Запад - Россия - Восток. Том 3 (1184493), страница 22
Текст из файла (страница 22)
Опыт в "подлинно" кантонском смысле должен быть сообразован с деятельностью ученого, прежде всего математика, с сутьюнаучной деятельности как воплощения творчества, культуры. А этозначит, что сердцевина "опыта" — не наблюдения за предметом, не его"фиксирование" с помощью ощущений. Это Кант понимал, а потому входе критики локковско-юмовского эмпиризма подошел к пониманиюопыта как творческого синтеза, благодаря которому предмет не просто "дается", а создается, конструируется.
Однако Кантбыл непоследователен. Он сделал ряд недопустимых, с точки зрениямарбуржцев, уступок материализму, сенсуализму, скептицизму. Предположение о самостоятельном существовании "мира" вещей самих по себе, о "данности?* предмета благодаря ощущениям, теоретическое первенство трансцендентальнойэстетики по сравнению с трансцендентальной аналитикой —«се это, согласно Когену, Наторпу, Кассиреру, принципиальные и требующие устранения ошибки Канта.Критика кантовского учения о вещи самой по себе — один из самых важных конструктивных моментов в философской концепции марбуржцев.
В то же время мотивы этой критики вряд ли можно счестьоригинальными: впервые они прозвучали в произведениях многих философов от Якоби до Ланге. По существу вслед за ними Коген, Наторп, Кассирер разъясняли, что вещь сама по себе должна трактоватьсяне как объективная реальность, не как данность, а как пограничноепонятие, обозначающее цель, проблему познания.
Вместе с сокрушением кантовской вещи самой по себе как источника познания отвергаетсяи основополагающее теоретическое значение — и не только для математики, но и для всей теории познания, для философии в целом —Учения о чувственности, трансцендентальной эстетики. Правда, целиком отбросить кантовское понятие "созерцание" марбуржцы не решаются. Но они по сути дела "подтягивают" созерцание к мышлению,к72^делают созерцание особой "функцией" мышления, задача 11которого —давать не познание закона, а "полное мышление предмета" .Аргументация марбуржцев в пользу "логизации" исходных моментов познания и отрицания самостоятельной роли чувственного созерцания такова: «... В действительности мы имеем ... не просто описание"данного": оно здесь уже обсуждено и образовано согласно определенному логическому противопоставлению... Категория вещи уже по томуодному оказывается непригодной, что в чистой математике мы ищемобласть знания, в которой принципиально отвлекаются от вещей и ихсвойств и в основных понятиях которой не 12могут поэтому быть удержаны какие бы то ни было стороны вещей» .После критического устранения "ошибок" Канта марбуржцы мыслят начать позитивную разработку учения о познании, в центре которого новая концепция трансцендентального метода, которая в свою очередь нацелена на "трансцендентальное обоснование" любого вида "чистых" теорий и учений.
Суть трансцендентального метода так описывается П. Наторпом: "...Метод, в котором заключается философия, имеет своей целью исключительно творческую работу созидания объектоввсякого рода, но вместе с тем познает эту работув ее чистом законномосновании и в этом познании обосновывает"13.Сделав тем самым упор на теорию познания, а в ней — на разработку научного метода, философской логики, марбуржцы вовсе не предполагали этим ограничиться. Напротив, они мыслили свою работунад логическим "первоначалом" как фундамент для этики,эстетики, учения о человеке, теории культуры, социальнойпедагогики и т. д. И, конечно, для разработки широко понятогоучения о науке как средоточии, центре культуры. В известной степенитакая сложная система философских дисциплин, возводимая к логикометодологическим первооснованиям, была марбуржцами построена: онавоплотилась в этических и эстетических сочинениях Когена, Наторпа,Кассирера, в кассиреровской теории языка и культуры, в социальноориентированной педагогике Наторпа.
Однако эти "прикладные" поотношению к теории метода сочинения были известны и повлияли значительно меньше, чем логико-методологическая программа неокантианцев из Марбурга и их критика Канта.В центре же их программы, поскольку она была не только критикойкантианства, но и самостоятельной разработкой логико-методологических проблем, стояли исследования Г. Когена по философии математикии математического естествознания. Следуя Канту, неокантианцы-марбуржцы высоко оценивали моделирующую роль математики. Однакоесли Кант ставил вопрос о возможности априорных синтетических суждений (т.е. нового всеобщего и необходимого знания) именно в трансцендентальной эстетике, в учении о чистых формах чувственности —пространстве и времени, то Коген, Кассирер, Наторп объявили "привязывание" математики именно к созерцанию, хотя бы и "чистому", серьезной ошибкой.
Чтобы исправить ее, учат марбуржцы, надо двигатьсяв двух главных направлениях — дать новое учение, во-первых, о предмете, а во-вторых, о первоначале мышления и познания. В вопросе опредмете ориентация марбуржцев ясна из следующих слов Наторпа:«...Предмет — это всегда проблема, целостный смысл которой можетбыть определен только по отношению к известным величинам уравне-73дня, т.е. нашим фундаментальным понятиям, имеющим своим содержанием основные функции самого познания, законы их действия, в чем исостоит познание.
Это их скорее можно назвать "данным" в познании,так как они являются тем, благодаря чему вообще обеспечивается познание. Но сам предмет никогда не дан, а напротив того, скорее задан;всякое знание о предмете, имеющее известную ценность для нашегопознания, должно быть построено на основе главных факторов самогодознания и может быть сведено к простейшим и фундаментальным элементам». "Данность", — говорит Наторп в статье "Кант и марбургскаяшкола", — сама становится проблемой мышления"14. Подчеркнем: проблемой мышления, а не синтезом созерцания и его чистых априорныхформ, как то было у Канта. Отсюда вытекает еще одно следствие,важное для понимания отношения неокантианства к тем предшествующим и некоторым современным им философским учениям, где на первый план так или иначе выдвигалось понятие бытия. Марбуржцы решительно отвергают такой "онтологизм": всякое неподвижное "бытие",считает Наторп, должно раствориться в движении мысли.
О бытии,согласно философии марбуржцев, правомерно говорить лишькак о "мыслимом бытии", "бытии в мышлении" (Г. Коген).А первым, т.е. главным и изначальным видом такого бытияявляются, согласно Когену, "математические числа и формы". В области математического, его познания и следуетискать первоисточник мышления, нечто изначальное.«Этот изначальный синтетический акт мышления, где, как в клеточке, уже содержится закон мышления и способ действия этого закона, вкотором как бы задано уже все то, что развертывается затем в историинауки, Коген назвал "первоначалом" (11г8рпш§)»15.
А моделью первоначала становятся для Когена те черты математического синтезирующего мышления, благодаря которым оно само творит и себя, и свойпредмет. Дело в том, что математика, особенно концепция бесконечномалого, демонстрирует способность человека, с одной стороны, мыслью творить свои предметы, с другой стороны, благодаря воплощениюпредметов в числе, превращать их в своего рода "реальность", точнее,в идеальное бытие.Марбургские неокантианцы вполне определенно именовали своюконцепцию идеализмом. При этом давалось (например, П.
Наторпом)разъяснение относительно особенности неокантианского идеализма:«Истинный идеализм не есть идеализм элеатского "бытия" или идеализм все еще неподвижных "идей" ранней эпохи Платона, а идеализм"движения", "изменения" понятий,согласно "Софисту" Платона, идеализм "ограничения безграничного", вечного "становления бытием",согласно "Филебу". Все это мы находим у Канта, когда он рассматривает мышление, как нечто самопроизвольное, т.е.
как созидание наоснове бесконечности, а потому как действие, как функцию».16 «Неудивительно, — отмечает П. П. Гайденко, — что обычно неокантианцев критикуют за субъективный идеализм. Однако это неточно. Обращение неокантианцев к математическому естествознанию побудило ихпредставить последнее именно как свободное от всякого субъективного, партикулярного; идеалом науки в конце концов является окончательное освобождение от "точки зрения", с которой осуществляет рассмотрение некоторый "наблюдатель". Нет ли какого-нибудь понятия74мира, свободного от всякой партикулярности, которое так описываетмир, как он выглядит не с точки зрения того или другого, а "с ничьейточки зрения (УОП 51;апс1рипк1; УОП №етапс1)"?»17 Однако этот идеал,согласно Кассиреру. никогда не может быть достигнут: "наука лишьбесконечно стремится к нему, это стремление движет ее вперед"18.Более ранняя неокантианская концепция познания и опыта нашласвое развитие и видоизменение в "философии символических форм"Э. Кассирера, разработанной в 20-х годах XX в.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
