Диссертация (1100505), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Да, для игры созидания, братья мои, нужно святоеслово утверждения: своей воли хочет теперь дух, свой мир находит потерявшиймир» [Там же: 25].Как отмечает П.П. Гайденко, постепенно проблема онтологическогостатусаценностейперешлаввопросовозможностисуществованияобщезначимых, абсолютных ценностей. Исследователь приводит в пример19концепцию Г. Риккерта, который разводит ценности как нечто абсолютное, какосновуобъективногонаучногометодаиоценку,«которуюдаетиндивидуальный субъект и которая таким образом никакой объективности (всмысле общезначимости) не имеет» (цит.
по: [Гайденко 2003: 498]). Именноотнесение к ценности, выделение значимых, индивидуальных черт объектапознания было положено Риккертом в основу методологии гуманитарных наук.Примиряющую позицию между ценностным релятивизмом и идеейсуществования абсолютных ценностей занимал М.
Вебер. «Ценности в егопонимании — это то, что считается ценностью, оценивается как ценное, исходяиз принятого ценностного масштаба, но не трансцендентальным субъектом какносителемвсеобщегосознания,аисторическими,существующимивопределенное время и в определенном месте людьми» [Перовы 2002: 21]. Веберподчеркивает историчность ценностей: они меняются от эпохи к эпохе, но этонеявляетсяценностнымрелятивизмом,посколькувыборценностейопределяется конкретной культурно-исторической эпохой [Вебер 1990: 409].М.С.
Каган отмечает, что, начиная с философии И. Канта (идеяразграничения сущего и должного, понятие способности суждения какпромежуточногозвенамеждуразумомирассудкомкаквысшимипознавательными способностями человека), вопрос о природе ценностногоотношения и соотношении ценностей с субъектом познания развивается в двухнаправлениях.
С одной стороны, ценности рассматриваются как привнесенные вобъект субъектом, направленные на объект, но существующие в сознаниисубъекта. Именно такой, «собственно философский» подход к изучениюценностной проблематики является, по мысли М.С. Кагана, единственноверным. Каган вводит понятие «целостное ценностное отношение», которое«образуется особой формой связи объекта и субъекта, и потому несводимо ни кчистой объективности теологического типа, уводящей нас к Абсолютному, ни к"голой" субъективности психологического взгляда, порождающей абсолютнуюже релятивность ценностных суждений» [Каган 1997: 50].20Альтернативной точкой зрения является установка на общезначимость,абсолютность ценностей.
Ценностные смыслы рассматриваются как присущие«сознанию вообще» надэмпирические значимости, т.е. воспринимаются вотвлечении от конкретного субъекта познания. Таким образом, наблюдаетсястремление ввести ценности обратно в бытие, стереть грань между должным исущим.1.3.Историяизучениянормативно-ценностныхсужденийвлингвистике.Влингвистическоманализенормативно-ценностныхсужденийцентральное место занимает вопрос о том, к каким видам объектов приложимыоценочные суждения и что стоит за оценочным предикатом, прилагаемым кобъекту оценки.Особенности изучения оценочных суждений определяются прежде всегоналичием в них оценочного предиката.
В русском языке наблюдаетсянереферентное употребление оценочного предиката, согласно которому он несоотносится с каким-либо объективно существующим качеством, свойствомобъекта оценки. Из этого следует, что и выбор оценочного предиката, иоснование оценки обусловлены субъектом оценки. Именно познающий субъектнаделяет все вокруг себя смыслами. Как пишет М.С. Каган, «…ценностноеотношение предполагает возможность, а чаще всего необходимость, осмысленияоцениваемого, т. е. выявления и понимания того конкретного смысла, котороеданный объект имеет для тебя как субъекта» [Каган 1997: 52].
Таким образом,ценности пребывают вне объективного мира, существуют лишь в рамкахсубъектно-объектной парадигмы. Подобный взгляд согласуется с философскойтрадицией разграничения ценностного и бытийного, должного и сущего,теоретико-познавательного и ценностного отношения к окружающей насдействительности, о чем было сказано выше.21С точки зрения Н.Д. Арутюновой, история изучения нормативноценностных суждений в лингвистике берет начало в трудах Аристотеля, чьиразмышления стали стимулом для поиска «общей меры, одного субъективного(присущего человеку) психологического эквивалента, через который можнобыло бы сформулировать дефиницию, применимую ко всем видам добра и худа» [Арутюнова 1999: 136].Весомый вклад в изучение оценочных суждений внес Б. Спиноза, которыйввел в анализ оценочных значений лингвистические понятия «компаративкласса» и «норматив», что, по мнению Н.Д. Арутюновой, создает новый посыл вметодологииизученияоценочныхвысказываний:насменуидеиоботносительности оценки приходит понятие нормы.
Однако значение субъектаоценки в вынесении оценочных суждений нисколько не умаляется: «…покачеловек не предъявляет к ним [естественным родам – Е.Ш.] своих требований,часто не совпадающих с природным стандартом, он не будет даватьпредставителям этих родов оценочных квалификаций» [Там же: 144].Сопоставление рассмотренных ранее философских концепций и взглядовН.Д.Арутюновойвысвечиваетихобщность,котораязаключаетсявразграничении естественных свойств объекта и его оценки. Как отмечаетисследователь, «…даже самый полный перечень идентифицируемых свойствобъекта не снимает вопроса о его Ценности» [Там же: 145].
Из всего сказанноговытекает необходимость создания принципиально иного подхода к изучениюоценочных суждений по сравнению с попыткой установить, что в точностистоит за тем или иным оценочным предикатом.Лингвистический подход к изучению оценки представлен в работаханглийского философа Г. Сиджуика, который ввел понятие элементарностизначения оценочных предикатов [Schneewind 1977: 25].
Отталкиваясь в своемисследованииотанализасловобщейоценки,Сиджуикговорилоневозможности свести оценочные суждения к фактическим и дать описаниезначения оценочных предикатов.22Подходкизучениюкоммуникативистикеиоценочныхтеорииречевыхпредикатов,актов,ставитоснованныйвоглавунауглаиллокутивную функцию оценочного суждения. Сторонниками данного подходаявляются такие исследователи, как Ч. Стивенсон [Стивенсон 1985], Р. Хэар[Хэар 1985]. Даже если в контексте представлено полное описание мотивовоценки, ее основания, оценочные суждения все равно не могут бытьподвергнуты верификации. Говорить об истинности или ложности присвоеннойобъекту оценки невозможно: очень часто мы сталкиваемся с такой ситуацией,когда предпочтительнее кажется один объект (причем в высказыванииэксплицированы достаточные основания оценки), но выбор остается засовершенно другим объектом.Согласно коммуникативной методике изучения оценочных предикатов, вкаждом из них скрывается некое побуждение к действию.
Именно поэтому Е.М.Вольф считает возможным говорить о перформативности оценки. Выражениеодобрения или неодобрения вызывает определенный перлокутивный эффект(радость, раздражение и т.п.). «Такие речевые акты, несмотря на отсутствие внихперформативныхглаголов,представляютсобойсемантическуюразновидность перформативов, их произнесение само по себе есть действие»[Вольф 2002: 177]. С мнением Е.М. Вольф согласуется мысль Л.О. Чернейко,которая считает, что пейоративные аксиологические суждения являются«социально небезопасными речевыми действиями», что влечет за собойстремление субъекта оценки редуцировать нежелательные последствия словапоступка [Чернейко 2014: 255].
Отсюда следует, что оценочные предикатыявляются регуляторами человеческого поведения. Эта мысль отчетливовыражена в работе П. Грайса «Логика и речевое общение»: в любом языке естьогромное количество «естественноязыковых выражений», которые не имеютсоответствий в языке формальной логики, их значение нельзя вывести методомлогического анализа и зафиксировать в виде простейших формул. «Язык служитне только целям научного исследования, но и многим другим важным целям; мы23можем прекрасно знать, что значит некоторое выражение, … и при этом незнать того, как оно анализируется; сам же этот анализ может (и так оно обычнои бывает) состоять в указании — возможно более общем — условийупотребления анализируемого выражения»[Грайс 1985: 218].
В результатесмысл тех или иных выражений раскрывается лишь по мере учета факторов,управляющих речевым общением. На основе данных «регуляторов» Грайссформулировал свои знаменитые постулаты (главным из которых являетсяПринцип Кооперации), направленные на конечные цели речевого общения:передачу или получение информации, воздействие на собеседника и т.п.После того как в XX веке онтологическая проблематика ценностейотодвинулась на второй план, а разница между фактическим и оценочнымсуждением стала очевидной, появились новые подходы к изучению акта оценки.Именно в это время заговорили о так называемом «лингвистическом повороте»в философской теории ценностей (термин Ю.В.
и В.Ю. Перовых) [Перовы 2002:22]. Многие исследователи отвлеклись от проблем содержания ценностныхсуждений, определения значения оценочного предиката, соотношения междусубъектом и объектом оценки. Единственно верным признавалось наличиеценностей в речевой реальности, но не в бытии. Так, немецкий философ исоциолог Ю. Хабермас, говоря о процессе вынесения оценочных суждений,обращаетвниманиенасобственнопроцесскоммуникации:формыаргументации, позиции участников диалога, уровни их компетенции и т.д.[Хабермас 2001].
Без внимания остается собственно лингвистическая проблемаопределения значения оценочных предикатов и выявления структуры речевогоактаоценки.Итогом«лингвистическогоповорота»сталаабсолютнаяплюрализация ценностных суждений, зависимость способов обоснованияоценки исключительно от оценивающего субъекта.1.3.1.Предпосылкивозникновенияновогометодаизученияоценочных предикатов.24Сложностисопределениемспецификиоценочныхсужденийвязыкознании XX века связаны с господствующей в то время структурнойлингвистикой. В соответствии со структуралистскими принципами изученияязыка основным инструментом описания семантики той или иной языковойединицы является метод компонентного анализа.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
