Диссертация (Контекстуальные обстоятельства как элемент состава преступления по международному уголовному праву), страница 29

Описание файла

Файл "Диссертация" внутри архива находится в папке "Контекстуальные обстоятельства как элемент состава преступления по международному уголовному праву". PDF-файл из архива "Контекстуальные обстоятельства как элемент состава преступления по международному уголовному праву", который расположен в категории "на соискание учёной степени кандидата юридических наук". Всё это находится в предмете "диссертации и авторефераты" из аспирантуры и докторантуры, которые можно найти в файловом архиве РУДН. Не смотря на прямую связь этого архива с РУДН, его также можно найти и в других разделах. , а ещё этот архив представляет собой кандидатскую диссертацию, поэтому ещё представлен в разделе всех диссертаций на соискание учёной степени кандидата юридических наук.

Просмотр PDF-файла онлайн

Текст 29 страницы из PDF

Decision Pursuant to Article 15 of the Rome Statute on the Authorization of an Investigation into theSituation in the Republic of Kenya. 31 March 2010. Рara. 90.247140ганизации, уровень ее иерархичности, способность осуществлять контрольнад той или иной территорией – все это, по мнению суда, являлось второстепенными, факультативными признаками.

Таким образом, был выработан новый прогрессивный подход к определению контекстуальных обстоятельств врамках исследуемого состава преступления.Однако позиция МУС по данному вопросу видится не только необоснованной, но и противоречащей основным принципам международного уголовного права в целом. Является ли международное уголовное преследование соразмерным тем деяниям, которые в состоянии совершить любая организация,пусть даже такие нападения будут широкомасштабными либо систематичными? На наш взгляд, нет.

Большая часть таких преступлений находится в плоскости внутригосударственного уголовного права и вряд ли затрагивает интересы всего международного сообщества.Как уже было сказано выше, наиболее серьезные преступления, находящиеся в юрисдикции МУС, организации могут совершать либо в рамках государственной политики, либо в рамках собственной политики, однако, обладая приэтом способностью реализовывать данную политику, а значит, противопоставлять ее политике действующей власти, что само по себе обуславливает оппозиционную деятельность, а значит, государствоподобный характер.Справедливости ради, необходимо отметить, что в вышеупомянутом решении МУС судьи все же попытались конкретизировать признаки организации.В частности, было указано, что вопрос об отнесении организации к субъектамполитической деятельности в соответствии с Римским статутом МУС долженрешаться в каждом конкретном случае.

Для вынесения такого решения Судможет принять во внимание ряд критериев, среди которых:1) находится ли организация под ответственным командованием, имеет лиустановленную иерархию;2) имеет ли организация возможности для осуществления широкомасштабных либо систематичных нападений на гражданское население;1413) осуществляет ли организация контроль над частью территории государства;4) существует ли у организации основная политическая цель, которой онадобивается путем широкомасштабных либо систематических нападений награжданское население;5) насколько явно организация формулирует намерение напасть на гражданское население;6) является ли группа частью большей группы, которая соответствует некоторым или всем из вышеперечисленных критериев.При этом Суд акцентировал внимание на том, что хотя эти критерии могутпомочь Суду в вопросе отнесения той либо иной организации к субъектам политической деятельности, они не представляют собой обязательные юридические критерии и не должны быть установлены в каждом случае 248.На наш взгляд, в своем толковании критериев отнесения той либо иной организации к субъектам политической деятельности Суд пошел в верномнаправлении.

Вместе с тем предоставление таким критериям рекомендательного характера фактически нивелирует их значимость. Таким образом, субъектомполитики по смыслу Римского статута МУС в соответствии с данным решением может быть признана как организация, соответствующая вышеуказаннымкритериям, так и любая другая организация.

Более того, не исчерпывающий перечень критериев открывает широкие горизонты для судейского усмотрения,что само по себе неприемлемо в международном уголовном праве.Более того, в этом смысле интерес представляет Особое мнение судьи ХансаПетера Кауля, который акцентировал внимание на том, что «затушевывание границы между серьезными преступлениями по национальному праву и международными преступлениями нарушает выраженный в принципе комплементарностибаланс между суверенитетом государств и международным правосудием»249.248Situation in Kenya, Pre-Trial Chamber II, Decision Pursuant to Article 15 of the Rome Statute onthe Authorization of an Investigation into the Situation in the Republic of Kenya, 31 March 2010. Рara.

93.249International Criminal Court. Situation in the Republic of Kenya. № ICC-01/09. Pre-Trial Chamber II. Decision Pursuant to Article 15 of the Rome Statute on the Authorization of an Investigation into theSituation in the Republic of Kenya. 31 March 2010.

Dissenting Opinion of Judge Hans-Peter Kaul. Рara. 10.142Необходимо отметить, что столь явные противоречия между решениемМУС и Особым мнением судьи Ханса-Петера Кауля объясняются достаточнопросто. В основе любой дискуссии относительно содержания пп. а п. 2 ст. 7Римского статута МУС лежит видение пределов юрисдикции МУС. Различныеинтерпретации данной нормы то значительно расширяют, то, наоборот, сужаютполномочия МУС.Так, профессор К. Кресс отмечает, что решение по ситуации в Кениинаглядно демонстрирует телеологический подход к толкованию преступленийпротив человечности со стороны МУС.

Данный подход призван интерпретировать цели международного уголовного права в русле повышения базовых общечеловеческих ценностей, и в этом смысле эффективным способом являетсяболее широкое понимание требования государственной и организационной политики250.Вместе с тем с таким взглядом на исследуемый вопрос сложно согласиться, ведь в конечном итоге расширение пределов толкования положений ст. 7Римского статута МУС привело бы к включению в понятие «организация» дажесугубо частных организаций, тогда как, верно отмечает Ш.

Бассиони, «ст. 7 нерасширяет состав преступления против человечности, в частности, применительно к негосударственным субъектам. Если бы это было так, то МУС мог быпривлечь к ответственности за эти преступления, например, мафию, что явно несоответствует ни букве, ни духу ст. 7»251.Более того, на наш взгляд, включение в конструкцию состава преступленияпротив человечности таких понятий, как государственная и организационная политика, было направлено на достижение конкретной цели. Именно политическийконтекст является одним из базовых критериев отнесения международных преступлений к компетенции органов международной уголовной юстиции.250Kress C.

On the Outer Limits of Crimes Against Humanity: The Concept of Organization Withinthe Policy Requirement: Some Reflections of the March 2010 ICC Kenya Decision // LEIDEN J. INT ’L L.2010. № 23. Р. 855–861. Р. 861.251Bassiouni M.Ch. The Legislative History of the International Criminal Court: Introduction, Analysis and Integrated Text.

Transnational Publishers Inc., u.s, 2005. Р. 151–152.143Наглядным примером верного, на наш взгляд, толкования пп. а п. 2 ст. 7Римского статута МУС является решение по делу Мутауры. В решении, в частности, рассматривалась деятельность секты Мунгики с точки зрения ее принадлежности к организациям в рамках политического контекста преступленийпротив человечности. Палата предварительного производства II пришла к выводу, что Мунгуки существует в виде большой и сложной иерархическойструктуры, во главе которой стоит командование. Секте присуще четкое распределение обязанностей между ее членами, за нарушение которых предусмотренодисциплинарное наказание.

Кроме того, влиятельность Мунгуки достигается посредством применения насилия, включая смертную казнь. Секта установила контроль над рядом районов, осуществляя управление социальными услугами, такими как электричество, водоснабжение, канализация, а также собирая неофициальные налоги. Более того, местные председатели секты выступали в качестве судейпри рассмотрении уголовных дел. Принимая во внимание изученные материалыдела, Палата предварительного производства II пришла к выводу, что Мунгукиявляется организацией по смыслу пп.

а п. 2 ст. 7 Римского статута МУС252.Верный подход к определению организации, на наш взгляд, применен также в рамках промежуточного доклада Прокурора МУС по ситуации в Колумбии, где преступлениями против человечности были названы деяния, совершенные Революционными вооруженными силами Колумбии «Армия народа»(РВСК). В частности, было указано, что «есть достаточные основания полагать,что каждым из анализируемых негосударственных субъектов… были совершены преступления против человечности… нападения были совершены в различных районах Колумбии, особенно в департаментах Антиокия, Боливар, Касанаре, Каука, Араука, Сантандер, Магдалена, Чоко, Норте-де-Сантандер, Путумайо, Сукре, и Валье»253. Действительно, РВСК, являясь леворадикальной поProsecutor v.

Свежие статьи
Популярно сейчас