ВКР Мельников (1202766), страница 5
Текст из файла (страница 5)
Уголовная ответственность (согласно ст. 21 УК РФ) не наступает для лиц, которые в процессе совершения общественно опасного действия находились в психологическом состоянии невменяемости. Иными словами, они не могли осознавать последствия своих деяний, носящих общественно опасный характер, либо руководить ими. Человек в состоянии невменяемости не может считаться субъектом преступного деяния, следовательно, они не подпадают под уголовную ответственность. При совершении таким лицом преступления, квалифицируемого как убийство, оно по вердикту суда может быть подвергнуто принудительным медицинским мерам [37, с. 108].
В качестве субъекта убийства признается человек, который к моменту лишения жизни достиг 14 лет, причем он считается достигшим данного возраста не в день рождения, а только после наступления следующих суток. Когда точную дату рождения невозможно определить, то прибегают к судебно-медицинской экспертизе, устанавливающей год рождения, а датой рождения считается последний день определенного года рождения.
Выяснение этого возрастного предела носит исключительный характер. По действующему законодательству к уголовной ответственности привлекают лиц не моложе 16 лет. Понижение возрастного порода до 16 лет за совершение квалифицированного убийства связано, как предполагают многие специалисты, с общественно опасным характером такого преступления, поэтому его причисляют к списку тяжких преступлений. Законодательство исходит из того, что данный вид противоправного действия является поступком, общественная опасность, которого предельно понятна каждому подростку, начиная с 16 лет. При совершении убийства субъект осуществляет посягательство на благо, которым он наделен сам, вследствие чего на собственном жизненном опыте он может осознавать всю тяжесть своего преступления наряду с его вредом и последствиями [7, с. 49].
Законодательством принимается во внимание, что к 14-летнему возрасту подросток уже имеет начально сформированную базу знаний и моральных ценностей, с помощью которых он осознает все последствия убийства. В результате установление нижнего возрастного порога за преступления, направленные против жизни другого человека, является вполне оправданным.
К субъективной стороне убийства причисляют также психические отношения субъекта к собственному деянию и летальному исходу потерпевшего (Приложение 2, 3). Согласно действующему уголовному законодательству уголовной ответственности и наказанию может быть подвергнуто только лицо, вина которого совершении преступления полностью доказана. Законодательные нормы указывают, что совершение общественно опасного действия может стать основанием для наступления уголовной ответственности, но только если это действие совершено предумышленно. Состав преступления, прописанный ст. 105 УК РФ, предполагает только умышленную форму вины, выраженную в прямом или косвенном умысле. Единственной категорией преступлений по неосторожности является действие, прописанное ст. 109 УК РФ, которая звучит как причинение смерти по неосторожности [37, с. 108].
При наличии умысла на лишение жизни лицо полностью осознает характер совершаемого действия, после которого наступит летальный исход для другого лица, а также предвидит негативные последствие поступка и желает (наличие прямого умысла) либо осознанно допускает причинение смерти, безразлично относится к факту смерти (наличие косвенного умысла). Мотивами и целями деяний преступника могут выступать различные ситуации – от корыстных побуждений и проявления низменных черт человеческой натуры до стремления сохранить собственную жизнь в пределах самообороны. Наличие определенных мотивов, целей и эмоциональных переживаний преступника принимаются во внимание при квалификации либо в качестве смягчающих (статьи 106, 107, 108 УК РФ), либо в качестве отягчающих (ч. 2 ст. 105 УК РФ) ответственность обстоятельств, либо не причисляются ни к одной из перечисленных категорий
(ч. 1 ст. 105 УК РФ).
При наличии прямого умысла преступник осознает общественно опасный характер собственного деяния, либо бездействия, может предвидеть его общественно опасные последствия и хочет, чтобы эти последствия наступили [34,
с. 98].
Интеллектуальную составляющую при наличии прямого умысла образует осознание преступником общественно опасного характера собственного деяния или бездействия наряду с предвидением их общественно опасных последствий. Что касается убийства, осознание характера собственных поступков предусматривает полное понимание преступником того, что он посягает на жизнь жертвы. Осознание последствий заключается в ментальном представлении, что после содеянного может наступить летальный исход для потерпевшего.
Прямой умысел просматривается и в случае, когда наступление летального исхода предполагается в качестве неизбежного последствия действия преступника, и в случае, если оно предполагается как вероятный результат.
Волевой момент прямого умысла заключается в желании смерти виновным потерпевшему и стремлении к этой намеченной цели.
При наличии косвенного умысла преступник осознает общественную опасность собственного деяния или бездействия, предвидит общественно опасные последствия и осознанно допускает свершение этих последствий [32, с. 73].
Интеллектуальный момент в косвенном умысле абсолютно идентичен интеллектуальному моменту в прямом умысле. Единственное отличие заключается в том, что при наличии прямого умысла преступник осознает, как неизбежность, так и вероятность наступления летального исхода у жертвы; при наличии косвенного умысла преступник может предвидеть только вероятность наступления летального исхода у потерпевшего. В определенных ситуациях, когда преступник предвидит неизбежность смертельного исхода, это свидетельствует о наличии у него прямого умысла. Поэтому правильной является точка зрения, согласно которой считается что в ситуациях, когда человек предумышленно поставлен в условия неизбежного лишения жизни, то о наличии косвенного умысла у преступника говорить невозможно [28, с. 107].
Волевой момент состоит в том, что преступник не желает причинения смерти жертве, однако предполагает ее осознанное наступление в результате своих действий. При наличии косвенного умысла преступник не желает наступления летального исхода у жертвы, поскольку преследует иные цели. Тем не менее, для того чтобы достигнуть этих целей субъект осознанно допускает вероятность наступления летального исхода у потерпевшего. Последствия преступного характера предполагаются при наличии косвенного умысла в качестве вероятного побочного результата преступных действий, направленных на иные цели. Как следствие, косвенный умысел при лишении жизни предусматривает наличие прямого умысла применительно к другим действиям.
Важную роль играет отделение прямого и косвенного умыслов при рассмотрении вопроса об установлении ответственности за покушение на убийство. Теория уголовного права содержит различные точки зрения относительно того, что нередко покушение жизнь жертвы совершается при наличии косвенного умысла. Тем не менее, многими криминалистами эта точка зрения не поддерживается, поскольку она вступает в противоречие со ст. 30 УК РФ. Положения этой статьи в качестве покушения на жизнь потерпевшего признают только предумышленные деяния, результатом которых является совершение преступления. Если говорить точнее, покушение является целенаправленным действием, осуществить которое можно только при наличии прямого умысла, поскольку, при отсутствии желания добиться конкретного результата, преступник может покушаться на достижение такового. При наличии косвенного умысла волевые усилия преступника не направлены непосредственно на летальный исход жертвы. Основная их направленность заключается в достижении другого результата и других действий с целью причинения смерти потерпевшему лицо не совершает, однако создает реальную угрозу летального исхода для потерпевшего [22, с. 90].
К перечню обстоятельств, которые представляют важность для квалификации предумышленного убийства и дают детальную характеристику субъективной стороны данного преступного деяния, следует включить мотив наряду с целью лишения жизни.
Под мотивом подразумевают побудительную причину совершения противоправного действия. В ч. 2 ст. 105 УК РФ описываются такие мотивы как: корыстные побуждения, хулиганство, кровная месть, расовая или национальная нетерпимость, желание завладеть органами жертвы. Если перечисленные выше мотивы отсутствуют, а других отягчающих обстоятельств по делу выявить не удалось, то руководствоваться необходимо ч. 1 ст. 105 УК РФ.
Мотив убийства следует разграничивать с целью, которая выступает в качестве признака субъективной стороны правонарушения. Под целью в данном случае подразумевают интерес либо последствие наступления летального исхода. В законодательной базе мотив с целью имеют различные определения и разграничиваются. Выявление цели сокрытия иного вида правонарушения, либо облегчения совершения преступления является поводом для квалификации убийства как совершенного при наличии отягчающих обстоятельств (п. «к»
ст. 105 УК РФ). Вместе с тем, мотив с целью при убийстве иногда совпадают [40, с. 72].
В завершении данной главы приведем актуальные статистические сведения.
На конец 2016 года количество убийств на территории РФ уменьшилось на 9,6 % — с 12 921 до 11 679 случаев. Это рекордно низкие показатель низким с времен развала Советского Союза.
В перечень лидирующих по числу лишений жизни регионов входят: Московский (666 случаев), Свердловский (488), Иркутский (416) и Челябинский (394) региона наряду с Пермским краем (380). В столице РФ Москве за 2015 год зафиксировано 377 убийств. Самыми спокойными в плане криминогенной обстановки стали же Чечня (всего 10 убийств) и Северная Осетия (11). В Магаданской области, Кабардино-Балкарии, а также Ненецком и Чукотском автономных округах констатировано по 13 убийств.
В среднем за 2016 год на каждые 100 тыс. человек населения России зафиксировано по 8 убийств. Если брать в расчет этот показатель, то наиболее спокойными регионами стали Чечня (2,2 человека на 100 тыс. человек), Москва (3,2 человека на 100 тыс. человек) и Адыгея (3,4 человека на 100 тыс. населения). К списку самой криминальной области России причислена Республика Тува, где совершено 44,8 убийства на 100 тысяч человек. Второе место удерживает — Забайкалье (26,4), третье — Алтай (22,8). Число случаев лишения жизни выше в сельской местности, чем в крупных населенных пунктах [41, с. 99].
Главной причиной высоких показателей убийств в сельской местности заключается в цене жизни и уровне культуры, которая в деревнях всегда была ниже, чем в городе. Второй причиной является алкоголизм: примерно 70% от всего количества убийств было совершено в состоянии сильного алкогольного опьянения, при этом в деревнях традиционно пьют больше. С исторической точки зрения в деревне многие проблемы решаются с помощью насилия, что повышает риск совершения убийства, особенно если фигуранты преступления находятся под воздействием горячительных напитков.
Статистические данные Росстата отличаются от тех сведений, что предоставляет МВД, однако печальные тенденции в силовом ведомстве остаются те же. Количество лишений жизни и покушений в 2016 году незначительно снизилось – примерно на 4 %, до 11 325 человек (в 2015 году этот показатель находится на отметке в 11 813 человек). Нестыковки у МВД и Росстата объясняется различными подходами в подсчетах. Криминальная статистика от МВД фиксируется прежде всего возбужденные уголовные дела, в то время как Росстат фиксирует сведения на основании медицинских заключений о причинах наступления смерти, поступающих в органы ЗАГСа. К примеру, если труп не обнаружен, то в статистические выкладки Росстата сведения не поступают, поскольку отсутствует медицинское заключение, признающее причиной смерти убийство. Кроме того, в статистику Росстата не попадают сведения о неопознанных трупах и пропавших без вести, в то время как МВД имеет основания заявить о совершении убийства на основании показаний родственников (свидетелей). Тем не менее, статистика Росстата, как правило, выше, ведь в отличие от МВД она включает количество убийств, совершенных по неосторожности. С учетом этого убийства уже невозможно отнести к низко латентному виду преступных деяний. Это наглядно демонстрирует огромное количество людей, пропавших без вести, а также обнаруженных неопознанных трупов, имеющих явные признаки насильственной смерти. Эта информация в официальную статистику об убийствах не включается. Самые скромные экспертные оценки говорят о превышении реального количество убийств в 1,5-2 раза по сравнению с официальными статистическими сведениями [41, с. 100].
Большая часть преступников, совершающих убийство, это мужчины (90 %), но лишение жизни всегда являлось той областью, где определенная активность принадлежала также и женщинам. Среди преступниц всего 1% это осужденные за лишение жизни и покушение на нее, при этом удельный вес преступниц среди всех женщин-убийц примерно такой же, как и аналогичной категории преступивших закон среди мужской половины. Об этом свидетельствует статистика Всесоюзной переписи осужденных. Оказывается, в перечень лиц, которые отбывают наказание в местах лишения свободы, мужчин, осужденных за предумышленное убийство при наличии отягчающих обстоятельств — 4,9 %, а женщин немногим меньшее — 4,3 %, за умышленное убийство при отсутствии отягчающих обстоятельств соответственно 6,2 и 10,9 %, за лишение жизни по неосторожности — 0,1 и 0,1 %.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
