56739 (572609), страница 5
Текст из файла (страница 5)
Вопрос о власти, который был главным в этой схватке, Хрущев и его команда предпочли решать за кулисами пленума. Даже при таком послушном его составе этот вопрос побоялись вынести на беспристрастное и объективное обсуждение пленума ЦК КПСС. Узкая группа уже все решила до начала заседаний. 260 членов ЦК — представители партийной элиты — были готовы принять любое решение — осудить, казнить, помиловать, — достаточно было знака нового верховного руководителя. На пленум Хрущев вышел уже как лидер партии, ее вождь, и членам ЦК в этой ситуации оставалось только выказать верноподданнические чувства и резко осудить противников Хрущева. Именно поэтому все бросились записываться для выступлений в прениях. Те, кому не дали слова, представили тексты выступлений, мучаясь в недоумении, что это: проявление недоверия, сомнения в личной преданности? По вопросу, который уже был решен, хотели выступить почти все члены ЦК. Нужно было засвидетельствовать верность, преданность, прежде всего личную преданность, новому руководителю партии.
Пленум подвел итоги продолжавшейся уже несколько лет после смерти Сталина борьбы за лидерство в партии. Хрущев одержал полную победу. Партия тоталитарного типа обрела своего единственного вождя. Все стало на свои места.
В официальных документах пленум своим главным итогом определил защиту линии XX съезда от посягательств узкой группы раскольников и отщепенцев, пытавшихся пересмотреть и ревизовать ее. Эта формула получила широкое применение в официальной пропаганде и в самом общем виде, без коррективов и специального анализа, вошла в советскую историографию.
Да, в самом общем виде внутрипартийная борьба, столкновения в ЦК и его президиуме завершились в конечном счете признанием приверженности партии, ее центральных органов курсу XX съезда. Но вправе ли мы теперь ограничиваться этой общей, краткой и не совсем точной формулой? Она не столько раскрывает истину, сколько прикрывает нежелательные стороны борьбы внутри партии начиная с позиций самого ЦК и его президиума по отношению к курсу XX съезда в 1956 - начале 1957 г. Анализ исторической ситуации, сложившейся после XX съезда, только в рамках предложенной пленумом формулы может привести к неполной, а следовательно, неверной трактовке событий, к утверждению о том, что курс XX съезда последовательно осуществлялся благодаря настойчивости Хрущева и его сторонников, а группа раскольников во главе с Молотовым постоянно пыталась противодействовать претворению его в жизнь.
Обсуждение вопросов на пленуме ЦК проходило в глубокой тайне не только от беспартийных, но и от всей массы членов партии. Со времен Ленина сохранялась традиция знакомить со стенограммой пленума узкий круг руководителей республиканского и областного партийного актива, чтобы они верно ориентировались в установках партии. На места рассылалась стенограмма пленума, но только после того, как ее подправляли, убирали "лишнее" сами ораторы, затем стенограмму еще редактировали работники аппарата ЦК КПСС. Однако стенограмму июньского 1957 г. пленума даже после правки и чистки рассылать в местные организации не стали. Более того, принятое пленумом постановление не было полностью опубликовано в печати.
В том, что скрыли от партии часть решений пленума ЦК, не было ничего необычного. Это делалось довольно часто. Удивительным было другое — то, что материалы пленума ЦК и часть его решений скрыли от верхнего эшелона партии.
На первый взгляд, это кажется парадоксальным. Ведь это был документ, который венчал определенный период борьбы внутри руководства партии, выведший Хрущева в единственные лидеры партии. Что же хотели сохранить в секрете члены ЦК?
Президиум, пленум скрыли от партии действительное положение дел в высшем руководстве, расстановку сил в июне 1957 г., представляя дело таким образом, что только небольшая группа, а не большинство президиума ЦК, выступила против Хрущева. В решении пленума были названы фамилии Молотова, Маленкова, Кагановича и Шепилова, тогда как их позицию разделяли и Ворошилов, и Булганин, и Первухин, и Сабуров. И все они голосовали за освобождение Хрущева от обязанностей первого секретаря ЦК КПСС. Желая скрыть тот факт, что большинство членов президиума ЦК выступили против Хрущева, пленум отложил наказание остальной части "антипартийной группы", и вскоре они, большинство членов президиума ЦК, понесли наказание — были выведены из состава президиума, а затем из ЦК КПСС.
Все решения, касающиеся массовых политических репрессий и участия в них членов политбюро в 30-е годы, были приняты секретным порядком. Такая позиция вызывает недоумение, ибо участие в массовых политических репрессиях было одним из главных пунктов обвинения и Молотова, и Маленкова, и Кагановича. Однако и констатация этого факта, и обвинение как предлог для их наказания на пленуме были скрыты от партии. По всей вероятности, руководство партии пугало то, что эти обвинения в полной мере могли быть распространены и на других членов политбюро, и в первую очередь на самого Хрущева.
Были и другие важные обстоятельства, которые определили позицию президиума ЦК по вопросам информации о работе пленума ЦК и его решений. В событиях конца июня 1957 г. особую роль сыграл Г.К. Жуков — и в ходе заседания президиума ЦК, подготовки пленума ЦК КПСС, и в ходе его работы. Из стенограммы пленума видна высокая оценка роли Жукова в борьбе против группы Молотова, данная Хрущевым. Именно Жуков много сделал для сохранения Хрущева на посту первого секретаря ЦК КПСС. В стенограмме пленума ЦК воспроизведены угрозы применения армии в решении вопроса о власти, высказанные Жуковым накануне пленума ЦК. Никогда армия не стояла так близко к политике, никогда до сих пор в ее руках не было решения вопроса о власти в партии и государстве.
О том, что президиум ЦК не имел желания сообщать об этих фактах партии, свидетельствует та правка, которая была осуществлена помощником Хрущева Г.Т. Шуйским в стенограмме, которая сохранилась в Архиве Президента РФ. Из этой правки видно, как из стенограммы снимались высказывания Хрущева, высокие оценки позиции Жукова, его действий в дни кризиса, данные Брежневым.
ЧТО СПОСОБСТВОВАЛО ПОБЕДЕ ХРУЩЕВА
В чем же причины успеха Хрущева на пленуме? Какова была расстановка сил в правящих кругах СССР? Каковы были те объективные реальности, которые лежали в основе решений, принятых июньским (1957 г.) пленумом ЦК КПСС?
Если говорить о расстановке сил в самом ЦК, то Хрущев получил безоговорочную поддержку представителей партийной элиты — как высшего эшелона, так и местных руководителей. Твердая поддержка ему была обеспечена со стороны высших армейских чинов, представленных в Центральном Комитете.
На что же надеялись Молотов и его группа? Какие силы внутри ЦК могли их поддержать? Возможна ли была такая поддержка в принципе?
Оппоненты Хрущева рассчитывали на силу своего авторитета в партии и в обществе. Среди партийной элиты они надеялись получить поддержку членов ЦК, занимавших посты в советских, хозяйственных органах, руководителей крупных предприятий. Они долго работали вместе, между ними сложилось взаимопонимание. Эти люди не раз обращались за помощью, поддержкой и получали ее.
Молотов, Каганович, Маленков и другие видели в этих членах ЦК противников хрущевских реформ. Учитывая их немалый вес в составе ЦК, надеялись опереться на них в открытом столкновении на пленуме ЦК. Однако Молотов и поддерживавшие его члены президиума не поняли психологии советского чиновника. Опасаясь чисток, передвижения из Москвы на периферию, их потенциальные союзники не способны были на открытое выступление на партийном форуме. Более того, на пленуме они поспешили засвидетельствовать свою поддержку и личную преданность Хрущеву, заискивали перед ним, униженно искали его расположения.
В середине 50-х годов в связи с реформами управления промышленностью началось передвижение представителей центрального аппарата на работу на периферию. Это было своеобразной чисткой этого аппарата от старых кадров, приверженцев Молотова, Маленкова, Кагановича и др.
Надо также иметь в виду, что в те годы еще жило глубокое убеждение, что любое организованное выступление группы членов ЦК против руководителя партии рассматривалось как выступление против партии, как оппозиция партийному руководству. Любое выступление такого рода было обречено на провал. За ним с неизбежностью следовали жестокие наказания не только участникам группы и примыкающим к ним лицам, но и родственникам, друзьям, товарищам по совместной работе.
Молотов, Каганович, Маленков переоценили собственную популярность. Они не учли тех важных сдвигов, которые произошли в обществе после XX съезда. Они оказались не в состоянии правильно оценить новую историческую реальность, которая сложилась после съезда, положение в партии в целом, в ее руководящих органах.
Партийная элита была представлена не только фигурами из центрального аппарата, но и местными партийными руководителями, которые почти вес были избраны в состав высших органов партии XX съездом КПСС. После смерти Сталина произошли серьезные сдвиги в расстановке сил в руководящей партийной среде. Сталин ни с кем не делил своей абсолютной власти, полностью контролируя положение как в центре, так и на местах. Всякие попытки к самостоятельности или даже к сокрытию положения на местах жестоко подавлялись Сталиным. Партийные руководители областей, республик понимали борьбу со сталинизмом и как получение большей свободы в своей деятельности и реальных прав в решении общепартийных дел, и как гарантию безопасности.
Старая "партийная гвардия", долгие годы занимавшая места в политбюро, стремилась сохранить свое положение в партии, сохранить старые сталинские порядки в механизме руководства партией и страной, при которых все решалось в центре, в политбюро, в Центральном Комитете, в Совмине. Хрущев публично демонстрировал свое несогласие с этими порядками. Члены ЦК, работавшие на местах, после XX съезда получили большую свободу действий, большую полноту власти, большую независимость от центра. Они почувствовали свою новую роль в разгоравшейся борьбе за лидерство в руководстве партии. Хрущев и не скрывал, что нуждается в их поддержке, чтобы упрочить свое положение.
К этой части партийной элиты как самостоятельной группы Сталин обращался в конце 40-х - начале 50-х годов, имея планы использовать ее в отстранении от власти "старой гвардии". При этом Сталин и не мыслил ослабить узду, в которой они находились. Перед этой группой молодых партийных руководителей, беззаветно преданных Сталину, открывалась перспектива быстрого продвижения в высшие эшелоны власти, перспектива замещения мест, освобождаемых старыми соратниками Сталина.
На XIX съезде партии был значительно расширен состав президиума ЦК КПСС и других руководящих органов, куда была выдвинута большая группа молодых партийных функционеров. Многие местные руководители были ошеломлены, как и в 30-е годы, неожиданно высоким назначением, перспективой головокружительной карьеры. Многие секретари областных организаций оказались в составе секретариата ЦК, президиума, заняли важные посты в советском руководстве. И вот сразу после смерти Сталина все возвращалось на круги своя. И эти люди, вкусив сладость власти, величие необычайной значимости, вновь оказывались в старой структуре, оставляя, казалось, уже обжитые ими кабинеты Кремля и Старой площади.
Эти новые руководители, которых Сталин готовил к борьбе со старыми членами политбюро и которых не успел использовать в полной мере, теперь взялись сами исполнять "завет вождя". Они понимали, какую роль готовил для них Сталин, и сыграли ее после его смерти. Вполне очевидны недоверие и неприязнь старых кадров к молодым, которые рвались к власти, поощряемые и подталкиваемые вождем. Молодые партийные функционеры чувствовали это отношение "старой гвардии". Отсюда — резкость выступлений на пленуме молодых членов ЦК против Молотова, Маленкова, Кагановича.
Молодые партийные функционеры, местные руководители сыграли свою роль, но в новых условиях. При этом оказались не статистами, не простым орудием в руках Сталина, а деятельной силой, во многом определившей судьбу Хрущева. В этих условиях местная партийная бюрократия стала самостоятельной силой, самодовлеющей величиной, а не подспорьем, средством в руках лидера для решения только его задач. Она показала себя группой, обладающей собственными интересами, в значительной мере самостоятельной позицией, сохранившей свое значение, независимость и после победы Хрущева. С этой силой нельзя было не считаться. И когда Хрущев попытался освободиться от этой зависимости, сломить эту силу, то такое противостояние кончилось его поражением.
В кульминационный момент борьбы за лидерство в партии Хрущев получил также безоговорочную поддержку руководителей органов безопасности.
После смерти Сталина обществу все больше и больше открывались потрясающие факты массовых репрессий, беззакония и произвола, фальсификации уголовных дел с помощью пыток и истязаний арестованных. Стало ясно, что речь шла не об исключительных случаях, а о повседневной практике работы органов безопасности. Выявлялось их подлинное место в механизме власти.
После разоблачений преступлений сталинского режима, которые прозвучали с трибуны XX съезда, встал вопрос об ответственности сотрудников органов безопасности за совершенные преступления, и реальная угроза оказаться на скамье подсудимых нависла не только над руководителями органов безопасности, но и над многими сотрудниками более низкого ранга.
Выдвижение Хрущевым на пост руководителя службы государственной безопасности генерала Серова, за которым было немало преступлений, позволило рассчитывать на снисходительное отношение и к другим деятелям госбезопасности - генералам и офицерам репрессивной системы. Они не ошиблись в своих расчетах. После суда над Берией, B.C. Абакумовым и другими руководителями органов безопасности в 50-е годы, после расстрела такой одиозной фигуры, как бывший начальник следственной части М.Д. Рюмин, практически вопрос об ответственности лиц, причастных к массовым репрессиям, пыткам и истязаниям арестованных, был снят с повестки дня.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
