Автореферат (1138109), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Милль, И.Г. Тюнен,К.Маркс, Е.Бем-Баверк, Л.Вальрас, У.С.Джевонс; А.Маршалл, с трудами которого В.К.Дмитриев знаком не был).В итоге Дмитриев четко формулирует предмет экономической науки, состоящий восуществлении «органического синтеза», и исходя из него определяет структуру своегопервого очерка «Теория ценности Д.Рикардо» (1898).
Последовательное изложение теориииздержек производства, мыслимое им так, что закон «трудовой ценности» действует даже«дальше современных форм производства», дополняется переходом к категориипотребительского спроса, которая принималась до этого за эмпирически данную; такоепонимание теории ценности, как показано в диссертации, Дмитриев демонстрирует уже к1898 г.В п. 2.2 рассматривается отечественная традиция восприятия и анализа «Очерков»,которая, однако, практически не обнаруживает преемственности.
Публикация первогоочерка в 1898 г. прошла незаметно. «Экономические очерки» 1904 г. при жизни автора неудостоились анализа. Первые рецензии А.А. Чупрова и Н.Н. Шапошникова, появившиеся в1905 г., не имели содержательного продолжения и были забыты. Трактовки В.К.Дмитриева как «математически продуманного и проверенного Рикардо» (П.Б.
Струве), атакже как «одного из ведущих в мире представителей экономической теории Вальраса»(Н.Н. Шапошников), как показано в работе, не давали адекватного представления о том,что было сделано ученым в первом очерке.В своем докладе 1913 г., посвященном кончине В.К. Дмитриева, Н.Н. Шапошников,ставший его своеобразным преемником по математической экономии (В.Я. Железнов),провел наиболее объективный и беспристрастный в отечественной литературе анализдмитриевского труда.
Особое значение имеет его положение о том, что теория издержекпроизводства «лежит совершенно в иной области», чем марксова теория эксплуатации, ине может обосновать ее, т.к. Дмитриев, естественно, не доказывает, что труд являетсяединственным источником ценности.Н.Н. Шапошников обозначает теорию издержек производства в качествесамостоятельного предмета, т.е. безотносительно к логике «органического синтеза», темсамым косвенно указывая на плодотворность анализа проблематики «Очерков» в рамкахотдельного очерка. Он не дал положительного определения этой теории в «Очерках»,указав лишь на то, что теория ценности является основной проблемой экономическойтеории.
Однако, ряд моментов, отмеченных им, позже нашли свое развитие внеорикардианской традиции на Западе. Например, своим утверждением, что реальнаязаработная плата сама является функцией цены предметов потребления рабочего класса,т.е. что Дмитриев в принципе совершил неоднозначный шаг, приняв в своем анализереальную заработную плату за известную величину, Н.Н.Шапошников по сутипредвосхитил позднейшие рассуждения П.Сраффы относительно ее «прибавочного»характера и ее зависимости от процесса распределения.Титул «первый русский экономист-математик», которым Н.Н. Шапошниковнаградил В.К. Дмитриева, с тех пор закрепился в литературе, но быстро утратилпервоначальный смысл; в этом отношении характерен проведенный в работе анализпричин отсутствия интереса к «Очеркам» в период 1920-х гг., когда практически каждоекрупноеисследованиесодержаломатематическуюобработкупредмета,апрофессиональный уровень экономистов (А.А.
Богданов, Е.Е. Слуцкий, А.В. Чаянов, Н.Д.Кондратьев, В.А. Базаров, Г.А. Фельдман, Л.Н. Крицман и др.) был чрезвычайно высоким.В фундаментальном исследовании И.Г. Блюмина, смотревшего на «Очерки» смарксистских позиций, содержались ценные идеи: критика теории издержек производствав варианте Рикардо-Дмитриева за примат функционального анализа над каузальным;сомнение в адекватности математического метода для решения проблемы «заколдованногокруга» в теории издержек производства; критика «догмы Смита», оппозиция которойпозволила поставить вопрос о другой роли «догмы» в структуре дмитриевской теории, атакже осознать связь категорий машины и ценности с точки зрения труда и трудовыхзатрат; итоговое обвинение Дмитриева в товарном фетишизме, позволившее понять, чтоБлюмин последовательно ищет в первом очерке теорию капитала, игнорируя все важныедостижения, достигнутые на его страницах.Новаторский подход на основе анализа каждого из очерков в отдельности, вне связис «органическим синтезом» как самостоятельной теорией ценности, позволил Блюминуобратиться к архитектонике теории издержек производства и увидеть ее связь соснованием теории конкуренции Дмитриева, изложенной во втором очерке (главы 2-6).
Онуказал на «частнохозяйственный подход» или, что то же, на рациональный принцип,«извращающий природу товарного хозяйства», который лежит в основе построений обоихочерков. В его изложении предмету первого очерка с точки зрения полученныхрезультатов отдается приоритет, т.к. И.Г. Блюмин не только трактовал Дмитриева каканти-марксиста,ноирассматривал«Очерки»вконтекстезападноевропейскойэкономической мысли.Один из инициаторов создания советской экономико-математической школы вконце 1950-х гг.
В.С. Немчинов, поставив имя В.К. Дмитриева рядом с В.Леонтьевым иЛ.Вальрасом, возродил некоторый интерес к его творческому наследию, однако не стольков СССР (чем не ущемляется значимость последующих историографических работ Н.С.Шухова, А.А. Белых, Г.Н. Сорвиной, Ю.Н. Кожекина и др.), сколько на Западе. Тем более,что это время совпало с периодом публикации книги П.Сраффы (1960), возвестившей овозрождении рикардианства в экономической теории.В п. 2.3 анализируется западная традиция исследования «Очерков», котораяначинает свой отсчет с 1906-1907 гг., когда дмитриевские уравнения издержекпроизводства были использованы В.О.
Борткевичем для критики теории К.Маркса истрогой формулировки «проблемы трансформации». С тех пор вплоть до английскогоиздания 1974 г. и даже позднее первый очерк Дмитриева воспринимался в контекстепостроений Борткевича, что существенно искажало его значение, т.к. Борткевич не сделалперевода очерка на немецкий язык.Однако, с точки зрения оценки «органического синтеза» как теории ценности,действительный отсчет следует начинать, по мнению диссертанта, с «Принципов»А.Маршалла (1890). Программа «синтеза» в «Принципах» была, во-первых, реализованастроже, чем у Туган-Барановского, и, во-вторых, образовывала другую интеллектуальнуютрадицию.Главным результатом оказывается то, что если смотреть на «Очерки» сквозьмаршаллианский принцип "мотора открытия" или работающей программы, то этоизначально не позволяет рассматривать три очерка Дмитриева как равноценные. У этогоотрицания два аспекта: «крест Маршалла» является синтезом непосредственно, а уДмитриева последний – цель, предполагающая длинный путь; результаты, полученные наэтом пути, дмитриевская теория содержит внутри себя, поэтому они бесполезны дляреальной практики поведения индивидов, в противоположность базовым «открытым» дляних категориям спроса и предложения, над которыми надстраиваются другие –потребительский излишек, эластичность и др.
И хотя маржиналистский характер теорииценности на основе «X-отдачи» и ее предмет, состоящий в факторном анализе, никак несвязан с дмитриевской теорией, отрицание «органического синтеза» в дмитриевскомварианте усиливается а) невозможностью противопоставить методологии «частичногоравновесия» метод «общего равновесия» Л.Вальраса, подвергнувшего критике теориюиздержекпроизводства;б)сомнениемвмощностианалитическогоаппарата,применяемого Дмитриевым при анализе установления цены на различные категориитоваров в первом очерке.В 1920-е гг. исследования Г.Серафима очертили немецкоязычную традицию, вкоторой работал Дмитриев, и показали ее отличие от англоязычной в духе Ф.И.
Эджуорта,Ф.Г. Уикстида, Г. Сиджуика, А. Маршалла.В 1968 и 1972 гг. были осуществлены переиздания полного текста «Очерков» нафранцузском и итальянском языках соответственно, но без постановки проблемы ихинтерпретации.Редактор английского издания 1974 г. Д.М. Нути, назвав дмитриевский труд«классикой экономической литературы», провел комплексный анализ «Очерков». Онпоказал в первом очерке содержательную идентичность результатов по леонтьевскомуметоду «затраты-выпуск» и дмитриевской системе уравнений для вычисления полныхзатрат труда; важные параллели с системой П.Сраффы, рассматривая Дмитриева вкачестве его предшественника; неоднозначность отношения Дмитриева и Сраффы кМарксу, добавив материала в огонь «проблемы трансформации» (при этом абстрактностьанализа стала неадекватной дмитриевской в исследовании категории человеческого труда).Второй очерк он справедливо назвал «оригинальным вкладом в область, где исследованиязашли в тупик» и придал ему самостоятельное значение, а третий был, по его мнению, нетолько блестящим экскурсом в историю экономической мысли, но и важным элементом вокончательном достижении синтеза, ибо содержал вальрасианское определение спроса.Исследуя каждый из трех очерков по отдельности и буквально следуядмитриевскому принципу «органического синтеза», Нути показал деструктивный характертакого варианта синтеза как теории ценности.
Однако поскольку в первом очерке Нутирассматривал теорию издержек производства только в контексте теории Рикардо, емупришлось признать и другое: фактор спроса в ценообразовании, необходимый длясохранения логики «синтеза», заставляет отказываться от многих рикардианскихограничивающих предположений, и в конце концов – содержательно во втором, аформально в третьем очерке - от рикардианства вообще. Если же стремиться сохранитьрикардианство «Очерков», то «синтез» оказывается целым, разрушающим само себя.Отсюда и следуют два главных мировоззренческих вывода Нути: во-первых, Дмитриев неявляется рикардианцем, и во-вторых, «Очерки» - это проект экономических исследований,они полезны для всех школ и направлений экономической мысли, и, кроме того, в них«достаточно того, чтобы поколебать самодовольство каждого».С точки зрения диссертанта, Нути неявно поставил дилемму «рикардианство –органический синтез», которая обнаружила главный недостаток такого рассмотрения«Очерков»: акцент на рикардианстве первого очерка (в духе почтительного следованияидеям П.Сраффы) с одновременным сохранением логики «органического синтеза».Далее развитие дилеммы происходило следующим образом.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
