Диссертация (1100535), страница 13
Текст из файла (страница 13)
Волошинов охарактеризовал как «речь в речи, высказывание в63высказывании, но в то же время это и речь о речи, высказывание о высказывании»[33, с. 114].То, что говорится в дискурсе, говорится на фоне того, что остается неозвученным, но воспринимается как данное. Знание, полученное человекомблагодаря опыту, предшествующему прослушиванию каких-либо образцовдискурса, сложившимся интерпретациям и закрепленным в обществе смыслам,становится когнитивным фактором, который оказывает непосредственноевлияние на порождение и/или восприятие других дискурсов [93, с. 211].
Именно вэтом и заключается идея некой системы знаний, которой обладают все участникикоммуникации.Сам коммуникативный акт уже предполагает то, что его участникиобладают общей информацией, которую они почерпнули из других источников.Е.С.Кубрякова называет эту систему «общим знанием» (англ.
common knowledge),основанном на общности культурного фона, образования и т.п. собеседников [175,с. 174-175]. «Общее знание», наряду с «совместным знанием», является одним издвух типов знаний, выделяемых как в отечественной, так и в зарубежнойтрадициях.Более того, достижения когнитивной силлабики позволяют говорить оважности фоновых знаний не только для понимания речи, но и для ее слоговогоделения с целью придания речи большей выразительности и убедительности,поскольку именно слог является «основной произносительной и воспринимаемойв процессе речевого общения перцептивной единицей» [42, с. 6].
Это приобретаетособенную важность в политической коммуникации [42, с. 2-3, 19].Готовясь к выступлению на публике, говорящий может предполагать снекоторой уверенностью, что его аудитория будет обладать похожим наборомзнаний. Мастерство автора, поэтому, заключается в том, чтобы использоватьдругие дискурсы настолько успешно и профессионально, чтобычитающий/слушающий смог распознать их в его дискурсе.«Осознание связи данной цитаты или аллюзии с каким-то содержанием,которое встречалось в других текстах, а на самом деле, соотносится с64состояниями сознания другого или других коммуникантов, творивших своидискурсы, следует называть интердискурсивностью» [93, с.
212]. Так вфилологический обиход было введено понятие «интердискурсивность».Феномены интертекстуальности и интердискурсивности очень схожи междусобой, поскольку идея второго развилась именно из теории интертекста. Однакопо своей природе новое явление представляется более объемным: оноподразумевает сочетание разных пластов знаний, соответствующее задачамкоммуникации, и апеллирует к человеческому знанию.
Данное знание заключаетв себе информацию о ранее прочитанных или прослушанных текстах,сложившееся мнение по тому или иному вопросу, прецедентные ситуации, чтооказывает непосредственное влияние на восприятие новых дискурсов. Эторазличие можно выразить кратко следующим образом: если интертекстуальность– это переключение систем, находящихся в одной плоскости, тоинтердискурсивность предполагает когнитивное смешение разноплановыхсистем кодов и знания.Интердискурсивность - это «не диалог «своего» и «чужого» текстов в формецитат, аллюзий, реминисценций, но взаимодействие, взаимоналожение различныхментальных, т.е. над- и предтекстовых, структур, операций, кодовых систем,фреймов в процессе текстопроизводства.
В его готовом результате - на текстовойплоскости - создается такая особая взаимосвязь языковых единиц, которая иинициирует в воспринимающем сознании (т.е. в голове читателя) переход отодного типа дискурса и, значит, типа мышления, к другому с целью созданиясильного воздействующего эффекта» [93, с. 228].Как только начинается восприятие дискурса, на поверхность выводится всяинформация, заимствованная из других источников, но являющаяся опорой дляданного дискурса. Благодаря таким когнитивным процессам происходитпостроение информационных цепочек, связывающих колоссальный объемразнообразных дискурсов воедино, тем самым расширяется информационнаянагруженность дискурса, в котором эти цепочки берут начало. Таким образом, с65точки зрения интердискурсивности дискурс – это «интеграция многих дискурсов,соотнесенных содержательно и функционально в единое целое» [39, с.
20].В качестве анализируемого материала, на примере которого можнопроиллюстрировать идею интердискурсивности, выбрана победная речь БаракаОбамы, произнесенная 4 ноября 2008 года в Чикаго. Она является одним изключевых образцов риторики Б.Обамы, позволяющей поставить его в один ряд стакими выдающимися американскими ораторами, как Мартин Лютер Кинг,Малкольм Икс, Джон Фицджеральд Кеннеди, Франклин Делано Рузвельт и др.Победную речь Б.Обамы характеризует особое «многоголосие»: в нейотчетливо слышны голоса предшественников нового президента как среди тех,кто возглавлял США до него, так и среди тех, кто посвятил свою жизнь борьбе заправа всех представителей американского народа и заложил основу равноправия вАмерике.
Эта особенность отражает стремление Б.Обамы найти поддержку нетолько среди своих современников, но и у своих предшественников.Особенно часто Барак Обама как имплицитно, так и эксплицитнообращается в своей речи к Мартину Лютеру Кингу, выдающемуся лидерудвижения за гражданские права в США, поставившему перед собой задачудостичь целей мирным путем. Это становится очевидно уже в самом началеречи:oIf there is anyone out there who still doubts that America is a place whereall things are possible; who still wonders if the dream of our founders is alive in ourtime; who still questions the power of our democracy, tonight is your answer 2 [161].2Слушатели Б.Обамы, знакомые с творчеством У.Шекспира или экранизациями его произведений, с некоторойдолей вероятности могли распознать в этом высказывании еще один пример интердискурсивности.
Дело в том, чтовысказывание может восходить к известному монологу Брута на смерть Цезаря из хроники У.Шекспира:If there be any in this assembly, any dear friend ofCaesar's, to him I say, that Brutus' love to Caesarwas no less than his. If then that friend demandwhy Brutus rose against Caesar, this is my answer... [163].За счет своего слогового своеобразия и особого ритма этот монолог может узнаваться в выступлении Б.Обамы. Врезультате, может произойти отождествление говорящего с Брутом, обладавшим в представленной версиисобытий тех лет безупречной репутацией и пользовавшимся у римлян заслуженным уважением. Иными словами,политическая риторика Б.Обамы выстраивается в соответствии с принципами классической торжественной поэзии,которая справедливо признается вершиной риторического мастерства.66Упоминая мечту основателей США, Обама апеллирует к Американскоймечте, ставшей уже чем-то большим для американцев, чем просто понятие.
Онподчеркивает тот факт, что мечта все еще жива, несмотря на то, что прошлонемало времени с момента ее появления и провозглашения Мартином ЛютеромКингом в речи «I have a dream».Хотя имя Мартина Лютера Кинга не упоминается в речи, Барак Обамассылается на него как на «проповедника из Атланты, который сказал людям «WeShall Overcome»» («a preacher from Atlanta who told a people that ‘We ShallOvercome’»[161]. Слова «We Shall Overcome» были хорошо известны людям,поскольку так называлась песня, популярная в период движения за гражданскиеправа в США. Они, в свою очередь, были заимствованы из афроамериканскойевангельской музыки, что привносит в речь еще и библейские мотивы. МартинЛютер Кинг мастерски включил название песни в свою речь в Мемфисе 31 марта1968 года, сделав эти слова еще более известными.
Таким образом, эта цитатаобращена как к Мартину Лютеру Кингу, усиливая его глубокую веру в мирноебудущее афроамериканцев, так и к песне, которая объединила людей исимволизировала надежду в их сердцах.Более того, речь полна невыраженных обращений к Мартину ЛютеруКингу. Так, одно из звучаний его «голоса» можно найти в части, посвященнойпризнанию непростого характера будущего, ожидающего всех жителей США:oThe road ahead will be long. Our climb will be steep. We may not get therein one year or even one term, but America <…> I promise you - we as a people will getthere [161].Слово «promise» может активировать значительное количествосемантических связей с библейской историей Исхода, которая нашла отражение впоследней речи М.Л.Кинга «I’ve Been to the Mountaintop», произнесенной им вМемфисе за день до его смерти.















