Диссертация (1101468), страница 28
Текст из файла (страница 28)
Как было сказано выше, простые морфо-синтаксические конструкциирасширены за счёт определительных и обстоятельственных оборотов, и темсамым проводится граница между “действием” и “описанием”.3.2.2. Лингвопоэтические особенности рассказа “Tobermory”Почти то же самое можно сказать о “Tobermory”.
Сюжет рассказа можноназвать фантастическим. На вечеринке в загородном доме Корнелиус Эппин,человек “с самой неопределенной репутацией”, представляет собравшимся кота,которого он научил говорить. В то время как Тобермори раскрывает скандальныесекреты гостей, они решают, что, не смотря на сверхъестественный талант149животного, от него следует как можно скорее избавиться.Итак, помимо непосредственно событийного плана в рассказе в явном илискрытом виде присутствуют авторские ремарки, способные заставить читателязадуматься о фальши и лицемерии в общественных отношениях, о жизни исмерти, о фантастическом и потустороннем, о мире людей и мире животных.Понятно, что и чисто повествовательные тексты содержат сюжетную линию,побуждающую читателя продолжить размышления и найти некоторые аналогиис его собственным жизненным опытом.
Однако в чисто описательных текстахпотенциальный дальнейший ассоциативный ряд не задан непосредственноповествованием и достаточно очевиден, тогда как в текстах с ироническимиремарками ассоциативный ряд оказывается более богатым и разноплановым, чтоосложняет адекватное восприятие текста и вынуждает читателя вступить всвоеобразный диалог с автором и мысленно выразить своё согласие илинесогласие в связи с имплицитными авторскими оценками и комментариями.С языковой точки зрения самой сложной частью рассказа является егоначало: своего рода экспозиция, представляющая посетителей домашнейвечеринки Леди Блемли.
Одна из главных целей данного отрывка – описатьвнешность и характер Мистера Эппина. Особенно отмечается сделанное имнеобычное открытие: “beside which the invention of gunpowder, of the printingpress, and of steam locomotion were inconsiderable trifles. Science had madebewildering strides in many directions during recent decades, but this thing seemed tobelong to the domain of miracle rather than to scientific achievement” [156, c.
92].Большая часть текста посвящена описанию кота Тобермори, который всовершенстве говорит на человеческом языке (“can speak our language with perfectcorrectness”) и его отношениям в обществе.Говоря о лингвопоэтических особенностях рассказа, следует сказать, чтотекст довольно нейтрален, хотя и включает в себя маркированные языковыеединицы.
В тексте представлено много формальной лексики и морфо-150синтаксических сочетаний, перегруженных определениями и определяемымичленами: “Appin had preached to absolutely incredulous hearers; Sir Wilfrid'sstatement carried instant conviction. A Babel-like chorus of startled exclamation arose,amid which the scientist sat mutely enjoying the first fruit of his stupendous discovery”[156, c.
93]. К формальной лексике можно отнести такие ингерентноконнотативные единицы, как ‘to preach’, ‘conviction’, ‘stratled’, ‘exclamation’.В “Tobermory” присутствует и другая черта, характерная для рассказовМанро: диалог, распадающийся на слова героев и комментарий автора. Этотприём особенно важен для понимания идейного смысла и стиля рассказа.Языковой портрет героев складывается в основном за счёт диалога.
Своеобразиеречи героев позволяет стратифицировать текст рассказа, выделяя несколькопластов. Так, речь Корнелиуса Эппина представляет собой комбинациюформальной лексики, терминов и усилителей:“Of course I have experimented with thousands of animals, but latterly only withcats, those wonderful creatures which have assimilated themselves so marvellouslywith our civilization while retaining all their highly developed feral instincts.
Here andthere among cats one comes across an outstanding superior intellect, just as one doesamong the ruck of human beings, and when I made the acquaintance of Tobermory aweek ago I saw at once that I was in contact with a “Beyond-cat” of extraordinaryintelligence” [156, c. 92].‘To assimilate’, ‘feral instincts’ – термины, относящиеся к области биологии.Фраза “I made the acquaintance of Tobermory” звучит очень формально и вразговорной речи обычно заменяется более нейтральной “I got acquainted with/ Imet…”).Речь Майора Барфилда, напротив, характеризуется использованиемжаргона и разговорной лексики: “I found him dozing in the smoking-room and calledout to him to come for his tea.
He blinked at me in his usual way, and said, “Come on,151Toby; don't keep us waiting”, and, by Gad! He drawled out in a most horribly naturalvoice that he'd come when he dashed well pleased! I nearly jumped out of my skin!”[156, c. 93]. Показателями разговорной речи являются фразовые глаголы ‘callout’, ’drawl out’, ’blink at’ и выражение ‘to jump out of one's skin’ – ‘подпрыгнутьот восторга или удивления’, помеченное в словаре как неформальное.Замечания и вопросы героев к Тобермори, как правило, лаконичны,банальны и не столь экспрессивны:“"Hadn'twebetterhavethecatinandjudgeforourselves?"suggested Lady Blemley” [156, c. 92].“"Will you have some milk, Tobermory?" asked Lady Blemley in arather strained voice” [156, c. 93].Наиболее сложными для лингвопоэтического анализа можно считать словаТобермори, которые звучат очень формально.
Например, на простой вопрос ледиБлемли “Will you have some milk, Tobermory?” он отвечает “I don’t mind if I do”[156, c. 93].Чтобы объяснить такое построение диалога между гостями и котом, можнопроцитировать Рус Макси (Ruth Maxey): “Он <Саки> соблюдает течение диалогаи описания, как например в своём обычном олицетворении животных идегуманизации людей”52 [147].Для понимания идейного замысла рассказа необходимо обратиться кзамечаниям и комментариям автора, стиль которых соответствует общему стилюповествования: “Mr. Appin concluded his remarkable statement in a voice, which hestrove to divest of a triumphant inflection”; “Sir Wilfrid was more polite, but equallyskeptical”; “expostulated Mr. Appin”; “Clovis's lips moved in a monosyllabic“He <Saki> also keeps up the flow of dialogue and description, as for instance in his casualpersonification of animals and dehumanisation of people” [147].52152contortion, which probably invoked those rodents of disbelief”; “said Tobermory,whose tone and attitude certainly did not suggest a shred of embarrassment”.
Мывидим обилие формальных глаголов и выражений, выражающих авторскуюиронию по отношению ко всему, описанному в рассказе.Использование формальной и возвышенной лексики в абсурдной ситуацииспособствует созданию комического эффекта. Автор подчёркивает банальностьвсего происходящего до появления Тобермори фразой: “in spite of the blanknessof the season and the triteness of the occasion”. Читатель также отмечает иронию напонятийном уровне, например, в описании Берти ван Тана, “который всемнадцать лет был настолько развращен, что уже давно оставил всякуюнадежду попытаться сделаться еще хуже” (“who was so depraved at seventeen thathe had long ago given up trying to be any worse” [156, c. 95]) или в словахТобермори, который отказывается обедать так скоро после своего чая - “so soonafter his tea”:"Cats have nine lives, you know," said Sir Wilfrid heartily."Possibly," answered Tobermory; "but only one liver" [156, c.
94]Эстетическая функция в рассказе достигается в основном за счётиспользования формальной лексики: “Some one had said he was "clever," and hehad got his invitation in the moderate expectation, on the part of his hostess, that someportion at least of his cleverness would be contributed to the general entertainment”[156, c.
91]; выражения ‘some portion of cleverness’, ‘to be contributed’ носятформальный характер и делают ситуацию иронической.“Neither did his exterior suggest the sort of man in whom women are willing topardon a generous measure of mental deficiency” [156, c. 91]. Слово ‘exterior’обозначает ‘внешнюю часть чего-то, особенно здания’ (‘the outside of something,especially a building’). Здесь оно используется для обозначения внешности герояи предполагает формальность. Выражение ‘to pardon a generous measure of mental153deficiency’ также звучит довольно формально. Нейтральный глагол ‘to forgive’мог бы заменить в данном контексте глагол ‘pardon’, обладающий сильнойингерентнойконнотацией.Существительное“deficiency”(недостаток,отсутствие, дефицит, нехватка, нужда) является формальным эквивалентомнейтрального “lack”.
Такая комбинация формальных слов делает ситуациюсмешной и нелепой, что вполне соответствует замыслу автора.В рассказе “Tobermory” много подобных примеров. Можно разобрать ещёодин, появляющийся в конце текста: “Breakfast was, if anything, a more unpleasantfunction than dinner had been, but before its conclusion the situation was relieved”[156, c. 97]. Формальные слова “function” (функция) and “relieve” (облегчать,освобождать) приобретают адгерентную коннотацию в тексте. Сложныйлексический уровень создаёт гномически-ассоциативный план, замедляющийпроцесс чтения и заставляющий читателя остановиться и сосредоточиться надеталях.В конце рассказа появляется мотив смерти, часто встречающийся врассказах Саки.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
