Диссертация (1101287), страница 10
Текст из файла (страница 10)
Послеэтого AGRdoP копируется под узлом AGRioP. Таким образом, для обоих языковполучается структура, представленная в (2.6):(2.6) [AGRioP mi+go+dade [AGRdoP go+dade [[VP dade]]]2AGRdoP – согласовательная проекция, связанная с прямым дополнением, AGRioP –проекция, связанная с косвенным дополнением (в той версии генеративной грамматики, ккоторой относится работа Бошковича, считается, что дополнения связаны с глагольнойвершиной не непосредственно, а через согласовательные проекции, но его ключевыенаблюдения, касающиеся ваккернагелевских клитик, не зависят от этого утверждения).55Для македонского языка этой структуры достаточно, поскольку теперь мыможем удалить все нижние копии и получить итоговый порядок слов:(2.7) [AGRioP mi+go+dade [AGRdoP go+dade [[VP dade]]]= mi go dadeДля болгарского языка нам понадобится предположить, что целая группакопируется снова для получения следующей структуры:(2.8) [AGRioP mi+go+dade [AGRioP mi+go+dade [AGRdoP go+dade [[VPdade]]]]Удаляя те копии, которые нарушают фонологические принципыболгарского языка, мы получаем характерный порядок элементов, описываемыйзаконом Тоблера-Муссафии (ср.
[Fontana 1996]):(2.9) Mi+go+dade [AGRioP mi+go+dade [AGRdoP go+dade [[VP dade]]]Бошкович утверждает, что, «поскольку произнесение самых высокихкопий местоименной клитики приведет к фонологическим нарушениям, клитикипроизносятся в более низких позициях» ([Bošković 2001: 185]). Это значит, чтонет необходимости в просодической инверсии или синтаксическом движенииклитики, направленном вправо.Чтобы объяснить размещение ваккернагелевских клитик в сербском ихорватском, Бошкович предлагает общий принцип, согласно которому клитикидолжны появляться во второй позиции внутри интонационной фразы. Отметим,что интонационная фраза представляет собой самый высокий уровень впросодической фонологии (см. [Nespor, Vogel 1986]): это фонологическаяединица, на которой определяются интонационные контуры.
К примеру, когдафраза или предложение прерывается вставными конструкциями, это выражениеопределяет новую интонационную фразу. Части высказывания, прерванныевставкой, таким образом, сами являются интонационными фразами. Так, простоепредложение типа Маша любит оливки в обычном случае будет произноситьсякак одна интонационная фраза. Однако, если разорвать предложение вводной56конструкцией типа насколько я знаю, и Маша и любит оливки получаютсобственныеинтонационныеконтурыиоказываютсяотдельнымиинтонационными фразами.Бошкович использует подобные примеры с клитиками из сербского ихорватского языка, чтобы подтвердить, что интонационная фраза (а не болеемелкие просодические единицы, как предполагается во многих других подходах)является ключевым понятием в объяснении феномена второй позиции.Щегельняк в работе [Szczegielniak 2005] применяет введенное Бошковичемпонятие фонологического фильтра («фонологического буфера») к размещениюклитик в польском.
Он анализирует феномен так называемой плавающейфлексии. Напомним, что роль интонационных фраз так же особенно выделяласьдля принципиального другого языка — австронезийского языка чаморро — вработе [Chung 2003].572.1.5. Другие взгляды на феномен ваккернагелевской позицииВ подходах, описанных в предыдущих разделах, основное вниманиесосредотачивается на клитиках, а также ставится вопрос о том, какую позицию впредложении они должны занимать. Однако существует и целый ряд работ,авторы которых решают несколько иные задачи: например, предлагаетсятипология языков с точки зрения наличия и свойств ваккернагелевской позиции.Проблема типологии «ваккернагелевских» и «неваккернагелевских»языков затрагивается в монографии А.В.
Циммерлинга [Циммерлинг 2002], вкоторой автор делит языки на те, которые соответствуют закону Ваккернагеля ите, в которых имеются свои особенности. При этом А.В. Циммерлинг неприбегает к понятию «второго места» или «второй позиции» в предложении, апоясняет, что «все слабоударные слова в «ваккернагелевском» языке имеюттенденцию размещаться в спаде предложения» ([Циммерлинг 2002: 68]). Крометого, отметим, что А.В.
Циммерлинг отдельно выделяет сентенциальныеклитики и противопоставляет их глагольным. Таким образом, «язык считается«ваккернагелевским», если в нем нет более грамматикализованного механизмарасстановки слов, нежели механизм размещения сентенциальных клитик послепервой ударной составляющей» ([Циммерлинг 2002: 72]).Рассматривая в других работах ([Циммерлинг 2012, 2013]) языкиславянского ареала, А.В. Циммерлинг утверждает, что в них имеется пять типовсистем порядка слов: W-системы, W*-системы, W+-системы, V-системы, Ссистемы. В первых четырех типах имеются цепочки (кластеры) клитик. Причемкластеризуемые и некластеризуемые клитики, с точки зрения Циммерлинга,возможно, являются синтаксическими объектами разного типа, поэтому авторсчитает, что некорректно трактовать цепочки кластеризуемых клитик просто какфиксированные последовательности обычных клитик.W-системами А.В.
Циммерлинг называет стандартные системы порядкаслов с законом Ваккернагеля, в которых кластеры клитик в нормальном случаеставятся после начальной группы предложения или после ее первого58фонетического слова ([Циммерлинг 2012: с 5]). Старославянский язык идревнерусский язык южных памятников автор относит к W*-системам, то естьразрушенным W-системам, в которых сентенциальные клитики (то естьфразовые в терминах А.А. Зализняка) разных разрядов упорядочиваются наразныхоснованиях,азаконВаккернагелянеявляетсябезусловногосподствующим ([Циммерлинг 2013: 53]). Современный же русский язык, сточки зрения А.В.
Циммерлинга, является языком с С-системой: в таких языкахнет грамматикализованных ограничений на размещение цепочек клитик вчастности (в современном русском языке вообще не существует кластеровклитик)инарасстановкукатегорийпредложений,реализующихсяавтоматически независимо от выражаемых коммуникативных значений, в целом([Циммерлинг 2013: 56]).НекоторыеученыесвязываютзаконВаккернагелясправиламиактуального членения (см., например, [Dunn 1989]). По мнению Данна, функцияклитик состоит в отделении темы (топика), которая может включать как однослово, так и несколько.
Этим и определяется позиция клитики. Если следоватьэтому утверждению, получается, что чем больше «объем» темы, тем слабее законВаккернагеля (см. [Николаева 2008: 166]).Несколько расширенная трактовка закона Ваккернагеля представлена вработе [Янко 2001]. Как пишет Т.Е. Янко, в русском языке в значительнойстепени утрачена верность закону Ваккернагеля в отношении атонических(безударных) частиц, однако вторая позиция используется, например, дляинтенсивно акцентируемых слов верификации (ср. слово правда [Янко 2001:328]). При отсчете позиции для верификативного слова действуют те жезакономерности, что и при отсчете позиций для фразовых частиц вваккернагелевских языках с учетом барьеров, слов-энклиноменов и т.д.
([Янко2001: 330]). Компоненты коммуникативной структуры предложения, длякоторых характерна привязка ко второй позиции, описаны во второй и третьейглавах книги Т.Е. Янко: как правило, эту позицию занимают рецессивные темы,59модальные слова со значением верификации, а также некоторые энклитическиечастицы, сохранившие верность закону Ваккернагеля до наших дней, вчастности, же.Т.Е. Янко рассматривает позицию Ваккернагеля как частный случайпозиции для атонической темы, то есть такого компонента коммуникативнойструктуры, который располагается после ударного и произносится на ровномтоне без внутренних пауз в аллегровом темпе ([Янко 2001: 77]).
АтоническойТ.Е. Янко называет любую позицию спада (то есть заударную), в которойоказываются коммуникативно нерелевантные элементы. В русском языке ктаким позициям можно отнести все вторые позиции после акцента, релевантногодля коммуникативной структуры предложения. Ваккернагелевской темой Т.Е.Янко называет атоническую тему, которая располагается после первогополнозначного слова в предложении ([Янко 2001: 79]).То есть вторая позиция, в которую в ваккернагелевских языкахпомещаютсясентенциальные(илифразовые)клитики,являетсяпрототипической для атонической темы и, следовательно, коммуникативнозначима.
Это своего рода коммуникативная ниша для известной и не самойважной информации. При этом за точку отсчета второй позиции берется непервое слово предложения, а первая коммуникативная составляющая, служащаяносителем коммуникативно релевантного акцента, за которой следует спад.Таким образом, мы имеем расширенное понимание закона Ваккернагеля.Напомним,согласноисходнойформулировкевовторуюпозициювпредложении попадают слова, не являющиеся фонетически состоятельными исоставляющие единую тактовую группу с первым полноударным словом (то естьэнклитики). Тогда как в работе Т.Е.
Янко в контексте ваккернагелевской позициирассматриваются фрагменты предложения, которые не имеют коммуникативнорелевантных ударений, но имеют словесные, и при этом в других условиях могутнести и коммуникативно релевантные акценты (см. [Янко 2001: 213]). Такоеатоническое употребление коммуникативных составляющих Т.Е. Янко называет60энклиноминальноподобным ([Янко 2001: 80]). Его можно наблюдать, вчастности, при выдвижении ремы в начало предложения, в результате чего темауходит в позицию Ваккернагеля (ср. предложение с препозицией глаголаОсмотрел\R врач больногоT [Янко 2001: 207]).Подобную коммуникативную структуру, возникающую при выдвиженииремы, Т.Е.
Янко называет рецессией темы (см. [Янко 2001: 198]). Рецессия темыслужит одним из проявлений закона Ваккернагеля в его расширеннойинтерпретации и подтверждает идею о том, что вторая позиция – это не простоместовпредложении,вкотороепомещаютсяфразовыеклитикивваккернагелевских языках, а коммуникативно значимая константа предложения.Так, например, как утверждает Т.Е. Янко, современный русский язык, которыйне следует закону Ваккернагеля в его исходной формулировке, используетсвойство второй позиции для реализации коммуникативных стратегий,связанных с подавлением темы (ср. предложения с препозицией глагола, [Янко2001: 226]).Можно резюмировать, что закон Ваккернагеля в его расширеннойформулировке, предложенной Т.Е.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
