отзыв оппонента Руденко_бп (1102518), страница 2
Текст из файла (страница 2)
3.4 и 3.5 была бы иной, в свете этих явлений. Одиночный зонд Ленгмюра использовался для измерений в источнике плазмы в условиях наличия электрических и магнитных полей, в общем случае влияющих на получаемые результаты. Однако учет влияния ВЧ-электрического поля, детектирующегося на призондовом слое, на зондовые измерения не проводился. Магнитное поле также влияет на электронную ветвь зондовой ВАХ, начиная с уровня — 25 Гс, что показывают оценки ларморовского радиуса для электронов (Рис. 5.5). Возможно, именно влиянием электрических полей источника можно объяснить не очень убедительные результаты ФРЭЭ плазмы аргона на Рис.
3.1, в сравнении с известными результатами, полученными В.А. Годяком в аналогичном 1СР разряде (приведены на Рис. 1.5. в диссертации). Особенно это видно по сильной зависимости измеренных Т,~,~, и ФРЭЭ от мощности разряда при фиксированном давлении (Рис. 3.1б диссертации). 4. Для вычисления эффективной температуры электронов (Т,4~,) из зондовых измерений использовано известное выражение (2.14) на с.56. Далее, в спектральной методике (с.57) этим же термином Т,4~, называется электронная температура, полученная из отношения интенсивности спектральных линий. Автор не акцентирует внимания на том, что в последнем случае учитываются только электроны с энергией больше порога возбуждения линий, а не весь их энергетический спектр в плазме.
Температура, определяемая из хвоста ФРЭЭ по спектральному методу, совпадет с параметром Т,~4 из зондовых измерений только для некоторых видов распределений, например для максвелловской ФРЭЭ. 5. На рис. 4.10 данные по ФРЭЭ в плазме неона приведены вплоть до значений энергии 50эВ. Из практики зондовых измерений известно, что выделенная электронная ветвь имеет приемлемое отношение сигнал/шум не более (4-5)Т,ц,.
С учетом того, что ни одной экспериментальной ВАХ зонда и выделенной электронной ветви в работе не приводится, неясно, как получен такой большой динамический диапазон измерений. 6. В работе не представлены сведения о плотности ионной компоненты плазмы исследованных газов. Очевидно, по умолчанию предполагается, что ионная концентрация получается из уравнения электронейтральности, хотя информацию о ионной плотности можно было бы прямо выделить из ионной ветви зондовых ВАХ.
Тем не менее, высказанные замечания не меняют общего хорошего впечатления о работе, не затрагивают основных выводов и положений диссертации, и являются, скорее, пожеланиями для направлений дальнейших исследований. Официальный оппонент, доктор физ-мат. наук, вед. научи. сотр. ФТИАН РА уденко Константин Васильевич 117218, Москва, Нахимовский пр-т, 36/1, г- ы1: ~уШаьэ.а Тел.
+7-499-129-56-08 14 мая 2014 г. Подпись К.В. Руденко удостоверяю: Ученый секрет АН. кандидат тех йааи6 Кальнов Владимир Александрович Заключение по работе в целом Диссертационная работа Полины Алексеевны Неклюдовой является завершенным научным исследованием, выполненным на высоком научном уровне. Автором проведены детальные экспериментальные исследования; решены задачи моделирования плазмы, проведена обработка результатов и представлены ясные выводы. Основные результаты были апробированы на всероссийских и международных конференциях и опубликованы в рецензируемых научных журналах, в том числе из перечня, рекомендованного ВАК. Результаты, представленные автором, обладают новизной и достоверностью, вносят заметный вклад в физику плазмы и направлены на практическое использование в различных плазменных технологиях.
Личный вклад автора не вызывает сомнений. Автореферат соответствует содержанию диссертации. По моему мнению, объем проведенных исследований, их актуальность, новизна полученных результатов и научный уровень диссертационной работы соответствует требованиям, предъявляемым ВАК к диссертациям на соискание ученой степени кандидата физико-математических наук по специальности 01.04.08 — Физика плазмы, а ее автор заслуживает присуждения ученой степени кандидата физико-математических наук.
.















