56814 (572617), страница 2
Текст из файла (страница 2)
в) ввоз некоторых видов ресурсов из нейтральных и формально нейтральных стран.
Все страны, которые так или иначе оказывались в сфере немецко-фашистского диктата, оперативно превращались в доноров германской военной экономики. Переключение ресурсов этих стран на обеспечение агрессивной политики рейха приобретало разные формы: от прямых конфискаций материальных ценностей до привлечения иностранных предприятий к производству готовой продукции. Поэтому первостепенное значение придавалось приобретению сырьевых продуктов. В частности, только во Франции, Бельгии и Голландии фашистская Германия захватила около 9 млн. т нефтепродуктов. В оккупированных районах Франции и Бельгии до конца 1940 г. гитлеровцы конфисковали 135 тыс. т меди, 20 тыс. т свинца, 9 тыс. т никеля, 9 тыс. т алюминия. Важнейшей составляющей германского военного производства стала железная руда Швеции: в каждом немецком танке или артиллерийском орудии содержалось около 30% шведского металла. В начале осени 1940 г. ежемесячные поставки в Германию румынской нефти достигли 250 тыс. т, что существенно улучшило обеспеченность страны этим ресурсом. Вообще же производство в Германии основных видов промышленного сырья и материалов, частично связанное с ввозом ресурсов только из оккупированных стран, возросло за 1939-1941 гг. на 30%.
Наряду с использованием стратегического сырья и материалов захваченных стран, германские оккупационные власти проводили крупномасштабные действия по демонтажу и вывозу с их территорий базового промышленного оборудования. Так, из Польши гитлеровцы вывезли все новые американские станки, работавшие на некоторых военных заводах этой страны. На оккупированной территории Франции были конфискованы агрегаты для нефтеперерабатывающей промышленности, почти все крупные металлообрабатывающие станки, сложное оборудование для горнодобывающей промышленности и др. Большое количество станков и оборудования фашисты вывезли из Бельгии, Голландии и других оккупированных стран.
Огромные ресурсы, бесцеремонно высасывавшиеся германскими монополиями из оккупированных и зависимых стран, стали серьезнейшим катализатором дальнейшего усиления военно-промышленного потенциала фашистской Германии. В результате центральным моментом стало то, что в течение 1939-1941 гг. за счет оккупированных стран и союзных государств производственные мощности военной экономики Германии увеличились: по добыче каменного угля и выплавке алюминия - почти в 2 раза; по производству электроэнергии, чугуна, стали, автомобилей - более чем в 2 раза; по добыче железной руды - в 7,7, нефти - в 20, бокситов - в 22,8 раза. Еще до войны с Польшей обогнав США и Канаду по выплавке алюминия, "Третий рейх" вместе с контролируемыми территориями в 1940-1941 гг. существенно увеличил производство этого важного стратегического сырья. В 1940 и 1941 гг. в Германии было выпущено около 300 тыс. станков, что позволило не только увеличить, но и значительно обновить станочный парк рейха.
Наряду с прямым вывозом из оккупированных и зависимых стран готовых к применению сырья и оборудования, гитлеровцы широко использовали для нужд рейха остававшиеся на их территориях производственные мощности. Всего в июне 1941 г. в этих странах по заказам вермахта работали около 6,5 тыс. промышленных предприятий. Только чехословацкие заводы фирмы "Шкода" могли обеспечить важными видами вооружения до 40-50 немецких дивизий. На румынских нефтепромыслах добывалось до 5,5 млн. т нефти в год. Только за первые два года оккупации из Франции в Германию были вывезены 5 тыс. паровозов и 250 тыс. вагонов. Германская автомобильная промышленность, усиленная производственными мощностями оккупированных и зависимых стран, способна была производить 600 тыс. автомобилей в год. К этому следует добавить, что в руках гитлеровцев в качестве военных трофеев, использованных ими впоследствии для материального обеспечения своей агрессии, оказались вооружение и запасы разбитых вооруженных сил противников. В одной только Франции были захвачены 4930 танков и бронетранспортеров, а также 3000 самолетов. По-гитлеровски решалась неуклонно обострявшаяся проблема рабочих кадров: уже накануне нападения на СССР (май 1941 г.) на работы в германской промышленности были насильственно привлечены 3,1 млн. иностранных рабочих.
Поставив на службу рейху промышленные, сырьевые, продовольственные и людские ресурсы почти всей Европы, гитлеровская Германия к 1941 г. сосредоточила в своих руках мощнейший военно-экономический потенциал. Будучи приведена в действие, эта гигантская военная машина, по глубокому убеждению гитлеровцев, должна была обеспечить Германии решающее превосходство по современным средствам ведения войны. Превосходство, опираясь на которое, они надеялись достичь своей основной цели - разгромить Советский Союз как главное препятствие на пути к установлению мирового господства.
Советско-германские документы, подписанные в августе 1939 г., сыграли определенную положительную роль и для Советского Союза. Они, в частности, обеспечили:
а) решение колоссальной по своей масштабности стратегической задачи - переноса западной границы СССР на 250-300 км на запад, что лишило Гитлера выгоднейших плацдармов для будущего нападения;
б) мир Советской стране в течение 22 месяцев и возможность дальнейшего повышения ее обороноспособности в мирных условиях.
Время, выигранное в связи с заключением советско-германского договора, Советский Союз использовал для дальнейшего укрепления своих сил. Соответствующие конкретные задачи были предусмотрены третьим пятилетним планом. Причем если фашистская Германия получила возможность совершенствовать свою военную экономику за счет оккупированных стран (до 1941 г. ею были захвачены материальные богатства на сумму 9 млрд. фунтов стерлингов, что превышало два ее годовых национальных дохода до войны), то советский пятилетний план базировался почти исключительно на освоении отечественных ресурсов. Опираясь на них, экономика СССР последовательно развивалась по пути дальнейшего роста производства и совершенствования его на базе новой техники.
За годы довоенных пятилеток в СССР были построены около 9 тыс. крупных промышленных предприятий, в том числе за первые годы третьей пятилетки - около 3 тыс. Ведущим звеном, определявшим подъем военно-экономического комплекса страны, были тяжелая индустрия и ее сердцевина - машиностроение, доля которого во всей промышленной продукции СССР в 1940 г. достигла 31%. Усиленными темпами развивалось оборонное производство: при среднегодовом темпе роста продукции всей промышленности на 13,2%, в оборонных отраслях он составил 39%. Продолжалась дальнейшая рационализация географического размещения производства. Разведанные в восточных районах страны месторождения позволили уже в 1940 г. увеличить их долю в общесоюзной добыче угля (до 35,9%), железной руды (до 28,7%), нефти (до 11,5%), а также в общесоюзной выплавке стали (до 32%). В Поволжье, на Урале, в Сибири в годы третьей пятилетки продолжалось интенсивное строительство предприятий машиностроительной и оборонной промышленности, базировавшихся на местном топливном и металлургическом сырье (предприятий-дублеров). К началу войны промышленность, развивавшаяся восточнее Волги, производила 18,5% всей союзной оборонной продукции, а по некоторым ее видам - более 30%.
Дальнейшее преимущественное развитие производства средств производства в ходе продолжения индустриализации советской экономики в принципе существенно ускоряло техническую модернизацию всех ее отраслей. Но поскольку в рассматриваемый период на этом пути оставалось еще много нерешенных задач, то по ряду важнейших показателей выйти на уровень, достигнутый германской экономикой (усиленной захваченными ресурсами оккупированных стран), пока не удавалось. Так, в 1940 г. в Советском Союзе было добыто 165,9 млн. т угля, выплавлено 18,3 млн. т стали, выработано 48,6 млрд. кВт-ч электроэнергии. Германская же индустрия (вместе с оккупированными странами) в 1941 г. добыла 400 млн. т угля, выплавила 31,8 млн. т стали, выработала 70 млрд. кВт-ч электроэнергии. Производство металлорежущих станков составляло, соответственно, 58,4 тыс. (СССР) и 126 тыс. (Германия). В целом же накануне нападения на СССР Германия располагала станочным парком в 1700 тыс., а Советский Союз - в 710 тыс. Значительно уступало германскому и советское транспортное машиностроение, и т. д. Из сопоставления приведенных данных видно, что база тяжелой индустрии Германии превосходила соответствующую базу Советского Союза в 2-2,5 раза. В период с начала Второй мировой войны до нападения на Советский Союз Германия израсходовала по имперскому бюджету на военное производство еще более крупные ассигнования, чем в предыдущий период, - 138 млрд. марок. Значительно возросли ассигнования на оборону и в Советском Союзе: в 1938-1940 гг., вследствие возрастания угрозы военного нападения, на нужды обороны были израсходованы 119,1 млрд. руб. (против 4,9 млрд. руб. в первой пятилетке). Чтобы полнее обеспечить оснащение армии, советское руководство вынуждено было пойти на существенное сокращение ресурсов для народного хозяйства. Иначе говоря, уже в предвоенный период интересы укрепления оборонной мощи страны были сопряжены с предельным напряжением всех ее сил.
Уровень развития экономик СССР и Германии, достигнутый в последний предвоенный год, в решающей степени определил и состояние их вооруженных сил как главного орудия войны. К тому моменту их количественные параметры были такими. Перед нападением на Советский Союз вооруженные силы фашистской Германии насчитывали 8,5 млн. чел. В восточной группировке войск Германии и ее союзников, развернутой против СССР, было 5,5 млн. чел. численного состава, 47,2 тыс. орудий и минометов, 4,3 тыс. танков и около 5 тыс. боевых самолетов. Кроме того, на вооружении вермахта находились трофейные танки Франции и Чехословакии. В вооруженных силах СССР к началу войны в западных военных округах насчитывалось 2,9 млн. чел., 32,9 тыс. орудий и минометов (без 50-миллиметровых минометов), 14,2 тыс. танков, 9,2 тыс. боевых самолетов. Это составляло немногим более половины всего численного и боевого состава Красной Армии и Военно-Морского флота. Как видно из этих уточненных данных, фашистская Германия и ее союзники превосходили группировку советских войск в западных военных округах по личному составу (в 1,9 раза) и по орудиям (в 1,4 раза), но уступали им по общему количеству танков (в 3,3 раза) и самолетов (в 1,8 раза). Однако реально, с учетом качественного состояния, советские вооруженные силы по своей мощи и по этим показателям были вовсе не сильнее, а наоборот, значительно слабее. Дело в том, что перед нападением на СССР (после победных "блицкригов" в Польше и Западной Европе) на оснащении немецкой армии были оставлены новейшие технические средства, проведена модернизация ранее выпускавшихся видов вооружения. В то же время в ходе становления отечественной индустрии в СССР было выпущено большое количество вооружения и военной техники с недостаточно высокими тактико-техническими характеристиками. По причине недостаточной мощности оборонных производств они не были своевременно заменены и продолжали оставаться на оснащении армии. И как следствие, гитлеровская армия вторжения реально превосходила западную группировку советских войск по современным тяжелым и средним танкам (в 1,5 раза) и по боевым самолетам новых типов (в 3,2 раза) Это означало, что накануне войны основным советским танком был "БТ-7", который по броне и вооружению значительно уступал танкам противника. Не отвечала требованиям времени и основная часть советских боевых самолетов. Кроме того, серьезно отставало отечественное производство противотанковых и противовоздушных средств. Красная Армия значительно уступала вермахту по насыщенности стрелковых войск автоматическим оружием, по степени моторизации воинских частей и т.п. Оборонные отрасли промышленности страны еще только набирали темпы выпуска современных видов боевой техники. Поэтому в полной мере осуществить техническое перевооружение советских войск до начала войны так и не удалось. Одновременно реальным был тот факт, что, поскольку отборные советские командные кадры стали жертвами широкой политической чистки 1937-1938 гг., то накануне войны Красная Армия была значительно слабее гитлеровского вермахта по качеству командного состава.
В предельно сложной как внутренней, так и внешней обстановке советское руководство делало все, чтобы как можно дольше не дать А. Гитлеру начать войну. С одной стороны, оно стремилось заполучить побольше времени для завершения подготовки Красной Армии к надвигавшейся войне. С другой стороны, действовало еще одно немаловажное обстоятельство. Как известно, А. Гитлер всю германскую экономику, всю политику подчинил подготовке к войне еще с середины 30-х годов. "А мы, - по словам Г.К. Жукова, - свою территориальную систему только в 1939 г. начали переводить на кадровую. Конечно, мы вступили в войну, не с кадровой в целом армией, а с армией территориальной, что и сказалось на боеспособности войск. А что значит территориальная система? Это значит, они не знали, как бороться с авиацией, не знали танков, поэтому танкобоязнь, помните, как охватила нашу армию... Вот так, собственно говоря, в таких условиях и развернулось это мрачное событие".
Между тем германская сторона стремительно форсировала приближение этого события. Тактические соображения А. Гитлера нашли воплощение в своеобразном кредо такого содержания: "Войну буду вести я. Выгодный для нападения момент буду определять я. Бывает только один самый выгодный момент. Я дождусь его. С железной решительностью. И я его не упущу. Я направлю всю свою энергию на то, чтобы он наступил. Это моя задача". Всестороннее изучение предвоенных реалий и соответствующих документов показывает, что гитлеровское политическое и военное руководство целенаправленно готовило вооруженную агрессию против Страны Советов. А. Гитлер отлично знал о неготовности СССР к войне летом 1941 г. "Русские вооруженные силы, - по оценке фюрера, высказанной в разговоре с командующими армиями 9 января 1941 г., - представляют собой глиняный колосс без головы. У них нет хороших полководцев, и они плохо оснащены". Вместе с тем он учитывал, что в дальнейшем условия для нападения на Советский Союз могут стать намного менее благоприятными. Как следствие, день "икс" настал 22 июня 1941 г. В доверительном письме Б. Муссолини, отправленном ему накануне, фюрер, изложив "план ликвидации России", писал, что он принял "самое тяжелое в своей жизни решение". Но он "ни на секунду не сомневался в большом успехе".
Центральное место в завоевательной программе немецкого фашизма на пути к мировому господству занимал план " Барбаросса ", утвержденный А. Гитлером 18 декабря 1940 г. Планом "Барбаросса" предусматривался разгром Советского Союза в ходе одной кратковременной кампании еще до того, как будет закончена война против Англии. В соответствии с этим планом, для нападения на СССР к 22 июня 1941 г. у советских западных границ были сосредоточены 190 дивизий (в том числе 19 танковых и 14 моторизованных) Германии и ее союзников. Кроме того, к войне против СССР привлекались 2/3 имевшихся в Германии военно-воздушных сил и значительные силы флота.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
