Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 8)

Отпусти, пойду. За углом мой дом

Где все ждут, не спят, где открыта дверь,

Где в окно глядят и на шум бегут

На простом столе лампа теплится.

Отпусти, пора. Ждет Печаль - сидит

В печку щепочку бросит - склонится,

Вскинет голову - ветер прошумел

Тронет бороду, глянет в сторону

Отпусти, прошу. До угла верста

Пробежать в ночи, не запутаться

У ворот Печаль встанет сгорбленным

Старичком седым да понурится

Отпусти, молю - печка топится

Уголек упал на дощатый пол,

Опрокинулась лампа яркая,

Занялась огнем занавесочка

Отпусти скорей - дом в огне стоит!

Бревна рушатся - искры сыплются,

А печаль бредет, чает встретиться

Всем прохожим в глаза заглядывает

Отпусти меня - побегу туда

Он в дыму идет, задыхается,

Пепел по ветру подымается

Да в глаза летит воспаленные

Отпусти, злодей, что ж ты делаешь?!

Подвернулась нога на камушке,

Нету силы встать, чем дышать ему?

Полечу стрелой - может, выживет

Отпусти...

Хорошо теперь - больше некуда

Больше не к кому да и незачем

Так спокойно, ровно и правильно

Все разложено по всем полочкам,

Все развешано по всем вешалкам

Все. (6, 313)

Песня «Фома» Вени Дркина состоит из куплетов, включающих в себя восемь стихов пятисложника, два из которых сдвоенные, и шесть строк Ан2:

Жил дружок Фома -

Жалкий выродок

Сын троих отцов да пяти сирен

Бледной поросли -

Светлым образом

А под куполом -

Грязным пугалом

Выйди милая

Под его окно

В клятом саване прокаженного

Прозвени Фоме

Колокольчиком

Угости Фому

Спелым яблочком

По болоту лица - два болотных огня

В глазах - благая весть

Ряской по коре сыпь

А купалова песнь -

До осинова пня

Шел за хутором -

Ночка темная

В белой простыни глаза выколол

Весь с вопросами

Соком клюквенным

Губы выпачкал

Волком песню выл

Сколько Фомку не грей а душа не легла -

В шкуре волка теплей

Чем в тулупе козла!

Ах купалова песнь

Довела-довела!

Псами хаяный

Псами порванный

Смолой политый в перья вывалян

Сыпал искрами

Разносил собой

В очаги огонь

Воплем пламенным!¹

Яна Дягилева была знакома с творчеством Башлачева, и не исключено, что стихотворение «Отпусти, пойду…» было создано под влиянием «Егоркиной былины»; песни роднит не только метр, но и наличие перекликающихся образов: Снежна бабушка – Печаль (сгорбленный старичок), «Дунул в третий раз – как умел, как мог, // и воскрес один яркий уголек, // и прожег насквозь расписную шаль» – «Уголек упал на дощатый пол, // Опрокинулась лампа яркая, // Занялась огнем занавесочка». Стихотворение Я. Дягилевой состоит из 35 стихов, 30 из них – сдвоенные пятисложники, две строки состоят из одного слова, три – деформированные сдвоенные пятисложники. Один из пятисложников, как и у Башлачева, лишен ударения на 3 слоге, ударность первого и пятого слогов немного выше, чем в «Егоркиной былине» (первый – 52,5%, пятый– 50 %), а следовательно, значительно выше, чем в традиционном пятисложнике, это отражается и на остальных сторонах стихотворения: нет подчеркнутого фольклорного колорита, мал процент первой вариации словораздела – 17,1 % (Х - «задыхается»), основными вариациями являются 2 (Хх – «где в окно глядят») – 41 % и 4 (хХ - « в печку щепочку») – 31 % . Таким образом, стих здесь приближается к трехстопному хорею с мужскими окончаниями, но перекличка образов с «Егоркиной былиной», отсутствие рифм и несомненный фольклорный ореол позволяют говорить о том, что перед нами именно сдвоенный пятисложник.

Значение пятисложника как размера, подражающего народной песне, использовалось и в песне «Фома» Вени Дркина. В некоторых исполнениях песню предваряет «заговор», дополняющий содержание песни и выражающий авторское сочувствие герою: «На море-океане, на острове Буяне, на полой поляне светит месяц ясный на осинов пень. Около того пня ходит волк зубатый, У него на зубах весь скот рогатый. Месяц, месяц, золотые рожки! Притупи ножи, расплавь пули, измочаль дубины, напусти страху на зверя и на человека, чтобы они волка серого не брали, да серой шкуры бы с него не драли!» Сам текст состоит из 56 стихов: две строфы Ан2 по 6 строк и четыре строфы, состоящих из восьми нерифмованных стихов пятисложника (к сожалению, до сих пор не вышло ни одного печатного издания стихов и песен Вени Дркина, и вопрос об одинарном/сдвоенном пятисложнике остается открытым). Третий слог константно ударен, сохраняется малая (6,25 %) ударность второго слога, однако резко возрастает ударность первого слога – 65,6 %, чего не было даже в романсе «Очи черные» и диптихе Высоцкого, при том, что ударность пятого слога - 28, 1 % - является небольшой даже в сопоставлении с кольцовской и фольклорной традициями. Основными вариациями словораздела здесь, как и в стихотворении Яны Дягилевой, являются вторая («прозвени Фоме») – 18,7 % и четвертая («светлым образом») – 50 %, первая вариация из одного пятисложного слова, характерная для Кольцова, здесь употребляется редко – 9%.

Эти данные позволяют говорить о сближении пятисложника Я. Дягилевой и Вени Дркина с двустопным хореем с мужским окончанием, но, тем не менее, фольклорный колорит (здесь, скорее, сказочный, нежели песенный или былинный), «безрифменность», и соблюдение количества слогов и ударности третьего слога указывают на то, что это также пятисложник.

На примере использования пятисложника этими рок-поэтами заметна тенденция уподобления его хорею (как двустопному с дактилическими окончаниями, так и трехстопному с мужскими окончаниями), но употребление такого стиха в песнях с фольклорным колоритом позволяет говорить о восприятии его как особой разновидности стиха, обладающей ярким семантическим ореолом.

Подводя итоги разговору о метрическом разнообразии рассмотренных нами текстов, мы можем отметить высокий процент дольников и тактовиков в текстах рок-поэзии, что явилось результатом общей установки на «прозаизацию» всех уровней текста, имитацию естественной речи. Это же стремление выразилось в высоком проценте обращения к вольным тоническим и силлабо-тоническим метрам, а также к метрам с переменной анакрусой, как трехсложным, так и двусложным.

Метрический репертуар рок-поэзии достаточно широк – в 394 текстах употреблены 32 силлабо-тонических размера, в том числе такие редкие метры, как логаэды – дань литературной песенной традиции, и пятисложник как свидетельство обращения к фольклорной традиции, кроме того, использованы 13 тонических размеров. Размеры, встречающие в рок-поэзии чаще всего, могут иметь не меньшую популярность в книжной и песенной поэзии, как, например, Я5, Я4 или Х4, но среди них есть и необычные для предыдущих песенных традиций, таких как русская песня или авторская песня, ЯВ, ХВ и АнВ. Внимание к вольным силлабо-тоническим размерам, как, впрочем, и к тоническим, может быть обусловлено стремлением к расподоблению ритма музыкальной основы и текста, разрушению «гладкости», напевности; хотя проявляется и обратная тенденция следования сложному песенному ритму, в стихе выражающаяся в применении разностопных размеров, свойственных песенной традиции XIX и XX веков.

Такое разнообразие позволяет говорить не только об ориентации русской рок-поэзии на западную рок-музыку, но и на традиции книжной поэзии и авторской песни.

В ходе исследования выяснилось, что метрический репертуар каждого из рассматриваемых нами авторов проявляет индивидуальные черты, преобладание тонической системы стихосложения характерно далеко не для каждого из рок-авторов, у многих метрический репертуар основан на силлабо-тонической системе стихосложения. Как уже отмечалось в работе, метрические предпочтения могут быть продиктованы не только литературными традициями, на которые опирался тот или иной автор, но и рядом внелитературных обстоятельств, как владение английским, уровень образования или опыт игры в ансамбле.

Таблица 11. Метрический репертуар рок-поэзии

(данные в единицах текстов и процентах от общего числа текстов автора)

Как видно из таблицы 11, метрический репертуар рок-поэтов далеко не одинаков. Поэтому, определив ряд особенностей, объединяющих рок-поэзию в целом, мы прейдем к рассмотрению индивидуальных особенностей метрической организации текста всех авторов.

Глава II. Доминирование тонической системы стихосложения: ленинградская традиция

Михаил Науменко

Михаил («Майк») Науменко (1955-1991) был одним из тех, кто стоял у истоков ленинградского рок-движения. Играть в группе он начал еще в 1977 году, но тогда группа «Вокально-инструментальная группировка им. Чака Берри», где он был электрогитаристом, исполняла классические рок-н-роллы, что стало определенной школой исполнительского мастерства, а также дало возможность более подробно познакомиться с западной рок-музыкой. Еще со школы увлекаясь песнями групп «The Rolling Stones», «The Beatles», «Jefferson Airplane», «T.Rex», «The Doors», Науменко воспринимал не только музыкальные особенности рок-музыки, но и тексты песен, так как учился в английский спецшколе. После написания ряда песен на английском, он обратился к созданию песен на русском языке, и уже в 1978 году вместе со своим другом и коллегой Борисом Гребенщиковым записал акустический альбом «Все братья-сестры», а в 1980 создает собственную группу «Зоопарк». В следующем году группа вступает в недавно созданный Ленинградский рок-клуб, дает много концертов как в Ленинграде, так и в других городах страны. М. Науменко успевает выпустить шесть альбомов. Первый альбом группы «Сладкая N и другие» (1980) записывался спонтанно, второй альбом «Blues de Moscou» (1981) представляет собой фонограмму одного из московских концертов; в дальнейшем к процессу создания альбомов автор относился очень серьезно, старался записывать песни на хорошей аппаратуре и не экономить на времени, так появились еще четыре альбома: «LV» (1982), «Уездный город N» (1983), «Белая полоса» (1984) и «Музыка для фильма» (1991).

Характеристики

Список файлов диссертации