70278 (573745)

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла

Государственный комитет по рыболовству РФ

АСТРАХАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

Институт Экономики

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

По дисциплине: «Культурология»

Тема: «КУЛЬТУРА ЛИЧНОСТИ И КУЛЬТУРА ОБЩЕСТВА »

Выполнил:

Студент группыЗФЭ-88

Серега

Проверил:

Д.Э.Н, О.К.

КУЛЬТУРА ЛИЧНОСТИ И КУЛЬТУРА ОБЩЕСТВА

Когда мы говорим «культура», мы можем подразумевать под этим понятием разные объемы: говорят о культуре национальной, о культуре исторически сложившегося общества, о культуре разных групп в нем, наконец, о культуре личности. Это последнее понятие и является ключевым для понимания культурных процессов. Следует твердо уяснить, что о реальной целостности культуры можно говорить только по отношению к конкретной личности. Личность, есть основной носитель культуры. Все более крупные культурные объединения (культура общества, нации, региона и т.п.) являются производными от культуры личности. При этом, как легко понять, с уве­личением объема культуры возрастает степень ее внутренней раз­нородности, а при научном ее рассмотрении усиливается степень абстрактности основных понятий и ценностей. Иными словами, чем большее количество отдельных личностей входит в данное культурное объединение, тем менее цельным является это объединение и тем более условны выделяемые в нем свойства.

Так, когда мы говорим о небольшой группе единомышленни­ков (например, о Северном обществе декабристов в России начала XIX в.), то здесь для каждого из участников можно выделить более или менее общие ценности, то есть культура еще достаточно моно­литна, хотя, разумеется, уже и здесь у каждого — все-таки своя система ценностей, в чем-то совпадающая, а в чем-то расходящая­ся с ценностной системой остальных. Немного более крупное куль­турное объединение (например, декабризм в целом) обнаружит большую внутреннюю разнородность (в нашем примере — достаточно серьезные расхождения ценностных систем Южного и Северного обществ), хотя и общие свойства сохраняются. Еще более крупная общность (скажем, вся демократическая дворянская культура) поднимает нас еще на одну ступень абстракции, внутренних противоречий становится еще больше и т.д., вплоть до русской национальной культуры начала XIX в., в которой общие свойства уже прослеживаются лишь на самой высокой степени абстракции. Сказанное подтверждает исходную посылку о том, что реальной целостностью обладает лишь индивидуально-личностная культура.

Однако в своей исторической основе культура есть дело общественное, и личность волей-неволей вступает в определенные отношения с различными социокультурными структурами. При этом закономерность исторического развития культуры состоит в том, что со временем культура личности начинает играть все более важную роль и все более индивидуализируется. Так, если на заре культурного бытия человечества для всех членов данного сообщества (рода, племени, семьи и т.п.) существовала приблизительно одна и та же система ценностей, то для новейшего времени такая ситу­ация просто немыслима, а монолитные культурные структуры существуют лишь как исключения.

Правда, вторая половина XX в. обнаружила и прямо противоположную тенденцию культурного развития: в постиндустриальном обществе личность все более нивелируется. Но эта тенденция пока еще остается не главной, а каково будет дальнейшее развитие культуры, какая закономерность в нем возобладает — пока неясно.

По своему культурологическому статусу общество представ­ляет собой конгломерат различных «субкультур», то есть ценно­стных систем, которые могут находиться друг с другом в самых разных отношениях. Иногда культуры существуют как взаимно изолированные — например, культура аристократии и культура крестьянская в России XIX в., когда барин и мужик не столько противостояли друг другу в культурном отношении, сколько ничего не знали друг о друге в этом смысле и поэтому друг друга не понимали, что не раз отмечалось в русской литературе, особенно в творчестве Л.Толстого, А.Чехова, И.Бунина. В иных случаях между культурами в системе общества существуют отношения, так сказать, соседства, как, например, между столичным и провинциальным дворянством в том же XIX в.: они имели сходные ценностные системы, между ними не было ни фатального непонимания, ни сколько-нибудь значимой конфронтации, но и тождественными их не назовешь — и та и другая культурная общность имели определенный процент ценностей, не понятных или не значимых для «соседа» (хороший пример сказанному — изоб­ражение дворянства той и другой культурной группы в романе Пушкина «Евгений Онегин»). Наконец, между внутренними куль­турами в обществе возможны отношения большей или меньшей конфликтности — от достаточно пассивного неприятия (аристократ Павел Петрович Кирсанов и плебей Базаров в романе Тургенева «Отцы и дети») до активной конфронтации, связан­ной с желанием уничтожить враждебную культуру не только ин­теллектуально и эмоционально, но и физически (например, взаимоотношения русских революционеров от Радищева до Ленина с правящей элитой царизма. Заметим, кстати, что это противоречие носило не только политический, но и культурологический характер).

Не всегда, но нередко можно, несмотря на культурную разнородность общества, определить некоторые ценности, характерные для данного социума в целом, — во всяком случае, для подавляющего большинства его членов. Так, для средневековой Европы — это Бог и церковь, для США XX в. — бизнес и чувство абсолютного национально-государственного превосходства, для Японии вплоть до второй мировой войны — безусловный монархизм, связанный с верой в божественную сущность императора, для Китая 60-х гг. — идеи «культурной революции» и безусловный авторитет Мао и т.д.

Отдельные субкультуры в системе общества часто могут идейно самоопределяться и организовываться. В этих случаях возникают более или менее оформленные культурные структуры, которые в зависимости от их объема и некоторых других свойств можно назвать «кружками» и «партиями» (особо оговорив при этом, что данные термины употребляются здесь не в политическом, а в сугубо культурологическом смысле). Под «кружками» будем понимать относительно узкий и исторически локальный союз единомышленников, объединенных общей и достаточно конкретной системой ценностей. (Часто в кружках действует еще один объединяющий момент — личная дружба.) Примерами кружков могут быть упоминавшиеся выше декабристы, группа «Освобождение труда» в России, литературные течения символизма, футуризма и т.п., философская школа экзистенциализма, даже «мафиозные» структуры и пр. Из перечня видно, что ценности, вокруг которых складываются кружки, могут носить самый разный характер — политический, эстетический, философский и т.п. Кружки обыкновенно недолговечны; они либо распадаются (по причинам смерти участников, внутренних разногласий, исторической нестойкости ценностей и идеалов и др.), либо — реже — перерастают в партии («Освобождение труда» — «Союз борьбы за освобождение рабочего класса» — РСДРП). Однако на протяжении своего существования культура кружка является достаточно стабильной.

«Партии» — гораздо более широкие культурные объединения, складывающиеся на основе достаточно широкой и в большой мере абстрактной системы ценностей, обыкновенно зафиксированной в программе или манифесте. Члены партии в большинстве не знают своих соратников лично; внутренняя неоднородность партии на порядок выше, чем у кружка. Член партии разделяет со своими единомышленниками лишь самые общие лозунги и стоящие за ними ценности, в остальном же ценностные системы отдельных личностей, входящих в партию, могут быть весьма разнообразны. Партии обыкновенно возникают в ответ на какую-нибудь важную общественную потребность (хорошие примеры тому — лютеран­ство в религии, социал-демократическое движение в политике, романтизм в искусстве), и поэтому они исторически более устойчивы и не распадаются так скоро, как кружки. Но в, то, же время культура партий внутренне менее стабильна, партии часто делятся на фракции, внутренне перерождаются, корректируют свои ценностные системы в зависимости от исторической ситуации и т.д.

Особо следует рассмотреть вопрос о национальной культуре, тем более что в теоретических работах марксистско-ленинской ориентации эта проблема освещалась, мягко говоря, несколько однобоко. В них, так или иначе, повторялся и развивался ленинский тезис о «двух культурах» в составе каждой национальной культуры: культуры демократической и реакционной (статья «От какого наследства мы отказываемся?»). Скажем сразу, что у этой теории есть как сильные, так и слабые стороны. Лениным было верно подмечено то обстоятельство, что культура общества всегда внутренне неоднородна и часто противоречива. Слабой же стороной ленинской теории было то, что она фактически уничтожала понятие национальной культуры и вообще заменяла национальные категории категориями классовыми, что в целом характерно для марксизма: вспомним знаменитое «У пролетариата нет отечества», «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», теорию превращения войны империалистической (то есть межнациональной) в войну гражданскую (то есть классовую) и т.п.

На самом же деле национальная культура, несомненно, суще­ствует, это очевидно без всяких теорий, из личного повседневного опыта. Существуют, следовательно, такие ценности, которые объединяют в рамках единой культуры мужика и барина, аристократа и пролетария, бедного и богатого, — словом, всех людей данной национальности, данного этноса (кроме, разумеется, ничтожного числа принципиальных космополитов). Если бы этого не было, то не было бы и возможности, например, отечественных войн. Вспомним, как великий реалист Л.Н.Толстой в «Войне и мире» изобразил единый патриотический порыв русского народа, в котором соединились мужик Тихон Щербатый и дворянин Петя Ростов, простые солдаты и «наш князь» Андрей Болконский, фельдмаршал Кутузов и смоленский купец Ферапонтов, сжегший свою лавку со всем товаром, лишь бы ничего не досталось французам (поступил ведь против своих классовых интересов!). Не говорим уж подробно о Великой Отечественной войне, вспомним лишь одну маленькую, но выразительную деталь: привычный эпиграф к любой газете «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» был в те годы заменен на другой: «За нашу советскую Родину!»

Но не только в экстремальных ситуациях проявляется единая национальная культура. В результате исторического развития, иногда многовекового, складывается так называемый менталитет, то есть способ думать о жизни, национальная концепция мира и человека в мире, и тут уж не спутаешь англичанина с китайцем. Очень хорошо сказал об этом Пушкин: «Есть образ мыслей и чувствований, есть тьма обычаев, поверий и привычек, принадлежащих исключительно какому-нибудь народу. Климат, образ правления, вера дают каждому народу особенную физиономию» (статья «О народности в литературе»).

Именно национальная культура является хранительницей тра­диции и формирует тип культурной личности, начиная с самых первых шагов человека. Ценности (в том числе, между прочим, и общечеловеческие) входят в сознание личности не иначе как ценности данной национальной культуры. Можно сказать, что сам по себе национальный уклад играет решающую роль в воспитании человека, и прежде всего в детские и отроческие годы. Вспомним в этой связи двух замечательных героинь русской классической литературы — Татьяну Ларину и Наташу Ростову. О первой Пушкин замечает, что она была «русская душою» и добавляет в скобках: «(Сама не зная почему)». А, в самом деле, почему, коль скоро на ее воспитание решающее влияние оказывали, видимо, французские и английские сентиментальные романы? Но повседневный уклад жизни, очевидно, влияет сильнее, и русской Татьяну сделало то, что роднило ее с любым русским человеком, будь он дворянин или крестьянин: «Татьяна верила преданьям/ Простонародной старины...»

Наташа Ростова в этом смысле повторяет героиню «Евгения Онегина»: она тоже «русская душою, сама не зная почему», и вот что говорит об этой национальной основе характера Толстой: «Где, как, когда всосала в себя из того русского воздуха, которым она дышала, — эта графинечка, воспитанная эмигранткой-француженкой, — этот дух, откуда взяла она эти приемы, которые раs dе сhâ1е давно бы должны были вытеснить? Но дух и приемы эти были те самые, неподражаемые, не изучаемые, русские, которых и ждал от нее дядюшка. Она сделала то самое и так точно, так вполне точно это сделала, что Анисья Федоровна, которая тотчас подала ей необходимый для ее дела платок, сквозь смех прослезилась, глядя на эту тоненькую, грациозную, такую чужую ей, в шелку и в бархате воспитанную графиню, которая умела понять все то, что было в Анисье, и в отце Анисьи, и в тетке, и в матери, и во всяком русском человеке».

Особый менталитет, особые представления о мире и человеке, своя система ценностей — все это ведет к тому, что складывается определенный национальный образ жизни, устойчивый порядок бытия, к которому человек приобщается с младенчества и который потом передает детям и внукам. О категории «образ жизни» мы будем подробно говорить позже, пока лишь заметим, что, несмотря на некоторое размывание национального культурно-бытового уклада, образ жизни остается преимущественно национальным.

Если национальная культура с присущим ей менталитетом, образом жизни и т.д. — не фикция, а реальность, то не фикция и национальный характер. Это подтверждают и многочисленные анекдоты на национальную тему, не теряющие свою актуальность и популярность; и широко распространенные как в быту, так и в литературе характеристики «типичный англичанин», «настоящий француз» и т.п.

Существуют также определенные стереотипы в характеристиках национального характера и менталитета, некоторые ключевые для каждой нации категории мышления и поведения: для француза это любовь, изящество и «здравый смысл», для немца — порядок и дисциплина, для итальянцев — легкомыслие, артистизм и художественные наклонности, для англичанина — джентльменство, традиционализм и некоторая экстравагантность, ирландец — драчун и забияка, русский — широкая натура, еврей занимается «гешефтом», американец — подвижен и деятелен, а индус — созерцательно-неподвижен и т.п. Возможно, данные стереотипы свойственны далеко не всем представителям той или иной нации (особенно в наше время, во многом стирающем национальные различия), но некоторое рациональное зерно в них, безусловно, есть.

Национальная тематика занимает важное место в художественной и художественно-публицистической литературе. Так, еще в XIX в. выяснение сущностных черт русского национального ха­рактера в сравнении с другими нациями было характерно едва ли не для всех наших великих писателей: Пушкина («Клеветникам России», «Капитанская дочка», отчасти «Евгений Онегин»), Гоголя («Мертвые души», «Тарас Бульба»), Лескова («Железная воля»), Достоевского (особенно романы «Бесы» и «Братья Карамазовы»), Толстого («Война и мир»), Салтыкова-Щедрина («За рубежом», «История одного города»), Чехова («Глупый француз», «Тина», «Перекати-поле»). В отечественной литературе XX в. проблема русского национального характера, естественно, получила очень широкое развитие в связи с Великой Отечественной войной; русский характер противопоставлялся немецкому в произведениях А.Н.Толстого («Русский характер», «Русский и немец», «Разгневанная Россия» и др.), К.Симонова («Если дорог тебе твой дом...» и др.), А.Т.Твардовского («Василий Теркин», «Зима на фронте», «Родина и чужбина» и др.), А.Платонова («Неодушевленный враг») и многих других наших писателей. Для XX в. характерны попытки уяснить особенности того или иного национального характера и на «мирном» материале появляются произведения, которые можно было бы назвать «художественно-этнографическими»: «Некий месье Бло» французского писателя П.Даниноса, «Закон Паркинсона» С.Н.Паркинсона, «Ветка сакуры. Корни дуба» В.В.Овчинникова, «Уроки Армении. Путеше­ствие в небольшую страну», «Выбор натуры. Грузинский альбом» А.Битова и др.

Характеристики

Тип файла документ

Документы такого типа открываются такими программами, как Microsoft Office Word на компьютерах Windows, Apple Pages на компьютерах Mac, Open Office - бесплатная альтернатива на различных платформах, в том числе Linux. Наиболее простым и современным решением будут Google документы, так как открываются онлайн без скачивания прямо в браузере на любой платформе. Существуют российские качественные аналоги, например от Яндекса.

Будьте внимательны на мобильных устройствах, так как там используются упрощённый функционал даже в официальном приложении от Microsoft, поэтому для просмотра скачивайте PDF-версию. А если нужно редактировать файл, то используйте оригинальный файл.

Файлы такого типа обычно разбиты на страницы, а текст может быть форматированным (жирный, курсив, выбор шрифта, таблицы и т.п.), а также в него можно добавлять изображения. Формат идеально подходит для рефератов, докладов и РПЗ курсовых проектов, которые необходимо распечатать. Кстати перед печатью также сохраняйте файл в PDF, так как принтер может начудить со шрифтами.

Список файлов ответов (шпаргалок)