117795 (577282), страница 3
Текст из файла (страница 3)
1. Государство есть единое лицо. "Тот, кто является носителем этого лица, называется сувереном, и о нем говорят, что он обладает верховной властью, а всякий другой является его поданным". Но это не означает, что во главе государства должен обязательно стоять один человек. Суверенная власть может принадлежать и "собранию людей". Но в обоих случаях власть государства едина и нераздельна, она сводит волю всех граждан "в единую волю".
2. Люди, создавшие государство путем взаимного договора, не только санкционируют все его действия, но и признают себя ответственными за эти действия.
3. Верховная власть может использовать силы и средства подданных так, как сочтет это необходимым для их мира и защиты. При этом верховная власть не несет какой-либо ответственности за свои действия перед подданными и не обязана отчитываться за эти действия перед ними.
Государство обладает наивысшей возможной властью и оно "безнаказанно может делать все, что ему угодно". Государство, по взглядам Гоббса, это - великая и могучая сила, своего рода "смертный бог", безраздельно властвующий над людьми и возвышающийся над ними. Наделяя государство неограниченной, абсолютной властью, Гоббс существенно ограничивал права подданных. Хотя люди создали эту силу для защиты своей жизни и обеспечения безопасности, т.е. в своих собственных интересах, она действует так, как считает нужным и, ни в чем зависит от своих поданных, требует от них беспрекословного подчинения и полного послушания. Вместе с тем автор "Левиафана" подчиняя индивида абсолютной власти государства, тем не менее оставляет ему возможность воспротивиться воле суверена. Эта возможность – право на восстание. Она открывается лишь тогда, когда суверен, вопреки естественным законам, обязывает индивида убивать или калечить самого себя либо запрещает защищаться от нападения врагов. Защита своей собственной жизни опирается на высший закон всей природы – закон самосохранения. Закон этот не вправе преступать и суверен. Иначе он рискует потерять власть.
Уподобляя государство Левиафану, "который является лишь искусственным человеком, хотя и более сильным, чем естественный человек, для охраны и защиты которого он создан", Гоббс подчеркивает, что всякий государственный организм может существовать только в условиях гражданского мира. Смута есть болезнь государства, а гражданская война - его смерть.
У Гоббса, цель государства - упразднить естественное состояние человека, и водворить порядок, при котором людям была бы обеспечена безопасность и спокойное существование. Но для сохранения состояния безопасности государственная власть должна быть вооружена соответствующими правами. Эти права следующие: Первое право Гоббс называет "мечом справедливости"; то есть право наказывать нарушителей закона, ибо без этого права безопасность не может быть обеспечена; Второе право есть "меч войны"; то есть право объявления войны и заключения мира, а также установление количества вооруженных сил и денежных средств, необходимых для ведения войны, ибо безопасность граждан зависит от существования войск, сила же войск зависит от единства государства, а единство государства - от единства верховной власти. Третье право - право суда, то есть рассмотрение случаев, где нужно приложение меча, так как без разрешения споров невозможно охранение одного гражданина от несправедливости со стороны другого гражданина. Четвертое право - право установить законы о собственности, потому что до установление государственной власти каждому принадлежало право на все, что и было причиной войны против всех, но с установлением государства все должно быть определено, что кому принадлежит. Пятое право - право устанавливать подчинение власти, с помощью которых можно было бы осуществлять сбалансированное регулирование всех функций государственной власти. Шестое право - право запрещать вредные учения, ведущие к нарушению мира и спокойствия внутри государства, а также направленные на подрыв государственного единства. Все остальные права, по мнению Гоббса, заключаются в вышеприведенных или могут быть логически выведены из них. Гоббс вручает государственной власти все права, вытекающие из ее природы: он оставляет за гражданами одно лишь право на физическую жизнь.
Если государственная власть вооружена всеми правами, принадлежащими гражданам в естественном состоянии, то на ней лежат и те обязанности, которые вытекают из естественных законов. Все они, как считает мыслитель, содержатся в одном положении: благо народа – высший закон. Долг суверена, по Т. Гоббсу, хорошо управлять народом, ибо государство установлено не ради самого себя, а ради граждан. Так как это благо народа есть, прежде всего, мир, всякий, кто нарушит мир, тем самым выступает против предписания государственной власти. Впрочем, нужно прибавить, что мир является благом, поскольку он способствует охранению жизни людей; но люди стремятся не просто к жизни, а к счастливой жизни. Следовательно, задачей власти является, стало быть, обеспечение не просто жизни, а счастливой жизни граждан. Но, что такое счастливая жизнь? Счастье, говорит философ, состоит в пользовании различными благами жизни, а для возможности пользования всеми этими благами жизни необходимо следующее: защита от внешних врагов, сохранение мира внутри государства, поднятие благосостояния и богатства и предоставление права каждому гражданину пользоваться свободой без ущерба для других граждан. Государственная власть, следовательно, должна обеспечивать эти четыре условия, необходимые для счастья граждан, живущих в государстве. А для того, чтобы государственная власть выполнила свои обязанности, она должна иметь определенные права, о которых было сказано выше.
Но наделенное абсолютной властью государство должно выполнять, по Гоббсу не одни только полицейско-охранительные функции. Его задача: «поощрять всякого рода промыслы, как судоходство, земледелие, рыболовство, и все отрасли промышленности, предъявляющие спрос на рабочие руки»; силой принуждать к труду физически здоровых людей, отлынивающих от работы. Ему надлежит заниматься воспитательно-просветительской деятельностью (в особенности внушением подданным сколь безгранична власть суверена и сколь безусловны их обязанности перед ним). Государство гарантирует своим подданным свободу, которая является (у Т. Гоббса) правом делать все то, что не запрещено гражданским законом, в частности «покупать и продавать и иным образом заключать договоры друг с другом, выбирать свое местопребывание, пищу, образ жизни, наставлять детей по своему усмотрению и т.д.».
Государство, отождествленное Гоббсом с обществом и народом, рассматривается им как конгломерат людей, имеющих общие интересы и цели. Единство интересов всех граждан он считает абсолютным, постоянным фактором, цементирующим государственное устройство, скрепляющим его организацию. Как отмечал буржуазный историк философии Б. Рассел, Гоббс при этом полностью игнорировал классовые и социальные противоречия, которые столь бурно проявили себя в эпоху английской буржуазной революции. Естественно Гоббс, игнорировал и классовую природу государства. Верховная власть, выражающая, по его мнению, общие интересы подданных, изображается как надклассовая сила. За ней он не видит ни экономических, ни политических интересов каких-либо социальных групп.
Гоббс, различает три вида государства: монархию, демократию и аристократию. К первому виду относятся государства, в которых верховная власть принадлежит одному человеку. Ко второму - государства, в которых верховная власть принадлежит собранию, где любой из граждан имеет права голоса. Этот вид государства Гоббс называет народоправством. К третьему виду относятся государства, в которых верховная власть принадлежит собранию, где правом голоса обладают не все граждане, а лишь известная часть их. Что касается других традиционных форм правления (тирании и олигархии), то Гоббс не считает их самостоятельными видами государства. Тирания- это та же монархия, а олигархия ничем не отличается от аристократии. Вместе с тем, симпатии Гоббса принадлежали монархии, он убежден, что она лучше других форм выражает и реализует абсолютный характер власти государства; в ней общие интересы очень тесно совпадают с частными (т.е. с собственными, особыми) интересами суверена. Верховной власти удобнее быть именно монархической, поскольку «в личности короля олицетворено государство».
Межгосударственные отношения, по Гоббсу, могут быть только отношениями соперничества и вражды. Государства представляют собой военные лагеря, защищающиеся друг от друга с помощью солдат и оружия. Такое состояние государств, подчеркивает Гоббс, следует считать естественным, "ибо они не подчинены никакой общей власти, и неустойчивый мир между ними вскоре нарушается". Очевидно, что на взгляды Гоббса большое внимание оказала эпоха, в которую он жил. В то время европейскими государствами велись беспрерывные и кровопролитные войны. Несмотря на это, были мыслители, которые в тех же исторических условиях считали войну не естественным, а противоестественным состоянием человечества.
Вопрос 4. Чичерин Б.Н. Понятие свободы, основные ступени развития идеи свободы, их анализ.
Чичерин Б.Н. (1828-1904) – крупнейшая фигура в либеральной философской мысли второй половины века, представитель неогегельянской политико-правовой философии в ее либеральном варианте. Основные его работы: «Философия права» (1900г.) и пятитомник «История политических учений» (1869-1902гг.).
Чичерин вслед за Гегелем полагал, что государство имеет объективное, независимое от индивида существование и цель. Вместе с тем он считал гегелевскую философию права антилиберальной, растворяющей личность в государстве. В противоположность немецкому мыслителю Чичерин выдвинул следующий принцип: «Не лица для учреждений, а учреждения для лиц». Чичерин «разбавил» гегелевское положение об объективном и самоцельном характере государства элементами кантианского индивидуализма. Личность есть «корень и определяющее начало всех общественных отношений»; индивидуализм «составляет краеугольный камень всякого истинного человеческого здания». Таким образом, с одной стороны – личность, индивидуальная свобода, с другой стороны - общий закон, общество и государство суть самостоятельные, не сводимые друг к другу начала, восходящие, в конечном счете, к «первопричинам» Абсолютного. Преувеличение одного из этих начал, по мнению Чичерина, ведет, с одной стороны, к индивидуализму (как он считал, теории анархизма, а также естественного права XVII-XVIII вв., согласно которым общество и государство представляют собой механическую совокупность индивидов), с другой – к этатизму, по которому личность лишена самостоятельности и всецело поглощается обществом и государством (сюда Чичерин относил гегелевскую философию, а также социалистические учения, марксизм). Идеал, конечную цель социально-политического развития Чичерин видит «в гармоническом сочетании крайностей» - личности и государства, индивидуальной свободы и общего закона.
Таким образом, государство, по Чичерину, предстает в истории союзом народа, связанного законом в одно юридическое целое и управляемого верховной властью для общего блага. Частное благо есть цель не государства, а гражданского общества. Государство обеспечивает безопасность и осуществление нравственного порядка, оно же определяет и защищает права и свободы. При этом государством определяются права гражданские, а не так называемые естественные права.
Сама область естественного права – в отличие от права положительного – это область требований правды, справедливости, это «система общих юридических норм, вытекающих из человеческого разума и долженствующих служить мерилом и руководством для положительного законодательства». Справедливость как общее разумное начало и есть мерило, с помощью которого разграничивается область свободы отдельных лиц и устанавливаются требования законов. Цель социально-политического развития – избежать крайностей индивидуалистического анархизма и механического этатизма и суметь гармонически сочетать личное и государственное начала, индивидуальную свободу и общий закон.
Право не сводимо к пользе или к интересу, его сущность связана со свободой как индивидуалистическим и априорнометафизическим началом. 'Носитель Абсолютного, человек сам по себе начало, сам абсолютный источник своих действий, и только в силу этого свойства он должен быть признан свободным лицом, имеющим права; с ним непозволительно обращаться как с простым орудием». Внешняя свобода, полагает Чичерин, и составляет существо права. Так как люди неизбежно приходят в столкновение, то рождается необходимость принудительно регулировать их отношения. Отсюда возникает норма свободы, взаимное ограничение свободы под общим законом. Соединяя понятия объективного и субъективного права, Чичерин дает следующее определение: «Право есть внешняя свобода человека, определяемая общим законом». Если в качестве отправного момента, говорит он мы возьмем не субъективное, а объективное право, то «мы придем к тому же результату, ибо все содержание юридического законодательства состоит в определении прав и обязанностей, следовательно, их свободы с ее границами и вытекающими отсюда отношениями. Это и есть то, что закон призван определить и что поэтому составляет основное начало права». Поскольку закон определяет права и обязанности, т.е. «свободу с её границами» и вытекающими отсюда отношениями, то эти границы и есть основное начало права как идеи, как нормы свободы.
Таким образом, мы видим, что Чичерин лишь частично использует гегелевскую трактовку права как развития идеи свободы, но критически относится к ее антииндивидуалистическим толкованиям. Свобода в его трактовке предстает в следующих ступенях развития – внешняя (право), внутренняя (нравственность) и общественная свобода. Другими словами, свобода как субъективная нравственность переходит в объективированную и сочетается с правом как нормой свободы в общественных союзах – семье, гражданском обществе, церкви, государстве.
Идея свободы как разумное метафизическое начало права, по Чичерину, развивается в сознании и в жизни. Ступени развития свободы суть ступени развития права, так что полное раскрытие идеи права, установление «вполне разумного нравственного порядка» является не началом, а плодом исторического развития. Идея права в теории Чичерина достигает своей финальной цели на буржуазном этапе. Предшествующие порядки – рабство и крепостничество – противоречат природе человека как разумно-свободного существа и поэтому являются отмирающими ступенями развития права. Буржуазные права и свободы – прежде всего равенство перед законом, право частной собственности, свобода договоров, неприкосновенность личности и т.д. – составляют в данном учении конечную цель развития человечества, идеал юридического порядка. «далее этих норм в гражданской области идти невозможно. Идеал достигнут». Таким образом, формальное равенство и фактическое неравенство, реализованное в буржуазной системе, Чичерин представляет вершиной развития свободы, естественного права и справедливости.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
