Автореферат (1101194), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Одна из них представлена вцерковнославянских текстах – она характеризуется употреблением презенсаНСВ только в событийном значении и отсутствием презенса СВ. Такоенастоящее историческое очень частотно в книжных фрагментах памятниковXIV – XVII вв., пр.:иже въ странахъ славенъ бывъ великiи князь и страшенъ бывъ ратнымъ,толику славу княженiа вскорѣ оставляетъ и толми смирено своима ногама въЕ. А. Горбунова (Мишина). Функционирование настоящего исторического ввосточнославянских памятниках XI – XVвв.
// Annali dell’Istituto universitario Orientale diNapoli (Dipartimento di studi dell’Europa orientale. Sezione Slavistica). 1997-1998. С. 281.2А. В. Бондарко. Настоящее историческое глаголов несовершенного и совершенного вида вславянских языках // Бондарко А. В. Теория морфологических категорий иаспектологические исследования. М., 2005.
С. 458 – 673.131монастырь приходитъ и умилнѣ у епископа постриженiа проситъ(Никоновская лет., т. 11, с. 181, Житие Михаила Александровича Тверского).Но, как показало исследование, оно встречается в книжных текстах ираньше – в частности, примеры обнаруживаются уже в оригинальномвосточнославянском Житии Феодосия Печерского XII в., ср.:родиста же б҄лженаго дѣтища сего таче въ осмыи д҄нь принесоста и къс҄тлю б҄жию <…> прозвутеръ же видѣвъ дѣща и ср҄дьчьныма очима прозьрӻѥже о немь ∙ ӻко хощеть из млада богоу дати ѳедосиѥмь того нарицають(Житие Феодосия Печерского, 27а – 27б).Этоттипнастоящегоисторическогонеобнаруживаетзаметныхизменений в характере употребления на протяжении всего исследованногопериода, за исключением роста активности в период второго южнославянскоговлияния.Второй тип употребления настоящего исторического характерен длягибридных текстов раннего периода и некнижных фрагментов памятников XIV– XVII вв.
В древнерусских некнижных и гибридных текстах презенс НСВимеет процессное значение, обозначая не продвигающие повествование(одновременные) действия в прошлом,действиявпрошлом,презенс СВ называет завершенные«двигающие»нарративнуюцепочку,неохарактеризованные же по виду глаголы возможны и в процессном, и всобытийном значении, напр.:Дремлетъ въ полѣ Ольгово гнѣздо; далече залетѣло. <…> Гзакъбѣжитъ сѣрымъ влъкомъ, Кончакъ ему слѣдъ правитъ къ Дону Великому(СПИ, 40 – 42) – глаголы НСВ и неохарактеризованные по виду в процессномзначении;ср.
подобное употребление: А царь Ивак приде на него силою своеюбезвестно с мырзами месяца генваря в 6 день. Приде на него на утреизноровяся, а царь Ахмат еще спит. А царь Ивак сам вскочи в белу вежу14цареву Ахъматову и уби его своими руками (Устюжская лет., л. 330 – 331,1481 г.).В отличие от «книжного», этот тип настоящего исторического (повидимому, характерный для живого языка и выполнявший экспрессивнуюфункцию) со временем претерпевал изменения, поскольку начиная с XVI в.указанное видовое распределение в настоящем историческом выдерживаетсянепоследовательно.
Если до XVI в. в некнижных контекстах не встречается ниодного случая употребления презенса НСВ в событийном значении, то с этоговремени такие примеры появляются, тогда как презенс СВ, напротив, уходит напериферию. В XVII в. событийный презенс НСВ встречается уже в том числе ив текстах, отражающих ориентацию на фольклорную традицию, ср.:Какъ будетъ день уже до вечера <…>,отъ сна молодецъ пробужаетца,в тѣ поры молодецъ озирается:а что сняты съ него драгiе порты,чары и чулочки все поснимано (Повесть о Горе-Злосчастии, с.
56 – 57).Проведенноеисследованиепозволяетпредполагать,чторазвитиесобытийного значения у глаголов НСВ в настоящем историческом в живомязыке шло параллельно с распространением соответствующей формы вкнижной церковнославянской традиции в период второго южнославянскоговлиятия и, вероятно, независимо от нее.В качестве общей гипотезы предполагается, что наличие в современномрусском литературном языке двух разновидностей настоящего исторического –«живого, эмоционального рассказа о прошлом» и «настоящего исторического влитературном авторском повествовании», употребляющегося «в авторскойречи,висторическихтрудах,биографиях» 1,–являетсяразвитиемсосуществовавших на протяжении длительного времени двух типов PraesensА.
В. Бондарко. Вид и время русского глагола (значение и употребление). М., 1971. С. 144.О двух типах настоящего исторического в современном литературном языке также: Русскаяграмматика. Т. 1. М., 1980. С. 632; И. Б. Шатуновский. Проблемы русского вида. М., 2009.С. 210 – 214.151Historicum – экспрессивного настоящего исторического живого языка илитературной повествовательной формы, характерной для книжной традиции.Вторая глава посвящена употреблению в прошедшем времени глаголовНСВ для обозначения завершенных однократных последовательных действий.По аналогии с настоящим историческим в реферируемой работе это значениеназвано событийным.Сегодня такое употребление НСВ воспринимается как специфическаяособенность эпического нарратива, ср.:Зовет его Вольга ВсеславьевичС собою ехать в Курчевец <…>.Не отнимался Викула Селягин сын,Выпрягал кобылку он солову,Клал сошку на ноженку,Липнул сошку далеко в край.Садился на кобылку на солову,Поехал Викула Селягин сын (Онеж., с.
109).Однако событийное прошедшее НСВ не является уникальной чертойтолько этого фольклорного жанра. В книжных и некнижных памятниках XII –XVII вв. встречается употребление в таком значении форм имперфекта ил-прошедшего НСВ.В соответствующих контекстных условиях имперфект мог называтьодно из действий в претеритальной цепочке, ср.:Возьѣха же король с ними . противоу же Данилоу кнѧзю . Данила жеприде к немоу .
исполчи всѧ люди своѣ . <…> // и просисѧ оу него въ станъ .зане || знои бѣ великъ . д̃не того ωнъ же ӻ и за роукоу . и веде его в полатоусвою . и самъ соволочашеть ег̃ . и ωблачашеть и . и во порты своѣ . и такоучс̃ть творѧшеть емоу . и прииде в домъ свои (Галицко-Волынская лет.,л. 273 об. – 274, 1252 г.);Проповедником их кликнувшим скверную молитву, абие воскричавше всевоинство и скакаху ко граду. И прикативше пушки и пищали <…>, начаша16бити град отвсюду, и мосты ко граду на рвех мостити <…> (Холмогорскаялет., Повесть о взятии Царьграда, л.
359, 1453 г.) – ‘Когда их проповедникикликнули…, войско, вскричав, поскакало…’.От нормального в таких случаях аориста событийный имперфектотличается собственно значением процессности и, возможно, экспрессивнойфункцией. Количество таких форм в большинстве текстов очень невелико, и напротяжении XII – XVII вв.
какие-либо изменения в его употреблении непрослеживаются. Л-формы НСВ в событийном значении в ранних текстахотсутствуют, наибольшая активность приходится на XV в., затем ихчастотность начинает снижаться.Интересно, что на протяжении всего периода XII – XVII вв. концентрацияформ прошедшего НСВ с событийным значением наиболее высока в текстах,отражающих связь с фольклором: Слове о полку Игореве, «Задонщине»,Повести о Горе и Злосчастии и др.
Так, в Слове о полку Игореве 3 событийныхимперфекта встретились в одном очень кратком эпизоде описания снаСвятослава, в коротком некнижном фрагменте Писания о преставленииСкопина-Шуйского XVII в. также встретилось 3 формы, ср. оба примера:А Святъславь мутенъ сонъ видѣ въ Кiевѣ на горахъ: «Си ночь съ вечераодѣвах<у>т<ь> мя, рече, чръною паполомою, на кровати тисовѣ; чръпахутьми синее вино съ трудомъ смѣшено; сыпахуть ми тъщими тулы поганыхътльковинъ великый женчюгъ на лоно; и нѣгують мя; уже дьскы безъ кнѣса вмоемъ теремѣ златовръсѣмъ. Всю нощь съ вечера б<у>с<и>ви вранивъзграяху; у Плѣсньска на болони бѣша дебрь(с)ки сан<и> и несош<а я> късинему морю» (СПИ, 93 – 99) – действия, произошедшие ‘этим (прошлым)вечером’ прагматически определяются как однократные и последовательные, ане повторяющиеся: ‘накрыли’, ‘зачерпнули’, ‘насыпали’.И какъ будетъ после честного стола пиръ на весело, и дiявольскимъомраченiемъ злодѣянница та княгина Марья, кума подкрестная, подносилачару питiя куму подкрестному и била челомъ, здоровала съ крестникомъ,Алексѣемъ Ивановичемъ.
И въ той чарѣ въ питiи уготовано лютое питiе17смертное. И князь Михайло Васильевичь выпиваетъ ту чару до суха, а невѣдаетъ, что злое питiе лютое смертное. И не въ долгъ часъ у князя Михаилаво утробѣ возмутилося, и не допировалъ пиру почестного и поѣхалъ къ своейматушке княгине Елене Петровне (Писание о преставлении и погребении князяСкопина-Шуйского, л. 897) – цепочка последовательных действий образуетсяформами прошедшего и настоящего исторического обоих видов, в том числепрошедшего НСВ.В текстах же, не обнаруживающих явной ориентации на фольклорнуютрадицию, количество форм прошедшего НСВ в событийном значении всегдаоставалось небольшим.Употребление событийного прошедшего НСВ совершенно аналогичнособытийному значению НСВ в плане настоящего исторического: обе формыназывают завершенные однократные события в прошлом, в обоих случаях этозначение проявляется в нарративе и является контекстуально обусловленным;прошедшее НСВ отличается от настоящего исторического НСВ фактическитолько отсутствием временной транспозиции.
При этом если л-формы НСВ современем утрачивают способность употребляться в событийном значении (и витоге сохраняются лишь в фольклорных текстах в качестве характернойстилистической особенности), то в настоящем историческом активностьсобытийного НСВ, напротив, возрастает.В работе высказано предположение, что способствовать исчезновениюсобытийного значения у прошедшего НСВ могли следующие факторы: 1)утрата основами НСВ маркированности по признаку процессности; 2) развитиеосновами НСВ общефактического значения 1; 3) постепенное сокращение числанеохарактеризованных по виду основ и закрепление за большинством из нихзначения НСВ;4) растущая активность употребления событийного НСВ внастоящем историческом. Статистика по всем исследованным памятникампоказывает, что сужение сферы употребления событийного значения НСВ вО.
В. Кукушкина, М. Н. Шевелева. О формировании современной категории глагольноговида // Вестник Московского университета. Сер. 9. Филология. 1991. № 6. С. 38 – 49.181прошедшем времени шло параллельно с ростом активности его в настоящемисторическом.В третьей главе рассматриваются имперфективы, мотивированныеосновами НСВ (типа хаживал, нашивал, бирал, живал и под.).В исследованных фольклорных текстах и старорусских 1 памятникахглаголытипахаживалвпрошедшемвремениупотребляютсявобщефактическом значении, которое в севернорусских говорах, по-видимому,является для них основным 2.














