Диссертация (1100505), страница 5
Текст из файла (страница 5)
Данная методика появиласьдля определения значения довольно узкого круга единиц – терминов родства – ибазируется «на гипотезе о том, что значение каждой единицы языка состоит изсемантических компонентов (сем) и что словарный состав языка может бытьописан с помощью ограниченного и сравнительно небольшого числасемантических признаков» [ЛЭС 1990].Научное постижение мира стремится к максимально адекватномуописанию окружающей действительности: все, что имеет различия, поддаетсяклассификации. Именно проблему классификации объектов окружающего насмираразрешилкомпонентныйанализ,заключающийсяввыявлениилингвистически релевантных параметров того или иного предмета.
По мыслиЛ.О. Чернейко, подобие между вещью и означающим языкового знака-символа(т.е. именем вещи) факультативно: если оноесть, то знаку в целомприписывается наличие внутренней формы [Чернейко 2012: 176], и он входит вразряд иконических, по Ч. Пирсу [Пирс 2000]. Если же подобия нет, то знаксимволичен. Между тем подобие означаемого самой вещи (их изоморфизм)обязательно,чтолингвистическииобеспечивает возможность коммуникации.релевантныепараметрырассматриваемогоИменнопредметаформируют в нашем сознании представление о нем и его отличие от другихпредметов, что и выражается в слове.Однако часто не логика, а прагматика направляет наши высказывания.Структурныйметод(выделениедифференциальныхпризнаковсловисопоставление их в рамках парадигмы) действует успешно, пока изисследуемых единиц можно выстроить оппозиции. Так, чтобы определитьзначение слова РЕКА, необходимо включить данное слово в состав оппозиции25по какому-либо дифференциальному признаку, например, ‘размер’: РЕКА –РУЧЕЙ.
В рамках данных оппозиций выявляется значение слова. Однакосуществуют сигнификативно «пустые слова», типа ЕРУНДА, ЧЕПУХА,АБРАКАДАБРА.Практическиневозможновыявитьдифференциальныепризнаки одного из данных понятий в сравнении с другими, отсюда такназываемый«порочныйкруг»втолкованиислов,т.е.отсутствиедифференциации лексикографических параметров. По мысли Л.О. Чернейко,данный недостаток присущ многим толковым словарям, в частности, словарямсинонимов (приписывание двум словам одинакового толкования, отсутствиеуказаний на стилистическое различие лексических единиц и т.д.) [Чернейко2008: 360].
Как показывает лингвистическая практика, сигнификативно «пустыеслова» также поддаются лингвистическому анализу, но другими методами(анализ «субстантивов метаоценки» со значением ‘бессмыслица’, проведенныйА.А. Прокубовским [Прокубовский 2009: 22-23]).Кромесигнификативно«пустыхслов»структурномуанализу неподвергаются слова высокого уровня абстракции, семантические примитивы (поконцепции А. Вежбицкой [Вежбицкая 1996]), а также металексемы [Кнорина1995; Чернейко 2008]. Дело в том, что при анализе некоторых слов и выражений(в частности, абстрактной лексики) происходит своеобразная«распаковкасмысла»: помимо вычленения объективного смысла, стоящего за словом,основной задачей является выделение импликатур, модусных смыслов (чтохотел сказать автор и что сказал, сам того не желая).Более того, свойственный структурной лингвистике метод компонентногоанализа применим лишь в том случае, если «состав множества, подлежащегоразбиению для установления дифференциальных компонентов значениякаждого из его элементов, исследователю или известен, или может бытьустановлен достаточно точно при помощи толковых словарей» [Чернейко 1980:7-8].26Если дескриптивные предикаты с большой долей успеха поддаютсяструктурному методу и выстраиваются в оппозиции для выделения в нихдифференциальных признаков, то оценочные предикаты не рассматривались вкачестве объекта изучения структуралистами.
Это связано прежде всего с тем,что оценка как таковая существует в пределах субъектно-объектной парадигмы.Н.Д. Арутюнова цитирует по этому поводу Дж. Серля: «Ценности так или иначепроистекают от человека, они не лежат во внешнем мире, по крайней мере вмире камней, рек, деревьев и сырых фактов. В противном случае они пересталибы быть ценностями и составили бы часть объективного мира» (цит. по[Арутюнова 1999: 149]). Осмысляя ценностные суждения, мы выявляеммодальные смыслы, отношение субъекта к объекту оценки. Рассмотрениелюбого оценочного предиката в рамках компонентного анализа (путемсопоставления с другими членами аксиологической парадигмы) не даетрезультатов.
Так, невозможно определить, чем прилагательное СТРАННЫЙотличается от прилагательных УДИВИТЕЛЬНЫЙ, НЕОБЫЧНЫЙ и т.д.: всловарях данные единицы толкуются друг через друга, что создает «порочныйкруг» толкования слов. Необходим другой способ выявления значенияоценочных предикатов.1.3.2. Методика анализа оценочных суждений, разработанная Дж.Муром.Основойновогометодаизученияоценочныхсужденийявляетсяконцепция Дж. Мура, изложенная в его трактате «Принципы этики». Задаваясьвопросом, что есть добро как основной предмет изучения этики, Мур переходитк рассмотрению ценностных суждений, т.е. суждений типа «Х есть добро» и т.п.Философ приходит к выводу, что единое для всех подобных суждений – это ихотнесенность к проблеме поведения, «а именно к вопросу о том, что вповедении человека является добром и что — злом, что является правильным, ачто — неправильным» [Мур 1984: 58].27Пытаясь определить, что же стоит за понятием добра, Дж.
Мур исходит изидеи выражения элементарных смыслов, которая ранее развивалась в работах Р.Луллия, Г. Лейбница, Г. Сиджуика. «То, что обозначается как «добро»,действительно, представляет собой, за исключением его противоположности —«зла»,единственныйпростойпредметмышления,которыйотноситсяисключительно к этике» [Там же: 62]. Исследователю не представляетсявозможным выразить смысл, стоящий за словом ДОБРО, с помощью обычнойсловарной дефиниции: «Дефиниции такого рода, о которых я веду речь, то естьдефиниции, которые описывают действительную сущность предмета илипонятия, обозначенного словом, а не просто говорят нам о том, что это словообычно означает, возможны только тогда, когда предмет или понятие, о которомидет речь, являются чем-то сложным» [Там же: 64].
Добро же представляетсякак некое простое понятие, наподобие понятия, выраженного прилагательнымЖЕЛТЫЙ, «нечто, что вы понимаете или представляете, и тому, кто непонимает или не может представить их, вы никогда никакими дефинициями несможете объяснить их природу» [Там же].
Это элементарные понятия, изкоторых складываются словарные толкования и через которые определяютсятак называемые сложные понятия.Далее Мур рассуждает следующим образом: «Предположим, каждыйсогласится с тем, что «хорошее» является прилагательным. А поэтому «добро»,то есть то, что является хорошим, должно быть существительным, к которомуотносится «хорошее» как прилагательное: понятием «добро» должно бытьвообще все то, к чему приложимо прилагательное «хороший»… Общее всехпредметов, к которым приложимо прилагательное «хороший», как раз исоставляет содержание понятия «добро» [Там же: 66].
Тем самым Дж. Мурпредлагает принципиально новый подход к изучению оценочных предикатов.Бессмысленно сравнивать слова ДОБРО и ХОРОШИЙ с синонимичными имединицами, как предлагает структурная лингвистика, и пытаться сформироватьих словарную дефиницию на основе выделенных дифференциальных признаков.28Единственно верным способом понять, что же стоит за актом оценки,является, по Муру, рассмотрение сферы оценки. Центральный в исследованиивопрос – это вопрос о том, что в данной культуре считается добром (злом,благом и т.п.). Основным методом является анализ сочетаемости оценочныхпредикатов: в каких контекстах слова той или иной оценочной парадигмывзаимозаменимы, а где нет.
Только это позволит определить, в чем заключаютсясемантико-прагматическиеособенностирассматриваемогооценочногопредиката. Более того, специфика оценочных суждений может оставатьсяотносительно неизменной лишь в пределах определенной эпохи и состоянияобщества. Поэтому Мур отмечает принципиальную неверифицируемостьценностных суждений, невозможность существования абсолютных ценностей:«Применительно к этическим суждениям, утверждающим, что поступокопределенного вида есть добро, … ни одно не будет универсально истинным,но многие суждения, истинные в большинстве случаев в одну эпоху, будут вбольшинстве случаев ложны в другие эпохи» [Там же: 81].1.4.
Парадигматический анализ лексики и понятие «аксиологическаяпарадигма».Термин «парадигма» греческого происхождения и переводится как«пример, образец» [ЭСБЕ 1897: 758]. Вслед за Т. Куном в современной теориипознания под парадигмой подразумевают «признанные всеми научныедостижения, которые в течение определенного времени дают научномусообществу модель постановки проблем и их решений» [Кун 1977: 11]. Влингвистике термин «парадигма» употребляется в ином, узкоспециальномзначении: так, по данным французских словарей, с 1561 года под парадигмойподразумевается «слово-тип, даваемое в качестве образца, модели длясклонения или спряжения» (цит. по [Демьянков 2006: 18]). В словаре Ф.А.Брокгауза и И.А.
Ефрона встречаем сходное значение: «в грамматике слово,служащее образцом склонения или спряжения; в риторике – пример, взятый из29истории и приведенный с целью сравнения» [ЭСБЕ 1897: 758]. Французскийлингвист Ф. де Соссюр впервые начинает говорить о парадигме как понятии нетолькограмматическом.Вречионразличаетсинтагматическиеипарадигматические отношения между единицами, однако называет последниеассоциативными: «Вне процесса речи слова, имеющие между собой что-либообщее, ассоциируются в памяти так, что из них образуются группы, внутрикоторых обнаруживаются весьма разнообразные отношения» [Соссюр 1977:115]. Непосредственно термин «парадигма» был введен в обиход Л.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
