57315 (572685), страница 5
Текст из файла (страница 5)
В XV в. подавляющую часть населения России составляли крестьяне. Как правило, они жили в однодворных деревнях, разбросанных по всей территории Восточно-Европейской равнины. На Севере и в Поморье преобладали “черносошные” крестьяне. (“Черные” сохи зависели от казны и платили исключительно великокняжеские поборы.) В Центре самую многочисленную категорию составляли владельческие крестьяне, платившие оброк в пользу землевладельцев - Дворца, вотчинников и помещиков.
С XI по XV в. социальная структура русских земель регулировалась нормами, зафиксированными в “Русской правде”, и само обилие ее списков (более сотни) говорит о признании этих норм в разных землях. Впрочем, в отдельных землях были и собственные юридические установления, обычно не слишком отличавшиеся от норм “Русской правды”, но представляющие интерес для понимания истоков некоторых традиций, не нашедших отражения в “Русской правде”. Объединение земель северо-Восточной Руси вокруг Москвы и резкое возвышение власти московского князя создают новую обстановку и в положении “Земли”, и в структуре “Власти”. Утверждение единодержавия “государя всея Руси” Ивана III неизбежно требовало изменения всей системы отношений и внутри сословий.
Со временем на первый план выходит Боярская дума. Естественно, что и в создавшемся едином государстве Боярской думе должна была принадлежать большая роль, а сам ее состав теперь пополнялся за счет княжат из разных земель. В конце XV столетия в Думе выделяются “пути” – прообразы будущих “приказов”. Вводится определенное систематическое разделение “труда” – специализация по определенным проблемам, на первых порах для решения текущих вопросов. На местах распоряжаются “волостели”, управлявшие отдельными “волостями”. Функции их обычно менялись в зависимости от особенностей земель, куда они направлялись.
Одним из первых документов, дающих представление о роли, правах и обязанностях “волостелей” – наместников, является дошедшая до нас “Белозерская уставная грамота” 1488 г. Волостели имели свою администрацию – тиунов и доводчиков. Расчет с ними производится “сотскими”, т. е. выборными людьми “Земли”. Население – община – может возбуждать иски к наместникам и их людям. “Добрые люди” обязательно должны участвовать в судебных разбирательствах. Акцент в ней делается на ограничение произвола наместников и их администрации. Например, наместникам запрещается ходить “на пиры” “незваными”, а “в пиру не буянить”. Грамота отражает, по всей вероятности, традиционные формы и злоупотреблений, и борьбы с ними.
В 1497 г. был принят новый свод законов единого государства – Судебник Ивана III. Судебник включал 68 статей и отражал усиление роли центральной власти в государственном устройстве и судопроизводстве страны.
Судебник 1497 г. закреплял “Землей” права, зафиксированные ранее в “Белозерской грамоте”: старосты, сотские и “лутчие люди” должны участвовать в судебных разбирательствах наряду с наместниками. Но круг разбираемых дел сужался. Наиболее социально значимые проблемы выводятся из сферы дел, решаемых на месте.
Создание сословия государственных служилых людей предполагает иное отношение к ранее свободной крестьянской общине. Начинается процесс, обозначаемый закрепощение. До XV в. зависимость крестьян была в основном как бы добровольной (в том числе и похолопление). Крестьянин закабаляет себя сам, не имея возможности (а часто и желания) сохранить себя как вполне самостоятельного хозяина. Договорные отношения также регулировались традицией, и “перекупить” крестьянина мог любой конкурент-феодал, возместив “купу”. В то же время и крестьянин имел право перехода к другому феодалу, и естественно, что наиболее благоприятные для себя условия крестьянин мог получить в страдную пору, когда в работниках нуждались.
Теперь положение меняется. В грамоте белозерско-верейского князя Михаила Андреевича (1432-1486), относящейся примерно к середине XV в., впервые (из сохранившихся документов) появляется ограничение права перехода крестьянина, и таковым устанавливается “Юрьев день осенний” – 26 ноября (т. е. после завершения всех сельскохозяйственных работ). Здесь осуждается явно обычная практика, когда монастырских крестьян “серебряников и половников и слободных людей” сманивали в другое время, в том числе “о Петрове дни”, т. е. в разгар летних работ.
Со временем этот запрет был распространен властями на другие территории. Статья 57 Судебника 1497 г. ограничивала право крестьянского перехода от одного феодала к другому определенным сроком для всей страны: неделей до и после осеннего Юрьева дня (26 ноября). Прежде чем покинуть свой двор, любой “хрестьянин” должен был уплатить землевладельцу “пожилое” за двор в размере 1 рубля (при условии, что крестьянин прожил во дворе не менее 4 лет). Рубль примерно соответствовал цене 200 пудов ржи. Эта сумма была весьма значительна для жителей деревень, имевших в своем распоряжении незначительные денежные средства, а в реальной жизни, конечно, каждый землевладелец стремился получить возможно большую плату. Ограничение крестьянского перехода было первым шагом к установлению крепостного права в стране. Однако до конца XVI в. крестьяне сохраняли право перехода от одного землевладельца к другому.
За пределы обычной практики выходили статьи о холопах. XV в. дал ускорение двум параллельным процессам: росту городов и сферы распространения наемного труда и разорению “маргинальных” слоев, обычно продавших себя в рабство. По “Русской правде” одним из источников холопства было “тиунство без ряду”. Иначе говоря, холопами становились управляющие княжескими и боярскими вотчинами, сами обладавшие большой властью и богатствами. Холопами были и многие военные слуги, в том числе командовавшие отрядами свободных воинов. Судебник 1497 г. делал первый шаг для преодоления этого противоречия: под контроль берутся источники холопства. делается и первый шаг по ограничению служебного холопства: “по тиунству и ключу” в городе порабощать запрещалось (на селе формула сохраняла свою силу). Более решительный шаг в ограничении холопства будет сделан через полвека в Судебнике 1550 г., когда эта проблема еще более обострится.
Судебник 1497 г. – памятник значимый и важный, как первый документ, устанавливающий юридические нормы для всего объединенного государства, и удивляет то, что сохранился он в единственном экземпляре.
Основная направленность Судебника 1497 г. – контроль над судопроизводством, без вмешательства в сам его процесс. Здесь появляется неизвестное “Русской правде” “поле” – судебный поединок истца и ответчика.
4 Внешняя политика Московского государства. Падение Ордынского владычества
Татарское иго доживало последние годы. В то время как Русь шаг за шагом преодолевала раздробленность, Орда переживала распад и хаос. На ее территории возникли Ногайская, Крымская, Казанская, Астраханская и Сибирская орды. Древний трон находился в руках Ахмат-хана из Большой орды. Его владения простирались от Волги до Днепра. Лишь после кровавой борьбы со своей знатью Ахмату удалось возродить сильную ханскую власть. На короткое время Большая орда подчинила себе Крым. В 1472 г. хан сжег Алексин. Москва перестала платить дань татарам, и в 1480 г. Ахмат стал готовить новое наступление, чтобы сокрушить Русь. Обстановка, казалось бы, благоприятствовала осуществлению его планов. Против России ополчились все ее соседи. Король Казимир грозил нанести удар с запада. Войска Ливонского ордена напали на Псков.
В довершение бед в стране началась смута. Удельные князья Андрей Большой и Борис подняли мятеж против брата Ивана III и через Новгород ушли к литовской границе. Король Казимир обещал им покровительство, и мятежники отослали свои семьи в королевский замок Витебск.
Летом 1480 г. Ахмат-хан придвинулся к русским границам. Для отражения неприятеля Иван III послал наследника Ивана Ивановича с полками в Серпухов, а сам занял переправы через Оку в районе Коломны.
Давно минуло время, когда Орда могла выставить в поле до ста тысяч всадников. Ахмат-хан едва ли мог собрать более 30-40 тысяч воинов. Примерно такими же силами располагал Иван III. На помощь к нему прибыли войска тверского великого князя. В войне с татарами не участвовал Псков, подвергшийся нападению рыцарей. Мятеж удельных князей создал угрозу для московских городов. С весны города готовились к защите. Пока не минула смута, великий князь мог лишь частично использовать городские ополчения для обороны южных границ. Более двух месяцев Иван III ждал татар на Оке. Все это время Ахмат-хан провел в полном бездействии вблизи московских границ. Наконец татары, обойдя памятное для них поле Куликово, вступили в пределы Литвы.
Опасность угрожала Москве с трех сторон. От Мценска к Калуге двигался Ахмат-хан с татарами. Удельные князья могли в любой момент подойти из Великих Лук. Королю Казимиру принадлежала Вязьма, и его войска могли достичь Москвы за несколько дней. Между тем Москва была плохо подготовлена к длительной осаде. Белокаменные стены Кремля за сто лет обветшали и требовали починки. Иван III делал все, чтобы остановить неприятеля на дальних подступах к городу. Он не слишком надеялся на прочность столичных укреплений и потому отослал жену Софью с малолетними детьми и всей великокняжеской казной на Белоозеро. 30 сентября Иван III вернулся из Коломны в Москву для совета с боярами, а сыну велел перейти из Серпухова в Калугу. Распоряжение было вызвано тем, что Орда переправилась через Оку к югу от Калуги и устремилась к реке Угре, по которой проходила русско-литовская граница.
3 октября Иван Ш выехал в армию. В пути он узнал об ожесточенных столкновениях на Угре. Вместо того чтобы поспешить к месту сражения, государь разбил лагерь на Кременце в тылу русской армии.
Бои на Угре продолжались четыре дня. Броды на реке были неширокими, что помешало хану ввести в дело большие массы конницы. Противники осыпали друг друга стрелами. Русские палили также из пушек и пищалей. Русские полки возглавлял наследник Иван Молодой. Фактически же военными действиями руководили опытные воеводы князья Холмский, Оболенский, Ряполовский. Столкновения на Угре могли привести к кровопролитному сражению. Но Иван III и его воеводы не искали такого сражения. В ставку к Ахмат-хану выехал сын боярский Иван Товарков-Пушкин. Хан отказался принять от гонца дары - “тешь великую” и потребовал, чтобы Иван III сам явился к нему с повинной.
Дипломатический демарш был не более чем уловкой со стороны Ивана III. Ему нужно было перемирие с татарами, хотя бы временное, и он достиг своей цели. Хан не принял его дары, но согласился вести переговоры, для чего отпустил в Кременец своего гонца. Гонец вернулся ни с чем. Иван III отклонил требования Ахмат-хана, равнозначные возрождению власти Орды над Русью. Тогда хан отправил в Кременец новое предложение. Пусть великий князь пришлет ему для переговоров своего советника Никифора Басенкова, не раз ездившего в Орду. Но даже и на это предложение Иван III не мог согласиться.
Обмен гонцами привел к прекращению боевых действий на Угре. Едва начались переговоры, Ахмат-хан отошел от переправ и остановился в двух верстах от берега. Иван III мог торжествовать. Его затея увенчалась успехом. Хан стоял на Угре “десять ден”, из них шесть он потратил на заведомо бесплодные и никчемные переговоры.
Русские полки обороняли Угру, пока в том была необходимость. С Дмитриева дня (с 26 октября) зима вступила в свои права. Угра покрылась ледяным панцирем. Теперь татары могли перейти реку в любом месте и прорвать боевые порядки русской армии, растянувшиеся на десятки верст. В таких условиях воеводы отступили с Оки к Кременцу. Теперь вся русская армия была собрана в один кулак.
С наступлением морозов и началом ледостава в Кременце стало известно о приближении удельных полков. Братья имели при себе сильные полки, тогда как великий князь стоял в Кременце “с малыми людьми”. Ивану III нельзя было медлить, и он вызвал с Угры сына Ивана с верными полками. Возникла возможность завершить переговоры о прекращении внутренней войны в стране. Иван III уступил домогательствам братьев и объявил о передаче им нескольких крепостей с уездами. Смута, подтачивающая силы России изнутри в течение девяти месяцев, завершилась без кровопролития.
Хан боялся затевать сражение с русскими, не имея помощи от короля. Но уже в октябре стало ясно, что Казимир не намерен выполнять своих союзнических обязательств. Жестокость и вероломство Ахмат-хана, разграбившего литовскую “украину”, означали полное крушение их союза. Орда была утомлена длительной войной. Наступление морозов заставило ордынцев спешить с возвращением в свои зимние кочевья. В начале ноября Ахмат-хан отдал приказ об отступлении. Его сын, двигаясь на восток, разорил несколько русских волостей под Алексиным. Встревоженный Иван III немедленно направил в Алексин своих воевод. Уклонившись от встречи с ними, татарский царевич бежал в степи.
Из Кременца Иван III со всей армией перешел в Боровск. Король Казимир так и не собрался на войну, а Орда исчезла в степях. Ахмат-хан после отступления распустил свои войска на зимовку, за что и поплатился головой. Его соперники ногайские князья воспользовались оплошностью, исподтишка напали на ханскую “вежу” и убили Ахмат-хана.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
