Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 6)

Для того чтобы конкурсный управляющий и другие лица имели возможность более чётко отслеживать ситуацию, складывающуюся вокруг конкурсной массы, управляющий должен в ходе конкурсного производства использовать лишь один расчётный счёт должника, на который должны поступать все денежные средства и с которого должны осуществляться все необходимые перечисления (ст. 133 Закона о несостоятельности).

К организационным можно отнести правовые средства, связанные с ограничением правоспособности⁴² должника. К ним в рамках правовых средств, создающих условия для достижения цели института несостоятельности, относятся полный запрет органам управления должника совершать те или иные сделки и принимать те или иные решения (см. в частности, п. 3 ст. 64, п. 2 ст. 126 Закона о несостоятельности). Этот запрет не может быть ими обойдён, и любое нарушение его приводит к недействительности соответствующего действия.

Решения о совершении сделок, предусмотренных п. 3 ст. 64 Закона о несостоятельности, нельзя отнести к текущим хозяйственно-финансовым сделкам, которые будут нами более подробно рассмотрены далее в настоящей работе. Это является одной из причин того, что они вообще не могут заключаться должником в период наблюдения. Выделение таких сделок обоснованно тем, что они редко совершаются даже в процессе нормального течения дел и соответственно их реализация после возбуждения дела о несостоятельности не может не вызывать вопросы об их целесообразности. И, кроме того, данные сделки могут значительно нарушить интересы кредиторов. Поэтому до момента выяснения состояния дел должника, особенно его финансовой сферы, и до того, пока не будут определены пути выхода из кризиса, Закон о несостоятельности устанавливает запрет на совершение данных сделок. Стоит обратить также внимание на то, что по своей сути эти сделки связаны с возможным выводом имущества из-под сферы контроля должника, таким образом, совершение указанных сделок не только напрямую уменьшает имущественную массу должника (соответственно делает менее выгодным положение кредиторов), но и снижает вероятность реабилитации должника.

Ограничения правоспособности должника, предусмотренные п. 2 ст. 126 Закона о несостоятельности, являются достаточно существенными. Конкурсный управляющий осуществляет от имени должника минимум действий, а деятельность органов должника является лишь проявлением его «остаточной» правоспособности. Однако нельзя говорить о том, что в конкурсном производстве (после объявления должника банкротом) исчезает само юридическое лицо,⁴³ и оно не может сохранить за собой правоспособность. Этому имеется целый ряд причин: во-первых, не все должники, признанные несостоятельными, на самом деле являются таковыми (после удовлетворения всех требований кредиторов у организации может остаться достаточно имущества, необходимого для формирования уставного капитала); во-вторых, Закон о несостоятельности (ст. 146) прямо предусматривает возможность перехода к внешнему управлению должника.

А.Н. Семина, считая, что правоспособность и дееспособность должника в конкурсном производстве совсем исчезает, пытается определить их носителя. По её мнению, таковым является конкурсный управляющий, который, тем не менее, является представителем кредиторов, так как обслуживает их интересы.⁴⁴ Со связи с данной позицией хотелось бы подробнее проанализировать вопросы статуса конкурсного управляющего и положения должника в конкурсном производстве.

Во-первых, А.Н. Семина, анализируя обязанность управляющего заявлять возражения относительно требований кредиторов, считает, что он действует исключительно «как совокупный представитель всех кредиторов против одного из кредиторов или некоторых из кредиторов, заявляющих неправомерные требования».⁴⁵ Однако при осуществлении данной обязанности управляющий вольно или невольно защищает и права должника, так как чем меньше обоснованных требований кредиторов предъявлено должнику, тем больше у последнего шансов удовлетворить все требования кредиторов, включая требования участников (учредителей) или собственника унитарного предприятия.

Во-вторых, при подписании мирового соглашения от имени должника конкурсный управляющий, по мнению А.Н. Семиной, отстаивает государственные интересы, «следит за тем, чтобы мировое соглашение соответствовало закону».⁴⁶ В соответствии со ст. 150 Закона о несостоятельности конкурсный управляющий принимает решение о заключении мирового соглашения со стороны должника, то есть выражает волю последнего (реализует функции руководителя), тем более что мировое соглашение может подписываться и на стадии внешнего управления, где арбитражный управляющий также действует в качестве руководителя от имени и в интересах должника (абз. 3 п. 1 ст. 99 Закона о несостоятельности). А вопрос о соответствии мирового соглашения закону решает не управляющий, а арбитражный суд (ст. ст. 158-160 Закона о несостоятельности).

В-третьих, по мнению автора, указание п. 4 ст. 129 Закона о несостоятельности на то, что при признании сделок недействительными конкурсный управляющий обращается в суд от имени должника, «является лишь юридико-техническим приёмом».⁴⁷ Данное замечание необоснованно, так как если это просто юридико-технический приём, то он мало оправдан, причём не только в формулировке ст. 129, но и ст. 103 Закона о несостоятельности. Как нами уже было показано выше, указанное правило является очень важным, так как закрепляет лицо, которое от имени должника, реализуя его волю, может предъявлять иски о признании сделок недействительными.

Помимо указанных случаев конкурсный управляющий осуществляет и иные функции руководителя должника, реализуя правоспособность юридического лица. В частности, уведомляет и увольняет работников должника (абз. 4 п. 2 ст. 129 и абз. 3 п. 3 ст. 129 Закона о несостоятельности), что в соответствии с п. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ может сделать только работодатель, но никакое другое лицо и т.д.

В связи с этим представляется необоснованным вывод А.Н. Семиной о том, что «на стадии конкурсного производства у должника - юридического лица полностью отсутствует правоспособность и дееспособность в связи с отсутствием носителя, субстрата этой право- и дееспособности..., а конкурсный управляющий выражает и отстаивает интересы кредиторов».⁴⁸ Носитель (субстрат) в соответствии с российским законодательством исчезает лишь после внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц,⁴⁹ соответственно, до этого момента юридическое лицо не считается прекратившим свою деятельность и существует вне зависимости от того, каково его финансовое и хозяйственное положение и кто исполняет функции органов управления.

В качестве «остаточной компетенции» органов управления должника Закон о несостоятельности специально выделяет несколько случаев:

1. принятие решений органами управления о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника (абз. 1 п. 2 ст. 126 Закона о несостоятельности). Принимать соответствующее решение может тот же орган, который в соответствии с уставом должника имеет право принимать решение о совершении крупных сделок. Не совсем чёткая формулировка абз. 1 п. 2 ст. 126 Закона о несостоятельности приводит к тому, что нет однозначного толкования указанной нормы. Можно прочитать её так, что сохраняются полномочия органов управления должника, которые уполномочены в соответствии с учредительными документами принимать решения о заключении крупных сделок. Следовательно, в соответствии, например, со ст. 79 Закона «Об акционерных обществах» ⁵⁰ могут сохраняться полномочия общего собрания акционеров и совета директоров. Однако данное прочтение ст. 126 является неверным и противоречит сути конкурсных отношений. Поэтому необходимо внести изменения в закон и изложить абз. 1 п. 2 ст. 126 в следующей редакции: «2. С даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия, за исключением полномочий принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника, которые осуществляются органами управления должника, уполномоченными в соответствии с законодательством принимать решения о заключении крупных сделок»;

2. п. 6 ст. 139 Закона о несостоятельности устанавливает, что продажа предприятия, а также иного имущества должника осуществляется в порядке и на условиях, которые установлены п. п. 3-8 ст. 110 и ст. 111 Закона о несостоятельности. А в п. 5 ст. НО Закона о несостоятельности указывается полномочие органа управления установить минимальную цену продажи предприятия;

3. в соответствии с п. 2 ст. 141 Закона о несостоятельности замещение активов должника проводится в порядке и на условиях, которые определены п. п. 2-6 ст. 115 Закона о несостоятельности. Замещение активов должника возможно лишь в случае принятия соответствующего решения со стороны органа управления должника (п. 2 ст. 115 Закона о несостоятельности).

Вопрос о целесообразности установления второго и третьего ограничения полномочий арбитражного управляющего является открытым, но до тех пор, пока Закон о несостоятельности предусматривает их, конкурсный управляющий должен получать согласие от органов управления должника.

Кроме перечисленных случаев, «остаточная компетенция» органов управления должника проявляется в праве руководителя должника обжаловать решение арбитражного суда о признании должника банкротом⁵¹.

На основании изложенного можно сделать вывод о том, что должник не теряет своей «личности» в конкурсном производстве, просто полномочия его органов управления значительно ограничиваются. Большая их часть переходит к конкурсному управляющему, который осуществляет полномочия руководителя должника, а также иных органов управления должника.

Отдельной группой правовых средств процедурного характера, направленных на создание условий для достижения цели несостоятельности, являются правовые нормы, касающиеся информирования всех заинтересованных лиц о состоянии тех или иных отношений, возникающих в процессе банкротства. Данные средства непосредственно налагают на ответственных лиц обязанности по предоставлению соответствующей информации, которая будет способствовать принятию необходимых решений и проведению именно тех мероприятий, которые наиболее эффективным способом могут привести к разрешению кризисной ситуации. Указанные правовые средства могут быть разделены в зависимости от того, для принятия каких решений необходима та или иная информация. Соответственно они а) могут способствовать оценке текущего состояния дел должника и б) быть необходимыми для принятия решений о введении той или иной процедуры либо о прекращении дела о несостоятельности. Предоставляться необходимая информация может различными субъектами, в основном в этом качестве выступают должник и арбитражный управляющий.

При осуществлении информационных и организационных правовых средств арбитражный управляющий обязан сохранять конфиденциальность сведений, охраняемых федеральным законом (в том числе сведений, составляющих служебную и коммерческую тайну) и ставших ему известными в связи с исполнением обязанностей арбитражного управляющего, если иное не установлено Законом о несостоятельности (п. 5 ст. 24 Закона о несостоятельности).

2.2 Правовые средства, устраняющие препятствия к достижению цели института несостоятельности (банкротства) юридического лица

К правовым средствам, устраняющим препятствия к достижению цели института несостоятельности, относятся, прежде всего, положения, ограничивающие полномочия органов управления должника на самостоятельное принятие решений.

В кризисной ситуации бесконтрольная деятельность органов управления может носить характер, не отвечающий интересам кредиторов. Поэтому Закон о несостоятельности устанавливает, что в период наблюдения и финансового оздоровления отдельные решения могут приниматься органами управления должника, продолжающими функционировать, лишь с согласия арбитражного управляющего или собрания (комитета) кредиторов (см. п. 2 ст. 64, п. п. 3, 4, 6 ст. 82 Закона о несостоятельности).

В отличие от правовых средств, связанных с запрещением осуществления ряда сделок и принятия ряда решений, о которых было сказано в предыдущей главе, ограничения этой группы не носят безусловного характера. В случае если, по мнению кредиторов или арбитражного управляющего принятые органами управления должника решения способствуют разрешению кризиса, они могут и должны быть согласованы управляющим или кредиторами.

На основании изложенного актуальным представляется вопрос, касающийся способов реализации правоспособности должника. Как нами уже указывалось, причина кризиса у должника может носить не только объективный, но и субъективный характер. Неумелое руководство, принятие необдуманных решений способно поставить на грань краха любую организацию. При этом администрация может осуществлять действия, противоречащие интересам и должника, и кредиторов как умышленно, так и по неосторожности.

Минимизировать негативные последствия неэффективного управления призваны новые лица и органы, участвующие в деле о несостоятельности: арбитражный управляющий, собрание кредиторов, комитет кредиторов. Они получают возможность определять действия должника, выступая в качестве согласующих органов по отношению к нему либо осуществляя функции, связанные с непосредственным руководством его деятельностью. В результате их появления и влияния на права должника затрагиваются интересы не только должника, но и его учредителей (участников), а также самих кредиторов. При этом возникает проблема распределения компетенции между органами должника и появившимися в соответствии с Законом о несостоятельности новыми лицами и органами.

Как известно, юридические лица приобретают по общему правилу гражданские права и принимают на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами (ст. 51 ГК РФ). В процессе несостоятельности происходят изменения правового статуса должника - юридического лица, что отражается в том числе и на лицах, и органах, имеющих право реализовывать гражданскую правоспособность юридического лица.

Несмотря на то что по общему правилу отстранение руководителя должника от исполнения им своих полномочий происходит лишь в процедурах внешнего управления и конкурсного производства, в процедурах наблюдения и финансового оздоровления руководитель и другие органы юридического лица не могут в полной мере, как если бы должник находился вне банкротства, действовать от его имени. Способы реализации прав и обязанностей, а также объём действий различных органов юридического лица и указанных лиц определяется тем, в какой стадии находится дело о несостоятельности.

Характеристики

Список файлов ВКР