (например, поиски обручального кольца вашей матери, которое оказавшись в чужих руках, выпало за борт корабля посреди океана; восстановление с помощью высоких технологий уничтоженного в результате утраты владения рисунка вашей шестилетней дочери Клары, который не имеет совершенно никакой рыночной ценности, но крайне дорог вам лично).
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
