26741 (586681), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Такого рода негативные последствия весьма часто становятся следствием незаконного уголовного преследования, однако доказать наличие причинно-следственной связи между привлечением к уголовной ответственности и появившимся или обострившимся заболеванием достаточно сложно, а в ряде случаев - невозможно, что становится еще одним препятствием для возмещения реабилитированному лицу причиненного ему имущественного вреда в полном объеме, как требует закон (ст. 135 УПК РФ, п. 1 ст. 1070 ГК РФ).
Требование о возмещении имущественного вреда может быть заявлено не только реабилитированным, а также лицом, незаконно подвергнутым мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу, но и законным представителем реабилитированного в случае, когда сам реабилитированный по каким-либо причинам не использует предоставленного ему права (ч. 3 ст. 135 УПК).
Реабилитированный в течение трех лет (ст. 196 ГК РФ) со дня получения копии приговора, определения, постановления о прекращении дела и извещения о порядке возмещения вреда вправе обратиться с требованием об определении размера подлежащих выплате денежных сумм (ч. 2 ст. 135 УПК).
Такое требование направляется: при оправдательном приговоре, определении, постановлении суда о прекращении уголовного дела - в суд, вынесший данное решение; при прекращении уголовного дела на досудебном производстве - соответственно в орган дознания, орган предварительного следствия, прокуратуру; при отмене или изменении незаконного или необоснованного решения - в орган, принявший такое решение; при прекращении уголовного дела или изменении приговора вышестоящим судом - в суд, постановивший приговор.
Судья, прокурор, следователь или дознаватель в течение месяца со дня поступления требования определяет размер ущерба (истребует документы, в том числе уголовное дело, производит расчеты) и выносит постановление о производстве выплат в возмещение реабилитированному имущественного вреда (приложение 143 к ст. 476 УПК). В постановлении со ссылкой на документы приводится расчет и сумма возмещения. Все требования заявителя должны быть рассмотрены и в принятом решении указано, в какой части необходимо возместить вред, а в какой - отказать в возмещении.0
Для рассмотрения судьей требований о возмещении имущественного вреда применяется порядок, установленный законом для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора (ч. 5 ст. 135 УПК).
Копия постановления, заверенная гербовой печатью, не позднее трех суток вручается (направляется по почте или выдается на руки) реабилитированному, а в случае его смерти - его наследникам, близким родственникам, родственникам или иждивенцам.
На основании ст. 137 и ч. 1 ст. 127 УПК постановление судьи о производстве выплат, возврате имущества подлежит обжалованию в кассационную инстанцию в порядке, регламентированном гл. 43 и 45 УПК. Право подачи жалобы принадлежит реабилитированному, а в случае его смерти - наследникам, близким родственникам, родственникам или иждивенцам - в течение 10 суток со дня вручения этим лицам копии постановления судьи.
В соответствии с гл. 16 УПК при несогласии с произведенным расчетом и иными положениями постановления следователя, дознавателя гражданин может обжаловать это решение прокурору, осуществляющему надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия, а постановление прокурора - вышестоящему прокурору. Сроки и порядок обжалования постановления прокурора, следователя, дознавателя, а также рассмотрения жалобы прокурором регламентированы ст. ст. 123, 124 УПК. Кроме того, поскольку незаконное постановление прокурора, следователя, дознавателя нарушает конституционное право на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, это решение подлежит обжалованию в суд в соответствии со ст. 125 УПК.
Возмещение морального вреда осуществляется в двух формах: нематериальной и денежной.
Моральный вред определяется в ст. 151 ГК РФ как физические или нравственные страдания. Более конкретное определение морального вреда дано Пленумом Верховного Суда РФ:0 это - нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Обязательность компенсации причиненного гражданину морального вреда неоднократно подчеркивалась высшими судебными инстанциями, сформулировавшими руководящие разъяснения по наиболее сложным и важным вопросам, возникающим при рассмотрении и разрешении дел этой категории.0 В частности, Судебная коллегия Верховного Суда РФ обращала внимание на то, что при определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию за счет казны Российской Федерации, суд должен учитывать степень нравственных и физических страданий, перенесенных истцом в результате незаконных действий должностных лиц.0
Незаконное привлечение гражданина к уголовной ответственности неизбежно вызывает тяжкие душевные страдания и переживания.0 Определение характера таких страданий, их глубины и тяжести с позиций требований разумности и справедливости и с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред (п. 2 ст. 1101 ГК РФ), составляет весьма сложную задачу, поскольку речь идет о правовой и денежной оценке нематериальных, духовных категорий, относящихся к сфере внутренних переживаний личности. В литературе предлагаются различные критерии и способы определения глубины и тяжести нравственных и физических страданий, причиненных гражданину, и их денежной оценки.0
Но даже удовлетворение в полном объеме иска потерпевшего о компенсации перенесенных им физических и нравственных страданий (что достаточно редко встречается на практике, так как суды, как правило, удовлетворяют заявленные исковые требования частично, а нередко допускают случаи неоправданно заниженных сумм компенсации0) далеко не всегда может полностью загладить тяжкие негативные последствия допущенного в отношении гражданина беззакония. В литературе справедливо подчеркивается, что компенсация морального вреда не может восстановить доброе имя гражданина.0 Дореволюционные цивилисты отвергали возможность денежной компенсации нанесенного гражданину оскорбления или унижения его гражданской чести, под которой понималось "признание за лицом незапятнанного достоинства, как человека и гражданина, и обращение с ним соответственно этому достоинству".0 И в настоящее время для многих граждан чувство попранного человеческого достоинства превалирует над его денежной компенсацией, и гораздо более важным для них представляется признание органом дознания, предварительного следствия или прокуратуры незаконности действий, совершенных его должностными лицами, и публичное принесение потерпевшему соответствующих извинений.
Эта обязанность, закреплена в ст. 136 УПК РФ, в соответствии с которой прокурор от имени государства приносит официальное извинение реабилитированному лицу за причиненный ему вред. Но, во-первых, эта обязанность далеко не всегда должным образом исполняется на практике, и, во-вторых, извинение, как правило, приносится в частном, а не публичном порядке, поэтому вопрос о публичном извинении перед реабилитированным имеет не только теоретическое, но и важное практическое значение.
Тот факт, что извинение перед потерпевшим как способ защиты его нарушенных прав не предусмотрено гражданским законодательством, следует признать пробелом института компенсации морального вреда.0 Разъяснения на этот счет были сформулированы в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", в котором подчеркивается, что, хотя суд не вправе обязывать ответчиков по данной категории дел принести истцам извинение в той или иной форме, он может утвердить мировое соглашение, в соответствии с которым стороны по обоюдному согласию предусмотрели принесение ответчиком извинений.0
Это разъяснение имеет важное значение, но поскольку на практике органы следствия, дознания, прокуратуры и суда чрезвычайно редко признают незаконность действий своих должностных лиц и факт причинения гражданам имущественного и морального вреда, достижение с ними мирового соглашения по этому вопросу весьма маловероятно, поэтому обязанность принесения публичных извинений гражданину, незаконно привлеченному к уголовной ответственности, следует закрепить и в гражданском законодательстве в качестве еще одного способа защиты субъективных гражданских прав и нематериальных благ личности. В соответствии со ст. 21 Конституции РФ "достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления".
Кроме того, как правило, незаконное привлечение гражданина к уголовной ответственности вызывает нравственные страдания не только у потерпевшего, но и у совместно проживающих с ним членов его семьи - супруга, детей и родителей, которые испытывают широкий спектр негативных эмоций - чувства обиды, страха, возмущения, горечи, негодования и др. Вопрос о том, имеют ли названные лица право требовать компенсации причиненного им морального вреда, имеет большое научное и практическое значение. В этом плане весьма показательно следующее дело: Л. обратился в суд с иском к прокуратуре Брянской области о возмещении материального ущерба и о компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что он был незаконно задержан и три месяца незаконно содержался в местах лишения свободы, в результате чего ему был причинен моральный вред, ухудшилось состояние здоровья и пострадала его репутация. Вскоре Л. умер, после чего в дело вступила его жена Ш., которая просила признать факт нарушения ее права на уважение семейной жизни и взыскать компенсацию причиненного ей морального вреда с Генеральной прокуратуры РФ, МВД РФ и Министерства юстиции РФ. Суд первой инстанции иск удовлетворил частично и взыскал с Министерства финансов РФ за счет казны РФ компенсацию морального вреда в сумме 10 тыс. руб. Суд второй инстанции судебное решение в части компенсации морального вреда отменил и вынес новое решение об отказе в такой компенсации, мотивировав это тем, что моральный вред был причинен не истице, а ее мужу, но в связи с его смертью не может быть компенсирован, и указав также, что возмещение вреда за нарушение права на уважение семейной жизни законом не предусмотрено. Однако это определение было опротестовано Заместителем Председателя Верховного Суда РФ. Президиум Брянского областного суда удовлетворил протест, указав, что вывод кассационной инстанции основан на неправильном толковании закона. Суд первой инстанции правильно признал, что незаконным арестом и заключением под стражу ее мужа Ш. был причинен моральный вред, который подлежит компенсации в соответствии с ч. 1 ст. 151 ГК РФ. Учитывая, что материалами дела подтверждается нарушение права Ш. на уважение частной и семейной жизни, закрепленное в ст. 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, вынесенное кассационной инстанцией определение об отказе в иске о компенсации морального вреда было отменено, а судебное решение оставлено в силе как законное и обоснованное.0
С одной стороны, бесспорно, что незаконное привлечение к уголовной ответственности одного из членов семьи не может не затронуть все сферы семейной жизни, оставить неприкосновенным внутренний, духовный мир его супруга, детей и родителей, которые неизбежно испытывают ряд негативных последствий такого привлечения: чувство морального дискомфорта, ощущение беспокойства и тревоги, переживания и страдания, что, в свою очередь, негативно сказывается на состоянии здоровья гражданина. С другой стороны, эти переживания и страдания не "подпадают" под легальное определение морального вреда, закрепленное в ст. 151 ГК РФ, так как незаконное привлечение члена семьи к уголовной ответственности формально не нарушает ни одно из нематериальных благ и иных личных неимущественных прав, закрепленных в ст. 150 ГК РФ. Однако в соответствии с данной нормой за гражданами России признаются и другие нематериальные блага и личные неимущественные права, в том числе, следовательно, и право на уважение личной и семейной жизни, закрепленное в ст. 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод,0 которая согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ и п. 1 ст. 7 ГК РФ является составной частью ее правовой системы.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
