Диссертация (1101059), страница 29
Текст из файла (страница 29)
Задачей таких фраз становится создание иллюзии правдоподобияромана Поссе, уверенности, что в роман вошли не только материалыисследования исторических текстов, но и журналистские расследования,основанные, главным образом, на устных рассказах очевидцев событий.177Posse A. La pasión según Eva. Barcelona: Planeta, 1995. p. 173.146В большинстве эпизодов романа «Страсти по Эвите» голос рассказчикаостается анонимным, тем не менее их можно условно разделить на несколькогрупп в зависимости от того на сколько близки они были к главной героине.
Впервую группу войдут рассказчики из ближайшего окружения Эвы, которыебыли свидетелями и очевидцами событий личной и бытовой жизни героини,возможно знали такие подробности, которые никогда не освещались вбиографиях или средствах массовой информации. К ним можно отнестиличного секретаря Эвы Атилио Ренцы (41-44, 229-231, 318-321) и ееисповедника и духовника отца Бенитеса (295-297, 313-314), который в силусвоих обязанностей был посвящен в тайны, недоступные общественности.
Вовторую группу вошли коллеги и сотрудники Эвы, которые имели достаточноформальный, но прямой контакт с героиней, позволявший взглянуть на еежизнь с другой точки зрения, недоступной для остальных, например,испанский посол при перонистском режиме Хосе Мария де Арейлса (250-254)и маникюрщица Сара Гатти (342-343).Самую многочисленную группу составляют друзья и знакомые Эвывремен ее артистической деятельности: Час де Крус (135-136), Маркос Зукер(136-139) и Элена Лусена (169-172) и множество других, оставшихся намнеизвестными, благодаря которым создается образ молодой, амбициозной икокетливой Эвы. Она всегда была экстраординарной фигурой, ей былапредназначена политическая карьера, однако это ей не мешало наслаждатьсяполусветом актерской жизни и милонгой, также как и гламурной жизньюБуэнос Айреса.И наконец, к последней группе можно отнести людей, которым большеподходит роль наблюдателей, тех, кто сталкивался с Эвой случайно или отслучая к случаю, и поэтому имевшие весьма ограниченные знания о ней.
Сюдавойдут и родственники такие, как троюродный брат Эвы Хуарес (65-68),который проливает свет на детские годы жизни Эвы, когда ее семьяпереживала финансовые трудности; и соседи Эвы из Хунина (52-57); и147военные (221-229), которые ненавидели ее и свергли Хуана Перона спустя тригода после ее смерти. В эту группу следует также включить журналиста,подпадавшего под цензуру перонистского режима (160-166) и историкаФеликса Луну (216-217), который предоставляет письмо, доказывающеепривязанность и нежные чувства, существовавшие между Пероном и Эвой.Примечательно, что Поссе в конце романа указывает на полифоничностьромана и многочисленные свидетельства очевидцев, которые в большинствесвоем остаются анонимными в тексте, и читатель может только строитьпредположения об их источнике.
Автор вплетает в роман всех этих анонимныхрассказчиков, чтобы показать и выразить разнообразные точки зрения,восприятие Эвы, мнения о ней: от слепой идеализации, граничащей срелигиозным фанатизмом, до крайней ненависти и критики, - всего того, изчего сформировался мифообраз Эвиты Перон. Об Этом говорит сам Поссе всвоем кратком введении к роману: «Sumario existencial de la personalidad delcaudillo más fascinante de la Argentina de este siglo. Biografía coral.
Novela detodos. Biografía de grupo, con personaje central (de capelina, sonriente) con fondode coro y pueblo. El novelista ha sido más bien un coordinador de las versiones yperipecias que fueron delineando el mito»178.Термин «biografía coral» можно интерпретировать как отсылку кмузыкальному термину «choir» (от фр. хор) или концепту «chorus» (от греч.хор) в древнегреческой трагедии. В музыке термин «хор» обозначаетисполнение одной и той же музыкальной партии двумя и более людьми подруководством дирижера, что в полной мере Поссе перенимает для своегоромана. В «Страсти по Эвите» повествование ведется от лица многочисленныхрассказчиков,голосакоторыхкоординирует,выстраиваетглавныйвсеведущий рассказчик.178Posse A.
La pasión según Eva. Barcelona: Planeta, 1995. p. 9.148Отсылка к греческой трагедии также важна для этого «многоголосого»романа. Хор играл важную роль в греческой трагедии. Согласно ПитеруУилсону он содействовал автору и помогал аудитории понять основной сюжети смысл происходящего, раскрывал душевные переживания героев, давалоценку их поступков с точки зрения господствующей морали, озвучивалсекреты и страхи героев, которые они не могли напрямую высказать другдругу или зрителям179.
Что касается романа Поссе, то здесь разнообразныеголоса рассказчиков выполняют те же функции, что и хор в древнегреческойтрагедии. Как и в хоре различные рассказчики объединяются, чтобы выразитьобщие представления народа об Эве Перон, тех, с кем она сталкивалась еще вдетстве в Хунине, и тех, кто стали свидетелями ее политического восхожденияи триумфа. Также рассказчики оценивают Эву, комментируют происходящиесобытия. Зачастую они хорошо осведомлены об ее эмоциональном состоянии,обсуждают ее тайны, желания и страхи. Например, несколько рассказчиков вромане включая отца Бенитеса, обращаются к «тайне Эвы»: «EL SECRETO DEEVA ES UN TEMA INABORDABLE. [...] Déjeme de arriesgar conjeturas. Leadelanto que pienso que el secreto existe y que las personas que conocen sus detallesestán aún vivas, pero creo que hay que ser extremadamente prudente y no llegar aerrores o suposiciones fáciles» 180.
«¿Cuál es el secreto de Eva? ¿Era de talmagnitud como para llevarla a una especie de reclusión monástica en su Fundación,transformándose en una misionaria que pagase una suprema expiación?»181Такая отсылка к древнегреческому хору позволяет Поссе говорить о том,что «Страсти по Эвите» - это «novela de todos», роман, который принадлежитвсем аргентинцам, роман, в котором говорит вся нация, в котором проявляетсяобщее наследие, воплощенное в Эве Перон. «Страсти по Эвите» представляетисторию аргентинской нации, которая не должна трактоваться однобоко,179Wilson P.
The Athenian Institution of the Khoregia: the Chorus, the City and the Stage.Cambridge, New York: Cambridge UP, 2000.180Posse A. La pasión según Eva. Barcelona: Planeta, 1995. p. 179-181.181Ibid. p. 266.149повествование создает пространство, в котором могут сосуществоватьиндивидуальные мнения и взгляды. Утопичная идея национального прошлоговоплощается в истории Эвы Перон, рассказанной хором, множествомпротиворечивых, не похожих друг на друга рассказчиков, которые и естьнарод Аргентины.Полифоничность романа «Страсти по Эвите» призвана создать иллюзиюобъективности и беспристрастности и во многом напоминает структурусовременного документального кино. В документальном фильме материалтакже фрагментирован и сокращен редактором, что позволяет включить вленту исторические видеозаписи, свидетельства очевидцев, исследованияспециалистов, комментарии, а также основной рассказ, который долженобъяснить и объединить все элементы, дать им определенную интерпретациюи цель.
При анализе, становится очевидно, что функции рассказчика в романесопоставимы с функциями камеры в документальном фильме, которая лишьпоказывает события, не комментируя их; все мнения и суждения об Эвечитатель узнает из рассказов очевидцев событий, а близкие отношения междурассказчиками и героиней, позволяют включить в повествование многиеаспекты жизни Эвы Перон, что соотносимо с архивными документами изаписями в документальном кино.Роман «Страсти по Эвите» предлагает новый взгляд на историю в целом.Он обращается к недалекому прошлому, что традиционно в ЛатинскойАмерикенесчиталосьзаслуживающимвниманиядлянаписанияисторического романа.
Этот роман нельзя отнести к историческим романам втрадиционномсмыслеслова,очемговорилосьвпервойглаве.Полифоничность романа позволяет показать Эву с разных сторон, наделяетвсех правом выразить свою точку зрения. В романе Эвита Перон предстает вразнообразных воплощениях, созданных воспоминаниями обычных людей иполитической элиты.150Как уже отмечалось ранее, образ Эвы Перон воплощается вмногочисленных художественных произведениях. В своем исследованииПлотник даже говорит о некоей одержимости и страсти к ней у аргентинскихписателей,атакжеотмечаетсимволическуюсвязь,возникшуювлитературных произведениях, между ее образом, телом и аргентинскойнацией 182. Соотношение и отождествление целой нации с женским образом неново для латиноамериканской литературы: в предыдущей главе мырассмотрели образ Малинче, играющий уже более пяти веков важную роль вмексиканской культуре и литературе, в Аргентине же только в ХХ веке такимобразом становится Эва Перон.
Следует отметить, что литературный образЭвиты, как и Малинче, тесно связан с реальными историческими иполитическими событиями и их невозможно рассматривать вне историческогоконтекста. Зачастую историю жизни Эвиты сравнивают с историей целойстраны, описанной в эссе аргентинского писателя Эдуардо Мальеа «Историяодной страсти к Аргентине» (Historia de una pasión argentina, 1937).Рассматривая развитие образа Эвиты, можно убедиться в том, чтолитературныевоплощенияЭвыПерон–этопроявлениепроцессасамоидентификации аргентинцев, поиска своей истинной сущности, а такжетоска о всех нереализованных проектах и начинаниях.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
