Автореферат (1100962), страница 3
Текст из файла (страница 3)
М. В. Ломоносова, 2008, 2009, 2010, 2011, 2014 гг.);- на V и VII заседаниях научной конференции «Романские языки и культуры:от античности до современности» (МГУ им. М. В. Ломоносова, филологическийфакультет, 30.11 – 01.12. 2011 г., 28 – 29.11.2013 г.);9В рамках учебы по грантам DAAD и Erasmus Mundus.В рамках учебной стажировки и стипендии от правительства Галисии.108- на IX конференции по романистике для аспирантов и молодых ученых LIMESв Гейдельберге, Германия (Ruprecht-Karls-Universität Heidelberg, Romanisches Seminar,Kolloquium für Promovierende und Promovierte der romanischen Sprachwissenschaft, 4 –6.04.2013 г.).По проблематике настоящего исследования было опубликовано девять статейобщим объемом 2, 9 п.
л., в том числе три в изданиях, рецензируемых ВАК РФ, иодна за рубежом (Португалия).ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИВовведениинастоящейработыформулируютсяобъектипредметисследования, основные цели и задачи, метод, актуальность и теоретическая основаработы.Первая глава ««Диалог о языке» Хуана де Вальдеса и теория языка вИспании XVI века» посвящена общему историческому контексту формированияевропейской и, в частности, испанской грамматической традиции XV-XVI вв.В этом разделе диссертационного исследования рассматриваются предпосылкисоздания «Диалога о языке», его место в лингвистической традиции (в частности, поотношению к А. де Небрихе).Подробно анализируются теоретические вопросы о языке, затрагиваемыеВальдесом в тексте «Диалога», отображающие взгляды автора на язык и егоонтологию: понимание гуманистом родного и иностранного языка, эволюции языка,диалектов, истоки кастильского языка, различение устной и письменной речи,языковая норма.В эпоху Возрождения, благодаря изменениям в понимании языка, развитиюсферы образования, появлению книгопечатания, для теоретиков языка на первыйплан выходит вопрос фиксации нормы языка, письменной унификации и созданиеписьменных грамматических трудов о народных языках.«Диалог о языке» Хуана де Вальдеса становится вторым по значимости трудомо кастильском языке11.
Несмотря на высказываемую нелюбовь Вальдеса к Антонио де11После «Грамматики кастильского языка» (1492 г.) Антонио де Небрихи.9Небрихе, он – прямой наследник его традиции и ее продолжатель.В «Диалоге о языке» присутствуют признаки текстов различной стилистики ижанровой принадлежности (научной, художественной и философской литературы):это отчасти дидактический философский диалог с элементами трактата, учебноеграмматическое пособие. Однако, несомненно, самой важной характеристикойсочинения выступает его дидактическая практическая направленность.Теоретические вопросы и проблемы языка, которые затрагивает Х. де Вальдес в«Диалоге о языке», вписываются в общеевропейскую парадигму интересовгуманистического знания. На страницах сочинения отображены представленияВальдеса как представителя испанского языкового сознания о родном и иностранномязыке, истории языка, его географической изменчивости (что связано с вопросомнормы и ее выбора), собственно проблеме нормы и узуса.СочинениепредставляетсобойдиалогВальдеса(т.е.автора),егосоотечественника Пачеко и двух итальянцев из высшего света, Марчо и Кориолана.Нисколько не удивляет, что итальянские друзья Вальдеса интересуются кастильскимязыком: эпоха повлекла за собой распространение испанского языка по всей Европе ирост его престижа, особенно в Неаполе, где, предположительно, и состоялась в 1533году беседа, которая легла в основу сочинения.Общая структура диалога предполагает следующие разделы: происхождениеязыков Испании (Orígen de la lengua), грамматика (Gramática), орфография (Letras),слог (Sílabas), слово (Vocablos), стиль (Estilo), образцовая литература (Libros),кастильский в ряду других романских языков (Conformidad de las lenguas).Важный ракурс «Диалога о языке» – теоретические проблемы языка.
Оникасаются онтологии языка, бытования форм его существования, ареала егораспространения, что связано, например, и с историй Иберийского полуострова, атакже соотношением языка и диалектов.Взгляды Вальдеса на теорию языка обнаруживают зачатки историческогоподхода гуманиста к лингвистическому описанию.Кастильский язык (“castellano”, “la lengua castellana”), который для Вальдесаявляется родным (“lengua propia, natural” в противовес иностранному “lengua agena”)и который наравне с народными живыми языками Вальдес обозначает терминами10“lengua vulgar” или женаречием романсе “el romance”, – противопоставляетсямертвым классическим языкам (выученным по книгам, а не употреблению, т.е. узусу).Такое противопоставление демонстрирует, что Вальдес разделяет языки народные и иностранные, на «мертвые» и «живые», кроме того выделяет общностьроманских языков - выходцев из латыни.Вальдес затрагивает вопрос эволюции кастильского языка, определяя его какпрямого наследника латыни, которая изменяется в результате «порчи» под готским, азатем арабским влиянием, и которая является главным конституирующим элементомкастильского языка.Способность языка к эволюция, в глазах гуманиста, – присущее всем языкамсвойство.
Двигатель и показатель языковых изменений во времени – узус, т. е.речевой обиход (“uso”).Каждый язык, в представлении гуманиста, располагает набором присущихлишьемуособенностей(“propiedades”),которыеопределяютсягеографией,культурным и политическим климатом на территории его распространения.Кроме того, гуманист касается и языкового разнообразия (“diversidades delenguas”)Иберийскогополуострова,фактическиобозначаядиалектальнуюраздробленность Испании.
Языками Испании в его представлении являются:кастильский («castellana”), португальский (“portuguesa”), каталанский (“catalana”),баскский(“vizcaína”),валенсийский(“valenciana”).ГалисийскийВальдеснеупоминает в тексте сочинения, оперируя только наименованием провинцииполуострова “Galicia”.Вальдес определяет факторы, обусловливающие диалектальное и языковоеразнообразие: политический (развитие в закрытых границах одного государства,провинции, марки и т. д.) и лингвистический (наличие языковых контактов, языковойинтерференции как следствия).Не формулируя понятия, Вальдес фактически признает наличие на отдельныхтерриториях Испании билингвизма, обусловленного географически и исторически.Языковая норма тесно связана у Вальдеса с категорией «грамматическойправильности» в античном и средневековом понимании (отделение литературноправильной речи от неправильной) и определяется четырьмя составляющими:11языковой обиход придворных кругов12 и простонародья, классическая литература,языковая компетенция говорящего (вкус, эстетическое чувство).
Так, норма языкасвязана у Вальдеса во многом с социолингвистическим аспектом.Вторая глава «Вопросы практики языка, обсуждаемые в «Диалоге о языке»рассматривает практическое содержание «Диалога о языке». В этой части нашегоисследованияпроанализированывопросыприкладногохарактера,впротивоположность теоретическим воззрениям Вальдеса, которым посвященапредыдущая глава.По содержательному принципу данные вопросы были нами разделены награмматические(морфологическиеисинтаксические),орфографические,лексикологические и стилистические. Здесь же анализируются взгляды Вальдеса накастильский язык как иностранный и лингводидактику.Несмотря на то, что отличительной особенностью построения «Диалога оязыке» Х. де Вальдеса является неточность структуры и некоторая спорадичностьрасположения вопросов, в обсуждениях персонажей затрагиваются почти все уровниязыка: грамматика (морфология частей речи и элементы синтаксиса), лексика иорфография, стилистика.Х.
де Вальдес понимает грамматику как некий свод правил, знание которыхнеобходимо для правильного использования языка. Последнее, по Вальдесу,обусловливает коммуникативный успех говорящего.Вальдес формулирует три основных правила грамматики: знание этимологиислова, правильное согласование артикля с именами, правильная постановка ударенияв слове.Такая формулировка свидетельствует о том, что у Вальдеса отсутствуетфилософскоеосмыслениеграмматикикакстрогойсистемы,ногуманистрассматривает грамматику лишь с прикладной точки зрения как свод правил дляприобретения «правильного» стиля речи и, следовательно, успешной коммуникации.Количество выделяемых Вальдесом частей речи весьма трудно определитьоднозначно, так как гуманист касается отдельно не всех частей речи конкретно. Вцелом среди частей речи и их акциденций у Вальдеса фигурируют следующие12Выдающийся филолог и романист Амадо Алонсо отмечает, что определяющее значение придворного узуса,закрепленное в XVIII веке Королевской Академией, высказывается именно Вальдесом.
– Alonso A. Castellano,español, idioma nacional. Historia espiritual de tres nombres. Buenos Aires: Editorial Losada, 1968. P. 93.12наименования: имя (в частности, имя, обозначающее число), местоимение, артикль,глагол, предлог, наречие, союз, междометие (nombre (nombres que significan número),pronombre, artículo, verbo, preposición, adverbio, conjunción, interjección).На синтаксическом уровне Вальдес, также как и в других вопросах, следуетлинии упрощения и делатинизации, отказа от калек, чуждых его родному языку иотрицательно влияющих на смысловое содержание речи и письма (в частности,гуманист неоднократно обращается к синтаксису местоимений и предлогов приглаголе и именах, оспаривает уже неоправданное использование, в подражаниелатыни,конструкцийотрицанияигипербатона,несвойственныхживомукастильскому языку).На страницах сочинения гуманист довольно подробно останавливается награфике родного кастильского языка.Кастильский алфавит, по Вальдесу, насчитывает 26 символов, три из которых(j, ç, ñ) отсутствуют в латыни, а также в «Грамматике кастильского языка» А.
деНебрихи.Интересно отметить отношение Вальдеса к «буквам Рамуса». Что касаетсягласных i / j, Вальдес четко разграничивает их дистрибуцию, причем добавляет в этотряд y («греческую и»), которой придает большое значение, в чем расходится сНебрихой (который находил ее ненужной). В случае с графемами u / v Вальдесзакрепляет за первой из них гласный звук, а за второй – согласный (окончательно ихдистрибуция впоследствии будет закреплена Л. Мегре и П.
Рамусом во второйполовине XVI в.).Вальдес также уделяет внимание диакритикам и акцентуации, но в целомтерминология гуманиста не представляет собой системно разработанного аппарата.Главным орфографическим принципом для Вальдеса, вслед за Небрихой,является фонетический: «пишу, как произношу» (“escrivo como hablo”). Данныйпринцип подчеркивает главным образом самостоятельность кастильского языка поотношению к латинскому и его право на собственное развитие и нормы.Однако в некоторых случаях наравне с принципом «пишу, как произношу»,Вальдес руководствуется этимологией слова (как правило, латинской), то естьтрадиционным принципом, вследствие чего его «личная орфография» можетрасходиться с принятым узусом.13Такимобразом,приопределенииорфографическойнормыВальдесруководствуется традиционным и фонетическим принципами, с опорой главнымобразом на последний.
Это – факт отсутствия четких однозначных критериев всознании гуманиста относительно орфографической нормы современного емукастильского языка.Лексический состав кастильского языка, в понимании Вальдеса, неоднороден исодержит следующие элементы: латинский (основной словарь кастильского языка),арабский(Вальдесдревнегреческий,определяетитальянский,четкиеправиладревнееврейский,аопознаниятакжетакихпластслов),собственнокастильских слов, не имеющих аналогов в латыни и др. языках.В грамматическом описании Вальдеса нами выявлена стилистическаяклассификация лексики кастильского языка: в терминологическом инструментариигуманиста присутствуют заимствования, архаизмы, обсуждается полисемия какфеномен языковой практики.Кроме того, словарный запас кастильского языка разделен фактически наактивный и пассивный (включая экзотизмы), обсуждаются лексические дублеты сточки зрения их стилистического использования.Большое значение Вальдес придает стилю речи, особенно письменной.Стиль, в понимании Вальдеса, с одной стороны, представляет собой манеруговорить и писать, которую характеризуют индивидуальность, врожденность иестественность по отношению к ее обладателю.С другой стороны, стиль можно воссоздать или сформировать согласноадресату и содержанию сообщения.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
