Запад - Россия - Восток. Том 4 (1184494), страница 84
Текст из файла (страница 84)
"...Структура жеостается неизменной, и именно благодаря ей миф выполняет своюсимволическую функцию"6. Существенно, согласно Леви-Строссу, чтоструктуры едины для всех "языков", т.е. безразличны к материалу. Дело обстоит здесь примерно так же, как в случае мифов исказок. Чтобы напечатать даже известные мифы, сказания, сказкиразных народов, потребовалось бы много томов. "Но их можно свестик небольшому числу простейших типов, если за разнообразием действующих лиц разглядеть некоторые простейшие функции"7.В "Структурной антропологии", четырех томах "Мифологического",в других работах Леви-Стросс весьма скрупулезно воспроизводит глубинные структуры мифов, их кодирования, "располагая" коды на географической, космологической, социологической, техноэкономической"плоскостях". Отличительные особенности мифологической логики,по Леви-Строссу: логика обобщений, классификаций, анализа природных и социальных явлений, что делает ее внутренне родственнойнауке; вместе с тем она конкретна и образна, является логикой ощущений; мифологическое мышление широко пользуется метафорами,символами и превращает их в способы постижения мира и человека;логика мифа, как и логика самих социальных отношений, построенана бинарных (двойных) оппозициях (высокий — низкий, день — ночь,правый — левый, мир — война, муж — жена, небо — земля и т.д.).Поскольку через более конкретный структурный анализ внутренней логики мифов, моделирование структур родства первобытнообщинных народов Леви-Стросс пролагал дорогу обобщенной филосо-зкмфии и методологии структурного анализа, в дальнейшем его последователи считали возможным и необходимым применить идеи структурализма к другим областям гуманитарного знания.
Для французскоговрача-психоаналитика Жана Лакана то были психология и психиатрия. Его концепция рождается в середине 60-х годов на пересеченииструктурализма и возрожденного, хотя и существенно преобразованного, фрейдизма. В отличие от Фрейда Лакан в исследовании бессознательного выдвигает на первый план не механизмы сексуальных влечений, а язык, речь, дискурс. И хотя "язык" трактуется расширительно и скорее символически-метафорично, Лакан как врач-психоаналитик упорно продвигается по пути сложного и глубокого анализа речипациента, которая в данном случае служит главным средством коммуникации врача и больного.ЛИТЕРАТУРА1234567Леви-Стросс К.
Структурная антропология. М., 1983. С. 23.Там же. С. 181.Там же. С. 56.Там же.Там же. С. 58.Там же. С. 181.Там же. С. 182.302Структурный психоанализЖака ЛаканаВозникновение структурного, или лингвистического, психоанализа1связано с именем Жака Лакана (1901-1981) . Начав свою карьерукак практикующий врач, Лакан в 30-е годы серьезно изучает философию, психологию, культуру, искусство, литературу.
Итогом его стремления синтезировать результаты медицинского и гуманитарного знаниястала докторская диссертация "О параноическом психозе и его отношении к личности" (1932). Выводы этой работы широко использовалисьдеятелями художественной культуры. (В частности, высказанные Лаканом идеи легли в основу "параноической критики" С.Дали.) С середины 30-х годов Лакан посвящает себя педагогической деятельности.Научная работа в Парижском психологическом и Французском психоаналитическом обществах, руководство Парижской фрейдистской школой (1964-1980) выдвигают его в ряд известных европейских психоаналитиков.Научный авторитет Лакана связан с тем новым — структуралистским — направлением психоаналитических исследований, начало которому было положено им в середине 50-х годов. Новизна его взглядовсостоит в том, что он вышел за рамки как классического структурализма, так и ортодоксального фрейдизма, наметил новые перспективы исследований.
Лакан возглавил влиятельную научную школу, не распавшуюся и после его смерти. Многочисленные ученики и последователипродолжают развивать его идеи в области психоаналитической терапии,этнологии, риторики. Философско-культурологические взгляды Лакана, определившие в свое время теоретическую направленность журнала"Тель Кель", составили фундамент структурно-психоаналитической теории культуры.Лакан исходит из того, что бессознательное структурировано какязык 2 .
Он стремится к рациональному истолкованию бессознательного,ищет взаимосвязи его эмпирического и теоретического уровней, неклассические принципы обоснования знания, исследования бытия и познания. Лакан пересматривает декартовское cogito ergo sum, полагая,что субъект не исчерпывается cogito, субъекты бытия и мышлениярасположены на разных уровнях. Но тогда и обоснование бытия мышлением должно быть опосредованно речью и, следовательно, двучленнаяформула связи бытия и сознания неверна. Творческая функция речитолкуется как функция символического, первичного по отношению кбытию и сознанию, речь предстает здесь как универсальный источниккреативности, порождающий как понятия, так и сами вещи.
Символичнов этом плане поведение ученого в аудитории — от фрейдистских символов серпа Кроноса и посоха Эдипа, нашитых на его докторскойшапочке, до фигурок слонов, которые он дарит своим ученикам вконце занятий. Великолепный слон изображен и на обложке первого303тома "Семинара Жака Лакана". Тема слона образует сквозное действие книги. При чем здесь слоны? Лакан сравнивает речь с мельничным колесом, посредством которого желание беспрестанно опосредуется, возвращаясь в систему языка.
Слово в этом контексте не простоприравнивается к вещи. Слово "слон", полагает он, даже реальнееживого слона. Произнесение этого слова вершит судьбы слонов. Благодаря символическим свойствам языка в узкую дверь парижской аудитории в любой момент могут войти слоны. Ведь мыслить — значитзаменить живого слона словом "слон", солнце — кругом. Иными словами, понятие замещает вещь.Cogito ergo sum для Лакана — символ плоского, банального, мещанского сознания, воплощение пошлой "самоуверенности дантиста".Непреходящая заслуга Фрейда состоит, по его мнению, в том, чтопроизведенная последним "коперниканская революция в философии"коренным образом изменила отношение человека к самому себе.
Сутьфрейдовского подхода к проблеме личности заключается в том, чтосознание утратило универсальность, стало непрозрачным для самогосебя. Главным в человеке признавалось бессознательное желание. Либидо превратило дантиста в творца.Современную философскую ситуацию Лакан определяет как "теоретическую какофонию". Ее методологические дефекты связаны с неадекватным истолкованием учения Фрейда, в частности, попыткамипсихологизации либидо у К.Юнга, американских неофрейдистов. Психологизация либидо в неофрейдистских концепциях заводит, по мнению Лакана, в теоретический тупик; психоанализ и общая психологиянесовместимы.Задача структурного психоанализа — восстановить понятие либидокак воплощения творческого начала в человеческой жизни, источникаплодотворных конфликтов, двигателя человеческого прогресса.
Открытие Фрейда выходит за рамки антропологии, так как формуле "все — вчеловеке" он противопоставляет догадку о том, что "в человеке — несовсем все" (хотя бы потому, что человек из-за инстинкта смерти отчасти оказывается вне жизни). И в этом смысле Фрейд — не гуманист, аантигуманист, пессимист, трагик.Лакан, таким образом, с антифеноменологических позиций критикует интуитивистский, субъективистский подход к человеку, противопоставляет общей теории субъекта, философскому антропологизму теоретический антигуманизм.
Он видит свою задачу в отыскании тех механизмов ("машин"), которые, несмотря на многообразие психическихструктур, создают предпосылки для формирования социума. В этомсмысле "машина — портрет человека"3. Но это не "человек-машина"Ламетри. Специфика человека-машины Лакана состоит в свободе выбора. Именно свобода, подчеркивает он, отличает человека от животного,подчиненного внешнему миру и поэтому как бы застывшего, превратившегося в "застопорившуюся машину". Животный мир — областьреального, человеческий — сфера символического. Свобода реализуется в языке и художественном творчестве, благодаря которым мир че-304ловека превосходит границы его реального существования.
Так; дляЭдипа не имеет значения реальное бытие вещей, главное здесь — речевой узел, являющийся тем организационным центром, от которого, какот обивочного гвоздя, разбегаются лучи, пучки значений (например,эдипов комплекс). Для человека как субъекта, мучимого языком, речьне менее весома, чем реальность.Размышляя о сущности бессознательного, Лакан оспаривает и гегелевское представление о понятии как времени вещи, и фрейдовскоепонимание бессознательного, находящегося вне времени. Не только бессознательное, но и понятие существуют вне времени, полагает он.
"Ямыслю там, где я не есть, и я есть там, где я не мыслю" — этот тезисЛакан противопоставляет декартовскому ubi cogito ibi sum. Бессознательное — это чистое время вещи, а его материальным предлогом может быть все, что угодно. В таком контексте "поступок — это речь" 4 .Развивая ставшими традиционными для нео- и постфрейдизма тенденции десексуализации бессознательного, Лакан выстраивает оригинальную концепцию его денатурализации, дебиологизации. Он закладывает новую традицию трактовки бессознательного желания как структурно упорядоченной пульсации.
Идея эта активно развивается его последователями. Термин "пульсация" — один из ключевых для постфрейдизма. Утрачивая хаотичность, бессознательное становится окультуренным, что и позволяет преобразовать пульсации в произведенияискусства и другие явления культуры. Внутренний структурирующиймеханизм объединяет все уровни психики, он функционирует подобноязыку, и именно в этом смысле следует понимать лакановскне слова отом, что бессознательное — это язык: речь идет не только о лингвистическом понимании языка на символическом уровне, но и о "языке"пульсаций на более низком уровне воображаемого, где психология ифизиология еще слиты воедино.В методологическом плане одной из сквозных тем теории Лаканаявляется вопрос о соотношении реального, воображаемого и символического. Эти понятия он считает важнейшими координатами существования, позволяющими субъекту постоянно синтезировать прошлое инастоящее.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
