Запад - Россия - Восток. Том 1 (1184491), страница 81
Текст из файла (страница 81)
Христианский Бог трансцендентен миру; обращение с молитвой к Богу, находящемуся за пределами "этого" мира, выводит человека за границы "мирского" существования. Еще более важно живое, непосредственное ощущение божественного присутствия, обретаемое в случае пребывания в особом"благодатном" состоянии, которое возникает, согласно христианскимвоззрениям, в момент нисхождения Духа Святого на человека. Стяжание Духа Святого, составляющее содержание и цель христианскойжизни, развертывается, очевидно, совсем в иной плоскости человеческого существования, чем та, что заполнена земными делами и свершениями. Жизнь, посвященная снисканию божественной благодати, строится по иным законам, чем жизнь, главным содержанием которой является познание внешнего мира, достижение социально значимых благ,не говоря уже просто о попечении о своих повседневных нуждах."Внутренний" человек и "внешний" человек живут в разных системах284координат; деяние, представляющееся значительным свершением в одной системе координат, может расцениваться как свидетельствующеео моральном или интеллектуальном падении в другой.
Жизненныемиры, характеризующиеся столь различными системами координат,не могут совпадать друг с другом. Постоянная устремленность человеческой души "вверх", к Богу, формирует мир духовного существования,со своей собственной системой ценностей, оценок и предпочтений,которая может не только не совпадать, но и противоречить системеценностей, которой пользуется человек, находясь в "горизонтальном"мире чувственно воспринимаемых вещей и событий.Для христианина мир духовного существования является главным;верующий человек ищет и находит цель своей жизни внутри этогоизмерения бытия.
Не будь духовной составляющей, жизнь для негостала бы бессмысленной. Но помимо внутреннего, духовного мира,определяющего ценностную структуру человеческого бытия, есть ивнешний мир, доступный восприятию и разумному постижению. Унего своя структура; к внешнему миру относится прежде всего природа, управляемая собственными законами, а не ценностными предпочтениями отдельного человека или человечества в целом. Эти законымогут быть познаны на основе наблюдений и понятийного обобщениярезультатов. В принципе, результаты познавательной деятельности могут не иметь никакого отношения к ценностным установкам исследователя, к его представлению о том, как следует жить. Образ мира,формируемый на основе наблюдения, собирания фактов и размышлений, т.е. в случае, когда человек руководствуется во взаимоотношениях с реальностью познавательной установкой, стараясь не смешиватьрезультаты объективного исследования со своими субъективными целями и устремлениями, может оказаться (и действительно часто оказывается, как свидетельствует история философии и науки) в противоречии с ценностными представлениями человека, определяющими,что хорошо и что плохо, указывающими, каким он должен стать икаким должен быть мир, чтобы можно было жить так, как подобаетчеловеку.
Задача рационального познания — констатировать объективную истину, независимо от того, нравится это кому-либо или нет,помогает ли она в достижении жизненных целей, стоящих перед человеком, или же ее знание разрушает уверенность в их реализуемости,препятствует или просто отвлекает от их реализации.
Мир рациональных истин в таком случае оказывается обособленным от мира ценностей, от мира идей и переживаний, единственно важных для человека,одухотворяющих его жизнь и делающих ее осмысленной. Рациональное знание создает образ реальности, противостоящей интимному миру значимых переживаний человека, чуждой его внутреннему "я" итаящей зачастую угрозу последнему. Именно в таком виде предстаетреальность, отображаемая средствами рационального познания, в произведениях многих мыслителей Нового и Новейшего времени. Этойтрагической коллизии между констатацией истины и утверждениемценности не знает средневековье.
Не будет преувеличением сказать,что столь оптимистического взгляда на возможность гармоничного285сочетания познавательной и ценностной установок в жизнедеятельности человека мы уже не найдем в последующие эпохи.Почему схоластика утверждает достижимость согласия между умоми сердцем, знанием и верой, а в Новой и Новейшей философии всегромче и настойчивее звучит мысль о трагической участи человека,лишенного цельности, обреченного жить, сознавая принципиальнуюнесовместимость различных планов своего существования? Во многомэто объясняется различием в трактовке рационального знания и задачпознавательной деятельности. В средневековой философии сосуществуют два типа рационального знания. Один — философско-научноезнание, преследующее цель описания и объяснения некоторого кругаявлений или мира в целом. Этот тип знания характерен не только длясредневековья; вплоть до настоящего времени философия и наука видят свое главное предназначение именно в объективном познании иописании мира, хотя средства его описания радикально изменились'современи средневековья.
Философско-научное знание в средние векаимело совершенно особую логическую структуру (она будет рассмотрена ниже), которая позволяла превратить знание о внешнем мире водну из ступеней лестницы духовного совершенствования "внутреннего человека". Достижению этой цели служил и другой тип рационального знания, получивший наибольшее развитие и распространение именнс в средневековой культуре, — символическое знание.Глава 2. СРЕДНЕВЕКОВЫЙ СИМВОЛИЗМВсе, что видел и переживал средневековый человек вокруг себя,любые явления природы и события собственной жизни он стремилсявоспринимать одновременно в двух планах: естественном как происходящие здесь, в дольнем мире явления и события и символическомкак знаки присутствия Бога, проявления мудрости ч воли Творца,всегда направленной к добру, хотя и действующей неисповедимымидля человеческого ума путями.
Во всех сферах средневековой культурыиспользуется язык символов и аллегорий: в архитектуре, живописи,духовной и светской литературе, прикладном искусстве; в философиии теологии развиваются традиции символического знания, сформировавшиеся в период патристики.1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ХРИСТИАНСКОГОСИМВОЛИЗМАХристианский символизм первоначально возникает в контексте экзегетической деятельности. При объяснении текста Священного Писаниятрудные места, не поддающиеся буквальному истолкованию, получалитолкование в иносказательном смысле.
Толкование Священного Писания при этом преследовало цель не только разъяснить смысл священного текста; в процессе его разъяснения слушатель или читатель долженбыл научиться извлекать уроки для самого себя, для своего духовногосовершенствования. Знание Священного Писания не должно было сводиться к простому заучиванию того, что написано в Библии. Оно должно было способствовать продвижению изучающего по пути богопознания. Но для этого последний должен суметь сопоставить с событиями,о которых рассказывается в Ветхом и Новом Завете, не имеющими,казалось бы, прямого отношения к его жизни, то, что происходит вего душе. Подчинение комментаторской деятельности задачам назидания нагляднее всего проявляются в одном из видов экзегезы — в аллегорическом толковании, апеллирующем к внутреннему миру человека.
Примером может служить толкование, которое дает Августин в«Исповеди» словам из книги Бытия: „И тьма над бездною; и ДухБожий носился над водою" (Быт., 1,2). Мрачная бездна — это человеческая душа под гнетом страстей. "Кому расскажу, как расскажу огрузе страстей, низвергающем нас в страшную пропасть, о• любви,поднимающей Духом Твоим, который 'носился над водами?' " [10,344]. Творению мира ставится в параллель борьба, идущая в душе,обремененной повседневными заботами, скованной своими привязанностями и в то же время стремящейся от них освободиться, чтобыустремиться вверх, к Богу, и в этом устремлении получающей поддержку от Духа Святого. Внимание переключается с повествования омире на происходящее в душе самого человека; последний учитсярассматривать под определенным углом зрения события внутренней287жизни, распознавать и соответствующим образом оценивать душевные движения.
Знание о внешнем мире не уводит поэтому в сторонуот выполнения главной задачи — заботы о спасении души, котораятребует внутреннего самоконтроля, концентрации внимания на деятельности ума, воли, воображения, на всех проявлениях эмоционально-психической жизни.Такое переключение внимания осуществимо не только в процессечтения Священного Писания, но и в любой момент жизни. Это даетвозможность, не выходя из круга житейских забот, находиться одновременно в другом измерении бытия, продвигаться по пути духовногосовершенствования. В средние века формируется и получает широчайшее распространение как в обыденной жизни, так и в сфере культурымеханизм, обеспечивающий преобразование знания о мире в душеполезное назидание.
Яркое и точное описание этого механизма принадлежит Феофану Затворнику, русскому духовному писателю XIX в.В письмах к своей духовной дочери Феофан обращает ее вниманиена "некоторый прием, при коем вещи видимые не отвлекать, а привлекать будут к Богу". "Надобно вам все вещи, какие бывают у вас наглазах, перетолковать в духовном смысле, и это перетолкование такнабить в ум, чтобы, когда смотрите на какую вещь, глаз видел вещьчувственную, а ум созерцал истину духовную.
Например, видите выпятна на белом платье и чувствуете, как неприятно и жалко это встретить. Перетолкуйте это на то, как жалко и неприятно должно бытьГосподу, Ангелам и Святым видеть пятна греховные на душе нашей.Перетолкуйте все вас окружающее и могущее встретиться кроме того.Начинайте с дома и перетолкуйте все в нем: самый дом, стены, кровлю, фундамент, окна, печи, столы, зеркала, стулья и прочие вещи.Перейдите к жильцам и перетолкуйте — родителей, детей, братьев исестер, родных, слуг, приезжих и проч. Перетолкуйте и обычное течениежизни — вставание, здорованье, обед, работы, отлучки, возвращения,чаепитие, угощения, пение, день, ночь, сон и прочее, и прочее, и прочее.Когда это сделаете, то всякая вещь будет для вас, что книга святая ...будет приводить вас к мысли о Боге, как и всякое занятие и дело" [4,с.
185-186].Как явствует из приведенного отрывка, дело не сводится к переключению внимания с внешних событий на внутренние; факты внутренней жизни истолковываются при этом сквозь призму христианскихзаповедей, говорящих о том, как должен жить человек, и задающихобразцы его жизненного поведения.
Они также рассматриваются каксимволы событий священной истории, в частности различных моментов земной жизни Христа, сопоставляются с образами горнего мира, спредставлениями о Троице, ангелах, архангелах и других небесныхсилах, об устроении всего Небесного Царства, почерпнутыми из Писания, церковных песнопений, творений Отцов Церкви и церковногопредания. Благодаря этому душа христианина не просто возвращается к себе, но постоянно помнит о своем призвании: не привязыватьсяк вещам и делам мира сего, а пребывать наедине с Богом. Земныесобытия в результате символической интерпретации теряют собственную значимость; они сами по себе уже не дают повода для печали и288огорчений, поскольку все, что происходит в данный момент, отсылаетк Богу, общение с которым составляет для христианина смысл и цельжизни.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
