Диссертация (1101195), страница 42
Текст из файла (страница 42)
144 – 145).Такой объемный контекст позволяет увидеть, что глагол говариватьможет быть понят в том числе и в значении однократного завершенногодействия – первого в цепочке. Однако нарративные формы, следующие послеглагола говаривать, отделены от него достаточно пространным монологом(это относится ко всем подобным контекстам) – при устном исполнениитакая удаленность глагольных форм друг от друга в значительной мереослабляет их «сцепленность» и делает возможным прочтение глаголаговаривать в общефактическом значении.
С учетом того, что все семьконтекстов связаны с одним и тем же эпизодом и совершенно однотипны, а всказках неоднозначных примеров не содержится, можно предполагать, чтоналичие в нашей выборке этих контекстов принципиально не меняет общейситуации.Отдельно стоит остановиться на употреблении в рассмотренныхтекстах приставочных имперфективов, образованных от основ НСВ,рассмотрим некоторые контексты:Еще кто ж езжал да на святую Русь,А й счастли́в с Руси да не выезживал (Онеж., с.
556);232Кто к Пучай реки на сем свети́ да езживал,А счастлив-то оттуль не приезживал (Онеж., с. 539);А й как сколько ни я слыхал, на святую РусьА как силушки важивали,А взад уж как силушки ввек не вываживали (Онеж., с. 556);Вот кучер увидал его и стал спрашивать: «Не видал ли ты вора сосвиньей, не прохаживал ли здесь?» (СкАз, II, с. 94. Вологодская обл.).Все имеющиеся примеры образованы от приставочных глаголовдвижения (выезжать, приезжать, вывози́ть, проходить). Известно, что влитературном языке это единственная группа глаголов с основами НСВ,допускающих подобные образования [АГ 1980: 598], можно отметить лишь,что фольклорные тексты демонстрируют бо́льшую продуктивность этоймодели (безусловно, все образования подобного рода в литературном языкеуже находятся на периферии, а глагол вываживать, по-видимому, вообщевряд ли возможен).Параллельное употребление бесприставочных и приставочных основ вприведенных контекстах достаточно наглядно демонстрирует отсутствиекаких-либо семантических различий между ними.Одним из наиболее важных представляется вопрос о том, какиеспецифические компоненты семантики могут отличать глаголы типахаживал от других глаголов НСВ в общефактическом употреблении.Общефактическое значение, как уже отмечалось, не является оченьвостребованным ни в сказках, ни в былинах.
В первых встретилось всего 20примеров употребления форм прошедшего в этом значении – какнепроизводных, так и производных от СВ. В былинах таких формсодержится около 60; более точно сказать вряд ли возможно, поскольку вряде случаев специфика былинного нарратива не позволяет однозначноразграничить общефактическое значение и событийное или неопределеннодлительное значения прошедшего времени, ср., например:233А й приходят пастухи да к ней конныи,Сами пастухи да жалобу творят:Молода Авдотья ты Ивановна!Приходил же к нам тут тур да златорогии,Розгонял же всих коней по чисту полю,Не оставил нам лошадушки на симена (Онеж., с. 127).Глагол розгонял в данном случае может в равной степени бытьохарактеризован и как СВ, и как НСВ, и приходил, соответственно, выступаетлибо в общефактическом значении, либо в событийном значении НСВ.Подобные неоднозначные контексты составляют более трети всех примеров.«Обычные» глаголы НСВ в общефактическом значении представленыв фольклорных текстах следующими лексемами: ходить, платить, звать,говорить, пахать, ездить, кормить, поить, бить, звать, гулять, смеяться,ночевать, выходить, приезжать и др.
Ни имперфективы от основ НСВ (ихсписок был приведен выше), ни «обычные» глаголы НСВ не показываютпреобладаниякаких-либосемантическихгрупп,вобоихслучаяхпредставлены одни и те же лексико-грамматические разряды. В обоихслучаях мы находим предельные глаголы, НСВ которых способен выражатькак постепенное накопление результата (пахать, кормить – обедывать), таки мгновенное достижение предела (приезжать, доставать, звать –плачевать (=плачивать, от платить), ранивать), непредельные глаголы(гулять, ходить – стаивать, сыпа́ть).
При этом целый ряд глаголов, какбесприставочных, так и приставочных, в обоих списках совпадает, отличаясьтолько наличием или отсутствием итеративного суффикса: ходить –хаживать, платить – плачевать (=плачивать), говорить – говаривать,бить – бивать, ездить – езжать, езживать, приезжать – приезживать.Главное различие в употреблении этих двух типов глаголов, каккажется, заключается в характере представления называемой ими ситуации.Глаголытипахаживалдемонстрируютвсепризнаки,отличающиенормальное общефактическое значение: они называют факт, имевший место234в неопределенный момент в прошлом.
Другие же глаголы НСВ вобщефактическихконтекстахназываютконкретные,индивидуализированные события. Сравним предложения:Потом приходит он к царю, к отцю на бал, камень самоцветныйпонёс; отець его и принял <…>, нижа всех его и посадил, потом всихвастают, хто цим може. Он говорит, этот бедный-то: «Што, – говорит,– хвастать: я на лёв-звере езжал и то не хвастаю» (СкАз, I, с.
98, Коми);Ношным быто́м приезжают за Варегиным, завязывают ему глаза,садят в глухую повозку. Лягли они с ей в спальну, и он взял пузырек и ейкапнул на шшочку; она заойкала, соскочила, смотрит в зеркало, што пятно.<…> То поутру царь его спрашивал: «Што, Варегин, ездил к своейсударке?» – «Ездил». – «Капнул?» – «Капнул» (СкАз, I, с. 335 – 336,Пермский край).В первом случае глагол езжал называет событие, которое имело местопо крайней мере однажды на протяжении определенного периода времени 1.Во втором случае имеется в виду конкретная, индивидуализированнаяситуация, имевшая место в определенный момент в прошлом.Характерным признаком общефактического значения в современномлитературном языке является неопределенность называемой ситуации[Шатуновский 2004; Шатуновский 2009: 142; Мелиг 2011; Мелиг 2013;Падучева 2013: 11; Петрухина 2015: 188]. Высказывание с такойреференцией, по словам И.
Б. Шатуновского, отсылает «к тому общему, чтоесть в этом множестве, от различий между индивидными членами которогоона отвлекается», и поэтому «сказать, что ОФ НСВ имеет неопределеннуюреференцию и что он имеет обобщенное значение – это значит сказатьразными словами одно и то же» [Шатуновский 2009: 142]. Материалисследованных фольклорных текстов показал, что эта характеристика в1Поскольку временной локализатор здесь отсутствует, ситуация локализуется «вовременно́м пространстве, начало которого определяется прагматически и котороепростирается до времени высказывания» [Мелиг 2013: 22].235полной мере применима к высказываниям, содержащим глаголы типахаживал.В отличие от них, общефактические контексты с «обычными»глаголами НСВ чаще всего имеют статус конкретной референции, называяопределенную, индивидуализированную ситуацию, локализованную вовременном пространстве.Основой для получения предикацией какого-либо референциальногостатуса является определенность ситуации, привязанность ее к какой-тоточке на временной шкале [Падучева 1996: 87; Шатуновский 2009: 83],определяемая контекстуально или прагматически, или, напротив, отсутствиетакой определенности.
Базовым понятием для нас, таким образом,оказывается временная локализованность или нелокализованность действия,то есть соответственно «конкретность, определенность местоположениядействия и ситуации в целом в однонаправленном течении времени,прикрепленность к какому-то одному моменту» [ТФГ 1987: 210] или,напротив, отсутствие такой прикрепленности.Разницу между глаголами типа хаживал и другими глаголами НСВ вобщефактическомупотреблениивисследованныхтекстахможно,соответственно, определить так: непроизводные глаголы НСВ и вторичныеимперфективы называют конкретное событие, привязанное к определеннойвременной точке, глаголы типа хаживал такой привязки не имеют исоотносятся с некоторым временным интервалом. При этом общим для обоихзначений является ретроспективная позиция наблюдателя, отличающаялюбое общефактическое употребление НСВ, и неспособность участвовать впостроениинарратива,отграничивающаяобщефактическоеНСВотконкретно-событийного СВ.Употребление НСВ по отношению к конкретному единичномудействию в современном литературном языкеМ.
А. Шелякин считаетразновидностью единично-фактического значения (ср. его пример: ср. Ктотебе рассказывал об этом?) [Шелякин 2006: 18]. Е. В. Падучева называет236такоеупотреблениеобщефактическимконкретно-референтным–впротивоположность общефактическому экзистенциальному [Падучева 2013:11],Е. В.
Петрухинаобщефактическим–соответственно[Петрухина2013:67].единичнымиХ. Р. Мелиг,типовымпервоначальнообращаясь к формулировкам конкретной и общей референтности, в болеепоздних работах признает удачным термин М. А. Шелякина, сужая, однако,его понимание до подтипа общефактического значения[Мелиг 2016]. Внастоящей работе ретроспективное употребление НСВ по отношению кконкретной единичной ситуации также называется единично-фактическим,термин употребляется в узком его понимании – как разновидностьобщефактического НСВ.В рассмотренных нами фольклорных текстах не встретилось ни одногослучаяупотребленияимперфективовотосновНСВвзначенииопределенного, конкретного действия.
Во всех случаях в самом общем видевысказывания с такими глаголами означают ‘по меньшей мере однаждыимела место такая ситуация, как Х’.Временныелокализаторы,присутствующиеприимперфективах,образованных от основ НСВ, в 29% всех случаев, указывают на некоторыйпериод времени в прошлом, на протяжении которого имел место фактосуществления действия (или отсутствие такового): тридцать лет (2примера), двенадцать дён, век, на веку, ввек – в былинах, а также сутки,прежде (3 примера) – в сказках. Действие, таким образом, оказываетсясоотнесенным не с конкретной точкой, а с определенным периодом навременной оси. Например:– Да ах же ты Василий сын Буславьевич!Почему ж меня заразил топерь?Лежала голова я ведь тридцать лет,Да никто-то меня ведь не пинывал,Да никто же как меня тут не ранивал,237Как ты-то ведь уж нунь пинул, заразил меня (Онеж., с.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
